Единственный, кто может защитить галактику.

      Джону в кои-то веки было хорошо. И не потому, что ему вернули оружие и бронекостюм. Полномочия у СПЕКТРа были классные!       Если вкратце, то можно было творить практически все. Застрелить Мудину? Запросто. Отловить какую-нибудь азари и изнасиловать, приказав СБЦ её подержать? Легко!       Но во всей это сказке была проблема: Совет Цитадели спросит тебя, что получилось, и чего ты хотел достигнуть. И если соотношение цены и затрат их не устроит, то тебя в лучшем случае разжалуют. В худшем — тебя прикажут ликвидировать.       Что-то в этом было: дать кому-то огромные полномочия, а если он зарвется — убить его. Демократия: разделение властей. Ты убивай их, а я убью тебя, как испачкаешься и станешь ненужным. И, в отличии от армии, никаких звездочек на плечи в награду. Он нагоняет жути? Ему уже прямым текстом сообщили: 10% СПЕКТРов получают отставку, а 75% умирают, либо при исполнении, либо зарвавшись. Ну что, 15% — не такие уж и плохие шансы, он выживал и в худших условиях.       Всё остальное, прежде всего финансирование, упрощенная бухгалтерия и прикрытия от закона, выглядело совершенно прекрасным. Джона, правда, смутила необходимость присяги «Совету Цитадели», точнее, «союзу трех народов: азари, саларианцев и турианцев», потому что он уже под присягой Человеческому Альянсу. Двойное подчинение, это так мило… Не то, что бы это его смущало — к присяге он относился философски, хотя никому этого не рассказывал — но он решил уточнить этот момент у начальства и позвонил Андерсону. Тот его заверил, что ничего страшного.       Зато если будет суд — фиг они что докажут. Он как-то сдал философию и теперь покажет всю глубину диалектического маневра! Правда, СПЕКТРов обычно судят заочно…       Джон прекрасно знал, что такое личное благо и общее, и поэтому сообщил, что СПЕКТРом он становиться не будет без письменного приказа своего начальства. В ответ ему через пять минут Андерсон принес приказы от больших людей, включая контр-адмирала Михайловича. Ну, тогда он согласен.       — Я Джон Шепард, клянусь… — Джон читал текст с монитора, держа руку на печатаной конституции Пространства Цитадели.       Как же это нудно… Ржачней всего то, что эта присяга уже в прямом конфликте с той, которую он давал, когда стал частью вооруженных сил Альянса.       По завершении процесса у него взяли образец тканей и крови, выдали документы и идентификационный жетон, новый коммуникатор с кучей информации и установленных программ и даже стопку бумажных книг и инструкций.       Джон вспомнил, как он гулял у друга на свадьбе. «Пусть в жизни новобрачных будет столько слез, сколько останется в бокале свидетеля!» Джон, когда увидел то ведро, прослезился.       Здесь ситуация была такая же. Вы с ума сошли? Четыреста мать вашу терабайт инструкций? Двадцать пять килограмм макулатуры? Пока он это будет читать, Сарен половину Альянса разнесёт. Надо что-то делать. Что? Можно было свалить все бумаги на Найлуса, если бы тот был жив. А может тот просто застрелился, увидев бездну этой бумажной работы?       Завести себе, что ли, сексуальную секретаршу? И шкаф для документов? Снять офис в Цитадели? Нет, это не его путь — так можно в два счета Мудиной стать. Добро пожаловать в галактическую бюрократию! Главное помнить: политкорректность! И не забывать заменять слово бюрократия словом «государство». «И пусть у тебя уже не стоит, зато Совет Цитадели тебя благодарит». Нет, это не его путь.       Секретарша — это хорошая идея, только ему нужно будет принимать решения на месте стрельбы, а не в кабинете. Хотя, если взять секретаршу из кандидатов в СПЕКТРы? Запрос. Отказ. Жаль. Но одного кандидата в Спектры он знает: надо будет проверить Гарруса.       Из фантазий на тему того, как похорошеют его отчеты, бойца вывело осознание сказанного Андерсоном.       — Прошу прощения. Можете повторить? — спросил он.       — Вы не ослышались, коммандер. Корабль ваш. «Нормандия» переходит под Ваше командование.       Гадство! Он максимум взводом за свою жизнь командовал. Это не напряжно — подумаешь, нарисовать схемы секторов обстрела, рассчитать плотность огня, отличать кинжальный от флангового, заранее подумать, где тяжелое оружие, где основная, а где запасная огневая позиция… И потом это блестяще описать в отчете, чтобы там не придрались.       А вот это — космический корабль! Там куча всякой техники, навигация, космический бой… Но что он знает про космический бой? Чуть больше обывателя.       Защиту обеспечивает кинетический щит на нулевом элементе и броня корпуса.       С атакой сложнее. Космические сражения бывают нескольких типов. Самый банальный вариант — корабль летит где-то в космосе и стреляет из главного калибра по другому кораблю. Главным калибром считается кинетический ускоритель. Главный калибр линкора разгоняет болванки в несколько килограмм до трех процентов скорости света. На такой скорости болванка линкора будет иметь кинетическую энергию минимум 20 килотонн. Не так уж и много для 22 века, но 20 килотонн по цене куска стали размером с его голову и небольшого количества электроэнергии — получается дешево. Если враг трепыхается — можно продолжать стрелять раз в три секунды, пока цель не будет уничтожена. Дальность стрельбы практически ничем не ограничена, ибо болванка летит в отсутствие сопротивления воздуха, пока не врежется куда-то, или её не притянет к себе какая-нибудь планета. Это отлично работает — на бумаге. А теперь вопрос: допустим, корабли близко — десять тысяч километров. По космическим меркам это чуть ли не стрельба в упор, но даже так снаряду лететь больше секунды. Самый ужасный космический корабль, класса «мусор который не захотели взять кварианцы», у которого половину масс-ядра украли, может за это время изменить свою скорость на десятки километров в секунду, а благодаря нулевому элементу — маневрировать, меняя курс, не думая о перегрузках для экипажа. То есть, даже гражданский неготовый к бою и откровенно устаревший корабль пройдет десятки километров в непредсказуемую сторону. Как по нему попасть ядром размером с голову человека? А никак, только чисто случайно. Поэтому уже на средних дистанциях корабельный бой может идти днями — ведь одиночное попадание дело случая, и оно не гарантирует гибель противника.       В теории гладко, только где у нас главный калибр? Впереди. Значит, корабль способен только на носовой огонь. Маневрируй. И враг маневрирует. Космический бой на дальних дистанциях возможен только при перевесе одной из сторон, и она обычно просто ставит заградительный огонь, накрывая этим «пятном смерти» врагов по частям.       При стрельбе в упор — меньше тысячи километров — всё несколько лучше. Ты попадаешь, в тебя попадают, выигрывает тот, у кого пушка больше и у кого броня крепче.       Разумеется, основным оружием корабельный арсенал не ограничивается. У любого корабля есть ракеты или «противокорабельные торпеды». Оружие это мощное, взрывающееся и самонаводящееся. Хотя и намного более дорогое, с ужасным сочетанием цена/качество, и пригодно только для ближних дистанций.       Также у кораблей имеется система ПВО — это либо лазеры, либо маленькие кинетические турели. Их задача сбивать вражеские МЛА, такие как истребители, и вражеские торпеды. Считается, что за тактически приемлемое время сбить из ПВО фрегат нельзя — это только против совсем мелких целей.       Как он на Нормандии будет сбивать линкор противника? Бой Нормандии с тем линкором гетов, это как встреча домашней кошки и боксера супертяжеловеса: можно либо прятаться, либо бежать. А ведь у противника есть ещё и корабли сопровождения!       Джон по новому коммуникатору набил свой вопрос новому начальству. Ответ пришел почти сразу: нет никаких фактов, которые позволяют считать, что Сарен всегда находится на сверхлинкоре. Скорее всего, сверхлинкор у гетов один и уже вернулся домой, а Сарен продолжит заниматься разведывательно-диверсионной деятельностью вне пространства гетов.       Откуда они только берут такую уверенность?       — Мне неловко. Такое ощущение, что я ворую ваш корабль. Может быть, останетесь? — уточнил он у Андерсона.       — Совет решил дать Вам шанс проявить себя. Дональд Удина уволил свою секретаршу за то, что она пропустила Вас к нему, хотя она знала, что вы в розыске. Ему потребовался секретарь похрабрее, то есть я. Так что теперь я буду перебирать бумаги. Не так я представлял себе закат своей карьеры…       Андерсон всё еще говорил, а Джон думал. Военное столкновение с Сареном отложим до того, как будет ясно, насколько раскошелится начальство. Он прекрасно знал, что любой может запросить больше, чем любой другой дать. Вряд ли ему дадут сверхлинкор или флотилию линкоров, а уж если дадут — не ему, а какому-то адмиралу, и то после того, как Сарен пошалит, но уж какой-то способ нейтрализации флота гетов, что вынес корабли прикрытия Иден Прайм, ему предложить должны?       У него уже есть планы с комплектацией группы высадки. С командой корабля всё сложнее. Придется всех оставить, кроме интенданта. Он уволен. Почему? Потому что дятел. Ладно, танка или БМП во время высадки на Иден Прайм не было, так ведь не нашлось ни нормальных стволов, ни тяжелой брони, ни даже гранатомета или пулемета! Ему совсем не хочется становиться Лироем Дженкинсом, потому что в наличии не было тяжелой брони! Нет, с таким интендантом ему не по пути.       Не прекращая слушать Андерсена, он открыл доступные ему теперь файлы Нормандии. Технические характеристики корабля… Ничего не понятно. Так, вот в конце экспертная оценка. Огневая мощь и живучесть — не превосходит стандартный фрегат Альянса. Офигенный двигатель и масс-ядро, которое дает хорошую скорость и маневренность. Особенно велика сверхсветовая скорость. Отдельно идет стелс-система. Невидимой она корабль не делает, но уменьшает исходящее неоптическое излучение. То есть, тебя раньше заметили бы условно с двух миллионов километров, а теперь с одного. Плюс надежда на кратковременную необнаружимость рядом систем радиолокационной борьбы.       Звучит неплохо, но как ему так побеждать дредноут, он не знал. Ну, подкрался он в упор незаметным и стрельнул из всего сразу. И что? Это как на крогана идти с маскировкой и мухобойкой. Даже если щит не активен, броня корпуса линкора выдержит. А потом — ответный залп и конец Нормандии. Увернулся? Раз увернулся, два, в третий раз попадут. Уничтожить линкор одним ударом? Смешно. Хотя…       Запрос. Одновременно Совету Цитадели и Альянсу. Прошу выделить для уничтожения Сарена и сверхлинкора гетов адекватную флотскую группировку.       Ответ пришел почти мгновенно. Совет отказался, ибо «нет данных о месте расположения цели».       Альянс написал, что флот в принципе готов дать, естественно вместе со своим адмиралом, который тебя слушаться не будет, но Совет Цитадели запретил флоту летать по предполагаемому месту дислокации противника — системам Терминуса.       Джон даже не думал, что они согласятся, и выдал второе предложение. Дешево и сердито.       Он является одним из орудий войны. Его военная подготовка пропитана лишь одной идеей: уничтожить врага. Эта цель не является субъектом никаких дипломатических, юридических, этических или моральных ограничений. Джон Шепард — скептик, циник, бабник и пессимист. Он твердо верит в порочность натуры разумного и знает (из своего собственного опыта), что в экстремальных условиях любой разумный становится зверем. Это запрещено законом, даже статус СПЕКТРа не поможет отбрехаться, но, думается, можно попробовать. Только где найти мощную, мегатонн на сто, ядерную бомбу и как её всунуть в стандартную противокорабельную торпеду Нормандии?       Чем больше он об этом думал, тем больше ему эта идея нравилась. Стандартная энергия главного калибра линкора Альянса — 20 килотонн. Даже если предположить, что противник имеет технологический перевес и неизвестные ему источники энергии, вряд ли тот сможет удержать удар в пять тысяч раз сильнее стандартного.       Но его прошение опять отклонили. И Альянс, и Совет Цитадели запретили ему использовать ядерное оружие.       Да что такое! Ладно, не дали десяток линкоров. Но уж ядерную бомбу что пожалели, у них ведь точно есть? Даже секретаршу из провалившихся кандидатов в СПЕКТРы не дают!       Вдох-выдох. Ладно, сексуальную азари он себе ещё найдет. А насчет Сарена…       Скорее всего, корабль Сарена ликвидировать не удастся. Придется ловить Сарена на поверхности планеты и выставлять против него свою группу высадки. Звучит хорошо, но стандартный экипаж линкора Альянса — несколько тысяч человек. Сколько гетов влезло в тот линкор, он не знал, но даже если предположить, что те спят на кроватях, а не компактно складываются в коробки и почему-то не демонтировали внутри корабля системы жизнеобеспечения, да и корабль имеет нерациональную планировку — снаружи больше линкора Альянса, а внутри меньше, то выходило минимум дивизия. Около 15 000 противников.       Плохо. Он пока не знал, как ему удастся раздуть штат группы высадки, но вряд ли он наберёт много людей. Значит, каждый его боец должен уничтожить в полк гетов. 1000 роботов на каждого.       Нужно выпить. Походу, Совет послал его на убой. Очень захотелось ответить им тем же. Ладно, он не герой, если что — убежит, заодно проверит, правда ли Нормандия столь быстра.       Ничего страшного! Он ещё прокатит советницу Тевос на своем волосатом мотоцикле. Если не получится победить огневой мощью, будем побеждать маневром. Дождется, пока у Сарена припасы кончатся, и грохнет его в магазине продуктов. Только зачем Сарену выходить из линкора? За пивом? Ему что, некого за пивом послать? Эти идиоты с Совета ему ответили: «маловероятно, что Сарен будет всегда находиться на сверхлинкоре гетов. Скорее всего, этот корабль уже отбыл в пространство гетов, а сам Сарен остался осуществлять разведывательно-диверсионную деятельность». Ну-ну. Хорошо бы Сарен ещё в какую-нибудь группу самоубийц вступил.       — Расскажите мне о Сарене, вы же с ним работали? — попросил он Андерсона, синхронно открывая на втором коммуникаторе досье по Сарену от Совета.       Андерсен начал говорить:       — Сарен абсолютно безжалостен, он не знает, что такое милосердие и не умеет ценить чужую жизнь. О его жестокости ходят легенды, но никто не может отрицать результативность его действий. Он без всяких колебаний пройдет по горам трупов, будь то даже женщины и дети, если это поможет достичь цели. Кроме того, Сарен очень злопамятен и мстителен. Если кто-то перешёл ему дорогу, будь то отдельная личность, организация или целая раса, он никогда этого не простит и не забудет. Поводы для мести могут быть как действительно весомыми, так и совершенно необоснованными. Сарен в какой-то мере азартен, своих противников и задачи он разделяет исключительно по «качественному» признаку — насколько высоки навыки врага и, как следствие, насколько интересно с ним будет соперничать. Отдельного внимания заслуживает его ксенофобия. Она у него странная — тот не любит только людей, ко всем остальным относиться довольно ровно. Даже турианцев, которые работали с людьми, он ненавидел, считая унизившимися предателями. Мне кажется, что Сарен накрутил себя, дойдя до мысли, что именно он сможет привести свой вид к истинному величию, в то время как люди ему только мешают.       Джон слушал, проверяя сказанное Андерсеном и прочитанное в отчете. В досье была куча информации, биометрия, скорость бега, скорость стрельбы, средняя меткость… Радовало только, что Сарен не биотик. Смешно же было то, что почти все операции даже сейчас оказались засекречены.       Джон слушал Андерсена и рассматривал фото Сарена.       Внешне Сарен довольно сильно отличается от других турианцев: у него пять коротких отростков на макушке вместо трех длинных, характерных для обычного представителя его расы, но на уровне ушей имеются два дополнительных длинных отростка, похожих на антенны.       Также Сарен несколько отличается цветом панциря: хотя его кожа темная, почти черная, костяные пластины на лице цвета бледной кости, так что его голова напоминает череп, а сине-голубые глаза придают ему и вовсе потусторонний вид.       Насколько Джон понял из пометок, Сарен представитель довольно редкой субрасы турианцев, нечто вроде индейцев на земле.       Официальные данные о Сарене были даже для него сейчас большей частью засекречены, но известно, что Сарен последовал турианским традициям и вступил в военные силы Турианской Иерархии в возрасте пятнадцати лет, как и принято у его народа. Через год был назначен на действительную военную службу, хотя до сих пор остается неясным, участвовал ли его отряд в сражениях против человеческих сил на протяжении войны Первого контакта в 2157 году; тем не менее, известно, что в то время погиб брат Сарена, Десолас Артериус, и после тех событий Сарен глубоко возненавидел человечество, сохранив это чувство на протяжении всех последующих лет жизни.       В 2159 году, когда ему было всего двадцать лет, Сарен стал Спектром Совета, самым юным из всех турианцев, что когда-либо были удостоены чести вступить в этот элитный корпус. Практически сразу же основной зоной действия Сарена становится Скиллианский предел, и благодаря трём своим качествам — безжалостности, преданности Совету и способности добиваться поставленной цели любой ценой — он быстро завоевывает себе известность и авторитет.       Джон читал и это ему не нравилось:       «В последние годы Сарен стал откровенным противником человеческой экспансии. Как и многие другие представители инопланетных рас, он считает, что Альянс стал слишком агрессивен в своих попытках закрепить за землянами статус расы достойной полного членства расы в пространстве Цитадели: другим расам обычно требовались века для того, чтобы достичь уровня предоставления посла на Цитадели. Человечество добилось этого меньше, чем за столетие, кроме того, некоторые расы уже находились по положению ниже людей, несмотря на то, что достигли Цитадели задолго до первого знакомства с людьми».       А вот это Джону не понравилось ещё больше, прямо в личном деле написали:       «Сарен не считает спасение кого бы то ни было приоритетной задачей, только если Совет прямо не укажет ему об этом или он сможет собрать с них полезную информацию. Тем не менее, он оставался лучшим агентом Совета, поскольку, несмотря на свою расчетливость и жестокость, он всегда выполнял поставленную перед ним задачу».       Читал он своё личное дело, там примерно то же самое… Только у Сарена нет упоминаний об алкоголе и девочках. Спятил, бедняга, без разрядки…       Хотя в его личном деле не так уж и много правды. Война с батарами хранит много тайн, возможно, нечто подобное сковывает и Сарена.       Андерсон продолжал рассказывать о Сарене, об их последнем совместном деле.       —… Сарен поджег химический завод, было много жертв среди гражданских, — продолжал свой рассказ Андерсон.       — Иногда, бывает, необходим отвлекающий маневр, — сказал Джон, — Военная хитрость.       — Это была военная подлость. Это перешло все рамки. Гражданские выплевывали свои легкие…       Джон думал, стал бы он на месте Сарена поступать также? По обстоятельствам. Имей он причину так делать — поступил бы так же. Но это должна быть веская причина. И он бы поискал альтернативу, а потом бы публично посокрушался и пообещал бы так больше не делать. (Но и меньше тоже, хотя об этом он бы никому не сказал). И если Сарену 400 гражданских трупов сошло с рук, то всё не так уж и плохо. Хотя граждан Пространства Цитадели среди тех не было…       После того, как Андерсон его оставил, он начал привыкать к абсолютной власти. Его новый коммуникатор с идентификационными кодами СПЕКТРа, плюс новые полномочия капитана Нормандии творили чудеса.       Сперва он уволил с корабля интенданта-идиота. Его должность и оклад дополнительно перешли Эшли Уильямс. Он уже заплатил её штраф за плевок в турианца-следователя. Почему именно Эшли? Потому, что она уже была под разгромом от гетов и во время их короткой беседы уже успела рассказать Джону, как бы они разделали этих гетов, если бы хватило гранат. Она знает, чего не хватило во время боя, и будет искать, где это взять.       Некоторое время он по коммуникатору объяснял Эшли, что от неё требуется.       Да, забить Нормандию оружием. И едой. Постарайся найти нормальные сухпаи. И обмундирование не забыть. Завести Нормандию в турианский док и чутка переделать. Всунуть внутрь альянсовский БМП «МАКО», оружие, боезапас и прочее. И десантный челнок «Кадьяк». Отставить пораженческие разговоры! Я уже предупредил Пресли, который в Нормандии остался за старшего, и турианский сектор. Я теперь СПЕКТР, послушают. Что было, пока ты спала? Потом расскажу, как справишься с работой, давай вместе зайдём в «Сверхновую». Не хочешь на свидание? Какое свидание, рекогносцировка! Кайдена вместе с собой возьмем. Всё, пока.       Кайден пока и в бою, и на допросе проявил себя хорошо, думаю, тот сумеет в нужный момент потеряться.       Отмазать Кайдена от утери оружия было просто. По видеосвязи он дал ему указания, где и когда его ждать. Их ждет эпический набег на местный арсенал!       С Вакарианом было сложнее. Несмотря на приказ СПЕКТРа, те не дали ему поговорить с ним по видеосвязи. Саботаж? Что вы, вдруг сигнал подделка. Приезжайте в СБЦ, выдадим лично в руки. Под роспись. Взяв анализ ткани. Как дадите письменный приказ и покажете жетон СПЕКТРа.       С кварианкой та же песня: отпустить её согласились только в руки.       — Уже лечу в СБЦ, — ответил он.       В дальнейшем он не стал оригинальничать и попросил себе усиления десантной группы, написав в Альянс и в Совет.       Вместо ответа «да, конечно», последовал видеовызов от Мудины.       Господи, какой же этот посол мутный! «Вы не имеете права тащить на секретный корабль инопланетян!»       Ты идиот? Этот корабль строили совместно с турианцами. Совет цитадели в курсе. А кварианка единственная, кто взломал модуль памяти гетов. И для работы ей нужны обязательно свежие модули! Значит, придется брать её с собой. Я убиваю гетов — она вскрывает. Так пока не узнаем, чем их Сарен привлек. Вдруг он гетам предложил плееры без корпуса? Или как там должна выглядеть порнография для роботов?       Но Мудина был непреклонен: избавьтесь от пришельцев или не будет вам подкрепления. А знаешь что, Мудина, иди ты в задницу. Всё равно дивизию они не положат, будь у него хоть десять бойцов, хоть сто десять.       Тогда он написал запрос в совет Цитадели. Те его вежливо послали — не можем выделить ни турианскую Черную Стражу, ни оперативников ГОР, ни десантниц азари… Научитесь использовать то, что имеете!       Джон разозлился. Они что, не понимают, что одного корабля ему мало, а тут ещё группу высадки режут? А может, всё понимают, и он — так, отвлекающий маневр? Ничего, ему не привыкать к предательству собственным руководством. Будет у него своя группа высадки, с блэкджеком и шлюхами. Сами напросились.       Наемников набрать не проблема, но есть нюансы: они будут либо чужими шпионами, хорошо, если Совета, плохо, если батар, либо, в худшем случае, стрельнут ему в спину, ибо Сарен может заплатить больше него.       Он написал сообщение Барле Бону. Нужен кроган Урднот Рекс в команду наемником. За ценой не постою, платит всё равно Совет, а ещё отмажу от убийства Фиста бесплатно.       В этот раз академия СБЦ встретила его приветливо. У входа он подобрал Кайдена, и они пошли внутрь.       Сначала Гаррус. Турианца вытащили из камеры, Джон сообщил ему, что Сарена признали виновным и надо бы привести приговор в исполнение.       — Интересная работа, хорошая зарплата, статус офицера, — говорил Джон, — Отмазку от СБЦ предлагать не буду, это ты получишь в любом случае, ибо я у тебя в долгу.       — Согласен, — сообщил Гаррус.       Прекрасно. У него в команде будет хороший боец.       Потом он отправился к кварианке. С той было намного сложнее.       Слушая её, он понял, что Удина заплатил мало денег, и та обиделась. А ещё кварианку держат тут и пытаются заставить её взламывать трофейные модули памяти гетов.       — Я уже вам сто раз говорила — нужен совсем свежий модуль памяти. Буквально несколько секунд после уничтожения платформы. А вы что мне несете? Это, наверное, ещё с Утренней Войны — ржавая рухлядь! Вы бы ещё боштетское дерьмо притащили, чтобы я его в нулевой элемент превратила…       Кварианка заметила его. Джон выгнал из кабинета всех, кроме своих сопровождающих — Гарруса и Кайдена. Хорошо, что пока его везли в СБЦ, он успел прочитать её личное дело.       — Гаррус, обеспечь нам приватный разговор — глуши всех. И принеси кварианке её вещи и инструментрон. Тали, в ваших интересах тоже проверить, чтобы нас никто не подслушивал.       Джон попытался сосредоточиться. С кварианцами он редко пересекался. Надо сформулировать предложение, от которого она не сможет отказаться.       — Тали, у меня к тебе деловое предложение. Я, кстати, тоже не люблю Удину. Давай так: место в моей команде, хороший оклад, плюс Совет Цитадели тебе доплатит за твой компромат на Сарена. За это тебе требуется войти в состав моего отряда, участвовать в боевых операциях и помочь мне разобраться в трофейных потрохах гетов.       — А сколько заплатите? — уточнила кварианка.       — Гаррус, глуши всё, что здесь есть.       Дождавшись кивка Гарруса, Джон стал ждать пока Тали закончит колдовать со своим инструментроном. Всё таки программист — профессия сродни шаману: бубнит что-то себе под нос, корчится. И вроде работает…       Дождавшись кивка Тали, Джон начал говорить.       — Сколько тебя надо? — спросил Джон.       Она озвучила сумму. Сколько? Он думал азарийские проститутки в «логове Коры» дорогие! Почем же интим? А тут ещё этот гадкий коммуникатор-СПЕКТРа «найм кварианки за такую сумму финансировать отказываемся». Платить такие деньги из своих он не согласен!       Джон ещё раз написал в Совет Цитадели. Может хоть заплатят за компромат на Сарена. Отказали, сволочи. «За услуги по взлому модуля памяти гетов ей уже заплачено Альянсом Людей». Вы нашу бюрократию не знаете, по сравнению с ней ваши — кроткие слуги народа.       — Осмелюсь спросить, зачем тебе столько денег? У вас же на флотилии вроде то ли коммунизм, то ли военное положение, в общем, денег как таковых нет, и тратить их не на что. Это не праздный интерес, просто вдруг я смогу бартером выплатить? — уточнил Джон.       — Ну, я в паломничестве… В дар хочу послать Мигрирующему Флоту космический корабль… А на них такие цены, даже на старые…       — Всё ясно. Столько денег Совет не даёт, но корабль тебе будет.       — Это как? — спросила Тали.       — Наверняка мы встретим каких-то батарианских пиратов или корабль, захваченный гетами. Отобьём — я тебе подарю. Только учти: новый не обещаю, большой не обещаю, боевой не обещаю. И доставка корабля на мигрирующий флот — твои проблемы.       — Это пиратство! — сказал Гаррус.       — Спокойно. Пиратство это когда всех подряд грабишь. Мой вариант это военные трофеи, а благодаря статусу Спектра — всё законно. Но ты прав, надо будет оформить на Нормандию лицензию геологоразведчика, а корабль по бумагам пропустить как металлолом…       — Повысьте мне зарплату в три раза, заплатите авансом за год, и космический корабль в течение одного года, классом не ниже грузовоза XV-7, — прервала его Тали, — Только чтобы корабль прибыл на мигрирующий флот, нужен пилот.       Брать ещё одного кварианца-пилота глупо. Джон открыл список экипажа Нормандии. Его воплям о том, что у них один пилот вняли, и дали им ещё целых два пилота в резерв. Квалификация у них так себе, но должны суметь отвести подбитый корабль без системы автопилота на базу. Думаю, один из них справится с доставкой трофея к кварианцам.       Дискуссия была жаркой, в конце концов, они договорились о цене. Также кварианка настояла, что некоторые из платформ гетов она имела право доставить на Мигрирующий Флот, также она могла передавать информацию по гетам себе домой.       Джон читал сообщения на инструментовке от Гарруса. Да, согласен, Совет от этого будет не в восторге. Да, тоже согласен, как бы с её опытами не повторить судьбу Ранноха. А то программа-гет разгерметизирует Нормандию и всё.       — Только мне восстание машин не нужно. Никаких экспериментов на моем корабле, — ответил он.       Джон думал. Обычно к кварианцам совершенно другое отношение: вы там, в мусорке поковыряйтесь, как голуби или крысы. Если вас много соберется — пойдем вас гонять. Он стелился перед этой девчонкой не просто так. Он ей предложил месячный оклад в пять раз выше своего до становления СПЕКТРом, всё равно Совет заплатит.       В Альянсе полно академиков и исследовательских бюро. Но никто взломать модуль памяти не смог. Кандидаты в доктора. А это девчонка смогла!       Во первых, пока она незаменима — она одна, кто сумел взломать модуль памяти гетов. А во-вторых…       Джон полез в личное дело кварианки. Читает во второй раз. Вот этот момент ему очень понравился. Она дочь местного адмирала! Одного из пяти в кварианском флоте!       — В каких вы отношениях с отцом? — уточнил он.       —Ээ…ну да… а к чему это? В нормальных, — ответили ему.       — Насколько велик статус вашего отца в обществе кварианцев? — уточнил он. Специалистом по политике кварианцев он не был. Что-то в учебке на курсах офицеров говорили, но именно что-то и слушал он в полуха…       — Мой отец один из пяти тех, кто ведет Мигрирующий Флот, — уточнила она.       — Ведет? В смысле навигатор? Рулевой? — уточнил Джон.       — Один из пяти кварианцев, что обладают всей полнотой власти. Законодательной, исполнительной и судебной, — уточнила она.       Прикольно. Вместо одного диктатора сделать пять и смотреть, как они между собой будут договариваться.       — И вы можете с ним связаться? Передать ему информацию или деловое предложение? — уточнил Джон.       Помнится Мудина просил помощи у Совета. Им нужды помогать людям нет. А вот кварики вполне могут согласиться на совместный крестовый поход против гетов, особенно если пообещать им в награду родную планету — Раннох. Людям та планета не нужна: там у всей биосферы другие аминокислоты, местную еду жрать не получится. А вот кварианцам — в самый раз.       Джон прекрасно понимал глубину отчаяния кварианцев. Шепард считал, что люди слишком слабые физически и неприспособленны к экстремальным условиям, хотя это удается частично править генной терапией. Турианцы и, особенно, кроганы намного более живучи. Азари такие же дохлячки, но все биотики и долгоживущие. Саларианцы заморыши, но могут очень быстро думать и размножаться.       А вот кварианцы… Если людей природа обидела, то кварианцев она жестоко анально изнасиловала. Организм кварианцев из-за эволюции предпочитал не бороться с бактериями, а входить с ними в симбиоз. На их родной планете это отлично работало. При колонизации других миров у тех стали возникать проблемы, но пока у них был родной мир, они могли разбавлять потомков колонистов с ослабленной иммунной системой кварианцами с родного мира, или надолго ездить в отпуск домой, чтобы поправить здоровье. Как только их геты выбили с родной планеты, их иммунитет начал быстро деградировать, и буквально через пару поколений несчастные были вынуждены постоянно носить скафандры…       — Зачем? — уточнила она.       — Мне не нравятся геты, ибо они убили много людей. Вам не нравятся геты, ибо они убили много кварианцев. Давайте не любить гетов вместе. Давайте попробуем вместе решить эту проблему. Пока я вижу только военное решение. Хотя если удастся их взломать или отключить — я только «за». Но кварианцам это не под силу: вас слишком мало, да и ресурсов нет. Однако люди могут стать Вашими естественными союзниками против гетов. Возможно, твой отец сможет заинтересоваться таким предложением? У него есть друзья в вашем правительстве? Я предлагаю не просто трудовой договор тебе, я предлагаю начать налаживать политические связи. Для начала я хочу наладить диалог в формате «Джон Шепард говорит с одним из адмиралов кварианского флота». Мне нужны ответы на вопросы: есть ли у вас сторонники войны с гетами? Насколько сильны их позиции? На каких условиях кварианцы с людьми будут готовы совместно воевать против гетов? Что кварианцы хотят взамен? Удовлетворит ли их только передача Ранноха после победы?       А авансом, всего делов, попросить у тех ядерную бомбу, а то жлобы из Совета не дают. Нет, лучше две ядерные бомбы! Чтобы наверняка этого кальмара-переростка взорвать! Взорвет, если тот торпеду из противоракетной обороны не подобьёт.       — Это так… неожиданно… я не уполномочена говорить о таком, тем более от лица всех кварианцев… Мне нужно время… посоветоваться с отцом…       — Советуйся. Если не ответишь мне, то ограничимся нашими рабочими отношениями. Если твой отец захочет со мной поговорить, или захочет увеличить поставки вторсырья из гетов на Мигрирующий флот, сообщи мне. Вряд ли у кварианцев есть много знакомых СПЕКТРов, которые хотят с ними разговаривать.       Кварианка согласилась. Проверим её навыки.       Сначала он приказал ей взломать терминал номер 6 в секторе дальнобойщиков. Прямо из академии СБЦ, с ручного инструментрона. И ведь взломала! Странно, он даже не рассчитывал.       Потом он приказал ей взломать личный коммуникатор пилота Нормандии, Джеффа «Джокера» Моро. И ведь опять взломала! Правда, там ничего ценного — данные по ослаблению синдрома какого-то Вролика и аж 500 терабайт порно! Больше, чем инструкция Совета! Может, она над ним прикалывается?       Джон позвонил Джокеру на коммуникатор.       — Да, командир? — сказал пилот по аудиосвязи.       — У тебя что, правда 500 терабайт порно на личном коммуникаторе? — спросил Джон.       — Ээ… ну да, — ответил Джокер.       Джон положил трубку. Надо же, правда взломала, а не какую-то дичь из сети подсунула.       Кайден смотрел в сторону. Кварианка была нечитаема в своем костюме. Гаррус слегка шевелил мандибулами. Тот молчал, но Джон был готов поспорить на годовую зарплату, что тот думает: «Как такие могли нас победить?».       Ничего ты не понимаешь, Гаррус! Знаешь, почему Нормандия самый быстрый корабль в галактике? Потому что у неё кроме масс-ядра, есть мастурбированный пилот!       Ладно, будем считать, что кварианка прошла свой вступительный тест на техника. Хотя, кое-что он её ещё попросит сделать немного попозже… Мелочь, а приятно.       Шепард потащил всех на стрельбище СБЦ. 300 метров маловато, хотя копам пойдет.       Гаррус уверенно выбивал максимальные очки с мишеней. Нет, так дела не делаются. Давай пятьдесят отжиманий, сто приседаний, 10 км бегом в бронекостюме и стреляй дальше.       Кайден не радовал. Стрелял он средне. Уже после полусотни приседаний стал помогать себе приседать биотикой. Ладно, он уже понял — Кайден не стрелок.       А вот Тали. Лопни мои глаза, как можно стрелять хуже Кайдена?       Ладно. Вдох-выдох. Она вообще гражданская. Она тут на правах техника. Будет стоять в сторонке и взламывать гетов.       — Не переживай, Тали. Мы найдем тебе хороший дробовик.       Дробью-то она не промахнется? Да и из пистолета попадает чаще, чем мажет.       Теперь настало время набега на оружейную СБЦ.       У него уже есть план: надо забить оружием…       Нет, ни карманы. И не вещь-мешки.       Надо забить оружием «Нормандию»!