Эй, выкидыш!

С того дня многое в меноре поменялось, домочадцы будто ополчились друг на друга, а Волан-де-Морт все чаще ходил мрачный, нервно теребя непонятно от чего мокрую и липкую мантию. Хотелось бы написать мне, но нет, ничего не поменялось Суета и смех наполнили менор с самого утра, где-то что-то падало и тогда это «что-то» сразу поднимали домовики. Сегодня — через два дня после свадьбы мальчики впервые отправлялись в Хогвартс, все можно было бы собрать гораздо более спокойно, если бы Гарри не пытался поймать Малфоя, чтобы потискать, а Драко не вырывался и не извивался от щекотки. Барахтающимся комком, они передвигались по всем комнатам, сея весёлый и искренний хаос, сталкиваясь со взрослыми, которые только качали головой, понимая, что оба юноши, как наследники своих родов в Хогвартсе уже не смогут вести себя так легко и непринужденно. Если бы двенадцать лет назад хоть Рабастану, хоть Долохову, Яксли, да кому угодно сказали, что их темный лорд будет сидеть в детской комнате, обнимать игрушки ребенка, которого должен был убить и всхлипывать, не желая, чтобы дитя взрослело, он бы покрутил пальцем у виска и пока никто не видит, похоронил бы бедолагу где-нибудь. Но нет, Реддл действительно это делал. — Он же… А если кого-то убьет случайно? Или испепелит, заморозит, — вопрошал Том у Люциуса, который втайне от всех радовался, что дома наконец воцарится тишина, мир и порядок. — Все будет хорошо, Мой лорд, не переживайте вы так, — Малфой вздохнул, протягивая ему бокал с виски. — У Гарри незаурядные способности, но период магических выбросов уже прошел, вам не стоит так переживать. — Ой, да, что ты понимаешь? — Люциус вздохнул, действительно, что он понимает, у него же нет сына того же возраста. — Может, вам лучше с ним поговорить, — покачал головой Малфой, отбирая пустой бокал, приподнимая расстроенного лорда, подталкивая к двери. Гарри обнимал Тома за шею, всхлипывая и частя, что обязательно будет писать каждый день, утром, днём и вечером, чтобы папа́ не грустил, он гладил отца по волосам, периодически вытирая слезы кулаком. Реддл в долгу не оставался, он так крепко обнимал сына, что тому было трудно дышать. Нарцисса наблюдала за этим, стоя поодаль, уже давно скучая и не совсем понимая, в какой момент так получилось, что жестокий убийца превратился в любящего до фанатизма папочку. — Дядя Том! Пустите моего мужа, нам пора отправляться, — с недетской серьёзностью крикнул Драко, для убедительности даже топнув ножкой. Люциус приподнял бровь, Цисси рассмеялась, а Лорд, удивлённо выпустил сына из объятий. Сопли, слюни и прочие нежности закончились с одной стороны неожиданно, а с другой вполне себе ожидаемо — когда они аппартировали на вокзал. Две семьи, гордые, статные, видно, что не последние в списках аристократии. То с каким достоинством держались мальчики многих пугало, ведь ни Драко, ни Гарри не видели до этого ни Кингс-Кросс, ни Хогвартс-экспресс, но не позволяли себе озираться по сторонам, стояли гордо, держа в руках по одной не самой большой сумке, в которых было все необходимое, правда в уменьшенном виде. А как хотелось точно так же, как и магглокровки оглядываться по сторонам, восторженно показывая пальцами, но им нельзя, они наследники, должны подавать пример. К ним никто не подходил знакомиться, напротив обходили подальше. Несмотря на то, что почти никто не узнавал Реддла и тем более Гарри, характерную платину волос семьи Малфой знали все. Дети сдержанно попрощались с родителями, нашептывающим им, как многие стереотипно мыслящие думали, планы по уничтожению мира, на самом же деле и Том, и Люциус, и Цисси говорили, что будут скучать и ждут уже к вечеру сов. Пока Драко мыл руки в туалете, а потом статно шел сквозь расступающуюся толпу, Гарри оставшись один в купе, погрузился в чтение. И наслаждался им до тех пор, пока кто-то рыжий, в обносках и невоспитанный — последнее коробило, на остальное было как-то плевать, не начал его трясти за плечо. — Эй, ты же Гарри Поттер? Да? А покажи шрам! А правда, что твоих родителей убил Тот-кого-нельзя-называть? Покажи шрам, ну покажи! Смотри это моя крыса, она бесполе… — Замолчи! — не выдержал Гарри, отдернув руку. — Давай дружить? Дамблдор сказал, что мы должны подружиться… — Вот Дамблдор, — вспомнил фразу Снейпа, — «Старый мудак». Ему надо с тобой дружить, пусть сам дружит. Драко, который слышал весь разговор решил подыграть сразу обоим. — Гарри Поттер, — протянул он, открывая дверцу. — Когда-нибудь ты поймёшь, что люди разные, кто-то достоин дружбы, кто-то нет. А ты, — не посмотрел на второго мальчика. — Рыжий… В обносках своих братьев, я полагаю Уизли, отец говорил мне о таких, как ты. Ну, что, Поттер, — Драко едва сдерживал смех, протягивая руку, — Пойдешь со мной? — Хм… Думаю, да, определенно, ты грамотно говоришь и красивый. — Гарри, но это же Малфой, его отец приспешник Сам-знаешь-кого… — Рон не терял надежд. — А ты помешанный на стереотипном обвинении детей за грехи отцов идиот. Неприятно было познакомиться, прощайте! — махнул рукой Гарри, хватая сумку, давясь смехом, чинно уходя вслед за Драко.