По частям

      Как же больно, правда? С каждой новой ночью тебе все сложнее закрыть глаза, потому что тьма сгущается всей своей сущностью, неумолимо пожирая тебя изнутри. Каждый день, с наступлением темноты, ты нервно смотришь на часы, следя за минутными стрелками. Ты уже подсел на снотворное, заметил? Ты также заметил, что они тебе еще ни разу не помогли. А все потому, что от прошлого не уйдешь, Джагхед. Сколько бы ты не пытался, оно будет рядом с тобой, стоя за спиной, горячо обжигая своим дыханием твою шею. Тебе уже ничто не поможет и никто. Помнишь, как в один момент с тобою рядом никого не осталось? Конечно же помнишь, до мельчайших подробностей, как вместе с матерью ты потерял и отца. Только больнее от того, что отца ты потерял морально, правда? Человек перестает жить, лишь существуя своим бренным телом. Но труднее всего наблюдать за этим, когда сам висишь на волоске от этого состояния. Состояния ничего. Когда хрупкие плечи подростка не в силах выдержать навалившегося кома бесконечных проблем. Когда вместе со смертью близкого человека, ты хоронишь живого. Когда должен занять его пост, потому что это твой долг. Когда должен нести месть за содеянное со своими близкими, но тебе тупо трудно стоять на ногах. Когда силы иссякают с каждым вдохом, и ты начинаешь опустошаться, теряя связь с этим миром. Когда боль все больше заражает все твое нутро, кровоточа слезами среди ночи, пока маленькая Джелли спит рядом. Когда понимаешь, что должен продолжать путь хотя бы ради младшей сестры. Хотя бы ради нее, раз никто больше не в силах для этого. Больно, да Джагхед? А будет больнее.       Не будет.

***

      Было послеобеденное время, когда солнце уже сдавало позиции, катясь к горизонту и тепло грея макушку. Ветер приятно обдувал волосы, кидая одну из прядей постоянно мне на глаза. Я шел к любимой закусочной, непринужденно гоняя мысли в своей голове. День был однозначно располагающим к себе.       Заходя в Pop`s, я сразу подошел к стойке, здороваясь с его вечным работником: — Здравствуй, Поп, — я протянул ему руку, улыбаясь. — Джагхед, приятный сюрприз! — старик, как всегда, благодушно восклицал. — Я жутко голодный. Мне бургер с картошкой, пожалуйста, — начал перечислять я, — и колу. — Конечно, присаживайся, — Поп сразу принялся готовить мой заказ.       Сев за привычный мне столик, я заинтересованно смотрел в окно, выискивая парочку, которая должна подойти сюда с минуту на минуту. Но даже когда Поп принес мне готовую еду, их все еще не было, хотя прошло уже минут пятнадцать с назначенного времени.       «Ой, да плевать»,— подумал я, принимаясь за долгожданный бургер.       Но как только я с упоением начал уплетать свой обед, в кафе залетел Арчи и жгучая брюнетка с выразительными карими глазами. — Джаг, прости, что опоздали, — с неким сожалением проговорил Эндрюс, хлопая меня по плечу, так как мои руки были заняты бургером. — Да я не особо расстроился, — ответил я ему, жуя и кивая девушке, что с интересом меня рассматривала. — В общем, думаю представлять вас не надо, ведь заочно вы уже знакомы, — пробормотал, смеясь, Арчи. — Очень приятно, Вероника, увидеть тебя в живую, так как Арчи все уши уже мне прожужжал, какая ты невероятная, — вежливо улыбнулся я, привстав с дивана и легонько пожав даме руку. — Оу, поверь, о тебе он отзывался не хуже, — девушка со всей своей женственностью опустилась на диван, нежно взглянув из-под ресниц на Арчи, затем переведя взгляд на меня, — до жути интересно было с тобой познакомиться, Джагхед. Судя по рассказам Арчи, ты весьма и весьма интересная личность, — она откинула волосы назад и, опершись локтями на стол, положила голову в ладони, с ожиданием на меня посмотрев.       Я удивленно вскинул брови, отрываясь от своего почти доеденного бургера: — А мне теперь до жути интересно, что же он тебе такого наплел про меня, — сказал я дожевав и вытерев губы салфеткой. — Нуу… Ты главарь «Змеев Саутсайда», правда? — ее глаза блеснули искоркой любопытства.       Я про себя выругался, немного смутясь от поднятия этой темы. — Ох, Арчи, ну кто бы сомневался, — не смог сдержать себя я, укоризненно посмотрев на друга. — Ну допустим да. — Вау, — протянула Вероника, и тут я понял, что потом прибью Арчи за длинный язык, — это же, наверно, так опасно… Все эти банды… А у вас девушки тоже там есть?       От последнего вопроса я чуть поперхнулся колой, и заметил не менее удивленное лицо Эндрюса, который с широко раскрытыми глазами посмотрел на свою девушку. — Эмм, да, — неуверенно ответил я, следя за выражением лица Вероники и пытаясь предугадать следующие неожиданные вопросы. — Стоп. Рони, почему ты спрашиваешь? — нахмурил брови Эндрюс.       Вероника же, приняв спокойное выражение лица и наклонив голову набок, харизматично произнесла: — Ну дорогой мой, все тебе расскажи, — она хитро улыбнулась и снова перевела свое внимание на меня. — А у тебя самого есть девушка?       Тогда я окончательно впал в ступор от странных расспросов девушки Эндрюса, и уже не скрывая, задавал немой вопрос Арчи глазами. Сам Арчи так же впал в ступор, и неловкое молчание повисло в воздухе. — Это, конечно, занимательная тема для разговора, — все-таки произнес я, — но нет, у меня никого нет. — Оу, ну ты не подумай ничего, Джагхед, — начала лепетать брюнетка, — и ты, Арчикинс, тоже, — она бросила на своего парня короткий и хитрый взгляд. — Просто мне очень интересно, а моя ни к месту прямота доведет до плохого, я чувствую, — сказав, она рассмеялась. — Да уж, Рони, — выдохнул Эндрюс, запуская пальцы себе в волосы, — не перестаю тебе удивляться. — Да ладно вам, мальчики, мы же просто общаемся, — Вероника поерзала на месте, видимо, готовя какой-то очередной внезапный вопрос. — Джагхед, а ты вообще домосед или тусовщик?       Я в который раз переглянулся с другом. — Скорее домосед, если и провожу где-то время, то со Змеями в баре, остальное меня не особо привлекает, — честно ответил я, до сих пор не понимая, зачем вся эта информация этой чудной брюнетке.       По итогу, просидели мы в Pop`s где-то часа два, болтая ну просто обо всем. Эта словоохотливая Вероника ловко сменяла темы и задавала много вопросов, что меня, конечно, смущало поначалу, но позже я привык. Как выяснилось, брюнетка учится на предпринимателя, ибо ее отец бизнесмен, и душа ее повела по его стопам. Где-то танцует, где-то поет, в общем, очень уж разносторонняя, и блин, многоговорящая. Конечно, очень мило со стороны Арчи познакомить меня со своей пассией, но черт, не могу я так много говорить и слушать. Эта лишняя информация, не дающая мне, словом, ничего. Так, для галочки, видимо, нужно знать мне об этой дамочке все.       Распрощавшись с парочкой, я закурил, дабы привести мысли в порядок.       Небо стало оранжевым от постепенного захода солнца, и птицы живописно летели у меня над головой. Подняв глаза наверх, я смотрел, как они улетают за горизонт, медленно исчезая. Выпустив в их сторону последнее кольцо дыма, я выбросил окурок, направившись в сторону адреса, указанного в смс-ке Бетти.       «Бетти »— кротко пронеслось у меня в голове.       Я зашел в магазин по дороге, подумав купить что-нибудь к чаю, наверно. Сам я так и не понял свой порыв, но думаю, из вежливости стоит прийти не с пустыми руками. Взяв какие-то пирожные со взбитыми сливками, я краем глаза увидел глазированные сырки. Не долго думая, я взял один и направился к кассе.       Подходя к редакции, через окно я увидел знакомый мне белобрысый хвостик и такие же светлые локоны рядом. Их обладательницы о чем-то яро спорили, что вызвало на моем лице улыбку. Стоя уже у двери, я аккуратно постучался и тут же приоткрыл дверь, заглядывая внутрь. Помещение было небольшим и очень уютным: стояло много стеллажей, заполненных различными журналами и какими-то распечатками, на стенах висели обрывки из газет с разными статьями, посередине красовался небольшой бордовый диван и зеленое креслице по правую сторону от него. При виде меня, Бетти сразу вскочила со своего стула, скомкано со мной здороваясь и представляя меня женщине, которая опустив очки на кончик носа, осмотрела меня исподлобья. — Здравствуйте, миссис Купер, — вежливо поздоровался я. — Джагхед Джонс значит, — недоверчиво произнесла она, — ЭфПи Джонс lll, если быть точнее.       Услышав свое настоящее имя, я что-то промычал ей в ответ, не сумев воспроизвести нечто толковое. — Знала я твоего отца, Джагхед, — начала издалека Элис Купер, вставая со своего места и подходя ко мне, — тебе есть в кого быть таким красавчиком.       После этих слов, она медленно обошла меня вокруг, пристально разглядывая. — Мам, эмм, — наконец подала голос Купер-младшая, стоя в недоумении, — а какого черта?       Проигнорировав вопрос дочери, Элис снова остановилась напротив меня, заглядывая в глаза: — Уверен, что справишься с данной работой? — с непроницаемостью во взгляде протянула она, ожидая увидеть в моих глазах… испуг?       Не буду отрицать, что меня удивило, что мать Бетти и мой отец были знакомы, но подавать виду я точно не хотел, потому, надев маску безразличия, спокойно произнес: — Вы сомневаетесь?       Наблюдав за диалогом со стороны, Бетти изумленно хлопала глазами, переводя свой взгляд от меня к своей матери и обратно, не решаясь вмешаться.       В воздухе повисло некое напряжение, но прерывать зрительный контакт с Купер-старшей я не собирался, потому ждал ее ответа.       Элис в который раз измерила меня взглядом и, усмехнувшись уголком губ, уверенно произнесла: — Нет, — после она последовала к своему месту, сев за бумаги.       Какое-то время мы с Бетти смотрели друг на друга, не понимая, что делать дальше. Я видел, как она заметно нервничает: ее бровки были сдвинуты друг к другу, образовывая складочку меж них. Я слегка коснулся ее руки в успокаивающем жесте. — Я дам тебе пару текстов, чтобы проверить твои знания в некоторых областях, — важный голос миссис Купер нарушил воцарившуюся тишину.       Сделав все, что просила меня мать Бетти, я выжидающе сидел на том самом диване и ждал окончательного «вердикта». После нескольких томительных мгновений, я услышал положительный для себя ответ. — У тебя будет испытательный срок — две недели. Ты можешь работать в редакции, можешь — дома. Мне не принципиально, главное — если я прошу приехать, то ты приезжаешь, — говорила беспрекословным тоном Элис. — И да, Бетти будет помогать тебе первое время, так что все вопросы можешь смело задавать ей.       В который раз за вечер мы с Бетти переглянулись, после чего она смущенно спрятала взгляд, имитируя какую-то работу с бумагами. — Хорошо, я вас понял, — вежливо проговорил я. — Тогда, до завтра, Бетти? — обратился я уже к девушке, надевая шапку. — Да, Джаг, — Бетти повернула ко мне голову, поправляя хвостик. — Если что, звони. — Обязательно, — я не отказал себе в удовольствии подмигнуть ей и увидеть взволнованный румянец на девичьих щечках.       Когда я только вошел в редакцию, то сразу приметил розовое пальто, висящее на крючке, и при выходе, положил в его карман купленный мною сырок, зная, что обладательницу пальто это порадует.

***

      По истечению недели, почти каждый день мы встречались с Бетти в редакции, занимаясь редактированием статей, и я всегда приносил ей ее любимый сырок, после вручения которого, она растерянно отводила глаза и тихо бормотала: «Не нужно было». Когда я спрашивал себя, зачем я это делаю, то не находил ответа. Каждый ее смущенный взгляд, каждая искренняя улыбка отдавались теплом внутри меня. Мне было не трудно купить этот чертов сырок и знать, что ей будет приятно. Наверно, мне всегда нравилось больше отдавать, чем принимать. Я всегда хотел и хочу, чтобы близкие мне люди были счастливы. Ведь всякая мелочь приносит радость, а не в мелочах ли счастье? Тем более, что она немало помогала мне с работой. Бетти и правда была умна, иногда даже я чувствовал себя дураком по сравнению с ней. Нет, она ни в коем случае не пыталась меня принизить или что-то подобное. Бетти мягко указывала на ошибки, перепроверяя текст после меня. То, как она объясняла мне мою неправоту, было слишком лояльным для некоторых моих дебильных оплошностей.       Будучи знакомым с ней две недели, я не представлял, что являет из себя Бетти Купер, кроме как: вежливость, покладистый характер, глазированные сырки и мягкие свитера пастельных оттенков. Иногда мне казалось, что слишком уж искусственна она была. Слишком идеальна. За всеми милыми улыбками скрывалось что-то, я это чувствовал.

***

— Беттс? — Да, привет Джаг, — тихий голос ответил мне в трубку. — Слушай, может сегодня встретимся в закусочной? Я просто до жути голоден, и не успею к назначенному времени. — Нуу, хорошо. Давай, — ответила Бетти, сделав паузу, — в Pop`s? — Хмм, да, — я удивился, когда она буквально сняла с языка это слово. — Как ты догадалась? — Там вкусные молочные коктейли, и это то, чего я сейчас хочу, — сказала она, усмехнувшись.       Улыбнувшись ей в ответ, я заблокировал телефон.       Я поднял глаза от своей тарелки, когда услышал звон колокольчика на двери. Бетти вошла в закусочную, и найдя меня глазами, направилась к моему столику. — Уже доедаешь, — она обворожительно улыбнулась, садясь напротив. — Я говорил, что голоден. Кстати, заказал тебе клубничный коктейль, надеюсь, что ты его не ненавидишь, иначе это самый большой провал в моей жизни, — проговорил я с улыбкой. — Очень мило, Джаг. Я как раз люблю клубничный, — Бетти привычно со смущением опустила глаза. — И да, я сегодня без сырка, — я заставил снова поднять ее глаза на себя. — Простишь? — Я подумаю, — улыбнувшись, на ее щеках появились ямочки, которые вызвали какой-то трепет в моей душе.       Когда мы разбирали очередную статью, я почувствовал вибрацию своего телефона, и вытащив его из кармана, принял вызов: — Да, Свитти? — Джаг, у нас похоже проблемы, — тревожно проговорил Молчун.       В тот момент, к моей голове будто прилила кровь, и я шумно выдохнул, готовя себя к худшему. — Что? — я держал себя в руках. Пока что. — Упыри, Джаг, — осторожно сказал Свит Пи, — они напали на наших. — Блять, — я все еще держал себя в руках, помня, что напротив сидела Бетти, — скоро буду, — я бросил трубку, украдкой бросив на девушку взгляд.       Бетти нервно теребила рукава своей блузки, и когда я посмотрел на нее, задержала дыхание. Она приоткрыла губы, в попытке что-то сказать, но видимо, не решилась. — Идем, я довезу тебя домой, — коротко сказал я, вставая. — Уже поздно. — Но, — ее глаза были широко раскрыты и уставлены на меня, — но… Джаг, — она не успела ничего сказать, когда я уже направился к выходу.       Выбежав за мной на улицу, попутно складывая бумаги себе в сумку, Бетти неслась следом. Я направлялся к мотоциклу, в голове бушевали мысли о том, что могло произойти. Подойдя к железному коню, я достал шлем и протянул его Бетти: — Надевай, — грубо сказал я.       Она испуганно взяла шлем и надела, пытаясь застегнуть на шее. Но ее руки тряслись и застежка совершенно не слушалась. Увидев ее старания, я, сохраняя спокойствие, протянул свои пальцы к ремню, помогая ей в справится с этой задачей. — Какой адрес? — Кэмп-Стрит, 25, — сразу же ответила Бетти, испуганно на меня глядя.       Садясь на байк, я кивком указал сесть. Помешкавшись пару секунд, Бетти села сзади, неуверенно обхватывая меня за пояс. — Держись крепче, — сказав, я сразу же сорвался с места, чувствуя, как девушка прижалась ко мне крепче, сжав кулачки на моей куртке.

***

— Какого хера? — не сдерживаясь, крикнул я, резко открыв дверь бара. Столпившиеся около барной стойки Змеи тут же развернулись, уступая мне проход, пока я двигался к Тони, зашивающей рану на плече Фангса. Свит Пи стоял рядом, угрюмо смотря в пол. — Фангса подстрелили, — тихо произнес Молчун, следя за моей реакцией, — с ним был Джонатан, он не пострадал.       Я не отрывал взгляда от рук Тони, которые были в крови Фогарти. Она не показывала своих эмоций. Ее глаза были сосредоточены на ране, пальцы умело обращались с иголкой. Сам Фангс был спокоен, хотя капли пота на лице и венка, вздымающаяся на виске, говорили все за себя. — Что произошло? — вполголоса спросил я его, садясь на стул напротив.       Подняв на меня глаза, Фогарти сглотнул: — Мы были на окраине Пауэр-Стрит, когда из-за угла вылетело упырей пять, — он сделал паузу, взяв стакан с водой и сделав глоток, — они без предупреждения начали стрелять. Мы быстро сориентировались, но меня все равно задело, — он снова остановился, вытерев пот со лба. — Это было предупреждение, Джаг. Потому что уже в спину, они крикнули: «Передавайте привет Джонсу».       Я сидел, молча смотря в пол и сжимая кулаки. Ярость росла во мне с каждой секундой. — Идем, нужно переговорить, — сказал я Молчуну, вставая и направляясь вглубь бара. Сев за самый дальний столик, я оперся руками в стол и приложив руки ко рту, долго смотрел в одну точку, гоняя бушевавшие мысли в голове. — Эти суки совсем охуели, — наконец произнес я, заставляя Свит Пи немного вздрогнуть, — Они убили мою мать. Довели моего отца. И теперь, когда они узнали о моем возвращении, они, естественно, не могут оставить меня в живых. — Джаг, мы дадим им отпор, — твердо выпалил Молчун. — Конечно, — немного пожевав губы, я продолжил: — Мы их уничтожим.       «Я их уничтожу, блять, лично». — Они хотят моей крови, — бешеная улыбка озарила мое лицо, — они ее получат.

***

      Джагхед Джонс. Имя, которое на слуху у всех гребаных упырей со дня твоего приезда. А ты ведь совсем не подумал об этом, правда? Как опрометчиво с твоей стороны. Ты же знаешь, что должен отомстить за своих родителей, чего бы тебе это не стоило. Но какого-то черта ты телился столько времени, и вот посмотри: один из твоих пострадал, Джонс. Ты же должен доказать всем. Упырям. Змеям. Себе. Ты же чего-то стоишь, правда? Ты же не бросаешь слов на ветер, как истинный Король Змеев. Ты же не кусок мяса, который может только бухать. Кстати, а выпить же тянет, правда? Каждую ночь, каждую ебаную минуту темного времени суток, когда ты проигрываешь в своей голове сцены мести, и когда слезы начинают жечь глаза, вспоминая последние слова матери. Это твой долг, Джагхед. Пора его выполнить.