Жизнь с плохим парнем.

После ухода Кирилла, я сажусь в машину и начинаю думать о нашем разговоре. Чувство вины при мысли о том, что он опять оставил меня, ослабевает. В нем нет никакого смысла, ведь все, что я ему сказала — правда. И вообще, это только его вина. Если бы он не спросил, ничего бы не произошло. Решаю, что настало время еще раз позвонить и попросить о помощи. Набираю номер отца, но меня снова приветствует запись автоответчика. Даже не пытаюсь перезвонить, если бы он увидел мой звонок среди пропущенных, то уже связался бы со мной. Судя по всему, настало время пешей прогулки. Что-то я слишком часто стала совершать их. Выпрыгиваю из машины и достаю из багажника сумку и книги. Сегодня я еще больше раздражена из-за отсутствия доставки транспортным средством, потому, что к тому же придется тащить на себе тяжёлые учебники. Меня не особо радует, что моя девочка останется на парковке на всю ночь, но другого выхода нет. Убедившись, что все двери заперты, я начинаю второе на этой неделе пешее путешествие. Наверное, стоит начать носить с собой MacBook. По крайней мере, будет, чем развлечься. Выйдя за голубые ворота на входе на парковку, делаю глубокий вдох, подготавливая себя к длинному пути. Меня всегда раздражало, что дорога на машине занимает всего десять минут, а на ногах — все сорок. Начинаю думать о том, что сказала Татьяна по поводу писательского конкурса. Так приятно, что она поверила в меня. Странным образом, мне хочется, чтобы она гордилась мной. Знаю, что идея должна быть интересной, не похожей на другие, и смешной. Когда у меня появляется сюжет для истории, я всегда его сначала визуализирую, как кино. Для меня эта техника работает на отлично, потому что когда я пишу, то просто пересказываю сюжет, который уже видела. Пытаюсь вдохновиться чем-нибудь по дороге, но к сожалению, единственный, кто попадается мне по пути — странно выглядящий мужчина в возрасте, со скрученной в два жгута бородой. Напевая гимн России, он пытается найти какую-нибудь еду в мусорном контейнере. Я автоматически проверяю карманы и нахожу в них 500 рублей. Посмотрев на этого беднягу, я начинаю мини битву с самой собой, пытаясь решить, стоит ли отдавать ему деньги. Не поймите меня неправильно, я не жадная, — легко могу взять еще у папы, но меня больше волнует, не сумасшедший ли он киллер, который может утащить меня в свою берлогу, если я только сделаю шаг вперед. Не судите меня, такие истории случаются каждый день. Ну, может о берлоге немного сильно сказано, но вы знаете, что я имела в виду. Быстро осматриваюсь и замечаю пустую банку из-под с колой, которую кто-то бросил на тротуар. Подхожу и поднимаю ее. Нахмурившись, вспоминаю о том, как быстро выдула две такие банки дома у Насти в тот первый день, когда к нам въехала козлиная морда. Быстро кладу деньги на дорогу и придавливаю их сверху. — Эй, — зову я пожилого человека, который мгновенно прекращает рыться в мусоре. Со смущенным видом он поворачивается. Мне становится грустно, от того, что люди живут в таких условиях и им даже не с кем поговорить. Думаю, мои проблемы не настолько серьезны, как я думала. Хотя кого я обманываю? Кирилл — определенно серьезная проблема. На лице мужчины появляется небольшая улыбка, когда я показываю на деньги на асфальте. Делаю большой шаг назад подальше от него и пятисот рублей. Зайдя за угол, оборачиваюсь, но никого уже нет. Облегченно выдыхаю и снизив темп, начинаю идти нормальным шагом. Примерно через пять минут чей-то голос вырывает меня из мыслей. — Что ты делаешь? — повторяет он. Поворачиваюсь посмотреть, кто говорит и меня охватывает ярость. Проигнорировав вопрос, продолжаю свой путь. — Ну же, Кэти, ты опять собираешься молчать? Пора уже придумать что-нибудь новенькое. Я прямо вижу, как на его лице сияет тупая улыбочка, отчего мои руки сжимаются в кулаки. — Уходи, — наконец бурчу я. — Просто сядь в машину, — говорит Кирилл, продолжая ехать рядом со мной. — что-то в последнее время меня просто преследуют парни на машинах. — Уходи, — повторяю я немного серьезнее. Мне бы доставило несравнимое удовольствие завершить уже эту дурацкую прогулку и добраться до дому в два раза быстрее. Но, ничто не заставит меня сесть в машину козлиной морды. — В чем твоя проблема… — В чем моя проблема? — кричу я и разворачиваюсь лицом к нему, вынуждая его остановится. К этому моменту, уже несколько прохожих начинают обращать на нас внимание, но мне все равно. — Да, именно этот вопрос я задал тебе, — говорит он, не отводя от меня взгляда. Мне приходится приложить все усилия, чтобы сдержаться и не придушить его. Нет, серьезно, он сидит передо мной и улыбается, как будто ничего не произошло. Либо Кирилл свихнулся, либо страдает от потери памяти. В любом случае, мне нужно спокойно и ясно объяснить ему причину своего гнева. — Во-первых, сначала ты предложил мне помощь, потом уехал и оставил меня одну, и вот теперь ты здесь и ведешь себя так, как будто все в порядке. Ты сошел с ума или произошло что-то еще? — спокойно, но с долей сарказма в голосе спрашиваю я. Я наблюдаю за тем, как он пытается сдержать улыбку. — Знаешь, ты так похожа котёнка когда злишься, выпускаешь свои миленькие коготки и встаёшь на дыбы, — отвечает Кирилл, отчего у меня на лице появляется шокированное выражение. — Кирилл… — Кэти, послушай, до дома далеко, так почему бы тебе просто не забыть обо всем на время и не сесть в машину? — Ты больной на всю голову, я не сяду к тебе в машину, — с этими словами я опять начинаю двигаться вперед. — Сядешь. Принцесса, не заставляй меня выходит из машины, — в ответ на его слова, я просто фыркаю. — Ну все, котёнок, — Кирилл останавливается и глушит двигатель. — Ты… — неожиданно, мои ноги отрываются от земли. — Поставь меня обратно, сейчас же, — кричу я и несколько раз бью его по спине рукой. — Нет. А теперь успокойся, пока я не уронил тебя, — спокойно отвечает он, направляясь к своему дурацкому Кадиллаку. Не когда не устану говорить что он дурацкий, всё что связано с Кириллом — уже имеет название «дурацкое» — Клянусь, если ты не поставишь меня обратно, я… — Успокойся и перестань вопить мне в ухо. Я делаю глубокий вздох и специально громко визжу прямо ему в ухо. Кирилл убирает руку с моей талии и закрывает его. Не могу поверить, что у него столько сил, чтобы держать меня одной рукой. — Ты хочешь, чтобы я оглох, — стонет он, потирая пострадавший орган. — Да. Сработало? — спрашиваю я, ухмыляясь про себя. — Нет, — отвечает он, продолжая идти к машине. — Я не шучу, Кирилл, если на счет три ты не поставишь меня на землю, то очень пожалеешь об этом. — Ой как страшно… — Один… — Я не боюсь, Кэтик… — Два… — Ну что ты можешь сделать… — Три… — Ой! — вздрагивает он. — Я тебя предупреждала, — потирая плечо, Кирилл опускает меня на тротуар. — Не могу поверить, что ты только что укусила меня. Да кто ты такая? Ганнибал Лектер? — потрясенно спрашивает он. Мне хочется казаться злой, но фраза о Ганнибале Лектере вызывает только смех. — Это не смешно, — отчаянно пытаясь сдержать улыбку, говорит Кирилл. — Смешно, — отвечаю я и снова начинаю смеяться. — Знаешь, это больно. Не могу поверить, что ты укусила меня, — повторяет он еще раз. — Будь мужиком. Все не так уж плохо… — Не так уже плохо? Ты только что вонзила клыки и прокусила мне кожу. —  Я тебя предупреждала. — Нет, ты сказала, что досчитаешь до трех, речи о зубах не было. — Это так, но ты был предупрежден. Тебе следует знать, что я никогда не нарушаю обещаний, а тебе я пообещала, что ты пожалеешь, — хихикая, говорю я. — Как бы то ни было, ты собираешься садиться? — спрашивает Кирилл, прислоняясь к машине и наблюдая за мной. — господи, он такой красивый, так обидно, что помимо этого он еще и придурок. — Нет. — Ну давай же, ты только что укусила меня, а я все еще хочу, чтобы ты села ко мне в машину… — Это доказывает, что ты чрезвычайно глупый… — Или чрезвычайно заботливый… — Ха, мы оба знаем, что это ложь, — фыркаю я, складывая руки на груди. — С чего это вдруг ты решил помочь мне? — Я и не хочу, но у меня завтра свидание. Оставить тебя одну со сломанной машиной — прямой путь к тому, что меня накажут, поэтому… — он открывает дверь и жестом просит меня устроиться на сидение. — Ну, а мне-то в чем прикол? — спрашиваю я. — Котёнок, и так понятно, что ты далеко не наслаждаешься своей маленькой прогулкой, — отвечает он, запрыгивая на водительское место. «Котёнок» — так ласково и тут же обидно. Минутку посомневавшись, я сдаюсь. Все-таки, я потеряла много сил отбиваясь и кусая Кирилла, к тому же устала, так что меньше всего мне хочется идти домой пешком. — Ладно, — говорю я и сажусь в машину. — Пристегни ремень. — странно, но как только Кирилл тронулся с места, никто из нас не произнес ни слова. Не было никакого стеснения, мы просто погрузились в свои мысли, что только порадовало меня. — А что насчет моей машины? — спрашиваю я, нарушая установившуюся тишину. — У меня есть друг, который посмотрит ее, — удивив меня, говорит он. — Правда? — потрясенно спрашиваю я. — Правда, — тихо смеется Кирилл. — В моих интересах, чтобы твоя машина была на ходу, а то еще придется возить тебя в школу каждый день. Не знаю почему, но его слова расстроили меня. Что плохого в том, чтобы ездить со мной в школу? Не то, чтобы я и сама хотела, чтобы меня возил этот красивый придурок, но тем не менее. — Как хочешь, — бурчу я и снова погружаюсь в свои мысли.