A Mean Sleep/Должно быть это сон

Все развалилось на глазах. Раскрывшаяся правда сильно отличалась от всего того, что Миранда могла себе представить. Это выглядело, как запутанный, безобразный беспорядок. Андреа любила ее, а теперь она ненавидела ее. Миранда смотрела, как девушка уходит. «Андреа». Женщина ожидала, что девушка остановится, потому что сама она была слишком потрясена, чтобы идти останавливать ее. Но Андреа не остановилась. Она подошла к лестничной площадке, и тогда у Миранды промелькнула мысль, может быть это и к лучшему, если она сейчас уйдет, а потом она подумала о лестнице, и о том, что Андреа пьяная, поэтому женщина догнала ее и потянула назад. Андреа дернулась от ее прикосновений. Гнев снова охватил девушку и она, в ярости, прорычала: «Не трогай меня». «Нет, нет, ты еще не уходишь, — сказала Миранда, своим лучшим безапелляционным тоном, и потянула ее обратно в гостиную. — Мы еще не закончили. У меня есть вопросы, и ты ответишь на них». Андреа настороженно посмотрела. «Садись», — Миранда мягко подтолкнула её к дивану и помогла опуститься. Андреа села, сжимая в руках свою сумочку и глядя на бутылку виски. Она потянулась к бутылке, но была остановлена: «О, нет, тебе достаточно. Если хочешь пить, ты можешь выпить воды». Миранда достала воду из бара, и не сводя глаз с девушки, чтобы та не сбежала, наполнила два стакана. Они пили в тишине, смотря друг на друга. «Что?» — наконец спросила Андреа. «Ты очень злишься на меня», — пробормотала Миранда. Возможно, гнев не был худшей эмоцией, которую могла испытывать сейчас Андреа. В конце концов, гнев это лучше, чем апатия. По крайней мере, девушка что-то чувствует по отношению к ней. «Ты не поняла, — Андреа отшвырнула стакан с водой обратно на столик, словно это был алкоголь. — Я потратила кучу гребаного времени, рассказывая тебе всю эту чертову историю, а ты так и не поняла. Я злюсь не на тебя, а на себя». «О, да, твоя тирада о фрезиях звучала, как ненависть к себе», — закатила глаза Миранда. «Нет, послушай», — Андреа приложила руку ко лбу. «Послушай» — сказала она снова, и замолчала. Она не произносила ни слова довольно долго, и Миранда уже было подумала, что девушка теряет сознание. Наконец, Андреа убрала руку от лица, выглядя измученной. «Я не злюсь на тебя. Я облажалась. Рассказывая тебе о Париже всё вновь нахлынуло на меня». Миранда хотела что-то сказать. Но она не была уверена, что конкретно. Ее мысли в этот момент были такими же беспорядочными, как и эмоции Андреа. «Я злюсь, что ушла», — устало произнесла Андреа, и ее глаза вновь стали искать картину над камином. «Потому что ты разочаровала меня этим поступком?» «Я злюсь, потому что…» — Андреа взмахнула рукой, словно у нее не было слов. «Потому что ты покинула меня?» — спросила Миранда и откинулась на диван, позволяя себе немного расслабиться. «Ну, да, потому что я ушла от тебя, и я скучала по тебе, и в этом всем была я виновата. Я злилась, что разочаровала тебя. Но более того, я злилась, что позволила себе очароваться тобой. Я имею в виду, что я привязалась к тебе и я нуждалась в тебе. Я влюбилась в тебя». Миранда замолчала на мгновение, а потом спросила: «Разве ты не думаешь, что это могло быть чем-то вроде помешательства? Мы работали в непосредственной близости, я старше и могущественнее, и я была твоим боссом…» После этих слов Андреа дернулась, подскочила с дивана, ударилась об кофейный столик, и бросилась к лестнице, спотыкаясь на ходу. Прежде чем Миранда успела среагировать, девушка уже успела упасть и снова подняться на ноги. Женщина догнала и остановила ее на лестнице, дёрнув за плечи. «Нет, нет, нет», — сказала Миранда, крепко прижимая Андреа к себе. Ее сердце замерло, когда Андреа оступилась и чуть было не упала на лестничных ступеньках. Из-за прилива адреналина Миранда вцепилась в нее мертвой хваткой, тяжело дыша. Она прижала девушку к стене и попыталась сама немного успокоиться. Когда ей это удалось, она поняла, что Андреа дрожит. «Сядь, прежде чем мы обе упадем», — сказала Миранда. Колени Андреа подкосились, и она сползла вниз по стене. Девушка не села на пол, но так она хотя бы была в безопасности. Миранда опустилась рядом с ней и попыталась взять под контроль реакцию своего тела, которое тоже изрядно потряхивало. Когда она успокоилась и ее дыхание замедлилось, то она приобняла Андреа. Не смотря на то, что девушка, по-видимому, все еще не оправилась от пробежки и эмоций, но она быстро отстранилась от Миранды и открыла сумочку, вытаскивая из нее свой мобильный телефон. «Что ты делаешь?» Девушка не ответила, но она явно пыталась написать кому-то сообщение. Миранда вырвала телефон из ее рук и прошипела: «Кому ты хочешь написать?!» Андреа опять промолчала. «Если ты хочешь вернуть свой телефон обратно, то ответь мне». «Парню, который может приехать и забрать меня отсюда». Крайне возмущенная таким ответом Миранда бросила телефон через перила лестницы и внизу раздался глухой звук удара об пол. «Ты не уйдешь отсюда, пока мы не достигнем какого-то решения». Андреа, которая еще минуту назад была безучастной в ее руках, теперь стала непреклонной и резкой. «Я уже приняла решение. Решение — оставить тебя в Париже. Нет больше ничего, что нуждается в разъяснениях. В любом случае это «помешательство», так, какая разница?» Девушка встала, и держась за стену, начала подниматься по лестнице. «И ты выходишь замуж. Снова», — сказала она через плечо, возвращаясь в гостиную и наливая себе очередную порцию виски. Миранда проследовала за ней. «Сними туфли, прежде чем убьешь себя», — сказала она. Андреа держала бутылку в руке и ходила, как загнанное животное по клетке. Она была на взводе и пьяная. Она не сняла свою обувь, от чего ее движения были небрежными. Она врезалась одним коленом в стул, а другой ногой зацепилась за кресло, но устояла и справилась с этим. Она подошла к бару, поставила бутылку и отвернулась от Миранды к окну, устремив взгляд на ночной город. «Почему ты солгала мне? — спросила она. — Ты сказала, что у тебя нет романтических отношений». Миранда покачала головой: «Похоже, это не имеет никакого отношения к разговору». Андреа обернулась и уставилась на нее, а потом прислонившись к стойке бара, спросила: «Тогда не было необходимости во лжи, правда?» Миранду все еще трясло от происшествия на лестнице, но она пересилила себя и подошла к девушке. «Налей мне». Миранда взяла бокал и встала напротив Андреа, блокируя ее. «Я сказала тебе то, что ты хотела услышать». Враждебность на лице Андреа не скрывала ее боли. «Почему ты не позволяешь мне уйти? Ты просто хочешь продлить это? Мою боль?» Миранда не ответила. Она была занята, пытаясь выяснить, как вернуть всё в нужное русло, как повернуть время вспять, чтобы Андреа больше не ненавидела ее, а любила. «Тебя это заводит? — горечь Андреа была предельно различима в ее невнятных словах. — Могу поспорить, что так и есть. Тебе же плевать на всё, поэтому отпусти меня. Вызови мне такси». «Нам нужно поговорить». «Я всё сказала уже. Всё, что должна была сказать, а ты ничего. Как на счет тех вопросов, которые у тебя есть? Почему бы тебе не задать их сейчас, пока я еще могу говорить связно?» — она опрокинула свой бокал и в очередной раз потянулась к бутылке. «Ты убежишь, так или иначе. Думаю, ты струсишь, в конце концов», — сказала Миранда, имея в виду огромное количество алкоголя, которое выпила Андреа, и не принимая во внимание, что она была такой же пьяной. По крайней мере, она пила гораздо медленнее и лучше держалась. Андреа вернула бутылку обратно, подвинула к ней пустой бокал и выпрямилась во весь рост. «Это не убежит», — сказала она, указывая на алкоголь. Потом она взяла из рук Миранды ее бокал, допила из него то, что в нем оставалось, и поставила его рядом со своим. Что-то в этом поступке Андреа показалось Миранде очень интимным. В следующее мгновение женщина уже предугадала, что должно произойти, поэтому она совсем не удивилась, когда Андреа начала толкать ее к стене. «Это анестезия, — произнесла девушка, — потому что ты, очевидно, будешь продолжать колоть рану и ковыряться в ней. Я тебе всё рассказала, а ты еще хочешь это обсудить? Что тут обсуждать? Я объяснила, почему ушла». Одна из рук Андреа была на плече Миранды, другая на руке, прижимая ее к стене. «И ты помолвлена с номером четыре. Надеюсь, он хорошо к тебе относится. Надеюсь, он удовлетворяет тебя в постели». Они обе были пьяны. Всё было честно, правда? «Сделай это, — прошептала Миранда, с легким страхом, но с большим трепетом. Каждой клеточкой своего тела она чувствовала себя живой. — Чтобы это ни было, сделай это. Дай мне пощёчину, ударь меня, поцелуй меня. Сделай это». В одно мгновение гнев покинул лицо Андреа и на нем отразилось желание. Девушка наклонилась ближе и склонила голову к уху Миранды. «Как ты думаешь, что это будет? Что я собираюсь сделать, Миранда?» — спросила она. Миранда изо всех сил старалась унять реакцию своего тела, которое определенно сильно отвечало на близость Андреа. Девушка, крепко прижимала ее к стене, шептала на ухо и это было весьма возбуждающим. «Убежать снова?» — выдохнула Миранда, а губы Андреа коснулись ее шеи. Каким-то образом Миранда умудрилась не застонать при этом, но все ее тело дрожало, в то время, когда она продолжила делать ехидные предположения: «Вырубиться через тридцать секунд? И сожалеть об этом утром?» Ее бедра невольно дернулись, а тело изогнулось, когда Андреа провела по коже языком, а затем стала покрывать ее мягкими, влажными поцелуями. Миранда вздрогнула и спросила едко: «Трахнешь другую девушку с такими же глазами, как мои?» Андреа поднялась поцелуями до уха и прошептала: «Я трахнула ее, потому что хочу трахнуть тебя». «После всех этих лет? Ты уверена, что не хочешь вместо этого ударить меня? Ты, безусловно, достаточно зла, — Миранда закрыла глаза. — Несмотря на то, что ты пригвоздила меня к стене как бабочку, как будто я должна стать еще одним человеком в длинной череде людей, которых ты трахаешь. Так что, может быть, это одно и тоже?». Миранда снова открыла глаза, и Андреа уставилась на нее. «Может быть, самобичевание стало утомительным, и ты хочешь решить проблему в корне. Но это то, что ты сказала, не так ли? Ты хочешь трахнуть меня». Не поцеловать, не обнять, не заняться любовью. Блять. «Миранда», — мягко, но с укором произнесла Андреа. Они смотрели друг на друга, и желание Миранды было столь же сильным, как и ее разочарование, от чего ей хотелось разрыдаться. Однако, Андреа спасла ее от унижения. «Я знаю, что ты хочешь меня, — тихо сказала она. — Но я не знаю почему. Что это? Что это для тебя?» Миранда уставилась на нее, думая над ее словами. То, что она чувствовала, было не так легко классифицировать. Всё было весьма сложно и запутано. Однажды, три года назад, она желала грубо взять эту девушку силой, согнуть ее, раздвинуть ей ноги и вогнать внутрь пальцы, но теперь это было иначе. Теперь, она хотела заставить Андреа сказать слова: Я люблю тебя. «Тебя влечет ко мне?» — предположила Андреа. Миранда снова закрыла глаза и задумчиво сказала: «Не уверена, что я использовала бы это слово». «О, о, я вижу», — протянула Андреа и убрала руки с ее плеча, с ее руки. Она больше не прижимала Миранду к стене. Теперь она бесстыдно положила руки ей на грудь. «Наверное, это не правильное определение», — сказала она, глядя женщине в глаза, оценивая ее реакцию, замечая подергивание ее тела, движение бедер, слыша невольный стон, слетевший с губ. «Может быть, это любопытство, — и она прижалась бедрами к Миранде. — Может быть, это желание попробовать что-то новое после стольких проклятых членов? Может быть, это тщеславие, потому что ты знаешь, что я поклоняюсь тебе». «Может быть, у тебя остались воспоминания обо мне, и ты хочешь, чтобы я снова служила тебе? Ты знаешь, я бы очень сильно старалась, чтобы ты была сексуально удовлетворена», — подвела заключение Андреа и поцеловала Миранду в уголок рта. Миранда схватила голову Андреа, и притянула к себе, впиваясь в ее губы своими, как только они оказались достаточно близко. Поцелуй отправил сильнейшие импульсы через все ее тело, которое итак уже было заведено до предела, и извивалось к Андреа. Влечение? Больше похоже на катастрофу. Губы Андреа были такими эротически мягкими, а когда она открыла рот, то ее язык вызвал в Миранде очередное потрясение. Возможно, несмотря на всю эту непрекращающуюся решительную болтовню о любви и чувствах, Андреа сама была просто увлечена ей. В конце концов, она трахала много людей. А Миранда была достаточно взрослой, даже чтобы годиться ей в матери. Но как только эта мысль посетила женщину, Андреа захныкала, и Миранда почувствовала, что тело девушки напряглось, а затем его начали сотрясать конвульсии. Нет, это не было просто увлечением для них обеих. Миранда отстранилась, прислонившись к стене, и нежно погладила покрасневшее лицо Андреа. «Это все не то, — сказала она, когда Андреа закрыла глаза. — Может быть, еще раз попробуешь угадать, мисс Проницательность?» Андреа посмотрела на нее многозначительно. «Я думаю, что ты несчастна, — тихо сказала она. — И поэтому ты готова попробовать все, что угодно». Миранда сглотнула: «Ты хотела сказать, что я в отчаянии?» Женщина намеревалась сказать это жестко, сделать это резким замечанием, но не смогла. Какой низкий удар. Отчаяние. «Да». «Тебе так трудно поверить, что ты мне не безразлична?» «Да». «Почему?» Андреа начала покрывать поцелуями ее лицо, и эти поцелуи были наполнены чувством поклонения, как ранее сказала девушка. «Потому что у тебя есть номер четыре, о котором нужно заботиться. А если ты хотела меня, то всё, что тебе требовалось — это только щелкнуть пальцами». «И как я должна была догадаться об этом? — спросила Миранда, затаив дыхание. — Ты бросила меня три года назад. Мне что следовало отправить Роя за тобой? Я должна была притащить тебя назад?» «Да», — прошептала Андреа и снова поцеловала ее в губы. Миранда почувствовала слабость от поцелуя. «Это не отчаяние», — наконец сказала она. «Тогда скажи мне, что это?» — потребовала Андреа, покрывая ее рот маленькими поцелуями снова и снова, ее мягкие губы задерживались чуть дольше, чем просто чмокание, поэтому это было очень чувственно. «Это тоска? Я твое облегчение от тоски?» Губы Андреа вырисовывали поцелуями улыбку на губах Миранды, и девушка улыбалась сама себе, от того, что она была такой, такой пьяной. «Может быть, — сказала Миранда, пытаясь пошутить. — Это скотч». Она поцеловала полную нижнюю губу Андреа и затянула ее в рот: «Может быть, мы пьяны? Хмм?» В это мгновение она поняла, что ее юмор плохо сочетается с пьяной Андреа, которая резко отступила назад. Миранда уже знала, что когда Андреа по-настоящему обижена, она теряет дар речи. Девушка ничего не сказала, только покачала головой, посмотрела на нее и снова встряхнула головой, выглядя более чем потрясенной. Она была ошеломлена. «Андреа, — сразу сказала Миранда. — Не надо… Ты не должна спускаться по лестнице. Нам нужно продолжить разговор, когда мы будем трезвыми. Мы обе слишком много выпили. Тебе тяжело стоять на ногах, вряд ли ты сможешь ид…» Но Андреа повернулась и медленно пошла к лестнице, а Миранда догнала ее и схватила за руку. «Подожди. Останься со мной. Давай, пойдем спать». Девушка не смотрела на нее. Ее тяжелые веки были слегка приоткрыты. Миранда приняла решение оставить Андреа в гостевой спальне на этом этаже, и она подтолкнула ее в этом направлении. Ей нужно было принести девушке смену одежды, воды и, возможно, аспирина. «Андреа, — сказала она, и внезапно осознавая, что сама безумно устала. — Ты должна понять, что как бы ты это ни восприняла, всё совсем не так». Миранда проводила Андреа в комнату и довела до кровати, где помогла ей сесть. Она присела с ней на мгновение, обняла и попыталась заставить ее взглянуть на себя, но Андреа не хотела этого и не хотела больше говорить. Миранда опустилась перед ней на колени и аккуратно сняла ее туфли. «Ты не уйдешь никуда сегодня, как бы ты не злилась. Завтра утром у меня назначены встречи. Я оставлю инструкции по сигнализации внизу у лестницы, и ты можешь уйти тогда, если захочешь. Но я бы предпочла, чтобы ты осталась до моего прихода. Нам надо разобраться с этим. Посмотри на меня, Андреа». Она снова села на кровать и повернула к себе лицо Андреа, но девушка не встретилась с ней взглядом. «Есть вещи, которые ты не знаешь. Вещи, которые я должна тебе рассказать, но они слишком серьезные, чтобы говорить о них сегодня. Ты слишком много выпила, чтобы их понять». Теперь Андреа подняла глаза на ее лицо. Она не смогла посмотреть Миранде в глаза, но это было уже что-то. «Не уходи, пожалуйста, — тихо сказала Миранда и очень нежно поцеловала Андреа в губы. — Я буду рядом, если понадоблюсь. Посмотри на меня». Андреа, наконец, посмотрела. «Я люблю тебя», — сказала Миранда. «Может быть, ты просто пьяна», — резко ответила Андреа и ушла в ванную, захлопнув за собой дверь. Миранда предположила, что заслужила это, но слова Андреа так сильно ранили ее, что она не могла двигаться еще с минуту.