Август

— Так, у меня идея! — Ван сумел взять себя в руки. Он схватил стул, бросился к распахнутому окну и выбросил его куда-то в сторону. Раздался звон стекла. С улицы тоже слышались голоса, после у3дара они стали громче, но разобрать слова было трудно, да и крики за дверью мешали, а дыра от топора между тем стала такого размера, что в неё можно было просунуть голову. Киру снова сковал страх, она не могла прийти в себя, попав из одного кошмара в другой.  — Помоги мне! — выкрикнул её друг. Только эти слова помогли девушке очнуться. Ван схватился за ещё одну парту и потащил её к окну. Кира уже не спрашивала, что он хочет сделать. Она понимала одно: друг хочет её спасти. Как половина столешницы оказалась на улице, парень развернул парту боком и начал медленно поворачивать, чтобы её опора попала в соседняя разбитое окно. На это потребовалось секунд двадцать, ведь мешала рама открытой форточки, но дело было сделано.  — Отпускаем! — скомандовал Ван. От падения парты пластиковый подоконник треснул, но железные опоры за него зацепились, а остатки стекла в открытой форточке высыпались. Столешница наклонилась, создавая небезопасный, но проход между двумя окнами разных классов. В щель между партой и стеной вполне могла провалиться такая худенькая девушка, как Кира. Неизвестно, насколько прочно, но эта конструкция держалась и всё-таки была лучшим вариантом, чем просто пытаться перебраться в другой кабинет снаружи или кататься на форточке, которая точно не выдержит вес старшеклассницы. А свихнувшиеся взрослые уже пропихивали в образовавшуюся от топора дыру ребёнка. На вид этот мальчик был первоклассником. Милый ребёнок, можно было бы сказать в обычный школьный день. Но сейчас его лицо было искажено злобой, а в руке блестел большой кухонный нож.  — Ведьма, — шипел малыш, безумными глазами глядя на Киру, пока взрослые его поддерживали с той стороны.  — Ты первая! — приказал Ван. Кира хотела возразить, но в следующее мгновение передумала и быстро взобралась на подоконник. Этим сумасшедшим нужна только она. Вряд ли они тронут её друга. Вряд ли безумие даст им сообразить, но нужно разделаться с сообщником «ведьмы», чтобы добраться да её самой. От веса девушки конструкция накренилась. Кира закричала от страха, но Ван вовремя схватился за железную ножку, не давая парте упасть. Заметив это, Кира благодарно кивнула и уперевшись ногами в стену, начала медленно пробираться к разбитому окну соседнего кабинета. Вот уже почти. Осторожно, но быстро оторвав кусок стекла сбоку окна и выкинув его вниз, Кира схватилась за раму, одну ногу закинула на подоконник, оттолкнулась от столешницы второй. Через мгновение она была в соседнем классе, который тоже был почему-то пуст.  — Ведьма убежала! — послушался из-за стены голос того мальчика. Кира обернулась к окну. В следующее мгновение столешница парты скрылась из виду, утянув за собой железную опору, которая оставила заметную царапину на подоконнике.  — Ван — девушка бросилась к окну. Друг в ответ не выглянул. Раздался лишь его голос:  — Беги! Геройство сейчас никого не спасёт. Отбросив лишние мысли, Кира бросилась к двери. Она оказалась открыта. Девушка быстро выскочила и, не глядя на тех, кто за ней охотился, сразу повернула в другую сторону и бросилась бежать со всех ног.  — Ведьма! — кричала учительница.  — Лови её! — вторил ей учитель.  — Убить! — пискнул какой-то ребёнок.  — Скорей! — добавил второй. Кира не останавливалась, она чётко слышала, что за ней гоняться, и не смела даже обернуться. Скорее! Вниз по лестнице.  — Внимание! Внимание! — снова из динамика послышался голос директора. — Мы повышаем ставки. Тому, кто принесёт мне голову ведьмы… гм… дайте-ка подумать. Если это будет ученик, то сразу аттестат с высшим баллом. А учителю выпишу премию в размере годовой зарплаты. Удачной охоты! — Не слушать его! Не слушать! — шептала себе Кира. Там должен быть запасной выход, но он же вечно закрыт, чтобы дети там не бегали. Только не это! Пришлось свернуть на первый этаж, чтобы не попасть в тупик. Как ни странно там никого. Быстрее к главному входу, единственному месту, где можно было выйти из школы, если не объявлены пожарные учения. Слыша крики и оскорбления за спиной, Кира не думала останавливаться, страх стирал усталость. Вот и свежий воздух! В лицо ударил жар майского дня. В глаза врезался яркий свет. Громко залаяли собаки. В следующее мгновение Кира снова обрела способность видеть. Перед крыльцом рычали и лаяли, злобно глядя на неё, две овчарки. За поводки их держал Август одной рукой. Казалось, мгновение — и он их отпустит. Быстро захлопнув дверь и подперев её собой, она снова глянула на призрака. А он не спешил, свободную руку он запустил в карман и достал оттуда складной нож, ловко пальцами открыл его. Похоже, при жизнь у него было много жуткий увлечений. Кто же мог предположить, что они пригодиться после смерти?  — Теперь дам ещё один выбор, — спокойно заговорил призрак, уже не пытаясь злобно улыбаться. — Либо берёшь у меня эту замечательную игрушку и сама втыкаешься себе в сердце либо в глотку. Можешь, правда, в живот, но не советую. Умирать долго и больно. Да и спасти могут успеть. Либо я отпускаю моих четвероногих друзей. Ну, а дальше сама понимаешь… Закончив, Август всё же позволил себе непринуждённую лёгкую улыбку. Он, похоже, хотел показаться серьёзным, но ещё чувствовал себя победителем и не спешил расставаться с этой мыслью. Тут раздался удар топора о деревянную дверь, и Кира вскрикнула от боли и отпрянула от двери. Топор угодил ей в спину. Её и ударявшего разделяла дверь, так что рана была просто маленькой царапиной, но боль заставила отпрянуть от двери, которая тут же распахнулась. На мгновение девушка увидела горящие от безумия глаза учителя и, снова забыв о боли, бросилась бежать. Теперь в след ей доносились не только крики и проклятия, но и лай желающих разорвать её псов. Человек не может сбежать от собаки, к тому же если её тренировали ловить людей и не жалить их. Одина овчарка схватила Киру за ногу, девушка снова закричала от боли и упала на тару недавно скошенному газона, через который хотела добраться до ближайшего дерева, где надеялась спастись. Резкая боль в левой руке. В неё вонзила клыки другая собака.  — Фу! — вдруг скомандовал Август. Пусть он был всего лишь призраком, но звери его услышали. Они всё ещё рычали, но разжали зубы, сделали шаг назад и присели на траву. Только Кира развернулась и попыталась встать, её обступили люди: добрая учительница молодой учитель и пара тройка младшеклассников. Учитель подошёл ближе всех, замахнулся топором. Сидя на траве, девушка инстинктивно сильно зажмурила глаза и заслонила голову руками. Она ожидала адской боли, а затем смерти, но ни то ни другое не наступало. Кира чуть приоткрыла глаза, не убирая рук. Топор остановился в сантиметрах двадцати от них, за рукоятку, кроме учителя, правой рукой крепко держал Август. Учитель казался статуей, невидящим взглядом смотрящей в никуда. Призрак отпустил руку. Человек не сдвинулся с места, не попытался выпрямиться и поднять топор. Он стоял, словно время застыло в момент перед ударом, когда топор ещё не долетел до цели. Все остальные тоже бели неподвижны, молчаливы. Лишь собаки доказывали, что время продолжает свой ход. Они всё ещё рычали и от нетерпения подёргивали передними лапами. Август присел рядом с Кирой, снова запустил левую руку в карман, достал всё тот же складной нож, ловко его открыл и протянул своей жертве.  — Каков теперь будет твой ответ?