Магия пламени

— Так, вроде бы все… — нервно фыркнула Тсунаеши, хлопнув ресницами. Она вот уже двадцать минут металась по комнате, собирая вещи на практику, которую готовилась провести у черта на куличках (где-то в глубине Шотландии и в весьма глухой магической деревеньке), и пыталась определить, забыла она что-то или все-таки нет. Пока получалось, что не забыла. Впрочем, даже если все-таки обнаружится обратная ситуация, метнуться домой и забрать необходимые вещи — минутное дело. В крайнем случае, за нее это вполне успешно смогут сделать Мукуро или Хром. Тсуна присела на кровать и устало сгорбилась, выдохнув. Честно говоря, ее вполне устраивала и практика в больнице Св. Мунго, но кто же знал, что в глухой деревне случится какой-то пи*дец, и ее отправят туда в качестве помощницы двум лекарям, которые уже вполне успешно лечили там магов и сквибов? Впрочем, до конца лета было еще около месяца, поэтому Саваде не приходилось переживать на счет того, что она может опоздать на начало учебного года. Да и, если честно, учитывая, что она будет являться пока всего лишь помощницей медсестры в Хогвартсе, даже если бы она опоздала, это не было бы катастрофично. Но девушке все равно не хотелось бы этого делать. — Тсуна, перестань волноваться! — закатил глаза Хибари, который сидел в кресле и читал книгу про применение лунных рун в повседневной жизни (да, оказывается, в семейной библиотеке может быть и такое). — Ты свои вещи по третьему кругу проверяешь! Если до этого не вспомнила, что ты что-то забыла, с чего ты решила, что четвертый раз что-то изменит? — Ну, знаешь ли… — выдохнула рыжая, встряхнув волосами и сдувая упрямо лезущую в лицо прядь. Она правда хотела возразить, но потом лишь согласно кивнула, потому что спорить с тем, что сказал Кея, было как минимум сложно. Она наморщила нос и прикрыла глаза, откидываясь назад. Ей тут же захотелось заснуть и Тсунаеши пришлось приложить определенные усилия, чтобы не сделать этого прямо сейчас. Все-таки, она была довольно сильно измотана напряженным графиком и постоянными дежурствами, даже если ее внутреннее Пламя большую часть времени поддерживали в ее теле достаточное количество бодрости и выносливости. — Лучше посмотри на того, кого назначили следующим директором Хогвартса. — хмыкнул вошедший Гокудера, протягивая Небу газету. Тсуна тут же оживилась и села, быстро хватая ее. Вообще, несмотря на то, что Альбус Дамблдор «трагически» погиб (на самом деле очень неожиданно и по-дурацки, но об этом знали только она сама с ее Хранителями) почти месяц назад, всему магическому сообществу и магическому департаменту в частности понадобилось очень много времени — даже слишком много — чтобы найти на его место достойную замену. Ну, честно говоря, практически любой бы стал достойной заменой, учитывая, что Альбус не пробыл директором даже полугода, но, разумеется, первый попавшийся на эту должность не подошел. Он должен быть примерно настолько же популярным, как и Дамблдор и обладать такими же силами. Так что кастинг на место следующего директора Хогвартса был довольно-таки жестким. — Он? Серьезно?! — недоверчиво хмыкнула Савада, хлопнув ресницами. Ну, то есть, она, конечно, понимала, что как таковой выбор был не особенно большим, но даже ее, признаться честно, итоговая кандидатура очень сильно удивила. Впрочем, Абраксас Малфой не является самой худшей кандидатурой из всех возможных. Да и с министерством вроде как дружит. Он чертовски умен, предприимчив, умеет всегда находить компромиссы, чувствует выгоду похлеще некоторых гномов и прекрасно знает все обычаи и традиции магического мира. Правда, его основной минус в том, что он (сейчас или только в будущем?) один из самых ярых сторонников Волдеморта за чистоту крови и изгнание маглорожденных в обычный мир, но едва ли он станет заниматься подобным теперь, когда у него появилась настолько солидная должность. Впрочем, девушке все равно тревожно, и поэтому она велит Мукуро присматривать за ним, чтобы этот чересчур активный мужчина не натворил дел. — А чему ты удивляешься? — раскатисто мурлычет Такеши, широко зевая. — Учитывая все, что мы о нем знаем, он был одним из самых явных кандидатов. — Ага. Наравне с Орионом Блэком, Флимонтом Поттером и Ньютом Саламандером. — напоминает Хром, тенью проскальзывая в комнату и усаживаясь на подоконник. — У Блэков и Поттеров сейчас своих дел по горло. — мурлычет Рокудо, появляясь рядом с Тсунаеши, зарываясь пальцами в огненные пряди и заставляя ту почти мурлыкать от восторга. — А Саламандер… Без обид, но он, во-первых, не получил окончательного образования. Во-вторых, представить его на месте директора очень сложно. В-третьих… Он так одержим своими животными, что дальше них ничего не видит. Не думаю, что настолько увлеченного человека, хорошая идея делать директором местного сумасшедшего дома. — Так вроде там еще кто-то довольно достойный был… — задумчиво тянет Тсуна, которая со всем списком так и не нашла времени ознакомиться. — Ты про Кавахиру? — смеется Рехей, скаля острые зубы. — Так он сразу отказался и даже думать не стал, заявив, что детского сада ему и так уже хватило. А потом, когда сжег письмо, еще долго шипел, что в этот раз он на подобное точно не подпишется. — Не думаю, что они были единственными кандидатами… — пробормотала Савада, которая прекрасно поняла, о чем именно думал Шахматноголовый. Учитывая, сколько он всего пережил за прошлую жизнь и какую ответственность тащил на своих плечах, на этот раз готов был руками и ногами отбиваться от этой «чести». Хотя из него определенно вышел бы не самый плохой директор. — Конечно, нет! — хихикнул Ламбо, щуря свои потрясающе голубые глаза. — Если не ошибаюсь, там еще мелькали фамилии Гринграсс, Шафик, Эйвери и Нотт. И еще, не иначе как чудом, какая-то фамилия волшебника во втором поколении засветилась… Как его там… Эрок? Арок? Или типа того. — Надо же, ты в этом мире меньше недели, а знаешь обо всем чуть ли не лучше, чем я сама. — покачала головой девушка, захихикав. — Просто ты так погружена в свою практику и прочие события, что о новостях узнаешь от нас. Вот и не знаешь о том, что творится в нашем безумном мире. — пожал плечами Облако, отвечая разом за всех. — Но все-таки, меня тоже не может не беспокоить кандидатура Абраксаса… Он, конечно, неплохой, но… мутный какой-то. — Я за ним прослежу. — промурлыкал Мукуро, щуря голубые глаза. И в его голосе прозвучало такое мрачное предвкушение, что любой, кто хотя бы немного знал Рокудо, уже пожалели бы человека, на которого он нацелился с таким интересом. — Без членовредительства. — снова напомнила рыжая, а потом замерла, ненадолго задумавшись. — Ну, по крайней мере, до тех пор, пока он не станет заниматься чем-то противозаконным или опасным для учащихся. — Так точно, мое Небо! — подмигнул Туман, довольно хмыкнув. — Кстати, ты надолго уезжаешь? — Ну, вообще, планируется, что на неделю максимум, хотя могут случиться сдвиги этих сроков. — пожала та плечами, улыбнувшись. — Так что прошу, пока я отсутствую, присматривать за Томом и за Энн с детьми. — Присматривать за Томом? — фыркнул Кея, показывая все то, что он думает об этой идее. — Он все равно никуда не уйдет, даже если мы не будем его навещать. — Ага. Учитывая его состояние, уйти было бы… сложно. — хмыкнул Ламбо, стараясь скрыть смех. А вот все остальные сдерживать его даже не пытались, поэтому и захихикали, весело переглядываясь. Тсунаеши на подобное заявление лишь закатила глаза, потому что ее Хранители и правда порой были совершенно неисправимы. — Карма однажды настигнет вас. — зловеще пообещала она, но потом все-таки не выдержала и рассмеялась. Впрочем, если бы ребята не стали делать ехидный комментарий, это определенно были бы не они. — Не знаю, как насчет кармы, но я определенно не хотел бы оказаться в ледяной колыбели. — поморщился Мукуро. — Серьезно, в свое время я и так слишком много времени провел в Вендикаре, закованный в цепи и под водой! Так что я не думаю, что перспектива быть вмороженным в лед лучше, чем то, что я уже испытал. — Это одинаково ужасно. — сморщился Рехей, дуя губы. — Я теперь вампир и по идее не могу чувствовать дискомфорт или холод, но даже я был бы в ужасе, если оказался в такой ситуации. Так что Тома мне в некоторой степени даже жалко. — Сам виноват. — в один голос протянули остальные. Ну, с этим определенно было трудно не согласиться, хотя Тсунаеши и считала, что поступила с ним слишком неправильно. Но не отпускать же его после всего того, что он сделал, верно? К тому же, она все еще планирует потом отпустить его, как только сделает его достаточно вменяемым для того, чтобы собрать свою душу. Конечно, пока это не работало, но однажды обязательно сработает. Ну, или, по крайней мере, Тсуна собиралась достать Реддла достаточно сильно, чтобы он сделал все возможное, чтобы избавиться от нее. Хороший план, не правда ли? Ну, по крайней мере, могло быть и хуже.

***

— ДА Я ЖЕ УМРУ!!! — раздался истошный вопль Ламбо, заставив Тсунаеши удивленно вздрогнуть и подпрыгнуть от неожиданности. Она как раз направлялась в сторону камина, когда вот это вот привлекло ее внимание. Тсуна вскинула брови и на всякий случай направилась в сторону шума, даже если ее Гиперинтуиция утверждала, что Бовино ничего не грозит. — ДА ПУСТИТЕ ВЫ МЕНЯ!!! ААААА!!! УБИВАЮТ!!! НАСИЛУЮТ!!! СПАСИТЕ!!! Это заставило ее подпрыгнуть и ускорить шаг. — Да перестань ты брыкаться, глупая корова! — возмущенно рыкнул судя по всему Гокудера. Савада ускорилась еще немного. Все же ей было любопытно, чего это он кричал так сильно и возмущенно, будто и правда находится чуть ли на грани смерти. В гостиной обнаружилась поразительная картина, которая заставила девушку удивленно приоткрыть рот. Гокудера с трудом удерживал брыкающегося и вырывающегося Ламбо, который в прямом смысле горел и чуть ли не со слезами на глазах пытался дотянуться до чего-то, что прятал от него Хибари. Учитывая происходящее, удерживать рыжего и впрямь было лучшей идеей, пока Кея действительно не разозлился. — Что тут происходит? — уточнила рыжая, заставив абсолютно всех замереть и уставиться на нее. — Так что случилось? Ребята молчали и переглядывались между собой, тяжело вздыхая. — Как выяснилось, у Ламбо аллергия не только на клубнику, но и на виноград. — наконец спокойно пояснил Облако. — А. — только и смогла что кивнуть Тсунаеши, снова направляясь к камину. Это определенно объясняло если не все, то очень и очень многое.

***

Тсунаеши потребовалось провести десять дней в этой небольшой деревеньке, в которой внезапно развилась вспышка драконьей оспы. Откуда там оспа, учитывая, что драконов видели разве что лет двести назад, да и то только в пяти милях в небе, было непонятно, но она свалила уже большую часть народу, прежде чем в деревню прибыли врачи. Хорошо, что у них были лекарства от этой очень заразной болезни, но даже с ним им понадобилось чуть больше двух недель, чтобы окончательно вылечить больных. Конечно, первые и самые напряженные дни Тсуна не зацепила, так как прибыла в помощь позже, но даже так она увидела и сделала достаточно много, чтобы считать, что внесла значительный вклад в эту борьбу. Вопрос о том, откуда взялась болезнь, оставался открытым, и ни один из лекарей даже не брался предполагать, откуда та могла появиться. Савада же довольно быстро поняла, что связь этой заразной болезни и недавно открытой неподалеку пещеры, в которой обнаружили какие-то древние артефакты, самая что ни на есть прямая. Это было довольно просто определить путем логического мышления — вполне достаточно было послушать разговоры местных жителей и услышать утверждающий звон Гиперинтуиции. Девушка не преминула упомянуть про эти совпадения, но лекари были то ли слишком усталыми, то ли им было не слишком интересно, что может случиться еще одна эпидемия, и они просто проигнорировали ее слова. Впрочем, хорошо уже то, что обещали сообщить в комитет, который и должен заниматься этим, чтобы они проверили достоверность источника и, если нужно, нейтрализовали причину. Однако рыжая, которая прекрасно представляла, сколько именно могут действовать подобные организации, поэтому самостоятельно наведалась внутрь пещеры, когда у нее было свободное время, и Пламенем выжгла все бактерии, которые там находились. Конечно, было не слишком просто, учитывая, что она валилась с ног от усталости, но понимание того, что подобное может спасти жизни других людей, полностью компенсировало все неудобства. Впрочем, обратно Тсунаеши возвращалась с ломящей усталостью и гордым чувством выполненного долга. Пожалуй, даже несмотря на то, сколько именно сил она тратит на то, чтобы остальные вылечились от своих болезней, и порой буквально падает на пол от усталости, она действительно обожает свою новую профессию. И она определенно никогда не пожалеет о том, что собирается стать колдомедиком. Особенно потому, что в случае чего, легко сможет оказать медицинскую помощь своим Хранителям и друзьям. Ну, а то, что работать будет в Хогвартсе… Так еще одна возможность присматривать за безопасностью детей практически из первых рядов. Да и нагрузка меньше, хотя разнообразия болезней будет практически никакого. Со всех сторон одни плюсы! Жизнь определенно начинала играть новыми красками, хотя она и раньше никогда не бывала тусклой. Просто сейчас… она становилась еще более яркой и радостной! Тсунаеши была в полнейшем восторге. Правда, когда вернулась к Кавахиро и своей семье, ей пришлось несколько поумерить свой восторг и подбирать свою челюсть с пола, когда Мукуро и Хром рассказали ей последние новости. Конечно, она уже знала, что в этом месте есть Вендиче — чернильно-черное Пламя, которое ее только чудом не ранило, уже было достаточным доказательством подобного. К тому же, как она уже успела выяснить, в этом мире тоже было своего рода Три-ни-сетт, хотя и слишком сильно искаженное, потому что вместо Пламени здесь стала появляться магия, которая, не поддерживаемая практически ничем, начала постепенно исчезать из этого мира. Разумеется, Тсуна уже все это знала, но даже она не была готова к некоторой правде, которую узнала. Например, про то, что некогда фамилию Азкабан носили те, кто являлся Хранителями этого мира. Вот только позже в ходе чего-то (нет ни одного письменного или устного источника, который сказал бы, что случилось) все, кто носил эту фамилию, стали дементорами, а их особняк, расположенный в Северном море, был переоборудован в тюрьму. Последним, кто упоминался в летописях, был Кэйлеб Азкабан — последний глава этой семьи, который сгинул в ходе того, чтобы там ни произошло. Самое интересное, что даже Кавахиро, как бы ни пытался, так и не смог сказать, что именно случилось с этой семьей. Только заявил, что, возможно, это было своеобразным наказанием местной Три-ни-сетт за что-то. А вот за что именно, уже было серьезной загадкой. — То есть, поговорить с ними не удастся? — задумчиво протянула Савада, подперев щеку рукой. Конечно, она уже понимала всю патовость всей ситуации, но неизменный оптимизм заставляя ее надеяться на лучшее. — Ну, конечно, мы можем попытаться, но… честно говоря, они даже хуже, чем зомби из фильмов ужасов. — поморщился Мукуро, передернув плечами. Он наблюдал за ними с очень большого расстояния, но даже его пробрало. Сразу вспомнились все самые худшие времена, которые он провел в глубине Вендикаре, скованный цепями и под водой. — Если в них когда-то и было что-то человеческое, то после стольких лет, проведенных в облике своеобразных энергетических вампиров, там не осталось ничего. Даже хоть какого-нибудь более-менее ясного разума. Кажется, они живут исключительно инстинктами, как животные, если не хуже. — А если повлиять Пламенем, это может помочь? — вскинула брови девушка, напряженно посмотрев на Шамана. Тот задумался, а потом развел руками: — Никаких гарантий на то, что это может помочь. К тому же, подобное было бы слишком опасно. Мы не можем знать, как они отреагируют на то, что мы попытаемся повлиять на них Пламенем. Со своей стороны я бы вообще не советовал вам связываться с ними. — развел руками Шахматноголовый, вздохнув. — Слишком непредсказуемый результат в итоге получится. Рыжая задумалась и медленно кивнула, хотя все еще не выглядела убежденной. Все-таки, она надеялась, что им можно будет хоть как-то помочь. Правда, наверное, даже она однажды должна столкнуться с ситуацией, где уже ничего нельзя сделать. Совсем. Впрочем, пока Тсунаеши еще в этом твердо не убедилась, она всегда имеет право надеяться на лучшее.