Эй, выкидыш!

— Здравствуйте, директор, вы, должно быть, не ожидали меня увидеть в таком облике? — Том без какого-либо стеснения даже из вежливости вошёл в кабинет, усаживаясь в кресло Дамблдора. — Дело в том, что вы… Как бы сказать? Присвоили себе то, что вам никогда не принадлежало. По крови, но есть человек, человечек, который без этой вещи просто не сможет стать хорошим магом, — сложил руки кончиками пальцев, заглядывая в потерянные голубые глаза, поблескивающие за «нулевыми» стеклышками очков. — Том? Здравствуй, мальчик мой, о какой такой вещи ты говоришь и кому она нужна? — старается взять разговор в свои загребущие ручонки. — Не делайте из меня дурака, Альбус! Бузинная палочка, палочка рода Певерелл наследник которого родился три с половиной года назад! — вскочил. Без Гарри Реддла никто и ничто не могло сдержать. — Сожалею, но это род умер с последним Поттером… Бедный мальчик, а ведь это твоя вина, — не было видно, чтобы директор хоть немного грустил по этому поводу. Едва в книге исчезло имя «Гарри Поттер», как он тут же переставил фигурки на шахматном поле, в конце концов под «пророчество» попадали сразу два мальчика. — Хотите, я покажу вам воспоминания о всех трёх годах жизни… Моего сына? — один из козырей буквально припечатал Альбуса-мордредова сына к месту. — Но это нев… У тебя есть сын, Том? — приподнял очки, нервно наглаживая бороду. Четыре с небольшим года назад он, ощутив сильный магический фон от Беллатрисы Лестрейндж во время одной из стычек, провел один хитрый ритуал, всего-то на пару суток выкрав безумную ведьму и поместив ее в глубокий сон. Суть этого обряда была в том, что плод из тела матери легко и просто переселился без каких-либо потерь в тело другой женщины, своеобразное ЭКО. Чего греха таить, Альбус рассчитывал, что Лили умрет при родах, а лучше во время беременности, не доносив дитя, выдержав силы волшебства, которое развивалось и пульсировало в ее чреве. Ради этого он даже добавил Гарри частичку ДНК древних — давненько ему не приходилось разорять могилы. Но судьба-злодейка и гребанная рыжая недоведьма не только выносила, но и спокойно родила, разве что много крови потеряла. А какой красивый план был… Волан-де-Морт не пожалел беременную магглокровку из Ордена Феникса, ослеплённый своей ненавистью к директору Дамблдору… Сколько бы человек пошли за Альбусом, как верные псы. — Да, Директор, только вот увидел я его почему-то гораздо позже рождения на пороге у премерзких магглов, более того, обряд родства показывает, что я же его и зачал, и родил, не подскажешь, как так вышло? — едва-едва сдерживался, потому что в голове иногда всплывал смех Поттера. — Глупости, Том, должно быть ты что-то напутал или же твоя женщина скрыла от тебя беременность? Давай начистоту, мы всё-таки взрослые люди, кто хочет, чтобы отцом ребенка было… Уродливое, змееподобное существо, потерявшее разум? — кровь в венах Реддла действительно начала вскипать, его раздражало, что Альбус пытается водить его за нос. — Альбус, сучий сын Мордреда, жертва пьяного колдоакушера! Единственная женщина, при соитии с которой я не воспользовался контрацептивным заклинанием никогда бы не скрыла от меня своего положения! — скинул все, что было на столе, нависая над побледневшим стариком. — Отдай мордредову палочку, без нее Выкидыш просто не сможет жить в обществе, осел мутноглазый, он уже мастер беспалочковой магии, но вот незадача… Детская палочка не способна вынести его силу, а палочки моих милых товарищей рассыпаются пеплом, стоит Кевину к ним прикоснуться. Обидно, правда? — Никогда. Я не позволю твоему ребенку учиться с другими! — Дамблдор тоже встал, так же опираясь о дубовую столешницу. — Твоему сыну, сыну поехавшего головой полукровки и неадекватной чистокровной! — сколько бы Альбус не говорил о любви, верности и равноправии, все это было не более, чем маркетинговый ход, который работал очень-очень хорошо, особенно в кругу нечистокровных магов. — Мордред! — Реддл стиснул зубы, а вместе с тем выхватил палочку. — Отдай. Не ты ли вешаешь всем жабросли на уши о равноправии, как ты говорил, межфакультетская дружба и равенство? Тогда какого лысого пикси ты пытаешься лишить моего сына образования? Книга не ты, в ней нет лжи, его имя уже вписано и через восемь лет мой сын, Гарри Реддл-Певерелл все равно пойдет в Хогвартс, только тебе решать, будет он неуправляемым стихийником, рядом с которыми люди будут становиться сквибами, как Ариана, — надавил на больное. — Или же нормальным, чуть более одаренным мальчиком. — Ступефай! — если Альбус кого-то и любил, то двух человек. Ариадну и Грин-де-Вальда. Он безусловно жалел о необходимых жертвах, поэтому сейчас имя сестры было, как ножом по стеклу. Волан-де-Морт отреагировал так, словно ожидал такого исхода. — Протего! Акцио бузинная палочка! — обезоружив Дамблдора, Реддл просто прошел мимо вмиг постаревшего Альбуса, а в дверях издевательски раскланялся. — Я бы мог убить тебя, но почему-то не хочу марать руки о то дерьмо, что течет в ваших сосудах. Поэтому надеюсь, что вы сдохнете сами, — ласково улыбается, запирая дверь, и несдержанно бьёт бомбардой в стену, прежде чем покинуть негостеприимное здание и аппартировать домой. — Старый мудак, — маггловское словечко нравилось ему несмотря на происхождение. — Папа́ вернулся, Выкидыш! — смеется, садясь на корточки, ловя подбежавшего малыша. — Держи, она твоя по праву, — протянул бузинную палочку. Даже не заметил той толики желания обладать столь сильным артефактом, что кольнула его мысли.