Жизнь с плохим парнем.

— Пока, пап, — говорю я, пытаясь побыстрее исчезнуть. — Задержись на минутку, — произносит отец, появляясь в гостиной. — Хорошо, — отвечаю я, пытаясь скрыть свое чувство вины. — Ты никогда не уходишь так рано… — Я знаю, но сегодня тетя Марина готовит мне завтрак, поэтому я должна уйти пораньше. Технически — это не является ложью. Она, конечно, не знает, что я собираюсь появиться, но уверена, как только тетя Марина увидит меня, то приготовит его. — Понятно. Я рад, что ты идешь к ним, потому что хотел, чтобы ты спросила не хотят ли они прийти к нам завтра на ужин. — Настя и тетя Марина? — И Слава — говорит отец, недовольно поднимая брови. — Как весело, два Кирилла в одном доме, — бурчу я. — Веди себя прилично и не забывай, что ты все еще наказана. Я хочу, чтобы после школы ты немедленно шла домой. Понятно? — Да, отец, — с сарказмом отвечаю я. — Я не шучу… — Да знаю я. Сразу же пойду домой. Люблю тебя, — говорю я перед тем, как поцеловать его в щеку и выскользнуть за дверь Я знала, что для того, чтобы мой план сработал, мне нужно было поторопиться и убраться из дома до того, как Кирилл выйдет из душа. Понимаете, я, как Том Круз, еще раз пробралась в его комнату. Вот почему мне пришлось встать так рано. Я осознавала, что как только он выйдет из душа, то сразу же начнет искать свое идиотское ожерелье. Я также осознавала, что в конце концов, он решит, что потерял его. И тогда все сложится просто отлично. Во время ланча я планирую показать его всем, кто будет в это время в столовой и тем самым унизить его. Я только надеюсь, что в этот раз все сработает в мою пользу. Подойдя к двери Насти я проверяю карманы, чтобы убедиться, что ожерелье все еще там. — Привет, очаровашка… — Кто-то настолько рад видеть меня, что я даже не успела постучаться, — говорю я с улыбкой на лице. — Неа, мама сказала, что видела тебя и если я не открою дверь, то не получу завтрак, — отвечает она с озорной ухмылкой на лице. Мне стоило это предположить, — насмешливо откликаюсь я на ее слова. — Привет, теть Марин — говорю я, заходя на кухню и вдыхая запахи еды. — Привет, милая. Ты уже позавтракала? — Нет, но ничего страшного, я перекушу… — Не стоит, Настя сказала, что ты собираешься прийти, поэтому я рассчитывала и на тебя, — улыбаясь, отвечает она. — Спасибо. — Все будет готово через десять минут, я вас позову. Настя хватает меня за руку и тянет вверх по лестнице. — Спасибо, мам! — кричит она ей. — Ну и? Судя по твоему утреннему сообщению, ожидается что-то интересненькое. — мы садимся на край ее кровати. — У меня есть вот это, — говорю я, доставая из кармана ожерелье. — Э… зачем ты достала его из мусорки? Если хотела новое, я могла бы дать тебе одно из своих… — Оно не из мусорки, идиотка. Оно принадлежит Кириллу, я стащила его сегодня утром. — А зачем оно ему? И тебе? — спрашивает она в замешательстве. — Я только вчера поняла, что он носит его под галстуком, каждый день, и снимает только, когда принимает душ… — Ты знаешь, что он делает, когда принимает душ? — восклицает Настя с огромной улыбкой на лице. — Ну, надеюсь, что смывает грязь, которая накопилась за день. Суть в том, что это девчоночье ожерелье определенно что-то значит для него, и я собираюсь использовать его, чтобы унизить Кирилла, — с гордость в голосе говорю я. — Только не снова. Кэт, ты разве ничему не научилась из того, что произошло вчера? — раздраженно спрашивает она. — Сегодня — новый день. — Да, новый день с новыми проблемами. Слушай, тебе нужно перестать злиться на него. Да, он вылил шоколадный соус на твои волосы, но ему было двенадцать. Забудь об этом и прекрати уже эти игры. — Ты этого не поймешь. Я хочу, чтобы Кирилл заплатил за произошедшее, и если он просто перестанет пытаться отплатить мне тем же, то все закончиться очень быстро. Так что, прибереги свою маленькую речь для него. И вообще, почему это тебя так заботит? Он — придурок, которому девушки нужны только для одного. Я думала, что ты ненавидишь таких парней? — Так оно и есть, но может быть, это ожерелье является чем-то особенным для него. Может оно от девушки, которая разбила ему сердце и после этого он стал так себя вести, — говорит Настя вопросительно подняв брови. Может, она и права, но мне все равно. Когда дело касается Кирилла, в моем лексиконе нет слова «жалость».

***

После того, как я дала понять Насте, что в любом случае приведу свой план в исполнение, мы спустились позавтракать. Я была рада тому, что еда заставила забыть ее о моем намерении. — Ах, да, мне нужно забрать сегодня Макса. Его брат опять взял машину, — говорю я по пути к своему транспортному средству. — Хорошо. — И мне нужно, чтобы ты села сзади… — Почему? — Увидишь, просто сядь сзади, — прошу я, забираясь на водительское место. — Ладно. Но лучше бы это никак не было связано с твоим идиотским планом. Ты уже говорила с тем парнем? — Каким парнем? — в недоумении спрашиваю я. — Ну с тем Голливудским красавчиком, который был тогда возле твоего дома, — говорит Настя и до меня наконец доходит, что она имеет в виду. — А, с Марком? Нет, я не давала ему своего номера… — Что? Почему? — Потому, что я не знаю его… — Э… ну так для того, чтобы узнать его, ты и даешь ему номер телефона. Теперь ты можешь никогда больше не увидеть его и тогда что? — спрашивает она меня с таким видом, как будто я сумасшедшая. — И тогда я буду продолжать жить, как и жила до этого. Мне все равно, если я больше никогда не увижу его, — хихикаю я паркуясь перед домом Макса и дважды нажимая на гудок. — Кстати, папа спрашивал придете ли вы завтра к нам на ужин, — говорю я, поворачиваясь к Насте лицом. — А приглашение распространяется на Короля Буфета? — Я тоже об этом спросила, и ответ на твой вопрос — да, и на него тоже, — отвечаю я и мы обе морщимся. — Великолепно, — бурчит Настя. Мы наблюдаем за тем, как сконфуженный Макс пытается определить какую дверь открывать. — Прости, я думал, что Настя будет сидеть спереди, — говорит он, садясь во внутрь. — Обычно так и есть, но я хотела компенсировать тебе за то, что не позволила сидеть рядом со мной вчера. Прости, но у меня был план… — Ага, который провалился, — хихикает Настя. — Заткнись. Ну, а как у тебя дела? — спрашиваю я, трогаясь с места. — Хорошо. А у вас двоих? — интересуется Макс оглядываясь на Настю. — У меня хорошо, — отвечаю я. — У меня тоже, — добавляет Настя. — Ну и отлично, — улыбаясь, говорит он. Макс — такой замечательный парень. Кириллу стоило бы равняться на него, вместо того, чтобы быть придурком. Все оставшееся время я молчу, а Настя и Макс болтают о школе и домашней работе. Я слишком занята планированием своей мести Кириллу, для того, чтобы сконцентрироваться на том, о чем они говорят. — А ты придешь? — спрашивает Макс вырывая меня из раздумий. — Приду куда? — На вечеринку Эли сегодня. — Нет, я наказана. — Жалко, — отвечает он, с симпатией глядя на меня. — Ага, — говоря я, аккуратно паркуясь. Дорогой машины Кирилла нигде не видно. Этот факт вызывает улыбку на моем лице. Я не только взяла его ожерелье, но и из-за меня же он, скорее всего, опаздывает. Это можно рассматривать как две гадости.

***

Сказать, что день протекает медленно, было бы явным преуменьшением. Уверена, его можно было бы занести в книгу Рекордов Гинесса, как самый медленный день. Такое ощущение, что я нахожусь в школе уже много времени, хотя сейчас еще только первая пара. Да и то, что учитель по истории, говорит медленнее, чем черепаха, в прямом смысле этого слова, никак не спасает ситуацию. Все, о чем я могу думать — выражение лица Кирилла во время ланча, когда он поймет, что его идиотское ожерелье у меня. Я даже начала размышлять о том, что буду есть. Это либо результат абсолютной скуки, либо переизбытка общения с Настей. — Дамочка, — доносится до меня крик учителя. Судя по раздражению в его голосе, он уже не первый раз зовет меня. Вырвавшись из мира фантазий, я замечаю, что некоторые одноклассники находят довольно забавным то, что я до сих пор не ответила учителю. — Да, простите. — Вы думаете, что сон на моих уроках как-нибудь поможет вам получить хорошую оценку? — Думаю невозможно спать с открытыми глазами… — Да, и поэтому ваши были закрыты! — упс, теперь я понимаю, почему все смеются. — О, — все, что получается у меня сказать. — Вот именно, о… Неожиданно, он замолкает, потому, что кто-то резко открывает дверь в класс нараспашку. Ну хоть какое-то развлечение, думаю я, ожидая, когда этот кто-то появится. Так я считала до того, момента как увидела выражение на лице Кирилла, которое заставило меня молиться о том, чтобы он исчез. — Молодой человек, не могли бы вы зайти… — Где оно? — рычит Кирилл проходя мимо учителя истории и и направляясь прямиком ко мне. Любой нормальный человек постарался бы, скорее всего, оценить ситуацию. Посмотрел бы на то, как трясутся руки Кириллa, на то, что на его лице нет и намека на юмор, зло играют жилки, наконец, на ярость, плещущуюся в его глазах. Да, нормальный человек так бы и сделал, и понял, что играть с ним сейчас — не самая хорошая идея, но давайте на чистоту… я никогда не буду нормальной. Вместо этого, я встаю с улыбкой на лице, смотрю в глаза Кириллв и говорю — Извини, но я не имею понятия, о чем ты говоришь, милый. Вместо обычного смешка, который в любое другое время стал бы реакцией на мой комментарий, меня встретила полная тишина. — Я не шучу, Кэти, — отвечает он, сквозь сжатые зубы. — Ой, ты больше не хочешь шутить? Прости, просто твое высокомерие и нахальство ввели меня в заблуждение, — улыбаясь, говорю я. — Послушайте, у вас двоих будут большие неприя… — Где оно? — зло спрашивает он. — Где что, Кирилл? Боюсь, что тебе нужно выражаться понятнее. Ты говоришь о грязном девчоночьем ожерелье, которые носишь на шее каждый день? — с этими словами я достаю его из кармана и начинаю покачивать прямо перед лицом этого придурка. Я практически вижу, как пар валит изо всех щелей его тела. Он пристально смотрит мне в глаза. — Оно так важно для тебя? Твоя шея скучает по нему? Кирилл хватает парту, за которой я до этого сидела и переворачивает ее. Я не могу отвести от него взгляда, но тем не менее замечаю, как кричат и отпрыгивают с его дороги присутствующие. Ему не нужно просить дважды после этой небольшой демонстрации, потому, что в этот момент я понимаю, что он и в правду не шутит. Больше нет забавного, язвительного и смешного Кирилла, и я не имею никакого понятия кто, черт возьми, сейчас стоит передо мной. Никогда не сказала бы этого вслух, но мне страшно. Я отпускаю ожерелье, и она падает в ладонь Кирилла. — Никогда больше даже не дотрагивайся до моих вещей, — говорит он, стремительно выходя из помещения. — Что это было? — доносится шепот Насти в то время как весь класс смотрит на меня в шоке. — Не знаю, но, наверное, в этом месте ты должна сказать «я же говорила», — отвечаю я, не отводя взгляда от того места, где только что стоял Кирилл. — Нет, в этом месте я буду хорошей подругой и прослежу за тем, чтобы на твоих похоронах все оделись во что-нибудь яркое, — серьезным голосом говорит она. — Похороны? — в недоумении спрашиваю я. — Ага, после того, как твой папа об этом узнает. — о, Боже, не имею понятия, что только что произошло, но меня определенно ожидают большие неприятности.