Непентес

Айзек был в бешенстве. Медик покусился на то, чего не позволял себе даже сам главарь. Он был готов избить его до полусмерти, но тот предусмотрительно сбежал. Айзек пару раз стукнул кулаком по столу, ему хотелось схватить пушку и броситься вдогонку, доходчиво объяснить другу, как допустимо вести себя на работе, а как категорически не стоит. Но сейчас у него были заботы поважнее, для начала нужно было проверить товар. А Гейл и так бы никуда не делся. Айзек спустился в подвал. Он открыл дверь. Ева сидела на кровати, разглядывая забытые будущим врачом тетради. Она не подскочила, не спряталась, не вскрикнула, даже не попытаясь спрятать обнаженные ноги. Она была на удивление равнодушна к визиту главаря-садиста, лишь криво улыбнулась. Айзек заподозрил неладное. Он подошел к пленнице ближе, грубо дернул за подбородок, заставив посмотреть на себя. Ева глядела на него стеклянными глазами, зрачки были сильно расширены. Айзек прошипел сквозь зубы, трижды пожалев, что все же не отправился догонять накосячившего товарища. Он замахнулся на девушку ладонью, но остановился. Товар было портить нельзя. Ева усмехнулась. Айзеку не нужно было объяснять, что девушка обдолбанная. Несмотря на то, что Гейл прекрасно знал запросы заказчика, несмотря на то, что сам так парился из-за ее беременности, он дал ей наркотики. И пока Айзек все сильнее краснел от злости, Ева улыбалась, глядя похитителю в глаза. — Гейл вытащит меня отсюда. Мы любим друг друга! Пленница действительно верила в это, и притом произнесла таким тоном, будто хотела еще сильнее разозлить взбешенного Айзека. Но в ту же секунду улыбка сползла с ее лица, предательски сменившись испугом. Айзек снова прошипел. Он просто вышел из комнаты, с грохотом захлопнув тяжелую дверь. Когда главарь поднялся наверх, то с такой силой ударил по комоду, что дерево жалобно хрустнуло. Вик и только пришедший Лось вопросительно уставились на Айзека. — Вот сученок! Гейла не пускать. Увижу, разобью ему его интеллигентную рожу, в фарш размажу! — Что он сделал? — Вик даже нервно сглотнул, изумленно подняв бровь. От кого от кого, а от медика подставы он точно не ожидал. — Он ее накачал. Она обдолбанная! Мало того, так он ее еще и трахнул… — Айзек нервно вскинул руки и снова ударил по несчастному комоду. Вик усмехнулся и весело присвистнул, такая выходка никак не вязалась в его понимании с образом порядочного доктора. — Это нехорошо… — пробормотал себе под нос Лось. Он как всегда заявился на пожарку не без причины, а по делу, чтобы сообщить новости боссу и обсудить детали предстоящего дела. — Что такое? — Казалось, Айзек в любой момент был готов взорваться. — Клиент звонил. — Как прошла его сделка? — Хреново. Поэтому он прилетает на день раньше. Послезавтра в обед он будет у нас и рассчитывает получить заказанные услуги в полной мере. У нас есть сутки, чтобы приготовить все в лучшем виде. — Блядь! — Айзек снова стукнул по ящику. Такой расклад несколько не укладывался в его планы. Как минимум элементы для оформления комнаты должны были прийти только вечером следующего дня, и день бы потребовался на монтаж. Это значило, что им придется импровизировать. Однако, с самым главным они успевали. Ева к этому времени уже наверняка должна отойти от действия наркотика, у Фокса уже давно все было готово. Оставалось на скорую руку подходящим образом обустроить соседнюю комнату и привести в порядок девчонку. Когда Айзек вновь спустился в подвал, Ева уже спала. Он собрал забытые Гейлом тетрадки, книжки, которые тот приносил ей, чтобы убить время. Мельком осмотрел ее в поисках следов, которые мог оставить нерадивый медик. Все было чисто — ни синяков, ни следов от уколов. Хоть здесь он не облажался. Несмотря на звукоизоляцию, проснулась Ева от шума. В соседнем помещении во всю шли строительные работы. Вначале к ней пришло осознание того, что она натворила, что развела единственного хорошо относящегося к ней человека на интимную близость, а потом еще и выложила все его планы прямиком главарю. В долю секунды в ее мозгу промелькнула мысль, что возможно она не просто доставила ему этим неудобство, что за такое его вообще могли убить. Она подскочила с кровати, вскрикнула, снова забилась в угол и зарыдала, уткнувшись носом в колени. Эффект таблеток закончился, и вся тяжесть переживаний, от которых она так пыталась отрешится, рухнула на нее словно бетонная плита. А совсем скоро грохот в соседнем помещении стих, и похитители заявились к пленнице. Айзек и Вик подняли ее под руки. Ева пыталась вырваться, кричала. Хоть действия похитителей не предвещали ничего хорошего, думать она могла только об одном: — Где Гейл?! Я не буду ничего делать без Гейла. Дайте мне с ним поговорить! Хотя бы минуту! Прошу! Никто не реагировал на ее порывы. Парни просто подняли ее под руки и потащили в нужном направлении. Айзек догадывался, почему пленница так яростно требовала увидеть врача. Она хотела убедиться в том, что он жив, напрочь забыв, что тот снова ушел на работу на сутки. Когда Еву затащили в душевую, она наконец перестала думать о медике и взмолила о пощаде, но никто не слушал, что она говорит. Это было не важно. Вик без труда стянул с нее футболку и стринги. Знакомые для пленницы запахи разнеслись по маленькому помещению. Фокс подошел к вопросу ответственно и не просто изучил матчасть, он добрался до ярмарки, где ближайшая община амишей продавала вручную сделанные мыла и средства для волос. Запах крапивы и шалфея витал в небольшой душевой. Вик держал Еву за руки, пока Айзек медленно намыливал ее, внимательно разглядывая каждый участок кожи, Фокс занимался волосами. Пленница слабо дергалась, когда главарь касался мочалкой интимных мест, грубо проталкивал между ее ног, которые Ева так старалась сжать. Она пыталась воззвать к сочувствию похитителей, но те смотрели на нее как на куклу, как на бездушную вещь. Когда Еву снова вернули в камеру, ей дали новую одежду. Женскую блузку с длинным рукавом, которую пленница тут же застегнула на все пуговицы, и юбку, длинной чуть ниже колена. Это был жест благородства со стороны Айзека. Он хотел, чтобы в последний день своей жизни она почувствовала себя чуть более комфортно, немного расслабилась. Однако, делал все это он вовсе не ради Евы, а ради клиента. Для того, чтобы тот получил от нее шквал эмоций. Эдакое затишье перед бурей, как последний ужин для смертника, как последнее желание для приговоренного. Айзек сделал еще кое-что. Находясь в камере Евы он набрал номер Гейла и включил звонок на громкую связь. Просто для того, чтобы она услышала его голос. Чтобы дать ей крохотную долю надежды. Он сухо и безэмоционально пригласил медика для серьезного разговора вечером следующего дня. Айзек и правда собирался серьезно поговорить со старым другом, но только тогда, когда уже все будет кончено. Когда заказ будет выполнен. Когда фактор, заставляющий медика вести себя нерационально, исчезнет с лица земли. А после Еву оставили наедине с собственными мыслями. Больше никто не пытался ее накормить или заставить делать что-нибудь еще. Никто не приходил поиздеваться. Ее просто оставили в покое. До следующего утра. Айзек не спал всю ночь. Еще ни разу он так не волновался из-за заказа. Он несколько раз приходил в помещение, которое они подготовили для клиента, проверял, все ли на месте, хорошо ли выставлен свет. Трижды переставлял алкоголь в баре. Заглядывал через окно к пленнице, проверяя, в порядке ли она. Уже и так слишком многое шло не по плану, но отступать было некуда. На следующее утро к пленнице первым пришел рыжий, неся в руках стопку аккуратно сложенной одежды. Он и разбудил Еву, которая снова спала сидя в углу и завернувшись в простынь. Пленница взглянула на него, как запуганный зверек. Она пыталась увидеть в его взгляде хоть какие-то эмоции. Непреодолимое чувство, что совсем скоро грядет нечто страшное, не отпускало, и она пыталась высмотреть на лице пришедшего хоть крохи сочувствия. Но там не было ничего. Он смотрел на нее совершенно равнодушно. Для Фокса она была не больше, чем манекен. Стилист дернул ее под руку, заставляя встать, не дождавшись, пока та придет в себя после сна. Он даже отвернулся, пока девушка переодевалась обратно в свои вещи. Ева не сопротивлялась. Ей так хотелось снова почувствовать себя собой. Облачиться в свою одежду, ощутить прикосновение ткани к коже. Ткани, которую когда-то сделали в ее родной общине. Ведь это все, что осталось у нее от дома. Когда Ева переоделась, Фокс усадил ее на стул и причесал. Еще раз тщательно осмотрев ее и убедившись, что образ идеален, он поставил на пол бутылку воды и молча ушел. Вскоре на станции стихло. Все, кроме Айзека, ушли в гараж. Когда главарь затащил Еву в соседнюю комнату, клиент был уже там, с некоторым скепсисом разглядывал ножницы по металлу. Явно новые, которыми еще ни разу не пользовались. Но стоило ему взглянуть на жертву, приготовленную для его развлечений, то он рассмеялся в голос. — Что это? Вот это образ вы ей подобрали! — Это не образ, — Айзек усмехнулся, подпихнул Еву в спину, заставив пройти в помещение, — она на самом деле из общины. — То есть, ты хочешь сказать, настоящая амишка? Клиент медленно двинулся в направлении к пленнице. Хищная улыбка все шире расползалась по его лицу, а Ева забилась в истерике, с криком пытаясь вырваться. Так сильно, что Айзек с трудом мог удержать ее. Комната напоминала гараж какого-нибудь заядлого столяра, множество инструментов от отверток до дрели висели на стенах аккуратными рядами. Молотки на любой вкус, коробки с гвоздями и шурупами всех размеров, гаечные ключи, тиски, стамески и прочее необходимое хорошему мастеру. Вот только пол был подозрительно застелен целлофановой пленкой. По середине комнаты стоял деревянный стол с предусмотрительно закрепленными наручниками. И вроде обстановка казалась довольно обыденной, но давала огромный простор для фантазии настоящего садиста. Айзек знал, что хоть изначально клиент и огорчится, ожидая увидеть нечто более изящное, но в итоге ему обязательно понравится. Ведь каждому инструменту, каждой маленькой отвертке главарь успел придумать применение, пока аккуратно развешивал это все на подготовленные места. Айзек грубо дернул Еву, почти осевшую на колени в попытках вырваться, под руки, заставив снова встать, и, заломав ей руки за спину, передал девчонку клиенту. — Я буду снаружи, если вдруг что-то понадобится. Главарь вышел, закрыв за собой тяжелую дверь. Сев на стул возле противоположной стены, он закурил, вслушиваясь в слабые звуки, доносившиеся из помещения через изоляцию. Этого ему хватало, чтобы в своем воображении сложить картинку того, что происходит внутри. Время тянулось невыносимо медленно. Ему уже приходилось стоять под дверью у Вижена 23, но в этот раз все было иначе. В этот раз Айзека потряхивало отнюдь не от возбуждения. Данного клиента он знал достаточно хорошо, чтобы понимать — девчонка не отделается так легко, как ее предшественница. Не повезет ей и так, как предыдущей жертве, купленной не просто для утех, а чтобы умереть от рук заказчика. Айзек не хотел признавать, но в его разум закралось не просто волнение. Это был страх. И от этого он только сильнее злился. Мысли беспорядочно метались в голове, превращаясь в копошащуюся кашу тревожных ожиданий. Впервые в жизни ему хотелось, чтобы все это как можно быстрее закончилось. События последних дней совершенно выбили его из колеи. Беременность жертвы, проблемы с Гейлом, даже раннее возвращение клиента из командировки. Ему казалось, что вот-вот случится что-то еще. Что-то похуже предыдущих неурядиц. Впервые он понял, что устал. И что ему бы не помешала пара недель отпуска просто, чтобы перезагрузить мозги. От этих размышлений его отвлек заказчик, выглянувший из приоткрывшейся двери и позвавший организатора мероприятия внутрь. Когда главарь вошел в помещение, Ева сидела под столом, сжавшись в комочек. Даже так Айзек смог рассмотреть, что одежда на ней была порвана. От рубашки остались лохмотья, и те были заляпаны каплями крови, полотно юбки разорвано пополам, держась только на поясе. Неказистое белье валялось на полу. Клиент схватил девчонку за волосы и вытащил из-под стола. Та взвизгнула, но так и не разогнулась, продолжая намертво вцепляться в коленки. — Помоги мне ее на стол закинуть, а то вроде мелкая, а сил вон сколько. Айзек подошел к жертве. Он уже знал эту особенность пленницы. Он подхватил ее под руку, клиент сделал то же самое, и Ева с визгами ударилась спиной об столешницу. Айзеку пришлось несколько раз хлопнуть ее по лицу ладонью, чтобы парни смогли разогнуть ей руки и растянуть их в стороны заранее подготовленными наручниками. — Я пойду, если понадоблюсь, я за дверью, — главарь двинулся к выходу, напоследок оценивающе взглянув на бьющуюся в истерике пленницу. — Подожди… — клиент ухмыльнулся. Я хочу, чтобы ты остался. Покажи мне, на что ты способен. У Айзека на мгновенье перехватило дыхание. Он опасался, что тот может выдать нечто подобное. — Не могу, это не по правилам… — Не по правилам? — переспросил клиент и рассмеялся в голос, — А разве эти правила не ты придумываешь? Да за те деньги, которые я плачу, ты сам должен быть готов прилечь на этот стол! Айзека затрясло. Все опять шло не так. Но заказчик был прав в одном — деньги он платил огромные. Такие, что желания клиента — действительно закон. Вижен 23 настойчиво смотрел на главаря. Айзек шумно выдохнул, пытаясь успокоить взбесившиеся в голове мысли. Он подошел к верстаку и взял с полки два ножа, один из которых протянул клиенту. Ева, увидев ножи, затряслась, будто в припадке. — Не надо! Прошу вас! Когда Айзек начал разрезать на девчонке остатки одежды, клиент лишь многозначительно хмыкнул, но все же помог главарю, а потом выжидающе уставился на того. Айзек глубоко вздохнул. Вся эта ситуация начинала его неимоверно бесить и с каждой минутой держать себя в руках становилось все сложнее. Ева теперь лежала перед ним обнаженная и привязанная к столу. Ее светлую кожу покрывали ссадины. Айзек жадно провел по ним ладонью, а затем схватил Еву за бедра и попытался пододвинуть ближе к краю, вот только цепи, державшие ее руки, не дали этого сделать в должной мере. Между краем столешницы и ее тазом оставался слишком большой промежуток. Айзек злобно прорычал и толкнул Еву в другую сторону, заставив наоборот отодвинуться от края. Девушка вскрикнула и крепко зажмурилась, не переставая реветь. Айзек фыркнул и забрался на стол, пытаясь устроиться между ее ног. Его член был не достаточно напряжен, поэтому ему пришлось помочь себе рукой, прежде чем приступить к делу. Ева лишь жалобно простонала, когда почувствовала в себе член второго насильника. Она с силой сжимала кулаки, впиваясь ногтями в ладони, она сбивала запястья о жесткие стальные наручники, сдирая кожу. Айзек двигался медленно, пытаясь найти удобное положение, дальше девчонку было не сдвинуть, а его колени постоянно соскальзывали с края. Стол оказался слишком короткий. Ему только показалось, что он нашел хоть и не надежное, но вполне удобное положение, раздался хруст костей, Ева взвыла и дернулась так, что Айзек, и без того с трудом удерживавшийся на месте, потерял равновесие и грохнулся сверху на пленницу, окончательно утратив желание ее трахать. — Блядь! — главарь психанул, ударив кулаком по столу, но увидев ухмылку клиента, выдохнул и прокомментировал, — Не удобно. Колени не помещаются. — Недоработка конструкции, — усмехнулся заказчик и резко вывернул на руке пленницы следующий палец, заставив кость с хрустом сломаться. Теперь Айзек был в бешенстве, он понимал, что еще чуть — чуть, и он потеряет контроль. А значит сейчас ему нужно было срочно сорвать злость, а уж на ком, вопрос не стоял. Парень подошел к подвесной решетке с инструментами, и снял оттуда пистолет для гвоздей. Теперь ему было уже наплевать, как на его действия отреагирует клиент. Он подошел к Еве, грубо сжал между пальцами ее сосок, так, что та хрипя от боли выгнулась в спине, и приложил инструмент к натянутой коже. Щелчок, и двухдюймовый гвоздь оказался в соске жертвы, словно пирсинг. Крик девушки разнесся по помещению. Снова щелчок, и сосок Евы насквозь пробивало уже два гвоздя. Клиент весело присвистнул. А Ева, пыталась выдавить из себя мольбы сквозь плач. — Прошу, остановитесь! Еще не поздно… бог всех прощает, бог вас простит. Только остановитесь, умоляю… — Что?! — клиент изумленно уставился на Еву, а потом перевел взгляд на Айзека, — Как ты это делаешь? Как заставляешь ее так играть? — Так она не играет, она на самом деле такая. — пожал плечами Айзек, приставив пистолет к другому соску Евы. Крик снова разнесся по помещению. — А хочешь узнать, как чувствовал себя ваш спаситель? — заказчик схватил девушку за лицо, заставляя посмотреть на себя. На его безумный оскал и горящие глаза, — Так я тебе сейчас это устрою! Всего мгновенье… заказчик замахнулся молотком и пробил предплечье Евы огромным гвоздем, надежно прибив руку к столешнице. На этот раз крик был такой пронзительный, что у Айзека заложило уши. Ева пыталась не задохнуться, прерывисто хватая воздух. Она больше не кричала, не умоляла, просто бормотала что-то себе под нос. Парни удивленно уставились на нее, пока заказчик не наклонился ближе, чтобы послушать. А потом он весело рассмеялся, даже хлопнув рядом с девушкой по столу. — Прикинь! Да она молится! С этими словами заказчик пробил гвоздем другую руку Евы. Девушка глухо взревела сквозь стиснутые зубы. Она изо всех сил пыталась держаться, крепко зажмурив глаза и терпя испытания, выпавшие на ее долю. Кровь яркими струйками стекала по ее рукам, по груди, заставляя клиента жадно облизываться. Айзек подошел к ее голове и несколько раз хлопнул по щекам. — Не отключайся, самое интересное еще впереди. Главаря трясло, но он уже вошел в кураж, ему не хотелось останавливаться. Ему впервые казалось, что человек, который сейчас находится с ним в одной комнате и прибивает несчастную девчонку к столу, намного страшнее, чем он сам. И это только подогревало в нем жажду жестокости. Распаляло безумие в его сознании. Клиент же не терял времени даром, он уже обошел стол вокруг и, согнув ногу Евы в колене, прибил к столешнице и ее ступню, затем вторую. Айзек жадно размазывал струйки крови по коже жертвы, ему нравилось, как она, такая густая и яркая, оставляет разводы от его пальцев. Пистолет все еще был у него в руках, и он снова приставил прицел к девчонке, вбивая в ее плоть все новые и новые гвозди. В руки, в бедра, в объемные груди. Туда, где это было достаточно безопасно, чтобы случайно не убить ее. Клиент же уже отложил молоток и взялся за плоскогубцы, с интересом выдирая ногти на ее пальцах. Казалось, что жертва уже вот-вот потеряет сознание от боли, но она все еще продолжала шептать дрожащим голосом древние слова, дающие надежду на спасение ее души. А потом Айзеку пришла в голову идея, он взял строительный степлер и подошел к клиенту, только что выдравшему с ноги пленницы третий ноготь. — Помоги мне… — в голосе главаря больше не было ни волнения, ни злости. Он стал уверенным и жестоким. Айзек силой развел колени Евы в стороны, которые она несмотря на травмы, все еще пыталась сжать. Заказчик отложил в сторону перепачканные кровью плоскогубцы и крепко схватил девушку за колено, не давая возможности свести ноги. Ева глухо проскулила, отчаянно дернулась и начала молиться громче, снова срываясь на плач. Айзек просунул пальцы между складок и грубо оттянул малую губу в сторону, открывая взору вход во влагалище. Пленница попыталась вырваться, но заказчик всем весом придавил ее к столу, навалившись боком, теперь уже помогая Айзеку держать и вторую ногу жертвы. Ева наконец перестала молиться и теперь просто рыдала от отчаяния и безысходности. Айзек же, довольно оскалившись, всадил скобу, прибивая тонкую складку к внутренней стороне бедра девчонки. Он продолжал методично всаживать скобу за скобой в плоть, а затем проделал этот номер и со второй половой губой. Когда жертва подумала, что все закончилось, парень издевательски потряс перед ее лицом банкой с гвоздями. Ева испуганно округлила глаза, в ее теле их и так уже было слишком много. Айзек с садисткой улыбкой снова подошел к раздвинутым ногам измученной жертвы. Ему очень хотелось повторить номер с кнопками. Клиент весело засмеялся, ему определенно нравилась эта идея, и он с большей силой развел ноги жертвы в стороны. Почувствовав внутри себя пальцы насильника, грубо раздвигающие эластичные стенки в стороны, Ева заорала что было мочи: — Не-е-ет! Только не туда! Но Айзек уже засыпал внутрь нее горсть гвоздей. Девушка билась словно в припадке. Главарь же понял, что с гвоздями и без расширителя повторить тот номер куда сложнее, и тогда он взял молоток и с силой всунул рукоять в израненное влагалище, проталкивая гвозди глубже. — Прекрати! Ты его убъешь! Пожалуйста! — взвыла Ева из последних сил. Айзек на секунду опешил. Неужели девчонка все еще верила в то, что сможет выжить. А с лица клиента пропала улыбка. Он недоумевающе посмотрел на лицо девушки, бьющейся в агонии, а затем перевел злобный взгляд на Айзека. — Кого "его"?! — Моего малыша! — с надеждой выпалила Ева, — Он ни в чем не виноват! Молю! Пощадите! Клиент слез со стола, отпустив жертву и вплотную подошел к Айзеку, прожигая того взглядом. — Она что, беременна? — прошипел Вижен 23, схватив с верстака нож. — Да… — кротко ответил Айзек, выдернув из Евы молоток и перехватив его поудобнее. Теперь он совершенно не знал, чего ожидать от клиента. Хоть при том и старался говорить спокойно. — И ты мне не сказал? — злобно процедил сквозь зубы заказчик, глядя в глаза главарю. — Я думал, это не важно. Срок еще слишком маленький. — Как это не важно?! — вскрикнул клиент и залился безумным смехом, — я хочу посмотреть..!

***

Айзек сидел на полу возле тяжелой железной двери и курил одну за другой. Его руки были по локоть в крови, он так и не смог собраться и пойти помыть хотя бы их. Клиент же спокойно привел себя в порядок, переоделся, и, сложив свою испачканную одежду в вакуумные пакеты, ушел. Он был доволен настолько, что даже предложил организатору такого уникального досуга не провожать его. Видимо понимал, что для того нечто подобное было впервые. И теперь главарь сидел, прислонившись к стене, и ошарашенно смотрел на свою ладонь. Когда Вижен 23 сунул ему в руку нечто маленькое и теплое, залитое свежей кровью, Айзек даже не сразу понял, что это. Вначале он подумал, что это какой-то кусочек плоти, а когда присмотрелся, ему показалось, что тот похож на маленького лысого крысенка. И только потом до него дошло, что в его ладони лежит человеческий зародыш. Такой странный, до смешного непропорциональный, но даже так у него можно было пересчитать все пальцы. Айзек просто растерянно смотрел на это крошечное существо в своей руке, застыв на месте и не обращая внимания на то, что делает клиент. В коридоре пахло кровью и мясом, словно на скотобойне. Все остальные вернулись в подвал сразу после отъезда заказчика. Вик вывалился из помещения, согнувшись и зажав ладонью рот, в попытке сдержать рвотные позывы. — Бля-а-адь! Вот это жесть… как мы это все убирать будем? Лось даже не пытался зайти в комнату и посмотреть, ему вполне хватало вида шокированного Айзека, сидевшего на полу. Прежде он никогда не видел его в таком состоянии. Никто и не заметил, как в здание спокойно вошел и спустился в подвал медик. Он просто решил заявиться на станцию чуть раньше, ему тоже было, что сказать товарищу. Увидев происходящее, своего старого друга, перемазанного в крови, почуяв запах, поняв все, он выронил из рук свой чемоданчик, чем и привлек внимание остальных. — Не пускайте его! — вскрикнул Айзек, даже не попытавшись встать с пола, — Ему не надо это видеть! Лось схватил Гейла в охапку, пытаясь удержать того. — Вы что сделали, мрази? Вы убили ее? Она мертва?! — истерично орал врач, пытаясь вырваться из хватки друга. — Еще дышит… — растерянно выдал Вик, все еще упираясь ладонями в колени и пытаясь перевести дыхание после увиденного, — я даже не понимаю, как… — Да отпусти же ты меня, сука! — Гейл резко дернул головой, так, что удар затылком пришелся Лосю в нос. Медик вырвался и рванул в помещение, а влетев внутрь, застыл. Вокруг было столько крови. Несмотря на то, что он работал в хирургии, что он принимал роды и ассистировал при сложных операциях, ему показалось, что он никогда не видел столько крови. Она растекалась по столу и капала вниз, образуя аккуратные лужицы на застеленном целлофаном полу. Он неуверенно подошел к девушке, на ней живого места не было. Из распоротого живота виднелась разорванная, вывернутая наружу матка, а рядом в стеклянной пепельнице лежал крошечный зародыш. Ева и правда все еще дышала, слабо, еле заметно. Ее мутные глаза были открыты, но сознания в них уже не было. Девушка была в коме. По его прикидкам он дал бы не больше пяти по шкале Глазго. Гейл с трудом сдержался, чтобы не зарыдать. Он понимал, что не может ей помочь. Даже целая бригада хирургов вряд ли бы справилась. Состояние было слишком тяжелым, кровопотеря слишком огромной. Скорее всего из-за гипоксии уже присутствовало и повреждение мозга. Ее бы даже не довезли до больницы. И он принял единственное, показавшимся верным, решение. — Я помогу тебе… — медик аккуратно погладил Еву по спутанным волосам.- Потерпи еще чуть-чуть… Он вылетел из помещения в коридор с каменным лицом, схватил свой чемодан, все еще лежавший на полу и забежал обратно. Быстро достав оттуда пузырек с морфином он набрал полный шприц. — Сейчас все пройдет… сейчас станет легче… — Гейл нашел вену под ее ключицей и полностью ввел содержимое шприца, — сейчас станет легче… — повторил он, будто бы и не Еве вовсе, а самому себе. Через пару минут он вышел из комнаты, молча, сжимая в ладони проклятый шприц. В его глазах было только отчаяние и боль, он смотрел в пол не отрываясь, не поднимая глаза на остальных. — Ты что сделал? — испуганно спросил Айзек, уставившись на друга. — Твою мать, Митч! — Гейл со всей дури швырнул шприц в стену так, что крепкий пластик разлетелся вдребезги. Медик взревел и, закрыв глаза ладонью, осел на пол рядом с товарищем. Гейл рыдал в голос, пытаясь выдавить из себя слова. — Я человека убил! Из-за тебя, сука! Не ты, Митч! Я! А я ведь всю жизнь мечтал спасать жизни… — Она рассказала мне… — заговорил Айзек, откинув голову назад к стене, — рассказала, что ты обещал вытащить ее отсюда, помочь ей сбежать. Так дела не делаются, ты же понимаешь? Гейл сделал глубокий вздох и вытер льющиеся градом из глаз слезы. — Я больше не хочу смотреть на такое. Я не хочу даже знать, чем ты тут занимаешься… Если ты еще раз позовешь меня к своим "девочкам", я клянусь мамой, я сдам тебя копам! Вас всех сдам! Сам рядом с тобой на электрический стул сяду… Больше никогда не звони мне! Медик с трудом поднялся с пола, вернулся в комнату, молча забрал свой чемодан и, снова вытерев слезы рукавом, ушел прочь.