Горсть разбитого зеркального озера

      Трое магов в чёрных балахонах, с капюшонами, покрывающими голову, скрывающими лица, находились на вершине холма. Один из них, центральный, сидел на земле на коленях, вогнав пальцы в почву, двое других смотрели на долину, на приближающиеся войско, готовое обнажить свои мечи, едва заслышав голос командующего. Ветер трепыхал лёгкую ткань плащей, заставляя их обвиваться вокруг ног магов.       Вопреки их желанию обойтись без жертв, они погубили сотню жизней, чтобы не подпустить армию к тому, что находилось у магов за спинами. Двадцатитысячное войско приближалось со скоростью безжалостной машины, готовой разрушать всё на своём пути. Эта малая горстка людей, добровольно пошедшие на смерть, были всего лишь камешком, но он попал в шестерни, и теперь механизм заклинило.       Как только многотысячное войско смяло под собой сотню противостоящих им людей, оно без остановки двигалось дальше. В тот же момент маг, стоявший по середине между двумя другими, упал на колени, так низко, что упругие, жёсткие стебли сочной травы почти скрыли его. Войско, которому не место в этих землях, люди, которые не знают за чем идут, продвигались вперёд, уничтожая всё, что вставало на их пути. Внезапно некая сила и крики товарищей позади заставили их обернуться. Происходящее в некогда стройных рядах затормозило продвижение войска. Маг-некромант, жадно сгребающий землю ладонями, поднял пожертвовавших собой людей почти сразу, заставляя впиваться во врагов с неостывшей яростью, со свежим желанием отомстить.       На тыльную сторону ладоней мага капали редкие слёзы. Он понимал, что сделанное было необходимо, и всё равно не мог себе простить погубленных жизней, будто собственными руками он убил каждого из них. Не убил, но поднял каждого, и теперь они с горящими зелёным пламенем глазами рвались в бой, убивая, перетягивая в свои ряды всё новые жертвы.       Количество сражающихся мертвецов росло с ужасающей скоростью. Только что убитые вставали и тянулись к тем, кто несколько мгновений назад сражался с ними плечом к плечу. Паника захлестнула наступательные ряды войска. Прежде чем генералы смогли вернуть контроль над ситуацией, в восставших мертвецов превратилось более трёх тысяч солдат. Казалось бы, такие потери должны обратить нападающих в бегство. Тот, кто руководил этой армией, был готов отдать все двадцать тысяч душ, не моргнув глазом, лишь бы пересечь эту долину.       Теперь это действительно стало похоже на битву. Солдатам было приказано отрубать мертвецам головы. Данное решение возымело эффект, магу-некроманту стало сложнее управлять своим войском. Им всё ещё удавалось сдерживать натиск врага, но они начали нести потери.       На дрожащее плечо некроманта опустилась женская рука.       — Пора. — Звук её голоса едва не утонул в шелесте высокой травы.       Когда он поднял голову, девушка опустилась на одно колено напротив некроманта, чтобы заглянуть в его глаза. Они всегда были красивого василькового цвета, кроме таких моментов, когда битва в самом разгаре. Сейчас его глаза полыхали мёртвым зелёным огнём.       — Я, — слабо начал протестовать он, желая сказать: «Я справлюсь».       — Прошу тебя. — Она всё не убирала ладонь с его плеча.       Подавшись вперёд, некромант откинул с головы девушки капюшон, высвобождая из-под ткани огненно-рыжие волосы, в которые тут же вцепился ветер. Он потянулся к ней и поцеловал, но не так, как она ожидала — в губы. Он прикоснулся к её лбу, как брат целует младшую сестру. Вновь по щекам некроманта стекали слёзы бессилия.       В то же время третий маг стоял неподвижной статуей, наблюдая за приближающимся войском.       Оба: некромант и девушка, вбирающая в себя любую силу, стояли на коленях на земле, прикасаясь к ней руками, будто молящиеся. То, что они защищали, пылало вдалеке за их спинами.       Теперь и девушка чувствовала все загубленные жизни, подконтрольные некроманту. Задача её была проста — держать в голове образ, представляя, как энергия струится от центра ко всем конечностям создаваемого ими существа и обратно к «сердцу» — мёртвому, пылающему.       Земля вздыбливалась под ногами солдат, стонала, ворочалась. Части разрубленных тел погружались в податливую почву. Живые ликовали, переполненные чувством победы над мёртвыми. Вскоре они вновь двинутся к своей цели. Трое магов на холме не могут стать преградой. В воздухе, прогреваемом солнцем, разносился лязг металлических доспехов, шелест жёсткой травы.       Затем раздался рокот, за которым последовали первые крики. Огромная костяная лапа вынырнула из-под земли, раскидывая солдат в стороны. С костей, которые составляли её скелет, облезла ещё недавно тёплая плоть людей, обтёртая об острые камни, погребённые под слоем плодородной почвы. Кости, которые совсем недавно были берцовыми, лучевыми, рёбрами и костяшками, примыкали друг другу, скрепляясь между собой как на клею благодаря силе некроманта и единителя.       За лапой последовали вершины позвоночника и конечно же голова. Пасть костяного дракона раскрылась в беззвучном рёве, комья земли падали вниз. Материал, из которого была создана тварь, переливался жёлто-белым мрамором.       Солдатам не было нужды ждать приказа, перед ними появился враг, которого нужно уничтожить. Удары мечей обрушились на огромную голову чудовища, способного разместить в своей пасти двадцать человек за один раз. Кость расщеплялась, разлетаясь отколотая сильными ударами острия. Вопреки атаке, дракон продолжал выбираться из земли, настойчивый, как и любой поднятый мертвец. В глазницах едва тлел зелёный огонь.       Вскоре дракон стоял на коротких лапах, приземистый, длиннохвостый, окружённый солдатами многотысячной армии. Он распрямил крылья, сбивая ближайших с ног, разбрасывая их в стороны, убивая и калеча. Взмах костяных крыльев без перепонок, угрожающе открытая пасть и мощные лапы — вот и всё, чем он был опасен сейчас. Люди, осознавшие, что чудовище всего лишь выглядит устрашающе, бросились в атаку, уворачиваясь от медлительных движений дракона.       Настало время третьему магу использовать свою силу. Он мягко опустился, присоединяясь к своей женщине и её давнему другу. Закрыл глаза, замещая яркий солнечный свет густой серостью другого измерения. Но и там был свой свет, куда более мощный. Маг без зазрения совести зачерпнул из энергетической реки, текущей немного в стороне от них. Когда-то давным-давно он сам был частью того мира и считал, что имеет полное право воспользоваться им на короткое время. Его чистая сила и сознание скользили над световым потоком, затем свернули в сторону пылающих зелёных огней.       Слабые точки некромантской энергии погасли в глазницах. Некоторые из особо впечатлительных солдат уже были готовы отпраздновать победу.       Каково же было их разочарование, когда во впадинах на черепе дракона уплотнилась тьма. Чувствуя приближение силы, он сложил крылья, чтобы тут же вновь распрямить их. Между костей растянулись перепонки из тёмной энергии третьего мага. Никто из живых до этого дня не видел и вряд ли бы поверил в то, что тьма может быть видна. Это было похоже на обратное свечение — полосы дневного света притягивались крыльями, черепом, внутрь тела.       Некромант подался назад, садясь на пятки. Его роль в этой битве закончена. Он глядел на то, как тело костяного дракона ползет вперёд, беззвучно открывая пасть. Голос ему давали кричащие от страха и отчаяния люди. Эмоции Бездны, выпущенные на волю, сковывали их сердца. Оглянувшись назад, некромант устремил взгляд своих васильковых глаз на то, что они защищали. Вдали столб мягкого золотого света поднимался в небо. Ось миров. Исток.