О чем они молчали

**REVELATION - Troye Sivan and Jónsi** Лорд Макнейр тащил Гермиону Грейнджер по широкой каменной лестнице. Ее одежда износилась и превратилась в тряпки за два дня в плену, волосы свисали сальными сосульками, по всему телу. То тут, то там открытые раны сменялись фиолетовыми ссадинами и наоборот. Ее глаза были опухшими и красными, но в них все еще горела надежда, вперемешку со злостью. В самом верху на коленях стоял Рон Уизли, его можно описать всего одним словом - сломленный. Все в нем говорило о поверженном духе - опущенные руки, застывшие в безмолвии черты лица и мелкие судороги. Он низко опустил голову и громко дышал через рот, приоткрыв искусанные губы. Братья ордена в черных одеяниях встали вокруг с факелами в ожидании. Она не могла распознать это место, выполненное из камня, и практически полностью погруженное во тьму, за исключением ритуального круга. Она не узнавала лиц, кроме нескольких сокурсников с факультета Слизерин, которые больше других наслаждались происходившим. Дотащив Гермиону наверх и толкнув ее к Рону, Макнейр обратился к присутствующим:"Братья мои. Этот день настал. Сегодня все наши жертвы воздадутся новой жизнью". С этими словами он подошел к чаше и вытащив кинжал поднес его к шеи Рона, Гермиона изо всех сил закричала и бросилась к другу, но дорогу ей преградил никто иной, как Майлз Блетчли. Грубо схватив девушку за волосы и ударив головой об пол, он наклонился и зашипел ей прямо в ухо: "Ну-ну грязнокровка, ты еще успеешь поучаствовать в ритуале." Кровь залила ее лицо, она лилась со сломанного носа и раны на лбу. Все вокруг кружилось и перед глазами стояли красные пятна. Гермионе казалось, что она вырывается изо всех сил, но на самом деле, обессиленная и измотанная лишь еле шевелила руками. Из тени вышла Алиса Шафки. Ее взгляд, кинутый на распластавшуюся на полу пленницу, был полон пренебрежения. "Алиса, помоги", - шептала сквозь слезы Гермиона, но девушка не обратила на это внимания. Она раскрыла древний дневник и взяла за руку Макнейра: "Я готова, любимый". Больным и неестественным казался их союз, от осознания происходившего ком подбирался к горлу и хотелось кричать, но почему-то четко звучала только одна мысль: любовь не выбирает. Ритуал начался. Члены ордена внимательно наблюдали, как их предводитель читает древний текст. "Я надеюсь, Макнейр, ты сполна насладился чувством превосходства. Даже жаль прерывать такое интересное мероприятие", - послышалось откуда-то издалека. Из-за колонны вышел Драко, держа руки в кармане. - Драко Малфой. - Лорд Макнейр был удивлен, но старался не терять самообладания, он вышел немного вперед, прикрыв маленькую Алису и своего пленника. Среди членов братства послышались удивленные возгласы. - Да собственной персоной, решил сопроводить своего старого друга. - Мой лорд, - вышел вперед Крэбб, - Малфой предатель, он водиться с грязнокровкой Грейнджер. - Неужели? - Макнейр приподнял брови и на его лице появился злобный оскал. - Твой отец был бы разочарован, мужчина вытянул перед собой палочку. - Думаю, да. Он был очень разочарован тупостью своих бывших друзей. Озлобленный мужчина не успел ничего ответить, так как сзади него появился Гарри Поттер, вонзив меж Гриффиндора между лопаток. На черном костюме появились темные пятна крови, а глаза застыли от ужаса, все его естество выражало ненависть и с ней он сейчас умирал. Алиса Шафки забилась в истерике возле трупа своего возлюбленного, пока остальные члены ордена сразились в схватке с мракоборцами. Драко сразу же бросился к ней, вид окровавленной Гермионы подействовал как разряд молнии, и ему было невыносимо трудно остаться невозмутимым в разговоре с Макнейром. Он подхватил ее с пола и начал в спешке залечивать самые крупные кровоточащие раны. К этому моменту она потеряла сознание то ли от удара головой, то ли от потери крови. Майлз Блетчли, осознавая неминуемость проигрыша, решил удовлетвориться хотя бы частичной местью и направился к Рону Уизли, который все еще отрешенный стоял на коленях. Гермиона пришла в себя и увидела, как рука с татуировкой направляла палочку на ее лучшего друга. "Рон", прошевелила она губами и Драко сначала не мог разобрать слов, но когда смысл все же дошел, глаза поледенели. Он поднял голову и увидел, что Майклз наносил заклинанием мелкие порезы на тело Рона, упиваясь его болью. Он улыбался, обнажая зубы, растирая в руках кровь своей жертвы. Это выглядело страшно, но не вызвало у Драко никаких эмоций. Он опустил глаза, она умоляюще смотрела на него. "Гермиона, я перемещу тебя в безопасное место и вернусь, чтобы помочь ему", - он старался говорить спокойно и убеждающе, но она нервно замотала головой. Она без него не уйдет... Как же раздражало это безмозглое гриффиндорское желание спасти всех и каждого. Положив хрупкое девичье тело на пол, он сжав кулаки и кинув несколько заклятий в Блетчли, направился в его сторону. Майклз отлетел в сторону, но быстро скооперировался и поднялся на ноги. Казалось, Драко вступил в схватку с самим дьяволом во плоти, руки слизеринца были по локоть в крови, волосы взъерошены и он беспрерывно смеется. Гарри Поттер яростно выкрикивал смертельные заклятья, посылая их прямо в грудь противников, увертываясь от зеленых и синих лучей. На лбу появились капли пота, но он не чувствовал усталости, лишь сжимал крепче палочку и убивал врагов одного за другим. Он увидел, как Джинни упала из-за разорвавшейся возле нее колонны и кинулся ей на помощь. Рыжеволосая бестия запыхалась, но не испугалась, увидев Гарри, она мягко улыбнулась. Поттер помог ей подняться и на секунду задержался взглядом на любимом лице, именно такой она снилась ему - полной решимости и готовой к бою, с вздымающейся от глубоких вдохов грудью и румянцем. Их отвлекли крики отступающих преступников. Главной целью было арестовать всех. Именно для этого Малфой отвлекал внимание, пока мракоборцы окружали всех, захлопывая ловушку. Гарри кинув последний быстрый взгляд на Джинни, продолжил наступление. Алиса Шафки держала на руках мертвого мужчину и захлебывалась в рыданиях, казалось вокруг гробовая тишина и только вдали двигаются фигуры как в замедленной съемке. Она подняла голову и увидела юного Малфоя, сражающимся с Блетчли, правой рукой ее любимого. Девушку резко пронзила жгучая ненависть к этому предателю крови. Ведь если бы не он, если бы не его мерзкая измена, она бы не потеряла самого дорогого человека, ради которого убила собственных родителей. Она медленно встала и подняла с пола меч Гриффиндора. Хрупкая и совсем еще юная девушка с трудом занесла над головой средневековое оружие и с криком ринулась в сторону высокого блондина, который развернулся спиной. Как удобно. Гермиона лежала неподвижно, пока не заметила, как Рон медленно поднял голову, услышав наконец звуки сражения, его тело было практически полностью покрыто порезами от Блетчли. Парень пытался встать, когда его настиг Круциатус от Крэбба, направляющегося к своей жертве с другого конца комнаты. Она собрала остаток сил, чтобы встать на ноги, сделать это казалось невозможным, сжала зубы и как можно сильнее оттолкнулась ладонями от пола. Рывок и гриффиндорка уже стоит на ногах, она пытается найти палочку или хоть какой-то тяжелый предмет. На глаза попался булыжник, она развернулась, чтобы его поднять, увидев Алису с мечом. У нее есть один камень, три секунды и шанс спасти одного из двух главных мужчин в своей жизни, бросив его в Алису или Крэбба. Левая нога немного подкосилась от тяжести камня, в грязные виски бьется тупая боль, а руки предательски дрожат. Еще секунда. Драко разворачивается и смотрит ей прямо в глаза. "Прости", - одними губами шепчет Гермиона. Еще секунда. Его пронзает меч Гриффиндора, но он не чувствует этой боли, он не слышит голосов вокруг. Не видит, как Гермиона отвлекла Винсента, бросив в него камень, пока Джинни его обезоружила и подбежала к своего незрячему брату. Он закрывает глаза и медленно опускается на колени, когда Поттер бросает в спину Алисы "Ступефай" и она с сумасшедшими, полными слез глазами и диким хохотом падает на пол. Как символично, меч Гриффиндора пронзил его тело. На лице появляется едва-уловимая малфоевская ухмылка и темнота поглощает все. Мы встретились не знаю для чего И так же разойдемся мы случайно, Не открывая сердца своего И оставаясь друг для друга тайной. Так иногда приснится странный сон, Как будто невозможное случилось. И на мгновение взволнован и смущен, И думаешь: зачем мне это снилось! ******* Гермиона и Джинни не отходили от койки Рона неделями. Практически сразу после сражения парень упал в кому, хоть его раны и удалось залечить. Казалось, он не хочет спасения, не хочет просыпаться. Они нашли в его вещах письма. Эти письма, аккуратно сложенные в конверты и подписанные витиеватым женским почерком, были зацелованы до дыр. И теперь он не хотел жить в мире, в котором не сможет получить ни одного письма от Дафны. Колдомедики разводили руками, они не могли найти выход. Поздно вечером Джинни сидела у койки Рона с книгой, под ее глазами были синяки от постоянного недосыпа, и волосы собраны в небрежный хвост на скорую руку, казалось, потускнели. Она не могла потерять еще одного брата, и поэтому дежурила здесь практически круглые сутки, меняясь с Гермионой и Гарри. В палату, постучавшись, зашел Блейз. Он немного замялся на входе, но прочистив горло прошел внутрь. - Ты знал? - Она не подняла глаз. - Нет, но догадывался. - Ммм.... - Казалось, она совсем не заинтересована в разговоре. - Послушай, я тут принес... ну в общем я собирал вещи в Хогвартсе и нашел эту колдографию. Мы с Драко придумали, как делать их со звуком.. Эмм, я подумал, может если он услышит ее голос... - Блейз протянул небольшой снимок, на котором невысокая светловолосая девушка догоняла Драко Малфоя и звонко смеялась. Она была одета в легкое летнее платье, которое кружилось вместе с ней и позировала, немного смутившись. Джинни взяла колдографию и посмотрела на нее пустыми глазами, она до сих пор не могла поверить в их роман. Последние несколько дней горечь сменилась злостью, и она жутко злилась на своего слабохарактерного, по ее мнению, брата. Обида за его вранье, за то, что теперь он отказывался жить, подобралась к самому сердцу. Девушка сжала пальцы сильнее, но Рон неожиданно пошевелился. Его первой фразой было: "Дафна?". У Джинни катились слезы от счастья, дрожащими руками она схватила пиджак Блейза и все никак не могла сформулировать слова благодарности. Затем она просто бросилась ему на шею, обвив своими руками, волосами, окутав запахом, счастьем. Парень расплылся в улыбке, пока не увидел укоризненный взгляд с больничной койки.