Давай закончим это вместе?

      Через пару часов начало светать. Темноволосый, несмотря на свою лень, помнил о рыбалке, хоть уже и перехотел. Лениво перевернулся на бок, прокряхтел и, нащупав ночник, включил его, чтобы в палатке стало более-менее светло. Полузакрытыми глазами Ларри посмотрел на спящего Фишера и ласково погладил его по щеке, убирая с лица пряди волос. Тот поморщился и начал прерывисто вдыхать, а после нескольких рывков воздуха чихнул, по виду, как котенок. Джонсон от такого зрелища не мог не заскулить от умиления. — Бля, кромсали-жопу подорвали и на рыбалку поскакали. — Ларец принялся щекотать друга, и тот стал извиваться с жалобными просьбами дать поспать на этой своеобразной неудобной кровати. — Нахуй иди… тварина… сам рыбачь… мхе! –злобно фыркнул Фишер, не ожидав от себя такой реакции на резкое и неприятное пробуждение. — Не моя участь, знаешь ли… — металлист явно ответил уже обиженно.       На несколько минут в палатке повисла неловкая тишина, но находчивый Джонсон придумал, как развлечь себя. Темноволосый с тяжелым вздохом поднялся и выполз из палатки, что-то бормоча под нос. Он напевал песню. Песню, которой делал больно только себе. Строка за строкой выползала из его уст, когда тот спустился максимально к берегу. Ходил вдоль него, пел и гневно метал камни куда-то в пустоту озера. Последний раз пропев строчку: «пустяк, если мы никак не сможем быть вместе…», закончил на ней. Ларри смотрел куда-то в небо, тяжело дыша и сдерживая новый порыв слез.

Ларри: Ты, блять, вообще понимаешь, насколько мне хуево от твоего странного и непонятного отношения ко мне? То ты извиваешься и краснеешь, когда я целую тебя, то я уже тварина и иду нахуй. Извините, мистер Фишер, но обзывать и посылать кого-то нахуй или подальше только из-за желания сделать вашу жизнь краше и лучше… это дикость. Я тебе не нужен. Ты… ты не будешь рядом со мной. Ты в любом случае найдешь себе кого-то, когда меня не будет… меня не будет… скоро… потому что… я… я хочу умереть при мысли, что его не будет рядом! Я… знаю, когда сделаю это. Лучше бы ты наслаждался последними днями со мной, Сал…

      В головешку Джонсону попадали ужасные мысли. И больше всего он не хотел жить без… друга. Хотя, он уже и другом его не считает. Кинув ещё пару камешков в глубины озера, темноволосый развернулся и снова поднялся к палатке, только уже пройдя мимо неё, уходя все дальше в глубь растущих деревьев. Фишер в это время лежал в палатке с широко раскрытыми глазами и внимательно смотрел вверх. Все те минуты, что Ларри отсутствовал, он прислушивался к каждому шороху и пытался разобрать слова песни, что пел темноволосый. И понять несколько слов у него все же удалось, после чего он сразу узнал её. Да, определенно, это именно та, о которой тот подумал. Мальвинка поднял свое тело, все ещё пребывающее в настроении упасть и не проснуться, а затем на коленках выполз из ночлега ребят. Он взволнованно осмотрел округу, не замечая друга нигде. Он будто скрылся. Потерялся в тишине. Эта тишина оглушала, вводила в ужас, все что угодно, только не тишина. Это самое ужасное, что есть в мире. Тишина. Глаза Салли внимательно пробежались по округе. Он закусил губу и нервно задергался, явно переживая за десятиминутную пропажу друга. Это, как никак, озеро и лес. Мало ли что… — Ларри! — голубоглазый уже не мог выдержать той тишины, что проникала в его сознание. — Ларри, блять, где ты?! — после двухминутного молчания снова завопил Фишер. — Да чего ты орешь на всю… природу? –как снег на голову окатил ответ парня, что стоял практически за спиной Мальвинки. — А! Да ты ахерел что ли, иди к черту, я вообще-то испугался! — …так мне нахуй или к черту? Определись. И я, похоже, выбираю второе. — темноволосый закатил глаза и недовольно хмыкнул, смотря в сторону. — И ты обиделся что ли? Ты меня пугаешь. — Нет, я не обижен. Просто кое-кто меня динамит и посылает, а сам ничего не делает. Хотя, тебе это и не нужно. Забудь. Пойдем костер разведем, сосисок пожарим, а то я жрать хочу. — Умело сменил тему… как у тебя это выхо…блять! — недосказанную фразу прервал жалобный звук животика Мальвинки, что говорило о том, что тот тоже не отказался бы от еды.       Темноволосый все ещё обиженно, но усмехнулся, и с лицом а-ля «Не бубни, пошли пожрем» спокойно поплелся к месту вчерашнего огня. Парень взял телефон, который с трудом поддерживал связь и ляпнул про себя «Ебаный МэТэЭс бля». Еле-еле поймав связь, дабы дозвониться до Роберта, Джонсон, проклиная это озеро и глушь, в которой они сейчас, попросил привезти его поесть, а заодно и посидеть с ребятами. — Хей, парни! Я еле нашел вас! Запрятались, ебать! — спускаясь вниз к ребятам, кричал Роб и поднимал вверх пакеты. — Епта, Роб, ты долбанулся? Зачем так много? — пока Сал в палатке надевал на мордашку протез, двое парней поздоровались и обсудили то, что купил панк. Парень вел себя относительно странно. Был эмоционален, выкидывал много странных и одному ему понятных шуточек.       Некоторое время спустя, ребята разложили еду на покрывале, развели костер и убрали палатку, так как собрались уехать сразу же после пикника. Парням не составило труда дождаться Фишера, а после заниматься своим делом. Есть и смеяться с любой шутки друг друга. Так уж выходит, что если кто-то шутит, то остальным определенно будет смешно. — Чуваки, вы поели? — после тяжелого вздоха спросил Роб, смотря на уже ничего не употребляющих ребят. — Ага. — ответ последовал почти в тот же момент от обоих парней. — Тогда едем сейчас? А то чего вы возле озера несколько дней жить будете. Я так дизеля не напасусь каждый раз к вам ездить.       Парочка думала недолго, так как отсидеться ещё несколько дней можно было и по домам. А лучше — у Салли. Отца его нет дома, никто и думать не станет, чтоб узнавать местоположение парней. Решено — едут. По-быстрому собрав все вещи, что они тут разобрали, упаковали их в багажник машины Роберта и уселись на свободные места. Обиженка-Ларец сел на переднее сидение, Фишер сел на задних и развалился там как царь, ну, а про Роба ничего не скажешь… Панк включил музыку в машине, как всегда подобное металлу и року. Сал залипал в телефоне, который спустя час пути все же начал ловить нормальную связь, Ларри гипнотизировал глазами округу, а их водитель расслаблено, можно сказать, невнимательно вел машину. В третий раз пропустив ямку, от которой машину повело в сторону и слегка подкинуло, он выровнял положение транспорта и приготовился получать подзатыльники за плохую езду.

Салли: А херли вы, господин Джонсон, так соблазнительно сидите, задумчиво пялясь в окно? Лучше бы на меня смотрел… Хотя, зачем, если я… обидел тебя утром? Да блять, Ларри! Я не хотел! Как ты не поймешь… сука! Ещё и Роберт как чмошник ведет машину, давно подметил его перегар. Ужрался там где-то, так ещё и за руль сел, ушлепок. Если ты меня не довезешь, я тебя грохну, падла! Черт… я и правда выражаюсь не очень приятно. Даже мне уже противно… Мх. Постараюсь уменьшить маты…

      Фишер в своих мыслях проклинал горе-водителя, фыркая каждый раз, когда тот наезжал на кочку, ямку и тому подобные неудобства, заодно причитая себе под нос. На телефон Фишера пришла неожиданная смс, и тот судорожно схватил телефон и быстро открыл чат. Сообщение было от Джонсона.

Ларри: Чел, Роберт, походу, обкуренный. У него с глазами какая-то херня, я просто сижу и смотрю, у него зрачки то широкие, то узкие, то он смотрит прямо и рулит куда-то в бок. Походу ему плохо.

Салли: Твою мать, да ты шутишь?

Ларри: Надеюсь, что да.

      Спустя несколько минут темноволосый, продолжая нервничать, обернулся на друга и посмотрел на лежащего Сала, снова отвернувшись и уставившись в окно. Джонсон очень переживал за состояние панка, потому что понял, что тот не совсем в адекватном состоянии. В первые моменты его появления было не так странно, как сейчас. В один момент Роберт резко закрыл свой рот руками, ужасно дергаясь и извиваясь около руля. Машину начало шатать, оба оставшихся парня ужасно испугались. Фишер подскочил и дернул Роба за плечо, пытаясь его развернуть. — Твою мать!!! — Ларри пытался удержать руль, но не справился с этой задачей. Все, что он успел сделать, это потянуться к рулю, но не успел.       Машину несколько развернуло на бок, и она стремительно сошла с трассы, перевернувшись два раза, и оказалась уже на съезде к лесу.