Цикл Холодная Сирень - Повесть последнего демона-дракона книга первая (Галатея)

      Он слышал тихий лёгкий смех сильф, чувствовал, как они щекочут его носик, как танцуют на костях крыльев. Улыбка сама по себе просилась на уста. Лёгкая дремота? Сильфы так заигрались, что даже позабыли про маскировку, ведь он не чувствует оттенка сна. -Интересно, это из-за того, что малышки действительно запутались в моих золотых волосах или же проклятье князей Магайдеров распространяется на всех, кто присутствует рядом? А Сильфида просто была любимой женщиной повелителя снов, коль её данное правило не касалось?- подумал про себя сын Зельфира и улыбнулся уголками губ. Но стоило ему проявить хоть намёк на отсутствие чар, как все малышки сильфы с перепугу разлетелись кто куда. Досадно, но всё равно долго наслаждаться вниманием духов сновидений и ветров Алеастру не довелось бы. Плотную завесу оберегающей покой тишины потревожил тихий стук вопрошания разрешения. Проклятый медленно перевёл взгляд на дверь и так же медленно поднялся. Стук повторился снова. -И кто же осмелился Сейчас зайти в Чёрный Пион?- глаза налились тревожным тёмным светом. Проклятый подкрался к двери подобно дикому зверю, оберегающего от чужака свою обитель. Но на этот раз тот, кто нарушал покой заклинаний защиты, не стал повторять ошибки, словно… чувствовал, что это закончится для него плохо. Очень плохо.       Алеастр долго прислушивался к своим ощущениям и всё-таки чуть приоткрыл дверь. -Ты?- житель проклятого края мягко говоря удивился и тут же бросил взгляд на спящего в постели князя. Тихо открыл замки, проскользнул в коридор и закрыл дверь, так чтобы гость не увидел ничего лишнего. -Я не вовремя?- бесцеремонно спросил лорд Колден, после взял себя в руки, выдохнул и обратился уже более спокойнее, - Прошу прощение, если побеспокоил Ваш покой, господин… -Зельфир. У нас одна фамилия на всех,- сухо ответил Алеастр. Ответ заметно удивил, посему следующий вопрос очень позабавил и порадовал проклятого. -Как же вы определяете родственные связи? -Стилем нашего дыхания, именем течения нашей науки и… именами предков. В редких случаях крайне древних. Ваши имена рода тоже не далеко ушли от данной традиции. Мы же просто меньше уделяем данному моменту внимания. -Да… конечно. -Вы, ведь здесь не затем, чтобы побеседовать о традициях земель, от которых бежите, обнажив сталь?- проклятый внимательно посмотрел на своего гостя. Да, именно на своего, поскольку сомневаться в том, что Мариус сохранил тайну пребывания князя в гостинице, не стоило. А поскольку гостиница соседствует с краем… не сложно догадаться кого же искал лорд. Вопрос только… зачем? -Я сделаю вид, что не слышал Вашего замечания,- Алеастр чуть наклонил голову и внимательно посмотрел на своего горе родственника. Кровь была смешана не так уж давно. А коль так… он обязан его соблазнить ступить на земли своих предков. Так бы сказал ему его покойный отец, но вот внутри ничего не трепетало. Нет никакого желания даже пытаться предложить господину Колдену сия возможность. Тратить столь ценный дар, как дар Слова Возвращения на Него? Ну, уж нет,- Однако, в кое в чём Вы правы, Зельфир. Я здесь по довольно веской причине. -Князь Магайдер?       Колден молчал. Как страж Горизонта Событий он должен… нет просто обязан прижать Алеастра, но... он сейчас не за этим. Что-то внутри подсказывало лорду, что он должен правильно выбирать слова, вопросы, поскольку его послушают лишь раз. -Нет. Это личное,- тихо произнёс гость и тут же строго посмотрел на мягкую улыбку проклятого, поднял палец и добавил,- и это должно остаться только между нами. -Несомненно. Чаю? За чаем лучше слушается. -Откажусь. Не хочу, чтобы Вы здесь задерживались. -Оу, значит, Ваш интерес касается судьбы города?- Алеастр даже был рад, что Камель направился к лестнице. Продолжать стоять и закрывать своей спиной дверь ещё несколько минут? Это казалось бы странно и подозрительно. Как и приглашать выпить чай в общем холле, ведь разговор в какой-то степени предстоял «интимный».       Алеастр шёл следом, наблюдал, как лорд надевает перчатки, как хватает трость и демонстративно уверенно идёт вперёд к выходу из гостиницы. Слишком демонстративно, что это забавляет даже Мариуса, хозяина тихого уютного уголка. Одного взгляда Алеастра было достаточно, чтобы мужчина понял – того, кто остался не беспокоить, по возможности задержать, но не настаивать. Уже через мгновение Алеастр вышел вместе с самоназваным врагом своего рода на улицу. -Не беспокоитесь, что Вас могут не так понять?- с лёгкой усмешкой заметил гость Лианара и осмотрелся. Вдохнул свежий вечерний воздух полной грудью,- Всё-таки Вы и тут рядом Я. -Нас никто не увидит, пока Я этого не захочу,- жестко прервал философские рассуждения Колден и прошёл глубже в переулки. Шёл подобно змее. Заворачивал то в один переулок, то в другой, путал свой след. Алеастру откровенно было смешно смотреть на детскую игру в змейку, но коль это так важно? Почему бы и нет? Но в какой-то момент резко остановился и прижал своего «гостя» к мокрой грязной стене, - Здесь и поговорим.       Алеастр с сомнением и разочарованием посмотрел по сторонам. Грязь, тёмный узкий переулок. Броский запах помоев, благо течь поодаль, но всё равно не приятно. Мимо пробежало что-то похожее на крысу. -Если ты искал уединения, могли бы зайти в библиотеку,- медленно отвернулся от животного и посмотрел в алые глаза своего заплутавшего родственника. Притащил в такое отвратное место. Просто неосознанный протест, желание сделать больно или мерзко. Пока получается. Но больнее, чем есть сейчас… не сделает. -Чтобы нас увидели? К библиотеке незамеченным не пройти. Это возможно только если город внезапно ослепнет от собственной паники. Тем более там ты меня не будешь слушать, - хмыкнул Камель. -Конечно. Мне будет намного интереснее ознакомиться с коллекцией знаний, что прячет от самого себя Лианар,- улыбнулся Алеастр талантливо игнорируя, что его рубашка намокла. И чем она промокла хотелось думать в самую последнюю очередь,- Ведь именно так ты думаешь? Можешь не отвечать, твои действия говорят сами за себя. Итак… что же ты хочешь от Нас? -Хочу… чтобы ты пришёл ко мне домой и нашёл причину почему у нас…       Алеастр видел, как лорду тяжело с ним разговаривать. Молодой мужчина буквально на каждом слове наступал себе на горло. Возможно это тема, которую он не может спокойно обсуждать даже с друзьями, если они у него, конечно, есть. -Почему у вас нет детей, ты это хотел спросить?- помог закончить мысль. Для любого потомка Зельфира, даже заплутавшего в чужих землях это болезненный вопрос. Демон с кровью магов молча едва заметно кивнул. Весь напряжен, зол. Большей степени сам на себя, ведь согласился. Согласился на помощь от кого! От своих врагов и тут… -Тебе видимо говорили, что ты последний или твой ребёнок станут последним поколением зависимым от чар Нашего Края, я угадал?- Алеастр засунул руки в карманы брюк и внимательно посмотрел на родственника,- Спешу разочаровать. Это не так. Но это ведь место для подобных разговоров, согласен? Какие правила?       Камель Колден даже не сразу догадался, о чём спрашивает проклятый. А когда догадался сжал губы и снова наступив на глотку своим принципам произнёс: -Моя жена, ничего не должна знать. Никто не должен заметить даже тени твоей тени. Мой дом – моя крепость, а значит любое слово закон. -Хорошо. Отпусти меня, это выглядит неоднозначно и забавно. Ты заметно ниже меня ростом,- напомнил страж Края и едва почувствовав свободу, прошёл на тень собеседника и… буквально провалился в неё,- Теперь меня никто не увидит, и даже тени моей тени. Иди спокойно домой.       Колден расправил плечи, одним движением отдёрнул воротник и гордо вышел на главную улицу. Лианарийцы уже давно привыкли, что Колден ходит странными змеевидными маршрутами, через какие-то гиблые мрачные места. Привлекательности данный факт роду само собой не добавляло, но именно этого Камель и добивался. Чем больше сторонятся – тем больше шансов сохранить свои секреты. Ни шаг, ни взгляд не выдавали его намерений. Единственное… он сейчас бы очень не хотел встречать на своём пути кого либо из круга стражей Горизонта Событий. Особенно Гелиора сер де Альд. Вот уж кто всегда не против поболтать, пропустить пару стаканчиков, похвастаться своими подвигами и вытащить своими невидимыми щипцами пару тройку свежих интересных историй. Не сегодня. Уже после первого десятка метров Колден почувствовал тяжесть «одержимости тени». Такое не замечают только безумные и те, о ком даже страшно думать.       Прошёл через ворота, по привычке взгляд на окна, где находился творческий кабинет супруги. Если она дома, то скорее всего будут открыты окна. Маркиза любит слышать ветер, дыхание родного города и просто наблюдать, как танцует красивая тюль. Окна закрыты. Не успел Камель тихо выдохнуть с облегчением, как почувствовал крепкие объятия жены. -Камель! Где ты так задержался?- в голосе бывшей маркизы слышались нотки беспокойства смешанного с ревностью. Всё-таки она боится его потерять. Боится даже помыслить, что она недостаточно хороша? Впрочем, Камель больше боялся развития идеи, что из-за того, что за столько времени… она может посчитать себя ущербной. -Гостил у графа Файнир. В свете последних событий…- почувствовал, как сильнее сжала в руках рубашку, словно боялась потерять. Мягко улыбнулся, положил руку на голову своей молодой желанной жены и успокаивающе погладил прекрасные алые волны,- Не бойся, я никуда не исчезну. В следующий раз, если хочешь, мы пойдём к нему в гости вместе. Он кстати о тебе беспокоился. -Обо мне?- женщина побледнела, только сейчас Камель понял, что совершил страшную глупость. О чём может беспокоится его учитель, когда речь заходит о бывшей маркизе Теральд? -Да, но не в том контексте, что ты подумала. Пойдём домой. Говорим на пороге. Это, конечно, приятно возвращает к тем временам, когда мы с тобой тут сидели и тихо прячась в моих чарах ворковали, однако я хотел бы всё-таки попить чаю и немного отдохнуть. Разговор с князем был достаточно тяжелый. А ещё ты знаешь, какой он энергетический вампир. -Надеюсь, он не украл твою удачу?- заботливо обеспокоилась леди Колден провожая супруга в дом, в парадную гостиную, где он так любил отдыхать у камина. Но, в этот раз он решил остановиться и расположиться в гостевой? Это несколько удивило женщину, но спорить не стала. Дома прекрасная яркая маркиза Теральд превращается в заботливую, внимательную женщину. И если раньше она приятно обжигала своим пламенем своего любимого мужа, то сейчас самоуверенность и яркость заметно поубавилась. И это лорда сильно тревожило. Он заметил, как она передала несколько распоряжений прислуге и тихо выдохнул, на мгновение закрыв глаза. -«Не хотел, чтобы она становилась домохозяйкой?»- Камель чётко различил голос Алеастра в своей голове. Это не удивляло, но и не позволяло действительно расслабиться и спокойно подумать. -В последнюю очередь я видел её в подобной роли. Она слишком яркая для этого. И, если говорить откровенно, её способности в данной сфере… не дают надежд быть лучше. Ей не идёт роль хозяйки. -«Но идёт роль матери?»-Алеастр понимал, что Камель мог это рассчитать как оскорбление, но это был важный вопрос. Ведь если в женщине нет нужного огонька, едва ли она сможет согреть. Если огонь Вирджинии так ярок, может она не греет, а сжигает? Огонь, что очаровывает и пожирает. Камель молча стал наблюдать за тем, как его любимая пытается суетиться. Как это неряшливо выходит и… впервые заметил, что в доме оказывается довольно много прислуги,- «Плохая хозяйка даже при самой талантливой прислуге выдаёт шаги их суету работы. Либо приносит свою суету в их работу, почему начинают совершать ошибки и становятся заметны. Так, всё-таки ты не ответил. Можешь ли ты с лёгкостью её представить в роли матери?» -Да, могу. Всегда мог. С первого её вопроса о нашем совместном будущем. Хоть я сам… не думал о детях. Старался не думать. -«До последнего надеялся, что у родителей получится ещё раз. А они и рады бы, но не получалось. Что же… могу успокоить. Вы торопитесь и слишком много думаете об этом».       Ответ не удовлетворил лорда. Слишком простой ответ. И если он ещё может более менее принять такой вариант. Его супругу это совершенно не успокоит и она продолжит накручивать на себя самые всевозможные грехи. И к тому моменту. Когда у них что-то получится от прежней яркой, приятно-ядовитой Вирджинии маркиза Теральд не останется и пепла. Это чувствовал и Алеастр, но он пока не торопился давать советы. -Я слышала, что к Рудену приходил Проклятый из Края,- леди села на против и взяла свою чайную пару,- Что ты будешь делать?       Хороший вопрос. Маркиза знает принципы своего мужа, и ей очень было интересно, что же он выберет. Долг жизнь за жизнь? Но тогда город посчитает его решение не объективным и усомнится в его компетенции. А если поступит согласно правилам – поднимут шум, что Колден не демон чести, демон без чувства долга и благодарности. Впрочем, это будет ожидаемо, поскольку за родом итак тянется уж больно дурная слава. -Мы только-только обрели правителя и так скоро его терять,- аккуратно начала леди. Да, род Теральд всегда чувствовали и рвались за выгодой и, тем не менее, если они были кому-то чем-то должны, тем более, если вопрос касался жизни или личного счастья, старались выполнить свои обязательства и сохранить дружеские связи с кровью, что когда-то уже помогла. Камель чувствовал, куда ведёт его любимая жена. Она леди Колден, но прежнее воспитание никуда не делось. -Руден ещё не продемонстрировал мне вескую причину усомниться в его независимости,- Колден посмотрел в чашку чая и даже в этом напитке видел свои алые глаза. Глаза, которые ненавидел. Так же, как ненавидел свои глаза отец. Но в отличие от отца, в его глазах хоть не было магических символов и они не светились тусклым светом в темноте,- Более того, его разговор с Маркизом продемонстрировал, что он может выстоять перед чарами Пророка. Сохранить свою независимость даже перед ним. Для нас это особенно ценно и важно. Я не вижу причин его убивать. Тем более… это принесёт за собой смуту. Кто следующий по очереди после рода князь Магайдер должен был занять престол? Неизвестно. -Точно не Арчельд. И не Розальд… Значит заинтересованы в этом мы, Файнир и Альдер. -Значит между нашими семьями начнётся резня. Никому это не нужно. По крайней мере Нам стражам покоя Горизонта Событий. Но вот другому это может быть даже очень интересно. -Маркиз?- аккуратно предположила леди Колден. Камель мог не отвечать. Его жена итак прекрасно видит ответ в его глазах,- Не вижу смысла. В городе наступит хаос. За место короля будут биться снова и снова. -Это называется, пока те, кто способен держать тьму ночи под контролем будут грызть друг другу глотки я дам народу то, что он так жаждет! Уверенность в собственной силе изменить судьбу и зрелища,- хмуро произнёс Колден,- Руден должен остаться на престоле. В данном вопросе Файнир с нами согласен. Правда, у него свои взгляды на стиль правления. Но это другой вопрос. Если с Руденом что-то случится в первую очередь подумают на нас. И… долг, о котором ты молчишь, не сможет стать нашей защитой,- мужчина мягко улыбнулся, глядя в любимые глаза,- Мой род слишком грязный для того, чтобы кто-то поверил, что Меня могло остановить чувство вины или долга перед родом князя Магайдер. Это оправдает тебя, моя любовь, но не меня. -Камель… -Следующий кто будет в поле подозрения граф Файнир, потом уже сер де Альд. -А де Рейзи? -Ты всерьёз допускаешь шанс, что кто-то задумается и осмелится высказать свою мысль, что Пророк причастен к столь скверному событию? Я охотнее поверю, что вспомнят про суеверный страх рода Арчельд перед князьями Магайдер,- Вирджиния с удивлением посмотрела на мужа. -Страх? Они их боятся? -Страх переходящий в агрессию. Это как-то связано с байкой про демона, который осквернил то ли реку, то ли источник. Не помню точно. И в какой-то момент жрецы стали думать, что это Магайдеры. А разве не будет жреца бесить и пугать то, что смогло навредить или нанести скверну на его божество?       Женщина долго молчала, после сделала пару глотков и тихо: -Тебя послушать… так Руден должен сторониться всех нас. Или… держать как можно ближе. Как врагов. Но мы ведь…? -Нет. Не враги. Я не хочу смерти Рудена. Я не могу нас назвать друзьями. У него друзья это… Рау, который предан ему как пёс. И эта странная хвостатая тварь. Мы же скорее коллеги,- улыбнулся,- да это лучшее определение. Хорошие коллеги, которые преследуют одну общую цель – спокойствие и жизнь города. Мне понравился вектор, который выбрал Руден. Понравилось, что он не сюсюкается с подданными, как это пытался делать Нецар. Поэтому,- Камель сделал паузу, чтобы его правильно поняли,- я не буду убивать или как-либо вредить князю за его вылазку в своё время в Край. В этом он прав, до ухода он был невыносим. Желание вонзить ножницы ему в ладонь у меня возникало по пять, шесть раз на дню, если мне доводилось несчастье приглядывать за ним. Сейчас… он больше похож на Мрака.       Вирджиния поникла. При упоминании имени предыдущего Чёрного короля из рода Магайдер всегда выдерживалась небольшая пауза молчания, в знак почтения и скорби. -Но он не его отец. И главное, он сам это понимает. -Осталось это понять остальным. И… мне в том числе,- строго заметила женщина,- Говорят… тебя видели рядом с границей края…       Лорд напрягся. Неожиданно. Очень неожиданно. По телу прошёлся лёгкий холодок. -«Успокой её. Её тревога связана со страхом, что ты вдруг захочешь вернуться к корням». -Я был у гостиницы Чёрный Пион. Интересовался по поводу нашего незваного гостя. Он надолго у нас не задержится. Если бы не определённые традиции, он даже не задумался бы покинуть свой Край,- осознал, что последние слова додумался сказать не сам. С одной стороны стоило бы разозлиться, но… заметив, как любимая с облегчением выдохнула и мягко улыбнулась, передумал устраивать разнос. -Я волновалась, - призналась леди и посмотрела в окно,- Какие у тебя планы? -Мне необходимо ещё немного поработать,- сделал глоток чая и талантливо скрыл, что супруга снова немного переборщила с сахаром,- Вечером буду свободен. И.. я буду счастлив, если ты мне поможешь.       Леди Колден с интересом посмотрела на мужа. -Я не хочу отправлять кого-то из прислуги за этим. Ты знаешь, как я придирчив к перьям, бумаге и остроте лезвия. Это список, что мне необходимо для работы. И да, ты ведь хотела украшения для сада, новые семена. Здесь всё записано. И, как видишь вещи не из дешёвых. Продукты, это уже на твоё усмотрение. Можешь передать эту часть прислуге. -Нет! Я всё сделаю! Возьму только с собой пару людей. Не нести всё это в руках!- глаза засияли, воодушевилась и тут же поднялась,- Я только припудрю немножко носик и быстро!       Спешно подошла и поцеловала любимого змея в щечку. Камель глубоко вдохнул аромат её духов. -А если… что-то не будет? -Поставь кружочек и после распишешь, по какой причине этого нет либо бери с продавца расписку, последнее лучше. И, да. Если увидишь туфли или платье, которые тебе понравятся – бери,- лорд поднялся, прошёл к своему пиджаку, написал сумму на листе бумаги, расписался, уколол палец после чего приложил на печать. Этого достаточно, чтобы в банке выдали необходимую сумму. Камель был не из тех, кто держит все свои сокровища в одной норе. И та часть средств, что не так страшно было бы потерять и светить, хранилась в городском банке семьи Ниа. Почему там? Удобная система работы и должны же где-то молодые дети ночи набираться опыта? -Не предложат чашечку чая или кофе – сообщи. Я ещё втык дам этому Ниа. -Какой ты у меня грозный,- посмеялась женщина, забирая то, что послужит чеком,- а вот ранят тебя или убьют. Тоже будет служить ключом к счёту? -Не думаю. Как только ты предъявишь мой отпечаток. В первую очередь мне позвонят и спросят подтверждения. Так, что едва ли от моего трупа будет прок, - лорд поцеловал свою красавицу и аккуратно не навязчиво повёл к выходу, - Я буду в своём кабинете. -Я поняла. Тебя не беспокоить. Не забывай отвлекаться на чай, любовь моя. -Постараюсь, но не обещаю,- поцеловал руку и только после отправился на второй этаж. Неприятно, снова заметил прислугу. Всё-таки надо что-то делать с рвением супруги быть хозяюшкой.       Как только дошли до кабинета и в замке прозвучал щелчок. Алеастр вышел из тени и поправил рубашку. Какое-то время казалось, что Алеастр всё ещё пребывает в лёгкой тёмной дымке, которая постепенно… таяла? Камель почувствовал неприятное липкое чувство отвращения. Но постарался это скрыть. -Получается очень плохо. Если тебя успокоит. Мне самому было не сладко. Сидеть в тени то ещё «удовольствие», а тут ещё тень с Таким следом,- фыркнул и сбросил часть уже «пушистого», хрупкого следа с рукавов,- Но такие трюки мы можем проводить без особых последствий только с родственниками. И тот факт, что у меня это получилось и ты не стал задыхаться говорит о многом. -Замолчи. Мы не о моём родстве пришли говорить. Я уже понял, что я не последний… -С чего ты и весь город решил, что Наша связь произошла очень давно? Аж, девять поколений назад. Только через девять поколений, иногда и через двенадцать очищается кровь. А судя по тому, что мне известно и что я почувствовал. Чистая полукровка был твой… пра-дедушка. И сам ты только четвёртое поколение. -Мой отец сказал, что я восьмой,- хмуро возразил Камель. Для него слово покойного отца было святым и последней инстанцией истины. -Даже если бы это было так, ещё два поколения точно Мы могли бы пытаться вернуть кровь в гнездо,- тонко дал понять, что его род очистится только после десятого поколения,- Но, нет. Ты четвёртый. Твой ребёнок - пятый. -Значит… - Камель с изумлением посмотрел на Зельфира и с надеждой выдохнул. -Ребёнок у вас будет. Но… я так понимаю, твоему отцу уже сложно было зачать второго, да?- Камель молчал, но ответ словами от него не требовался. Алеастр подошёл к окну и посмотрел на прекрасный сад Вирджинии Колден. Прекрасный для Лианарийцев, вполне сносный для жителя Края,- В нашем мире дети сами по себе явление редкое, неожиданное. Меньше о них думаешь больше шансов, что Забвение порадует тебя счастьем. Или горем? Для кого как. Откровенно говоря, что она, что ты, зациклились на этом ребёнке. А Госпожа не любит просто так баловать своих подданных. Тем более не осознанных подданных. -И что же Вы предлагаете, не думать? -И это тоже,- Алеастр продолжал внимательно смотреть на сад. Что-то всё-таки притягивало внимание и манило. Манило и разрывало изнутри,- Ты… родился бескрылым?       Камель посмотрел на Зельфира с изумлением, даже не понимал, почему тот постоянно переводит тему. -Я же говорил тебе, что мы здесь не из-за меня, а из-за… -Это напрямую относится к данной проблеме. Где крылья твоих предков? Если они где-то здесь, то я могу объяснить, почему у вас долго, очень долго может не быть детей,- лорд замолчал, после смирившись хмуро произнёс: -Этого я не знаю. Были ли у меня крылья или их не было,- заметив на себе пристальный взгляд, молча снял рубашку и повернулся спиной. Алеастр подошёл и внимательно осмотрел спину на признаки проведённой операции. -Похоже… не было. Но не могу говорить с полной уверенностью,- жестом предложил одеться,- После смерти таких как я… остаются только крылья. Мы проводим ритуал проводов и сожжения. А потом употребляем прах наших отцов, матерей и предков с пищей. Звучит мало приятно, понимаю. Но в этом есть определённый смысл. Это наша связь с прошлым, без которого не формирует линия повторения. А без основы линии повторения снижаются шансы появления на свет Зельфира с крепкими крыльями. Я понимаю, что тебе не нужен такой, как Я, но на вас это тоже отражается. В твоих жилах течёт Наша кровь. Ты только четвёртое поколение и пока кровь не очистится у каждого потомка будут проблемы с продолжением рода. Та, что бережёт жизнь, вас порой не будет чувствовать. А та, что приносит жизнь будет проходить стороной. И никакие боги вам не помогут, пока не сформируется линия повторения исключительно для вашего чада. А с каждым «упущенным» поколением это будет всё сложнее и сложнее. -То есть… возможно… -Из десяти «заблудших» только один род доживает до очищения крови. И последняя рождается девочка как символ рождения нового рода. Иначе говоря, да. Смешивая свою кровь с Нашей вы обрекаете свой род на смерть,- спокойно пояснил Алеастр. Он давал своему собеседнику переварить и принять услышанное,- Кроме этого. Если Зельфир не захоронен должным образом его остаточная энергия не будет позволять продолжать жить. Он просто не освобождает место для новой жизни. Как думаешь, сколько поколений одновременно могут жить в одно время? -Не… больше четырёх. И то это исключительно… -Именно, исключительный случай. Если мы не найдём захоронения твоего отца, деда и прадеда. Кто ещё в семье был? Девочки были? -После греха? Нет, только мальчики. И всегда только один сын… если верить легендам,- Камель пребывал в состоянии шока. Алеастр его не трогал. Просто не трогал. Он пытался услышать и понять, где же в этом саду спрятаны крылья и скорее всего не гниющая плоть. -«Греха, как они интересно называют свою слабость» Тогда нам надо немного потревожить сад твоей супруги. Если, конечно не разворотить полностью. Как объяснишь? -Как есть. Скажу всё как есть. Сад – это малая цена. -Действительно малая. Так или иначе, сначала найдём останки, потом уже поговорим о том, что вам делать дальше. Может от крыльев вы и «избавились», но страсть к знаниям, тягу к исследованиям постепенно будет сводить тебя с ума. Ровно так же, как и твоего отца. Что он сделал с собой?       Камель хмуро смотрел на сад. Перед его глазами вновь переплетались события той страшной ночи, когда он зашёл в лабораторию отца и увидел там вскрытую мать, которую отец разбирал по частям стараясь её сохранить навсегда. Препарировал, будучи без глаз. -Он выколол себе глаза. И после этого законсервировал по баночкам свою любимую женщину. Исследовал её… что у неё внутри. Так он тогда говорил,- никаких эмоций. Алеастр неосознанно отступил. Он чувствовал, что если сделает шаг вперёд копнёт глубже – это будет непоправимая ошибка. Камель долго стоял глядя в окно, вновь переживая тот ужас. Как сам убил отца, чтобы защититься. Как его чуть не убил страж крови, пока до него не дошло, что приказ хозяина стал опасен для него самого, ведь Камель единственный наследник. Как снова и снова наносил удары не в силах остановиться, пока его руки не перехватили граф Файнир и князь Магайдер. После? Суд в Астрале, где граф добился оправдательного решения. Чтобы избежать паники и попыток вырезать «опасный род», Файнир забрал юного лорда к себе и до совершеннолетия стал его наставником и защитником,- Я похоронами отца не занимался. А в Лианаре не особо распространена традиция предавать тело пламени. Всё зависит от веры и традиций семьи. -А у вас видимо хоронили так, как есть. Гроб и в сырую землю,- улыбнулся, чтобы разрядить обстановку. -У нас никогда не хоронили в землю. Но, лопаты всё равно нам понадобятся.

***

Несколько ранее.

      Алые глаза сына рода Колден холодно смотрели на величественный дом графа Файнир, который по своей архитектуре больше напоминал средневековый замок. Род Файнир всегда любили размах. Говорят, столь славный род прибыл из далёких земель и служил императору-дракону. Предположения, отчего же столь славный сильный род поселился в землях реки Лиа уже стали легендами, и одна краше другой! Злые языки твердят, что граф прогневал своего правителя и был с позором сослан в дикие земли, иные сказывают, что граф первый следил за порядком и такова была его миссия. Были слухи, что первый граф Файнир Лианара был младшим сыном в семье и он бежал в дикие земли, чтобы поймать своё собственное счастье. Мне доводилось слышать и более романтические сказки, что молодой граф полюбил деву, которую сослали, была похищена или просто родилась в молодом городе реки Лиа. Так или иначе, род князя Файнир действительно был один из первых правителей и стражей порядка в Лианаре. Невозможно вспомнить время, чтобы они были у кого-то в подчинении, как невозможно вспомнить пример нарушения Закона. Граф Файнир был рядом с основателем города графом Феарол, когда он ещё создавал и управлял молодым городом. После его ухода граф Файнир действительно возглавил Совет управления часом Ночи. Правда, этот совет долго не просуществовал, так как по природе жителям ночи необходим сильный лидер. Совет постепенно трансформировался в союз Стражей Горизонта событий.       Камель прекрасно знает, что на земли графа невозможно вот так просто ступить. Самый жестокий, коварный род ночного Лианара. Его системе защиты может позавидовать Магайдер, его стилю мести князь Розальд, а стилю убийства сам Колден. Вечно усмехающийся, уверенный в себе вор чужой удачи Кай Файнир. К такому человеку необходимо подходить с осторожностью и уважением. Только безумец смеет показывать своё неуважение. А лорд Колден как раз безумец, но Кай частенько замечал,что стиль молодого лорда Колден ему нравится, видимо поэтому прощал ему пренебрежительный взгляд и откровенную наглость, которую «…он наверняка унаследовал с кровью Проклятых». Незванный гость гордо расправил плечи и сделал шаг, пересекая невидимую границу защиты. Уже через мгновение он на себе почувствовал давление магической защиты: перекрывающий любые внешние звуки, звон в ушах; разрывающее изнутри леденящее душу крик смерти; перед глазами всё потемнело, но на устах безумца отчего-то возникла такая характерная для Проклятых насмешливая улыбка. Лорд пал на колени и позволил тьме и разрывающему хаосу проникнуть глубже. Он уже давно понял, что этому не нужно сопротивляться. Если приноровиться можно даже словить кайф от того, как твою душу разрывают на маленькие кусочки. И переживание собственной смерти, кончины своих близких или банальная встреча с позором (для кого, что страшнее) станет приятным времяпровождением. Но, чтобы всё происходящее воспринимать именно так, нужно пережить подобное с лишним тридцать раз, только после включается несколько флегматичное, ироничное отношение к неизбежному. Хотя… я склоняюсь больше к варианту, что в подобной пытке в полноте своей прелести проявляется наследство от Зельфир. Камель Колден умирает, но пробуждается Камель Зельфир, для которого система защиты графа Файнир приятная прогулка по собственному кошмару.       Алые глаза постепенно почернели, из груди уже стал вырываться лёгкий смех. Удивительно, что до сих пор не появился страж семьи Колден. Хотя почему странно? Ничего удивительного - защита земли семьи Файнир не позволяют иным стражам проявить себя в своей плоти. Проще говоря, ступая на землю графа вы сами отдаёте свою жизнь в его распоряжение. На его земле только он решает будете вы жить или умрёте. Наверное, именно поэтому у него так мало бывает гостей. Зато… самое безопасное место для проведения балов и праздников. Так же во владениях графа самый просторный зал для танцев! -Камель, - голос прозвучал вдалеке, но уже этого было достаточно, чтобы система защиты начинала отпускать незванного гостя от своих холодных мучительных объятий. Рука графа легла на плечо друга, и немного поддерживая молодого лорда Колден, постучал по спине, чтобы из мага вышла тьма, которая уже успела просочиться внутрь тела через приоткрытые уста,- ты уже меня начинаешь немного пугать. Можно же всё-таки научиться присылать письма с предупреждением о своём приходе. Даже элементарно воспользоваться связью круга.       Камель словно резко проснулся и согнулся в кроваво-чёрном кашле. Сейчас бестолку ждать от него ответа, пока до конца не отпустит, едва ли будет способен даже поднять голову. -Мне даже стало интересно. Ты мазохист или больной на голову ублюдок? Пятьдесят восьмой раз и тебе мало? Так ещё пытаться сожрать моего стража, - последнее мужчина сказал с лёгким смехом. За его спиной медленно выросла тёмная субстанция, которую многие паникёры могли бы спутать с Пустым, но это существо хоть и похоже на этих тварей намного дружелюбнее и безобиднее. Знаю, верится в это с трудом. Но, согласитесь! Это существо – материя тьмы, сотканная из собранной тьмы из душ членов семьи Файнир. Каждый оставляет свой вклад из-за чего страж с каждым поколением, с каждой смертью становится всё больше и сильнее. Это не та голодная тварь, которая ищет любой шанс проникнуть в чужое тело. Скажу больше, Найтмер терпеть не может рамки плоти. Его это… оскорбляет? Касательно вредности для смертным, Найтмер может убить условно. Он создаёт условия, благодаря которым человек начинает блуждать по лабиринту собственных кошмаров и, конечно же, многие не справляются с подобным шоком и умирают. Пустые же лишают человека воли и преследуют собственно цель – вернуть свои воспоминания или пожрать чужие, обратив свою жертву в очередного Пустого. Лично я считаю это гораздо хуже внезапной смерти от страха. Но, всё-таки главное преимущество стража семьи Файнира – сила изгнания стража чужой крови. Страж семьи просто не услышит хозяина, а если уже был призван может быть отправлен в небытие? Но, поговаривают, что этот страж способен навсегда лишить провинившуюся семью стража. Не знаю, примеры подобного проявления силы пока ещё не было… -А, знаешь, ему твоя оболочка пришлась по вкусу. Может, завещаешь мне своё тело после смерти. Станешь плотью нашего семейного стража,- незаметные, похожие на тени слуги открыли двери и как только хозяин и его гость прошли незаметно тихо закрыли. Тут же можно было заметить, что стали готовить восточную гостиную для особых гостей. Камель уже догадывался, что Файнир снова будет отпаивать его цветочным чаем и закармливать имбирными пряниками, которые, кстати говоря, Камель просто на дух не переносит. Может в детстве он их и любил, но… Кай его просто перекормил этими имбирными пряниками. До графа всё ещё не может дойти тот факт, что Камель давно не ребёнок.       Лорд немного с изумлением посмотрел на хозяина дома, потом на мелькающую рядом тёмную субстанцию. Всё-таки не смог сдержать собственного недоумения: -Я… я думал, он не любит материальную форму. -Не любит. В вопросе одежды он очень придирчив, как, впрочем, и я,- очень удачно заметил Кай и с усмешкой заметил, как молодого лорда передёрнуло,- Итак,что же тебя привело ко мне, Камель? Да ещё с такой спешкой, коль тебе сложно было просто отправить мне записку.       Колден медленно сел в мягкое кресло, тут же взял предложенный ему горячий душистый чай. Как и раньше после такого близкого общения с защитой дома руки были очень холодные. Холод не ощущается, но сам он наверняка своим внешним видом напоминает живое воплощение трупа или проклятого смертельным заклятьем медленного угасания. Первый глоток был мучительным испытанием, но необходимое. Вкусовые рецепторы должны осознать, что их хозяин всё ещё жив, а вслед за ними проснуться и остальные ощущения. -Да, вот… стало интересно, что же тебе известно про инцидент в городке Кольстрон. -Там, куда сбежал Нецар?- жёлтые глаза внимательно посмотрели на собеседника. Садиться напротив Кай не спешил. Он смотрел на Камеля сверху вниз анализируя и оценивая поведение своего гостя, аккуратно пробовал на вкус его слова, чтобы верно решить стоит ли продолжать разговор,- что-то интересное слышал. Но, думаю… тебя едва ли интересуют тамошние ярмарки, фестивали, интриги и провинциальные будни. -Верно,- Колден стойко выдерживал взгляд своего на данный момент противника. Главное правило – не вглядываться в крапинки в ярких золотых очах рыжего мужчины, который судя по его щетине решил отрастить себе бородку. Лорд заметил про себя, что графу стоит сказать, что ему совершенно не подойдут усы. По крайней мере не сейчас. Пусть сначала женится, а потом хоть бороду отращивает! Вкрапинки в глазах генерала войск ночного Лианара стали медленно менять своё положение, Камель уже интуитивно опустил глаза не смея искушать свою судьбу. Неизвестно, Файнир осознанно крадёт чужую удачу или всё это происходит вот так, по несчастливой случайности. -Ммм, научился предчувствовать мой голод до чужого счастья?- тихо посмеялся мужчина и сел напротив, проведя рукой по щетине и довольно усмехнулся,- Тебя интересует смерть Нецара и каким образом в этом замешан наш круг? -Нет. Меня интересует коим образом в данном случае замешан именно ты. Ворон Магайдер не из тех людей, кто слепо бездумно творят такую глупость! -Глупость?- с искренним удивлением переспросил генерал и наклонился чуть вперёд, сложив руки перед собой замок,- Поясни. И где же здесь по-твоему глупость? Глупо со стороны Рудена проявлять слабость и излишнюю благосклонность. Нецар – пешка Маркиза и он знал слишком много, чтобы его так просто оставить в живых. Думаешь, я позволил бы ему так легко встретиться со своим отпрыском? Камель глубоко вздохнул, поставил чашку на стол и стал медленно массировать переносицу. Хозяин дома не осознано давил на своего гостя и крайне редко замечал это. Не удивительно, что к нему в гости заходят только Камель Колден и Гелиор де Альд. -Ты даже не пытаешь отрицать… -Зачем?- пожал плечами мужчина и сделал жест слугам, чтобы они покинули помещение. Только сейчас лорд заметил, что их окружало около четырёх верных своему хозяину служанок. Невольно напрашивается вопрос сколько же прислуги в этом здании, но подобный вопрос задавать просто не прилично. А Кай тем временем посмотрел на стрелки часов на камине,- Когда-то мне эти часы подарил Мрак Магайдер. Из Рудена невозможно слепить второго Мрака. Мы все это прекрасно понимаем, но… допускать из-за разочарования смуту? Ни мне, ни нам это не выгодно. Руден выбрал себе отвратительно рыцаря. -Отчего ты так думаешь? -Просто потому, что я знаю, что на данную роль Мрак готовил своего второго сына,- медленно обернулся и улыбнулся, заметив искреннее удивление Стража правды и блюстителя свершения клятв,- Всё верно. Тебе не показалось. Ворона готовили стать подле своего брата. Я просто предоставляю мальчику шанс реализовывать свои таланты и выполнять свою миссию. -Вы… вы с ума сошли? Откуда… откуда вам вообще знать, к чему у него лежит душа, а к чему нет. Какая у него миссия… -Он костями готов лечь за благополучие семьи. Он безумно предан брату. Этого уже вполне достаточно. Конечно… мне так и не удалось узнать, что же произошло между братьями, почему Руден решил переломать своему брату крылья и лишить его права носить имя,- граф пожал плечами и взял тоненькое печенье, покрытое солью. Удивительно, что в этот раз без имбирного пряника. Видимо план с внезапным приходом удался. Главное, чтобы не успели к уходу приготовить,- Однако, достаточно уже того, что он выполняет, что ему предначертано во благо нашего круга. -Только не говори, что ты его принял в круг… -Что? Нет, Камель. Конечно, нет,- мужчина посмеялся и откусил кусочек печенья,- Я не настолько глуп, ведь тогда Руден увидит его в наших списках. А это поведёт свои проблемы. Тем более, нам гораздо выгоднее его присутствие за кругом. Тень же не может рассеиваться внутри фигуры, верно?       Камель молча сдержанно вздохнул и покачал головой. Что ещё можно говорить? Спорить? Бессмысленно. Если граф уже что-то вбил себе в голову, его не переубедить. Можно предложить, что-то более ценное и полезное, но такого сейчас Колден просто предположить не может, и не факт, что оно есть. Итак, видно, что граф занимался тренировкой мальчика ещё с его ранних лет. А если Файнир что-то или кого-то готовит, то это обязательно исполнит свою роль. Кай не намеревался так просто предоставлять возможность своему собеседнику возразить, ведь понимает, что в лорде может взыграть известный протест против методов Зельфиров. А подготовка истинных исполнителей ролей – это одна из технологий воспитания Проклятыми необходимых персонажей для идеального развития города или для скорой победы в войне. Такие методы Зельфиры принимали в те времена, когда они всё-таки играли активную роль в жизни города. Похоже, революция против власти Зельфиров не все сорняки прополола. Кай словно прочитал мысли своего гостя: -Да, это методы проклятых. Однако временами это необходимо. Глупо отрицать знания Зельфиров. Иной раз мне даже думается, что они более коренные жители этого мира, чем кто-либо из нас. -Так или иначе, это не причина…- Колден не успел закончить мысль, как встретил знакомый жест, призывающий к молчанию и терпению. -Причина. Наш противник Маркиз. Если он готовит своих фигур, отчего же нам не готовить своих? Тем более, если быть откровенным я буквально спас мальчика от сломанной психики. Предоставил ему высокооплачиваемую работу, возможность развивать свои таланты и выпускать силу. Надеюсь, мне не стоит разъяснять, чем нам грозит длительное пренебрежение нашими силами. Правда, Гелиор, прознав о моей связи с мальчиком настоял, чтобы он после каждого задание наблюдался у врача. Впрочем, пусть действует как ему угодно. Моя позиция по вопросу его двойственной природы весьма проста. -Дать возможность ночи себя проявить, и она задушит день,- процитировал своего учителя молодой лорд и провёл рукой по алым волосам. -Именно. Мрак поступил не разумно, пытаясь создать из мальчика… подобие сумеречного? – граф призадумался. Ему сложно даже представить, что же в итоге хотел видеть в своём младшем сыне ныне покойный правитель ночного Лианара,- Мрак был мудрым правителем. Только этот факт останавливал меня жестко вмешаться в развитие мальчика. Но, даже сейчас я не уверен, что его вера была оправдана. Рано или поздно чары преподобной Силиции окутают душу Ворона. Но вернёмся к нашему вопросу. Что же тебя, мой дорогой ученик встревожило? -Правитель должен сдерживать свои обещания. Руден помиловал Нецара, он жаловал ему жизнь, а теперь… как народ будет доверять его слову? Он в ответе за действия своего младшего брата. Ворон наверняка исполнял твой заказ от его имени! – Файнир немного удивился подобному заявлению. Мужчина наклонился чуть вперёд и с интересом посмотрел на наследника крови Проклятых. -Ты… переживаешь за судьбу Магайдера? Неужели… так сильно благодарен ему за своё собственное счастье? – Камель нахмурился. Он не любил, когда к вопросу его отношения к молодому правителю притягивают прошлое. Да, он благодарен за Вирджинию, за жертву, которую принёс дом князя Магайдер во благо крови Колден. Но здесь это не играет никакой роли! – Кстати, о твоём счастье. Когда всё-таки обзаведётесь потомством? Я ещё должен успеть твоего сынишку натренировать. -Рано ещё,- лорд скрестил руки на груди и украдкой посмотрел на дверь. Кай быстро догадался, что тема для его ученика весьма болезненная, а значит и сам разговор просто необходим. Сколько молодой лорд сможет держать всё в себе. А Колдены имеют дурной талант – уничтожать сами себя. -Смотри, ваша демонстрация Счастья становится весьма… подозрительной. Уже может показаться, что ты специально демонстрируешь окружающим, что всё хорошо. Может, хотя бы мне расскажешь, что у вас происходит или не происходит. Молодой маг перевёл взгляд своих алых очей на рыжего вора удачи и спустя недолгую паузу обречённо вздохнул. -Я… мы правда считаем, что ещё рано. Маркиз, Чёрная Стария… -Вот не начинай мне тут оправдываться. Каким же образом чокнутая баба из Бриллиантовой тропы может тебе помешать хорошенько… доставить удовольствие своей женщине?- решил всё-таки не выражаться. Всё-таки не о девке из борделя речь идёт, а о леди Колден! – Не получается? -Получается, но… результата нет,- хмуро ответил лорд. Кай согласно кивнул и закрыл глаза. На какое-то время он погрузился в размышления. Пока граф молчал, Камель всё-таки решил угоститься чаем и предложенными вкусностями. Спустя несколько минут ожидания граф «вернулся» к своему гостю: -Тебе не понравится моё предложение, но… ты не думал всё-таки выполнить предсмертное желание своего отца? -Поговорить с Зельфирами и допустить их к нашему склепу? – раздражение и презрение не ускользнуло от внимания мудрого стража Горизонта Событий. Было достаточно одного осуждающего взгляда золотых очей, чтобы лорд немного остудил свой пыл,- Каким образом это может помочь? -Смерть и жизнь неотъемлемы друг друга. Мы живём в мире непрерывных циклов повторений, по крайней мере, так об этом говорят Проклятые. Можешь отрицать, можешь злиться, но в твоей крови течёт наследство Проклятых. Твои глаза и причуды твоей силы тому подтверждение. Возможно… твой отец уже понял главную загадку, почему Зельфиры никогда не хоронят своих предков в земле. -Мне не интересны погребальные ритуалы… -Ещё раз повторяю, Камель. Смерть и Жизнь нераздельны. А ты окружил свой дом смертью! Оставь, пожалуйста, данную привилегию мне. Я слышал, Руден объявил о мире с Краем Зельфир. Воспользуйся этим, заодно покажешь простому народу достойный пример,- Кай внимательно смотрел на лорда и гадал, слушает он всё-таки или уже выстроил стену отрицания и невежества? Судя по тому, как Камель с интересом разглядывает дорогой ковёр, всё-таки слушает. Детские привычки не истребимы. Значит можно продолжать, - Пригласи в свой дом, например, того же Алеастра. Он же ещё не возвращался в Край?       Камель поднял свой взгляд на графа, молча вопрошая и ожидая объяснения, зачем собственно он должен это делать? Файнир поднялся и подошёл к окну, аккуратно отодвинув тюль в сторону. Сейчас он своеобразно сканирует сам Горизонт Событий. Если что-то происходит или присутствует кто-то посторонний, всегда первый об этом узнаёт глава дома Файнир. Увы, это распространяется только на конфликты с пролитой кровью и чужаков. Именно поэтому жители Горизонта говорят, что «…частью Горизонта можно стать только после первого поколения», только, когда очи графа перестанут видеть твою энергию, как энергию чужака. -Зельфир рядом с границей своего дома. Там должно быть есть гостиница. Будет с твоей стороны глупо его упустить, однако сейчас не торопись его отвлекать,- Кай отступил от окна, сам скрестил руки на груди давая понять, что спорить и перебивать его чревато последствиями,- Дождись улыбки прекрасной Силиции. Не обещаю, что будет просто, но… это будет полезно. Для тебя же в первую очередь. -… Хорошо. Можно хотя бы Вирджинию в это не впутывать. -Ну, если ты решил сам каким-то чудом забеременеть, выносить ребёнка и родить, тогда пожалуйста!- граф с усмешкой посмотрел на возмущенного лорда, - Я бы на это даже посмотрел. Однако, всё зависит от того, что скажет Проклятый. Последней волей твоего отца была просьба вернуть кости в Край. Но ты элементарно не смог бы их найти. -А мне показалось, что последней волей моего отца было страстное желание меня убить и покопаться в моих внутренностях, так же как произошло и с мамой, - не сдержался. Кай хмуро промолчал, даже если говорить, что Алоис Колден начал тревожиться о своём рассудке до того дня, как сорвался и успел озвучить свою последнюю волю в здравом уме, Камель этого не услышит. Мрак и Кай уже делали много попыток, мальчик просто не слышит. -Это значит весь сад раскопать! -Именно, ты их не чувствуешь. Думаю… если ты не последний носитель клейма Проклятых, то твоё дитя может стать последним. А коль так… возможно, даже после исполнения последнего желания могут возникнуть трудности. Но это уже лучше спрашивать у Алеастра. Конечно, он предложит тебе в первую очередь вернуться и будь уверен, если ты переступишь черту - Вирджиния мигом забеременеет, а это всё. Права выбора не будет. -Настоящая ловушка… - Кай согласно кивнул и подошёл к своему ученику, подбадривающе похлопав его по плечу. -Я знаю, на подобное ты не согласишься, но… я попрошу не посылай его сразу. После третьего предложения он обязан тебе предложить альтернативу. Таков у них закон. Ты связан с ними кровью, значит и он связан с тобой, а их кровь обязывает помогать родственникам. Воспользуйся этим. Воспользуйся хотя бы ради своего ребёнка, ради счастья Вирджинии. А то гляди… сбежит, например, к Розальду. У него ведь уже маленькая дочурка имеется. Проблема, ведь в тебе, в твоей крови, а не в ней. -Спасибо, что в крови, а не в члене,- не сдержался от своеобразной шутки, которую граф похоже оценил, - Хорошо, значит я могу требовать у этого Алеастра помощи? -Именно. Всего раз в своей жизни, конечно, но я, думаю, тебе и этого будет достаточно. А, что касательно Рудена. Он должен проявить свой характер, показать свой курс. Они должны понять, что перед ними не Мрак,- Кай отпустил плечо друга и глубоко вздохнул,- как в своё время пришлось это осознать нам. Рудену ещё предстоит проявить себя… ощутить сполна оковы Короля. А пока… он в моих глазах коронованный принц. И, да, Камель, когда потомок Зельфир подойдёт к воротам твоего дома, не забудь напомнить ему про строгое правило…

***

-Эта земля не принадлежит Вам,- тихо произнёс лорд Колден, глядя на прекрасный сад супруги. Не ясно к кому он обращался, к живому потомку Зельфира или же к мертвецам, что нашли свой приют в ласковом внимании и заботе прекрасной маркизы Теральд? Алеастр чуть заметно вздрогнул, заметив холод слов хозяина дома, но не подал виду. Никто из Края само собой не любит упоминать о силе слова Хозяина Крови, какая бы она не была. Не любит когда смертные вспоминают про Законы Земли и взывают к силам управления взаимоотношений хозяин-гость. Многие уже забыли, ещё больше не знают или просто не верят, что столь простые правила распространяются и на детей Мудрого Зельфира. Алеастр постарался отвлечься от сформировавшихся вокруг его запястий оков зависимости к слову и настроению хозяина дома. Сильное напоминание. Ещё одно доказательство, что Кровь всё ещё сильна.       В сад Вирджинии Колден вели ажурные ворота, которые были перенесены из прошлого поместья семьи Теральд. Стоит отметить здесь много что появилось из поместья маркиза. Беседки, фонари, скульптуры, украшения, небольшой фонтанчик, клетки для певчих птичек, красивые горшки для растений, лавочки и любимые ворота. Для Вирджинии ворота это очень важный элемент её маленького мира – взаимосвязь с её детством. Будучи маленькой девочкой, не смотря на запреты отца, любила взбираться на самый верх и кататься назад и вперёд. Из-за этого её часто сравнивали с дикаркой, а петли ворот регулярно проверяли, чтобы не дай Забвение трёхметровое тяжелое изваяние не упало вместе с ребёнком. Алеастр буквально слышал заливистый смех девочки, скрип петель и недовольные возмущения маркизы, что не могла справиться с дочерью.       Всё, что появилось в саду с Вирджинией из старого дома было пропитано историей и воспоминаниями. В большей степени романтическими, настолько сладкими, что проклятому стало немного противно, но не менее любопытно. В доме он так же обратил внимание на вещи, которые, видимо, перекочевали из родительского дома маркизы Теральд. Уж слишком они отличались своим дыханием, следом, который обычные жители Лианара едва ли заметят, ведь в принципе как деталь декора вещи более чем вписывались. -Ваша супруга пытается сплести прошлое двух семей?- поинтересовался гость. Лорд облокотился о лопату и остановил свой взгляд на фонтане, где возлюбленная так часто любила его дразнить. На какой-то миг услышал её звонкий чарующий смех и дозволение всё-таки прочитать то немногое, что он написал для неё. -Да. Это так сильно чувствуется? -Более чем. И стоит отдать должное, у неё это получается. Если ничего не пропустим, то ваш ребёнок будет скорее всего нести в себе странную гремучую смесь. Интересная основа для линии повторения. Такое даже сложно назвать повторением. -Меньше слов, больше дела,- лорд взял лопату в руку и прошёл в сад. Каждый раз, как стоило ему ступить в данную часть владений возникало ощущение, что оказывался в гостях у старика маркиза Теральд. Снова чувствовал себя мальчишкой, который должен не забывать про осторожность. И вот! По привычке снова посмотрел на окна первого и второго этажа, вдруг кто-то его увидит! Глупое наваждение. Глупое и в то же время приятное. Всяко лучше того ада, что он чувствовал прежде, до преображения сада по инициативе возлюбленной. Даже не верится, что совсем скоро он сам же своими руками испортит красоту, что она успела за эти годы сотворить.       Алеастр тем временем больше обращал внимание на собственные ощущения. Если в чём-то не уверен – слушай собственное сердце. Увы, сердце сегодня не помощник. И молодого стража Края Зельфир тревожила мысль, что оно ещё не скоро станет для него добрым советником. Странная, неприятная энергия гнетущего молчания. Уже нехороший признак.       В листве яблони тревожно шуршат змеи, в траве спрятались маленькие детёныши скорлуп,- эдакие пушистенькие маленькие комочки с глазами. Вроде обычное дыхание сада, но всё равно было здесь что-то тревожное. Тихий звон колокольчика, закреплённого на кончике крыла подтвердил опасения Алеастра. Всего в одно мгновение гость притянул к себе за руку хозяина сия земель и сделал шаг с разворотом влево. Со стороны это могло показаться, что он просто сделал поворот из какого-то танца, но и Камель почувствовал, что рядом с ним прошлось что-то невидимое и довольно плотное. -Как я и опасался. Нам тут не будут рады,- Алеастр отпустил лорда и с напряжением стал всматриваться в окружающее пространство. -Ты их видишь? -Увы, а может к счастью, нет. Я не обладатель очей беспокойных душ, - с осторожностью отправился по тропинке,- Но, может это даже хорошо, что нас так скоро поприветствовали. -Стоп, ты говоришь с сомнением?- с некоторым возмущением спросил Колден и посмотрел на проклятого. Улыбка и довольный и в это же время чуть-чуть виноватый взгляд объяснил всё,- Ты сам никогда не проводил Это? -Нет, не проводил. Только слышал. Но признай, грех отказываться от такого бесценного опыта,- чуть посмеялся Алеастр и приложил палец к губам, жестом дав знак Камелю остановиться и посмотреть на плотную едва заметную прозрачную фигуру вдали,- Ты их потомок, как один из них считает, «последний на моём веку». А я тот, кто недавно пережил утрату. Запах смерти, скорби и след Нашей крови. Для таких неупокоенных духов мы с тобой лакомые кусочки. Ты как родственник. Я как самое слабое звено.       Алеастр говорил очень тихо, чуть ли не одними губами. А вот Камель похоже только сейчас стал понимать в какой опасности находился он и как близка была к этой самой опасности Вирджиния. -Вы уже потеряли много детей,- наконец-то раскрыл истину «охотник» и сделав ещё пару шагов в сторону пропустил бродящий призрак, к счастью не агрессивный. Пока не агрессивный,- Нам туда.       Алеастр аккуратно и в то же время стремительно отправился к гибкой белой яблоне. Белый ствол, чёрные плоды и огорожена, камнями от остального сада. -Что это?- гость посмотрел на лорда. Камель вспомнил, как отец в своё время срывал с этого дерева для него яблоки и с отеческой улыбкой наблюдал, как сын с удовольствием грыз их. -Как говорил мой отец: «Последний, кто был крылатым»,- Алеастр замер в ужасе, а Колден сорвал яблоко и демонстративно громко откусил кусочек. Существа, что гуляли по саду за спинами, дрогнули и резко ощущение «присутствия» исчезло. Кислый, сочный вкус. Вкус счастливого детства.       Сын Дэолора не стал задавать лишние вопросы, с трудом отодвинул валуны в сторону и даже лопату брать в руки не стал. Он чувствовал, что это совсем недалеко. Единственный, кто был предан огню. Единственный, кто отчасти обрёл покой.       Руки почти по локоть в сырой мягкой земле, а на коленях два небольших крыла. Камель не вмешивался. Просто не мешал. Ему было интересно наблюдать за дрожью жителя Края. Лёгкая дрожь, и не удивительно! Для любого потомка Зельфира видеть отпиленные крылья мука. -Ещё подросток,- сорвалось с уст молодого мужчины. Аккуратно и даже нежно провёл пальцами по шрамам на костях, что стали за всё время своего заточения в земле страшно хрупкими,- Вот почему… отец всегда приходил в ваши земли в плаще. Мне даже не во что его укутать. -Его? Это только остатки,- тихо хмыкнул и откусил последний кусочек. Этот хруст спугнул скорбь, но привлёк в сердце гостя лютую злобу. Это был невинный ребёнок. Ребёнок второго… или третьего поколения? Возможно первенец, а может и нет. Но, точно последний у кого было два крыла, ведь после благодаря его крыльям Они создали то, что отравляет Их природу Так, что уничтожает намёки на самое ценное наследство от Отца! -И это стоило того? -Вполне. Силы, унаследованные от Вас смогли адаптировать к окружающей действительности. Мы получили эффективное средство определения родства, всё-таки плоды этой яблони могут есть только кровные родственники. А ещё получили свободу от бесполезных отростков,- Камель даже бровью не повёл, когда у его лица расправили крылья. Алеастр медленно поднялся и выпрямился. Он долго смотрел на потомка печального для Края союза и снова убедился, что Он того не стоит. Лорд преследует только свою цель. Ему плевать на чувства своих же сородичей. Сородичей? Ха! Он не считает жителей Края своими родственниками! -И это ещё Нас называют чудовищами?- тихо прошипел Алеастр. На высказывание лорд усмехнулся и отошёл немного назад, чтобы «не мешать». Змей перестал быть осторожным. Он в своём гнезде. Убедился, что его гость играет по выгодным правилам и раскрыл свою ядовитую натуру. -Но тем не менее Вы всё равно пытаетесь вернуть в Край «неблагодарную кровь». Я верно процитировал?- Колден просто не представляет, как же сейчас опасно хоть косвенно упоминать отца Алеастра. Зельфир холодно молчал, аккуратно прижимая к себе крылья бедного ребёнка. -Рано или поздно голод проснётся и Лианар не будет способен его удовлетворить, ровно так же как ты не способен надолго оставить свою жену одну.       Колден напрягся и сжал губы. Возможно кратковременный союз с сыном того Зельфира поможет решить вопрос с беременностью Вирджинии, но будущее повторение пути отца совсем не отменяет. -Не удачное сравнение,- всё, что смог сказать Камель. -Это ты так думаешь,- колко заметил Алеастр.       Наступила неловкая пауза. Лорд снял свой тёплый плащ и разложил на земле. -Вот. Это ведь не единственные. Я не хочу чтобы Это оставалось в Моём доме. Тебе придётся их в чём-то нести,- гость не стал спорить. Аккуратно сложил обрубки. Лорд заметил прислугу, что ожидала у двери в дом,- Видимо, тут нам необходимо разделиться. Собирай, что тебе нужно и когда найдёшь всё, что Мне мешает – шепни моей славной Змейке. Я подойду и решим, что делать дальше. Возможно, провести ритуал погребения без сожжения? -Это не рекомендуют… -Возможно?- повторил свой вопрос более настойчиво. Алеастр нахмурился и посмотрел на крылья несчастного ребёнка. Лучше покончить с этим как можно скорее. -Да, есть способ. Я смогу успокоить и отпустить души тех, чьи крылья не почувствовали свет. Смогу найти неокрепшие или одинокие. И… если Вы так желаете, отпущу душу того с кого всё началось. -Значит моё присутствие не обязательно,- рассудительно закончил Камель. Алеастр понимал, что у лорда вероятнее всего были свои планы на этот день, и он не из той категории гостей с кем бы демону-магу хотелось проводить своё время. Зельфир чувствовал - хозяин дома жаждет, чтобы он поскорее покинул дом, нет! Покинул Город! Вернулся в свой Край и не смел беспокоить покой Лианара. Нет, возможно, слово гостеприимство и знакомо семье Колден, но не приемлемо по отношению к жителям Края. Даже к «приглашенным». Впрочем, проклятый ожидал подобного расклада. Дети всегда боятся своих старших, более сильных, опытных и знающих родственников. Было ли это бегство? Скорее тактическое отступление, чтобы самому не испортить все свои планы. Алеастр не Дэолор. Он может психануть и просто уйти, Камель это чувствовал. Как и Алеастр чувствовал, что отец не простил бы ему подобное проявление характера. Не сейчас. Плевать на прошение Колдена. Для Края это шанс вернуть останки Домой, провести надлежащее погребение и отпустить измученные души в новый виток повторения. Он не имеет права так подвести свой Род. Последующую половину связи часов сын Дэолора освободил от холодных объятий земли обломки растерзанных воспоминаний о Крае. Ещё четыре пары крыла. Все третьего поколения. И не удивительно, что дальше у потомков возникали проблемы с зачатием. Удивительно другое. Все они были подростки и все были преданы пламени, хоть не со всеми надлежащими ритуалами. -Почему они были сожжены, если в вашей семье нет традиции пламени?- Алеастр тихо задал вопрос. Ответа можно было не ожидать. Змея-страж, что осталась вместо своего хозяина приглядывать за гостем не столь разумна, чтобы отвечать на вопросы или что-то самостоятельно решать. Следует по пятам, тихо напоминает о себе шипением, но не более того. Сын Дэолора талантливо игнорировал сие недоразумение, ведь ему стоило больше приглядывать за беспокойными душами, которые, видимо, уже почувствовали неладное. Попыток «поймать» и остановить становилось всё больше и назойливее,- И все дети. Максимум подростки…       Алеастр выпрямился и посмотрел на скромный могильный склеп. Небольшой, скромный, малоприметный, почти сливающийся с землёй, а значит - ступени ведут вниз. Основной склеп семьи дальше, во второй части внутреннего двора. Это весьма эффектное здание. Белый дорогой камень, колоны, у каждого «уснувшего» своя дорогая «постель». Каждый из рода Колден, до того как вмешалась кровь Края Зельфир, готовил себя попасть в резерв Библиотеки. Неизвестно какая душа и в какое время понадобится Лианару. Алеастру не особо интересно было смотреть на результаты высокомерия ядовитого змея. Тем более Там он не слышал даже лёгкого намёка на след праха его крови. Нет, вся «испорченная» кровь находится здесь. Под тяжелой, крепкой плитой. И в чём проклятый был точно уверен – там будет очень много ступенек. Алеастр прошёл по каменной неприметной дорожке к склепу и молча открыл сокрытый меж плитами проход. Змей-страж издал громкое недовольное шипение. -Я имею право взять всё, что мне нужно,- строго напомнил стражу и чуть наклонился вперёд, чтобы посмотреть что там внизу. В лицо ударил неестественно холодный воздух. По телу пробежались мурашки. Да, именно. Он здесь,- Тем более, если подумать я забочусь о твоём же благополучии. Ты же не хочешь умирать на этом поколении, да?       Змея продолжала шипеть, но уже тише и сменила стойку на недовольные кольца. Ползти дальше он не будет и гость понимает почему. Создание, сотворённое дорогой жертвой, так же сильно боится этого места, как и его хозяин.       Шесть метров под землю, там по скользкой тропе мимо пустых ячеек, которые любящие предки заранее приготовили для потомков «испорченной крови». Алеастр не сомневался, что их будет ровно на девять, максимум на десять поколений, но не исключал, так же возможность запаса для «братьев и сестёр». Чем дальше, тем сильнее воздух становился спёртым. Ощущался сладковатый привкус гнили и отравляющий дух относительно свежей смерти. Алеастр даже не был уверен, стоит ли ему брать в руки огниво? Не опасно ли это? Гость долго смотрел на тело отца своего «клиента». «Алоис лорд Колден» - гласила надпись. Если бы не эта табличка Алеастр с трудом бы догадался, что Это когда-то было живым существом. От красивого сильного мужчины остались только кости да мясо. Проклятый чуял след паники, крика, отчаяния и родной магии. Силы, которые не контролировали. Силы, что смешались с физическим насилием и буквально превратили противника в труп. Переломанные кости, можно угадать, где руки, где грудь, ноги, но голова и лицо... Алеастр почувствовал, как к горлу подходит чувство тошноты. -Только не в темноте,- не выдержал Зельфир и собрал пару относительно сухих прутьев. Дальше кропотливая работа с огнивом. У отца лучше получалось взаимодействовать с такими простыми, но очень важными инструментами, особенно в таких ситуациях как сейчас. Ещё одна радость в склепе были предусмотрены канделябры со свечами, но их зажигали лишь для того, чтобы возложить тело покойного на свободное место рядом со своими предками. Стоило молодому стражу края Зельфир зажечь последнюю свечу, как тихо вскрикнул от улыбки того, что у вас должно быть именуют призраками. По контуру можно догадаться Колден. Одежда, как в тот последний день, заляпана кровью, раны и следы побоев то появлялись, то исчезали отчего лицо то проявляло себя, то представляло собой страшное месиво. В холодном мягком свете свечей это выглядело ещё более пугающе. -Я… я не боюсь тебя,- прозвучало не очень убедительно. Но уже то, что Алеастр сразу не грохнулся в обморок, его самого очень радовало. Дрожащей рукой мужчина поставил канделябр и достал из брюк яркий алый цветок и белую нить,- В тебе уже не было оттенка крыльев. Значит всего два лепестка, для упокоения голода рассудка.       Алеастр постепенно успокаивался, ведь чувствовал, что в его жилах проснулась сила, а значит, этот дух не сможет даже осмелиться навредить. Даже если того снова охватит безумие охотника за секретами Жизни. Проклятый перевязал белой нитью два лепестка, не произнося ни слова и возложил их туда, где должны были быть у покойника уста и остался ждать. Постепенно лепестки чернели, и только после стали белеть. Нить налилась кровью и эта кровь стала капать на землю, что уже подтверждало характер смерти. Лепестки засыхали и вскоре смешались с остатками. Не то, что хотел видеть сын Края, но вполне ожидаемый результат, ведь Алоис ненавидел Край ещё сильнее и ярче, чем Камель. -Что же… надеюсь, твой дедушка не попытается сразу в меня вселиться,- тихо произнёс Алеастр перед тем как продолжить путь глубже в склеп. Тихий звон колокольчика предупредил живого отступить в сторону, когда мимо прошла та же самая фигура, что всё это время охотилась за Камелем, пока тот не съел яблоко с того ужасного дерева. На Алеастра тень, напоминающая призрака, не обращала внимания. Его заботит только родная кровь. А значит, он одержим идеей чистоты крови или всё-таки стоит сказать «очищением»? Но он был гораздо опаснее, чем его сын. У него всё ещё было крыло, которое было где-то рядом, но не совсем ясно где. Только подойдя к ячейке с именем «Даймонд лорд Колден» Алеастр понял, что было не так. Мало того, что это было одно крыло, так оно ещё росло под кожей, срослось с костями и защищало своего носителя, как змея. При жизни Даймонд был наверняка не красавец – горбат, ещё этот «внутренний змей», который защищал его от любого проклятья. Алеастр взял тот же цветок оборвал два лепестка в уста, по лепестку на глаза и оставшуюся половину бутона положил на грудь. Лепестки и сам цветок очень стремительно чернели и обретая белый цвет обращались в пепел. От нити стал исходить запах гари,- Ты так сильно ненавидел самого себя, что эта самая ненависть сожрала тебя изнутри, но ты… успел увидеть своего внука, коль продолжал его преследовать даже после своей кончины. Ты слишком строг к себе Даймонд. К себе и к своим родным.       Алеастр посмотрел вперёд на одинокий гроб из чёрного мрамора. Сына дочери Края боялись оставлять «свободным». Его заперли в гробу сдерживающего камня, так ещё для надёжности повесили шесть замков. Те, кто это сделал откровенно боялись полукровку. Предположить, что это сделал Даймонд? Едва ли. Если бы он создавал «постель» для своего отца работа была бы более утончённая и аккуратная. А здесь слышна воля Многих. Это означает лишь одно – его боялся Лианар. И скорее всего именно Лианар ломал крылья подросткам и детям. У их отца уже просто не было выбора, и он обратился к древним знаниям отравления крови.       Гость тихо с почтением подошёл к последнему пристанищу своего родственника. Прочитал табличку с именем и аккуратно провёл рукой по холодной крышке гроба. -Спокойного сна… брат мой,- Алеастр достал второй цветок, завязал его стебель особым способом и положил туда, где должны были быть сложены руки. Закрыл глаза и приклонил колено. Приветствие и в то же время прощание,- Мы будем как и прежде приглядывать за Нашей кровью. Твои дети,- Алеастр тихо вздохнул, чтобы сказать это как можно мягче и нежнее,- они просто заплутали. Защищаются от тех, кто боится того, что не способны понять и подчинить. Мы будем приглядывать и защищать их. Твой род не оборвётся.       Последнее сказал не сразу. И только после того, как услышал, что словно кто-то выдохнул, посмотрел на яркий алый цветок. Медленно, очень медленно он начал белеть. Сразу белеть, а нить наоборот чернела. То, что находилось под плитой высасывало из бутона последние жизненные соки. Зельфирам требуется освобождение от плоти и тут либо пламя, либо «переселение». Алеастр молчал и ждал. В этот раз он не избегал воспоминаний и чувств, наоборот стремился уловить прошлое своего сородича. Ему всё-таки хотелось узнать, какова же жизнь сына Зельфира за пределами Дома. Но, возможно к счастью он ничего не услышал. Только…       Тихий, неуверенный шаг женщины. Вирджиния Колден. Леди шла неуверенно, старалась не смотреть по сторонам. Ей не положено здесь быть и если супруг узнает, она даже боится представить, что тогда случится. -Вы… Я Вам помешала?- Алеастр обернулся и посмотрел на женщину. Да, всё-таки тяга к прекрасному в крови всё ещё сильна. Одно дело видеть эту женщину из тени её мужа, другое лицезреть прямо перед собой. О! Это редкое зрелище! Вирджиния Колден переминает с ноги на ногу от неуверенности и лёгкого страха, кусает губы, избегает прямого взгляда и жмёт ткань своего платья? Удивительная картина. Алеастр всё-таки вежливо поклонился в знак приветствия. -Нет. Вы не могли Нам помешать. Всё происходит в своё время,- повторил слова своего отца,- и коль Вы здесь… значит у Вас ко мне вопрос.       Алеастр мягко успокаивающе улыбнулся. Сейчас он не сделает ни жеста, ни шага. Женщина слишком встревожена, её очень просто спугнуть. Алеастр, как и отец мало верит в «случайность», поэтому то, что леди Колден спустилась в склеп и зашла так далеко… стоит воспринимать как знак. Но вопрос к чему? Тем более сейчас, когда он был занят проводами родственника. -Я? Да. Зачем Вы беспокоите нас? Нет. Я хотела попросить Вас больше не появляться на глаза моему мужу. -Конкретно мне или Нам?- сделал небольшое уточнение. -Вас. Камель, он… Просто не приходите. Он очень тяжело переживает. Вы беспокоите нас, как я поняла из слов мужа, минимум два раза в поколение,- леди перевела взгляд на цветок и медленно подошла к гробу,- Кто… кто здесь лежит? -Мой родственник. Прямой предок Вашего мужа, миледи,- Зельфир смахнул пыль с таблички. То, что он с лёгкостью прочитал не так давно, оказалось неразборчивой надписью. -И… вы понимаете, что здесь написано?- Леди попыталась прочитать, но время, сырость сделали своё дело. Имя стёрлось. На какой-то момент Алеастр даже призадумался, если табличка в таком ужасном состоянии, как же он так легко прочитал? -Рубиалорд. На нашем языке это переводится, как сын алой крови… -Именно из-за него Вы беспокоите нас?- женщина посмотрела на гостя. В этот раз смелее, хотя Алеастр чувствовал, что это скорее защитная реакция, самоубеждение и не более. -Причина, так или иначе, с ним связана,- уклончиво ответил проклятый,- Как Вас пропустил змей?       Вирджиния несколько смутилась и достала из кармана немного лепестков белой мяты. Склеп тут же наполнил дурманящий аромат, который перебивал даже запах гнили и сырости. Однако Алеастр понимал, что этого будет недостаточно, чтобы одурманить стража семьи и заметил спрятанную в рукаве девушки тонкую свирель. -Понимаю,- проклятый внимательно посмотрел на леди после на запечатанный замками гроб и взял цветок в руки,- Он вам нравится? -Кто? Цветок?- леди с недоумением взяла в руки бутон и тихо вскрикнула, выронив цветок из рук. Из мизинца сочилась капелька крови. Зельфир немного удивился, поспешил достать чистый платочек и отдал женщине,- Спасибо. Вы могли бы и предупредить, что он колючий.       Ещё больше удивила, но Зельфир быстро включился, вежливо извинился, поднял цветок, вернув того на прежнее место и исцелил ранку женщины, заодно и весь её организм. -Я уже закончил, мы можем покинуть это мрачное место,- аккуратно предложил. Леди была не против и только у выхода из самого склепа замешкалась. Заметив это Алеастр предложил,- Возможно, вразумительнее будет, если сначала выйду я, а после, когда будете уверены, что никого нет – Вы. Я отвлеку Вашего мужа на себя. До моего ухода нам ещё предстоит обговорить несколько вещей. У вас будет достаточно времени, чтобы выйти из сада незаметной. -Откуда… -Это сложно не заметить. Вы боитесь и не хотите, чтобы муж знал, куда Вы спускались. Возможно, встречу с моей персоной он ещё может простить, но нарушение запрета,- Зельфир отрицательно покачал головой и направился вверх по ступеням. У входа встретила спящая змея, но стоило ему взять в руки раскопанные остатки – тут же проснулась,- Не шипи. Сама виновата, что спишь на посту. Веди меня к своему хозяину.       Звучал как приказ, что больно не понравилось стражу, но противиться не стал – желание гостя совпадает с требованием хозяина. Алеастр чувствовал, что Камель рядом и он тщательно следит за садом. Удивительно, как Вирджиния смогла уловить момент, чтобы поговорить с жителем Края лично. -Ты закончил?- в голосе слышно нетерпение и лёгкий оттенок раздражения. Взгляд пал на кости-крылья, потом на проклятого,- Это последние? -Крыло вашего деда я оставил на прежнем месте,- поспешил прервать возмущения хозяина дома,- Он был однокрылым и его крыло росло внутри плоти, а значит мне пришлось бы совершить акт осквернения плоти. Не нужный акт, так как скорее всего его крыло успело за время жизни срастись со многими костями. -И что же теперь? С ним ничего не сделаешь?- Камель явно терял терпение. Так долго терпеть Зельфира на своей земле? Нет, к такому он не был готов. Алеастр сохранял спокойствие и пошёл вперёд, чтобы увести лорда подальше от стеклянной двери и окон в сад. -Я успокоил и освободил его дух. Было бы конечно лучше, если бы вы предали плоть огню, но тогда мне придётся прийти за скелетом. Сейчас его плоть это его саркофаг, который сдерживает не хуже чёрного мрамора. Ни он, ни ваш отец и тем более ваш прадед не навредят и не потревожат. Могу даже больше сказать, они теперь даже более мёртвые нежели то, что спит в вашем главном семейном склепе,- строго посмотрел на лорда,- Что касательно ребёнка. Отпустите эту мысль и избавьтесь от яблони. -Хотите, чтобы у нашего рода вернулись эти отростки,- Алеастр постарался проигнорировать оскорбление. Беспокойство лорда он мог понять. Если допустить мысль, что не Рубиалорд губил своих детей, то это скорее вопрос безопасности, а не оскорбление Края. А дед Камеля видимо страстно ненавидел свою кровь просто из-за того, что ему было очень больно жить. -Нет. Я хочу чтобы у вас всё-таки были дети. А эта яблоня даёт плоды смерти. Именно поэтому после того, как ты съел яблоко то, что раньше охотилось стало игнорировать. Так же яблоня впитало в себя энергию мук и смерти подростка, по сути ребёнка. Лучшей отравы или защиты от беременности просто не придумать. Хотите, можете оставить, но тогда не спрашивайте себя, откуда у вас проблемы. Я забрал источник сил, но дерево настолько хорошо пропиталось Его слезами, что там, где оно растёт уже земля владений принцессы Сиэль, если бы она, конечно, искала себе уголок для романтических размышлений.       Камель хмуро молчал. Дерево было слишком ценно. Это гарант, что у сына или дочери не будет крыльев, а значит не будет проблем. Алеастр словно услышал его мысли. -У вас очень велик шанс, что следующее поколение будет бескрылым. Твой отец, ты. У вас зачаток крыльев даже не пытался развиваться. Не думаю, что отсутствие яблок в рационе ребёнка или беременной женщины спровоцирует развитие крыла. Для этого потребуется истинное пробуждение, которое возможно только в Крае. -Чего никогда не будет,- уверенно произнёс лорд. Алеастр не стал даже пытаться спорить. Он шёл к выходу. Всё, что хотел он сделал и сказал. Задерживаться в этом доме не было никакого желания, - Надеюсь, Вы не задержитесь в Лианаре. -Я тоже на это надеюсь. Тем более теперь у меня есть причина, как можно скорее вернуться Домой,- не оборачиваясь произнёс Алеастр и вышел за порог. Как нарочно на улице так много зевак. Нет, это не просто так, Колден демонстрирует, что все возможные связи, ниточки оборваны и теперь он воистину свободен от Края. Наивный. Вот только… если бы недавно случившийся конфликт с Пророком и знания, что среди толпы наверняка много сторонников де Рейзи, Алеастр даже не обратил внимание на толпу. Колден провожать до гостиницы не будет. У него своя цель – закрыть дверь. Теперь вопрос – как вернуться в край? -В следующий раз предупреждайте куда Вы направляетесь, Алеастр,- прозвучал строгий голос, который тут же успокоил сердце Зельфира. Князь Магайдер. Да, едва заметно недовольство, прекрасно держит маску строгого правителя, но тем не менее!- Думаю, для всех же будет вразумительней, если Вы всё-таки вернётесь в Край. Вы ведь закончили все дела, так? -Да. Теперь да. Я буду благодарен, если вы мне поможете обвернуть… не волнуйтесь, они не отравлены и не прокляты.       Князь посмотрел на своего друга. Рау закатил глаза, но не отказал в помощи. Завернуть кости-крылья, получше их закрепить и вернуть обратно Зельфиру. Будет, что за попойкой рассказать. -Тогда прошу проследовать за Нами, господин Зельфир,- Руден направился вперёд, освобождая путь, Рау следовал закрывая спину. Да… что и не требовало доказательств – Лианар боится и ненавидит детей Зельфир. Самое главное доказательство он несёт в руках.

***

      Вирджиния прикусив губу проводила гостя взглядом. Осталось надеяться, что муж повременит с закрытием пути и проклятый успешно его отвлечет. Леди совсем не хотелось оставаться одной с покойниками. Спустя некоторое время леди Колден тихо зашагала наверх и тут закрыла рот рукой, чтоб не закричать. Выход был закрыт. Закрыл потомок Зельфира? Нет, не мог. Но мог страж рода. Путь можно открыть изнутри, но таких сил у женщины просто нет. Колден ощутила, как к сердцу подкрадывается ужас. Перед глазами вспыхнули события страшного прошлого. Маленькая девочка, которая провалилась в катакомбы и потерялась в лабиринтах подземного Лианара. Сломанная нога, сырой воздух, земля и одиночество. Вирджиния поняла, что начинает задыхаться. -Ох, нет! Нет-нет-нет! Камель! Камель!!- снова и снова пыталась поднять крышку, докричаться. Если не муж, то хотя бы змей что-нибудь услышит. Уже вытащила свечи и била по крышке канделябром,- Камель… прошу…       Ударила ещё несколько раз и дрожа опустилась на ступеньки стараясь успокоиться. Рано или поздно муж заметит её отсутствие. Прислуга сообщит, что она возвращалась домой. Но… вдруг он поспешит искать её в городе? Сколько он будет её искать? Сколько она протянет здесь? Без еды и воды? Нет, нужно успокоиться. Паника никогда не помогала. Никогда. -Тихий лунный свет… озари мне путь…- легонько покачиваясь, обняв свои колени Вирджиния дрожащим голосом напевала песенку из детства,- пусть подскажет дух, как замкнётся круг… ночь… и тишина… Силиция поёт… в небесах она звёздный путь плетёт. Белый сон у льва… рода моего. Приползёт змея…. Не найдёт его. Тихий лунный свет… успокой мой дух. Забери мой страх и…       Песня резко прервалась, а Вирджиния резко вскочила на ноги и вжалась в стену. Надгробная крышка (хотя её всё-таки вернее назвать плитой) с грохотом и пылью упала на пол. От падения камень раскололся на три части, но это было не самое страшное… -Так… не бывает…- Колден не знала куда бежать, где прятаться? Что ей делать? Она видела, что там вдалеке, где чёрный мраморный гроб, поднялся труп? Медленно нечто очень жуткое стало идти к женщине. Вирджиния замерла, надеясь слиться со стеной, а лучше превратиться в дочь ветра. Кости обтянуты тонкой серой кожей, редкие алые пряди и сильные крепкие крылья. Зрелище по-настоящему жуткое. Так или иначе, леди Колден уже молилась, чтобы это чудовище её не увидело. Оно ведь не сможет её увидеть, так? Как может что-то видеть то, у чего уже нет глаз.       Проклятый выпрямился, если это, конечно, можно так назвать. Качаясь, медленно подошёл к ступеням и остановился. Бывшая маркиза Теральд слышала, что мёртвые не могут подниматься по ступеням, похоже… это правда. Вирджиния немного успокоилась. Он не доберётся до неё. Вздох облегчения и тут же истошный крик. Костяные крылья перегородили женщине пути отступления, а дышащее смертью лицо медленно приближалось к перепуганной птице. Зельфир приставил палец к своим губам, такого Вирджиния не ожидала от чего видимо и замолчала. Не спящий тем временем изобразил что-то похожее на улыбку и медленно поднял руку к плите закрывающий выход. Посмотрел на плиту, потом на женщину. Колден просто не могла поверить в происходящее, но тем не менее молча кивнула в знак согласия. Мертвец приблизился ещё ближе и расправил крылья, в отличие от рук они были крепче и сильнее. Уже через мгновение, другое он просто сорвал крышку с петель и отбросил куда подальше. Одно крыло всё-таки треснуло. Дева дрожа смотрела на мертвеца и на его несколько расстроенное лицо… Собралась с духом и прошептала: -Спасибо…       Проклятый отвлёкся от своего крыла и обратил внимание на женщину, тихо вложил в её руки алый цветок.       Вирджиния резко проснулась. В склепе было как прежде, никаких ходящих мертвецов, никаких цветов… и только светлее стало. Леди посмотрела наверх и побледнела. Одной из плит, что закрывала выход не было на своём месте. Вот он шанс сбежать, но… теперь леди держало страшное любопытство. Пройти глубже и проверить. Цел ли гроб? Колден медленно прошла глубже в туннель и зажала себе рот. Замки на месте, крышка на месте, но на ней было три глубокие трещины, сквозь которые видно прах предка. Прах и поломанное крыло. За спиной леди услышала шаги и недовольный голос мужа. -Вирджиния, что ты тут…- лорд даже не успел закончить мысль, как чуть не задохнулся в крепких дрожащих объятиях жены. Вся злость сошла на нет, лорд Колден уже однажды видел свою любимую в подобном состоянии. В тот роковой для них день, когда нашёл её в старых катакомбах. Одна, со сломанной ногой, уставшая, с ужасом и отчаяньем снедающего сердце. Девушку искали уже несколько дней, и Камель решил присоединиться к поискам чисто из спортивного интереса, кто же знал, что он влюбится. Камель аккуратно, успокаивающе гладил любимую по голове, ругать бесполезно и бессмысленно. Сама себя наказала. -Камель… Камель, гроб…- трясущейся рукой женщина указала на крышку гроба. Колден украдкой посмотрел на предмет ужаса своей жены и поспешил увести её в дом, подальше от склепа.       Спустя несколько связей часов. -Однако…- Гелиор де Альд с неподдельным интересом рассматривал повреждения чёрного мрамора. Хозяин дома хмуро стоял, облокотившись о стену и наблюдал за действиями друга. Де Альд, прославился как дамский угодник, представляется фигурой непостоянной, недостойной доверия, однако в вопросе взаимодействия с покойниками Колдену больше не к кому обратиться,- Значит, нашёл её здесь всю в слезах при разбитом гробе? -Да. А ещё пришёл, так как услышал страшный грохот. -Грохот?- Гелиор непонимающе посмотрел на друга, а потом проследил куда указывает палец лорда и понял,- Ах, точно! Дверь же вырвало с корнем. Интересно. -Что скажешь? Может всё-таки от него избавиться?       Специалист по мёртвым ещё раз заглянул внутрь гроба и с нескрываемым сомнением ответил на вопрос: -А смысл? Здесь только прах. Камель, я даже больше скажу. Я удивлён, что у тебя здесь всё ещё держится запах гнили, хоть все тела уже превратились в прах. Я мог бы предположить, что крышка треснула от старости, но это не характерно для чёрного мрамора. И это не объясняет «грохот». Да и сами трещины… крайне странной формы,- де Альд снял замки и убрал крышку в сторону. Камель напрягся, и это чувствовалось, но Гелиор довольно часто сталкивается с такой реакцией своих клиентов, поэтому не обратил должного внимания. Мужчина прикоснулся к сломанному крылу и оно тут же рассыпалось,- Да, можешь быть спокоен. Если тут, что-то и было тот Зельфир всё «изгнал», хотя не уверен, что это подходящее слово. Это что-то покинуло данную оболочку, впрочем, как и остальные.       Гелиор посмотрел на остальные остатки трупов и поднялся на ноги, отряхивая прах с перчаток. Без перчаток он никогда не работал. Профессиональная привычка. -Всё-таки силы Края поражают. То, что доступно Нам только через многие-многие годы, даже в соблюдении ритуала быстрого освобождения от плоти… у них достигается за несколько мгновений. -Что-то меня это не успокаивает,- ещё сильнее напрягся, в этот раз пришлось обратить на настроение клиента внимание. -На данный момент, Камель, ты сам себя накручиваешь. Если бы подобное случилось в библиотеке, мы уже отнесли бы гроб в городское кладбище. Там несчастному поможет либо время, либо вороны. А если увидели такой же прах, как у тебя в этом гробу – просто вычистили место для нового «жильца»,- заметил, что попытка успокоить не увенчалась успехом Гелиор всё-таки предложил,- Мне почистить склеп?       После долгого молчания де Альд похлопал по плечу друга и подбадривающе улыбнулся. -Не держи то, что тебя гнетёт. Твоим близким сейчас гораздо тяжелее и им нужна поддержка. Мёртвые? Они лишь прах, который я уберу. Что делать с этим местом – решишь уже сам, но когда успокоитесь. Единственный вопрос. Если я найду крылья или кости, которые не рассыпаются? -Отправь их в Край. Мне надо успокоить Вирджинию. -И самому успокоиться,- напомнил друг и когда остался один… тихо признал,- Отвратное место.