Рождественские истории

Близнецы Гилберт попадают под дурацкие стереотипы лучше всех. Идентичны снаружи, но внутри — полностью противоположны. — Эй, зубрила, не хочешь помочь? — спрашивает Кэтрин, заглядывая в спальню. — За-ня-та, — нараспев отвечает Елена, поджимая под себя ноги. — Проект нужно сдать в понедельник. Не хочу делать химию с похмелья. — Мистер Соммерс — полный козёл, — заявляет Кэтрин с едкой усмешкой. — Никто не должен сидеть над его чёртовыми заданиями в канун Рождества. Когда сестра не отзывается, девушка вытягивает губы и с размаху плюхается на кровать. Конспекты и учебники разлетаются в стороны, но Елена только недовольно хмурится — с Кэтрин волей-неволей приходится уживаться. — Родителей нет, Джереми у друзей на ночёвке, а курьер только что привёз пять кег пива, — сообщает Кэтрин. — Твои аргументы? — Аттестаты об окончании школы у нас обеих, — коротко отзывается Елена, не поднимая глаз. — Весомый аргумент, — соглашается сестра, цокая языком. — Может… тебе помочь? Елена удивлённо поднимает голову и вопросительно выгибает бровь. Кэтрин закатывает глаза и отмахивается: — Ладно, забыли. Если понадоблюсь — зови. Девушка модельной походкой покидает комнату и прикрывает за собой дверь. Не то чтобы она не может учиться сама, но в их семье это лучше всего получается у милашки Елены, кругом положительной, послушной и амбициозной. У Елены, которую никогда не привозили на патрульной машине посреди ночи, которую не тошнило из окна этой самой машины, которая не вылезала из окна комнаты, чтобы попасть на рейв. У Елены, которая даже после полуночи не уставала твердить, что Кэтрин, наверное, в библиотеке, а не сбивает с друзьями почтовые ящики, которая невозмутимо заявляет, что Кэтрин просто чем-то отравилась, что она ни капли не пила, которая прячет подушки под одеялом и божится, что «Кит-Кэт» переодевалась в пижаму при ней. И именно благодаря Елене родители оставили их дома одних, потому что послушная и положительная Елена обязательно проследит за порядком, а плохая и стервозная Кит-Кэт не допустит буйства, чтобы не подставлять сестру. Идеальный симбиоз. — Без тебя совсем тухло, детка, — заявляет Кэтрин, ощущая, как под ногами вибрирует пол от громкой музыки. — Долго тебе ещё? — Почти закончила, — монотонно отзывается Елена, глубже пряча голову в коленях. Вечеринка в самом разгаре, и Кэтрин слукавила — ей было более чем весело, но привычка видеть своё отражение без зеркала не даёт покоя. — Знаешь, этот твой Донован — такой шалун, — тянет Кэтрин с опасным прищуром. — Пытается меня споить и запустить руку под майку. Уступишь на вечерок? Елена вскидывается и прищуривается, зеркаля сестру. Между ними полное доверие, но в такие моменты в душу девушки закрадывается едкое подозрение — Кэтрин всегда слишком хорошо врала и притворялась. — Кэтрин, не надо, — просит Елена, и сестра разочарованно закатывает глаза. — Скучно… Я уже выпила тучу коктейлей, и тебе меня уже не догнать. Елена с громким звуком закрывает учебник и громко объявляет: — Всё! Без лишних слов направляется мимо сестры, бегом минует ступеньки и, перекрикивая музыку, спрашивает: — Где тут можно напиться? Кэтрин вприпрыжку спускается следом и наблюдает, как Елена ловко вскакивает в стойку на руках над пивной кегой. Мэтт галантно придерживает свою девушку за ноги, хоть она вовсе в этом и не нуждается. Не проливается почти ни капли — Елена жадно глотает прохладный напиток, а Кэтрин с усмешкой наблюдает за сестрой, привалившись к косяку. Наконец, Елена оказывается на твёрдой земле под громкие аплодисменты и улюлюканье одноклассников. Ловко вращается на носочках и заявляет сестре: — Теперь ты в отстающих, Кит-Кэт. Близнецы Гилберт опровергают все стереотипы о близнецах, потому что даже в самой лучшей из них скрывается знатная тусовщица, а в самой безбашенной — заботливая любящая сестра, держащая волосы близняшки, пока та блюёт после рождественской вечеринки.