Горящая сакура.

      Свет от фонаря светил в глаза. Неужели починили? Окно Нагито прямо выходило на улицу. А второй этаж никак не способствовал защите от ночных лучей. — Это был сон… — с облегчением вздохнул Нагито. Он встал с постели и подошел к окну, зашторив его. Да, его бросили. Он вспомнил. И то, как хотел умереть, тоже. Но, наверное, все же лучше, что этого не произошло. Он еще раз провел рукой по кровати. Ни ножа, не дневника. Это был жуткий сон.       Омега зажег телефон. 3:40. Боже, он проспал девять часов. А уроки так и не сделаны. Зевнув, он пошел на кухню, думая об объеме домашнего задания.       Войдя в комнату, он включил свет и крикнул. Через полсекунды за звонким голосом испуганного омеги послышался шум от его же падения. На кухне сидел высокий мужчина и медленно пил кофе, смотря в окно. Но раздавшийся крик заставил его повернуться в сторону его источника. — Кто вы?.. — дрожащим голосом сказал Нагито. Он вжался в стену и закрыл одной рукой рот.       Гость встал со стула и подошел к юноше. Протянул ему руку и как-то пусто улыбнулся. Нагито нерешительно взял ее и встал. Рука была большой и… холодной. Комаеда покраснел. — Камукура, — холодно сказал мужчина, поднимая парня. — Это имя или фамилия? — удивился Комаеда. Очень похоже на фамилию, но… все может быть. — Это неважно. Называть ты меня будешь так.       Омега пугался тона голоса мужчины. Это был властный и какой-то насмехательский тон.       Камукура снова сел за стол. — Я приготовил и тебе кофе, — он поставил напротив себя еще одну кружку.       Комаеда спокойно сел напротив и сделал глоток. Кофе, как кофе. — Кто вы и что вам надо? — вздохнул Нагито и опустил взгляд. У гостя были слишком жуткие кроваво-красные глаза. — Ты не знаешь, кто я? — Камукура хмыкнул и немного разозлился. Ему не нравилось, когда его бесполезно отрывали от дел. — Нет. Прошу, скажите, — парень слегка поежился и сжался на стуле. Стало немного страшно. — Я — демон, и ты меня призвал девять часов назад, — безэмоционально сказал гость, — И я уже потратил достаточно времени на тебя. Говори свое желание и мою награду за его исполнение. — Но… я не хотел тебя призывать… и как это вообще случилось?       Демон достал откуда-то дневник… Окровавленный дневник со вставленным в него ножом. — Там написано твое имя. Кровью. А теперь пойди и прочти, что ты написал на своей простыне.       Нагито слабо понимал его. Вернее, почти не понимал. Значит… это был не сон. Он действительно… Омега быстро посмотрел на свою руку. Сняв с нее пижамный рукав он вскрикнул. Все порезы были на месте. Только как-то почернели. — Не благодари, — зло ухмыльнулся демон, — Я не люблю, когда призыватели умирают во время ритуала.       Они прошли в зал, который включал в себя спальню, и демон зажег свет. На окровавленной простыни из незачеркнутых иероглифов складывалось имя… «Камукура».       Юноша сжал губы и испуганно посмотрел на демона. — Камукура… а можно отменить призыв..? — Да, но тогда я убью тебя. Это плата за мое потраченное время. — Значит…       Комаеда задумался и сел на постель. Демон подошел к нему и положил свою руку на его голову. — Мне убить их? — через некоторое время сказал гость. Как оказалось, званный. — Кого? — испугался Нагито. — Тех троих. Что издевались над тобой вчера… Унижали словами, потом… — Нет! — вскрикнул омега. Было страшно. Он не хотел, чтобы они умерли. — Тогда… — демон закрыл глаза и продолжил читать воспоминания Нагито. — Не знаю… Мне ничего не нужно, — прошептал парень, закрывая глаза. Останавливая слезы.       Воспоминания о вчерашнем снова напомнили о себе. О том, как он ничтожен, уродлив и не… не… — Тебя лишить девственности? — продолжил Камукура прерванную речь.       Нагито раскраснелся. — Нет, не надо, что вы… — Да ладно тебе… — гость накрыл свое лицо ладонью. Его длинные волосы стали втягиваться в тело, а убрав руку с лица, — Я могу быть кем угодно в твой первый раз.       Перед омегой стоял он. Альфа с каштановыми волосами. И голос его. Такой нежный и заботливый.       Демон сел на постель и положил свою руку на ногу Нагито. — Нет… — зажмурился юноша, — Нет… не надо… Я не хочу жить в иллюзии… И тем более… Я ненавижу его!       Крикнув, Нагито открыл глаза. Перед ним сидел учитель биологии и привычно поглаживал свои волосы. — Я много чего прочитал… Но не думал, что такой приличный омежка будет мечтать… О взрослом…       Комаеда сильнее раскраснелся. — Вернись в свою нормальную форму… — прошептал он. — Точно? — Камукура потянул руку к щеке омеги. — Точно! — Нагито прикрикнул и закрыл лицо руками.       Открыв его снова, он увидел демона в его первоначальном виде и вздохнул, сгоняя смущение. — Тогда думай сам. Только быстрее, — хмыкнул гость и сел на подоконник. — А ты точно все можешь? — шепнул парень. — Да, — задумался демон, — только не могу устроить конец света и договориться о том, чтобы ты попал в рай. — Это и не нужно, — хихикнул омега.       Нагито подошел к Камукуре и посмотрел в его лицо. — Скажи, красив ли я для тебя? — он хитро улыбнулся. — Ты меня не интересуешь, — вздохнул демон. — Ты… будешь общаться со мной. Несколько раз в неделю. Приходить и общаться. О чем-нибудь. Неважно. Поэтому, если тебе отвратительно мое лицо, то придется привыкнуть, — хихикнул Комаеда. — Хорошо. 4 раза по неделям, которые начинаются в четные дни и 3 раза по нечетным. Идет?       Нагито удивился. Он не ожидал такого быстрого ответа. А, самое главное, положительного. — Да… — он покраснел. Камукура был красив и… даже не верится, что с ним будет общаться кто-то… особенно альфа. Ой. — Подожди, — продолжил Нагито, — А ты же… — Альфа, — усмехнулся демон, — Что, обдумываешь мое предложение? — Нет! — омега поспешно отвернулся и сел на постель. — А теперь… Цена, — громко прошептал Камукура. — И какова она? — Твоя душа… или тринадцать лет в рабстве у меня. После смерти, конечно, — гость осмотрел Комаеду, — выбирай рабство… В рай сможешь попасть… — Нет, — сказал Нагито и улыбнулся, — Я не хочу в рай. Я просто хочу умереть. Без следующей жизни. Без продолжения. Я выбираю душу.       Омега встал и подошел к Камукуре. — Мне нужно что-то подписывать? — Нет… просто дай мне свою руку, — улыбаясь, говорил демон.       Юноша протянул руку, и на губах альфы начали складываться фразы по латыни. Шрамы на руке почернели сильнее и сложились в причудливый узор, который вскоре слился с кожей. — Все. У меня остался твой дневник. Это — моя клятва, — демон снова показал дневник и нож, — Если я не исполню свое обещание, этот нож сможет меня убить, — нож тут же покрылся черными узорами и был вручен омеге. — Это все. Данная неделя нечетная. Я тут уже… два дня, — посмотрев на время, сказал Камукура, — зови завтра… или когда ты захочешь.       Он встал с подоконника и подошел к дверному проему в коридор. — До скорого.       Переступив его, демон исчез, а Нагито остался в одиночестве, держа в руках нож.