Королева его сердца

Я не знаю, как у неё это выходит, но, невзирая на все мои усилия, Алина Загитова каждый раз переворачивает мою жизнь вверх тормашками, пробивает броню моей невозмутимости и заставляет едва ли не есть с её маленьких ладошек. Может, она ведьма? Все эти месяцы в разлуке я был так зол на неё. Ранен в самое сердце её отказом, её демонстративной холодностью, её подчёркнутым равнодушием. И отвечал ей тем же: на каждый лайк другому – пятью лайками. На игнор – такой же холодностью. Я, черт возьми, даже попробовал завести отношения с девчонкой из колледжа! В итоге, лишний раз убедился, что меня тянет только к Алине и навсегда испортил себе карму в кампусе. От Загитовой тоже ничего не добился – она как лайкала своего олимпийского хоккеиста, так и продолжила это делать. С нашей последней встречи прошло почти два месяца. Я скучал как сумасшедший, но вел себя как мужик и за все это время не написал ей ни разу. Стоит ли говорить, что это был самый длительный период, который я провел без единой весточки от нее с момента окончания Игр. Весь июнь мы провели в шоу. В разных шоу. Она постила фотки с Плющенко и Ханью из Японии, я фотографировался с Юной в Корее. Все это может показаться детской игрой, но это не игра. Если дело касается Алины – я не развлекаюсь. Два месяца назад, окрыленный победным для нас обоих Чемпионатом мира, ошарашенный ее объятиями, одурманенный украденным поцелуем, я жил в розовой сказке-жвачке. Меня переполняли эмоции: в голове я мысленно подстраивал наши графики на следующий год, знакомил Алину с родственниками и строил планы ее переезда в Штаты. Но она безжалостно скинула меня с небес на землю, после финального шоу Stars on Ice сказав, что мы не можем быть парой. Я чувствовал себя обманутым. Преданным. Растерянным. Но я принял ее решение со всем достоинством, на которое был способен: сцепил зубы и сжал руки в кулаки, чтобы не схватить ее в объятия и не доказать ей, как сильно она ошибается. Я отошел в сторону. Я дал ей шанс передумать. Я разместил ее фото в Instagram и прямым текстом написал, что она особенный для меня человек. Я ждал реакцию, которой так и не последовало. И это ранило меня сильнее, чем я мог предположить. Чтобы забыться, я с головой погрузился в учебу. Летал на все мероприятия, на которые меня приглашали во все концы страны и мира. Старался заполнить каждый день до отказа, чтобы у меня не оставалось времени даже думать об Алине. Я ходил на тусовки. Целовался с девчонками. Тренировался. Праздновал с семьей замужество сестры. И только ночью, одурев от усталости, джетлэга и тоски, позволял себе мысли о русской кукле с карими глазами и манящей улыбкой, которая когда-то давно вцепилась в мое сердце и не желала отпускать. И вот, спустя миллионы сомнений и терзаний мы снова рядом. В одной стране. В одном помещении. Дышим одним воздухом. Лезвия наших коньков касаются одного льда. Я выхожу на арену, оставаясь незамеченным. Смотрю на Алину в окружении «Трех А» и дурею. У неё идеальный профиль, да? Мне нравится её нос, высокие скулы, то, как она хмурит брови и как смеётся. Мне нравится ее фигура, которая с каждой нашей встречей становится все более женственной и аппетитной. Мне нравится ее высокий хвост, который водопадом стекает по спине. Мне нравится все, что есть в Алине. Мне нравится все, что есть Алина. Девчонки вокруг неё веселятся и явно кайфуют от атмосферы вокруг. Алина с ними – как заботливая старшая сестра. Непривычная для нее роль, ведь обычно поддержка требуется ей. Я думаю о том, как должен поступить. Я старший. Я не мальчишка. В конце концов, я знаю не только Алину, но и Аню, Александру и Алену. Это не навязчивость. Это здравый смысл. Это вежливость, наконец. Подъезжаю к ним. Девчонки глазеют на меня с явным восторгом, только Алина отводит глаза. Я здороваюсь с каждой. Протягиваю руку Алине и жду от нее хоть какой-то реакции. - Nathan, - выдавливает она дрожащим голосом, и ее пальцы мимолетно касаются моей руки. - Alina, - выдыхаю я. Все обиды вдруг становятся неважными. Без этой девчонки, без ее улыбки, без искорки в ее глазах, без ломаного английского и еще более ломанного русского, без безобидного флирта с ней моя жизнь теряет яркость красок. - How are you doing? - спрашиваю я. Для меня разлука была мучительной, и мне действительно хочется узнать, как у неё дела. - I’m ok, Nate. How are you? Она по-прежнему избегает моего взгляда – по краске, которая приливает к ее щекам, мне становится очевидно, что ей неловко. - I’m doing good, Alina, - отвечаю я. – Even better now. Не знаю, как она расценит последнюю фразу, но, чтобы не нагнетать обстановку, я переключаю свое внимание на трио вчерашних юниорок. У них фантастические перспективы и блеск в глазах, и я чувствую, что они готовы рвать и метать в новом сезоне. - So how are you enjoying the show atmosphere? – интересуюсь я. На миловидных лицах расплываются довольные улыбки. С усердием, присущим ученицам лучших школ, каждая из них старательно выговаривает стандартные фразы на английском о том, как круто находиться здесь и сейчас. Я тоже улыбаюсь и киваю, но украдкой смотрю на Алину. Ее глаза опущены, и она задумчиво трет коньком об лед. На щеках пламенеет румянец. Нижняя губа закушена. Чувствую, как внутри меня поднимается волна теплоты и нежности. Убейте меня на месте, если ей действительно совершенно наплевать на меня! Разве это – смущение, скованность, робость – равнодушие? - So are you going to do quadruple lutz side by side for the show? – спрашиваю я у Ани и Саши, вытягивая вперед руку с двумя поднятыми пальцами. Я ожидаю услышать хор девичьих голосов, но вместо этого раздается ироничный голос Алины и нервный смешок: - Yeah, right after me falling on my double. Она шутит? Она шутит! Я перевожу изумленный взгляд на девчонку своей мечты, «Три А» тоже смотрят на старшую подругу и улыбаются. В этот миг краска на щеках Алины становится еще гуще, если такое вообще возможно. - She is joking, - говорит Аня Щербакова. – She had pretty good quadruple flip attempts back at home. - Must be SOME attempts, - с иронией отвечаю я, и, впервые за сегодня, наши глаза с Алиной встречаются. Я чувствую, как внутри меня взрываются фейерверки и сглатываю – в горле сухо, как в Сахаре. - Thank you for your irony, - произносит она холодно. - Thank you for the cold shower, - парирую я. - Excuse me? – ее брови вопросительно взлетают. Я понимаю, что разговор становится чересчур личным, что за нами следят три пары любопытных глаз, но не могу остановиться. - Do you know the difference between cold shower and warm welcome? – говорю я, намекая на ее ледяной прием минутами ранее. В ее глазах – молнии. На серьезном личике – сосредоточенность и жажда битвы. Она хватает меня за рукав толстовки и тащит за собой, подальше от заинтересованных взглядов. Я покорно еду за ней, ловя странный, необъяснимый и невообразимый кайф от всей этой ситуации. - And what did you expected after all you’ve done? – шипит она, когда мы достигаем противоположного края катка. Я замечаю, что ее английский с каждой нашей встрече становится все лучше и с внезапной ревностью думаю о том, с кем она практикуется. - I’ve done? – повторяю я машинально. - Girls, parties and more girls in the underwear on your bed! - You dumped me! – возмущенно отвечаю я. - And so you went straight to another girl bed! – распаляется она, почти срываясь на крик. - I didn’t went to any bed! - защищаюсь я. - Liar! - кричит она. Ее дыхание прерывистое. Грудь тяжело вздымается. Глаза сверкают. В них обида. Отчаяние. Злость. Ревность? В моем сердце и, стыдно признаться, в штанах становится тесно. О, эта ее вспышка гнева ни к чему хорошему нас не приведёт! - Stop playing this game, Alina, - с внезапной серьезностью говорю я, понижая голос. Я должен взять себя в руки. Я должен вернуть контроль над ситуацией. - What game? – уже тише произносит она, нервно теребя рукава куртки, повязанной на талии. - Hot and cold game. Make your mind on whether you want me or not. I’m tired of chasing you. And I didn’t plan on doing so. I came to you today because I thought we were friends once. But if you want I can leave you alone forever, - с этими словами я отворачиваюсь и отъезжаю от нее. Внутри все ноет и противится – даже если она захочет, я вряд ли смогу сдержать обещание и не смотреть на нее, когда мы будем рядом. Но я чувствую, что все это было правильно. Учитывая искры, которые высекает во мне каждая наша встреча, я никогда не смогу относится к ней как к другу. Уж если она не хочет даже попытаться быть со мной в романтическом плане, лучше нам просто не общаться. Да. Это правильно. Но, если это правильно, почему же так ноет сердце?