Недостающий ингредиент

Два дня Альбус прожил в режиме «спальня — большой зал — библиотека». Такой режим спасал его от общества Аберфорта, но мешал встретиться с Томом. Дамблдор ждал, что рано или поздно он пересечется с Риддом или в Зале, или в библиотеке. Он бы ничего и против спальни не имел, но вряд ли стоило ожидать появление Тома в гриффиндорской гостиной. Он вообще, видимо, решил, что ни еда, ни книги, ему особенно не нужны. Если бы не попытки Тома обмануть его, Альбус не преминул бы набрать на кухне еды и спуститься в слизеринскую гостиную только ради того, чтобы язвительно напомнить Риддлу о том, что до экзаменов осталось менее полугода. Он уже начал всерьез подумывать об этом, когда в библиотеку ворвался Аберфорт, который наконец-то догадался, где может быть его брат. Аберфорт выглядел злым и решительным. — С каких это пор книги стали интересней семьи? — возмущенно воскликнул он, нарушая уютную тишину библиотеки, которая так нравилась Альбусу. — Кто-то обещал сходить со мной в Хогсмит, а вместо этого просиживает зад за пыльными книгами. Ну что там нового ты для себя нашел, Альб? Старший Дамблдор поморщился, но поправлять брата не стал. — Вообще-то, Аберфорт, не всем в нашей семье безразличны результаты экзаменов. — Ой, можно подумать, у тебя есть хоть один шанс завалить ЖАБА! И вообще, свежий воздух пойдет тебе на пользу, — Аберфорт бесцеремонно выдернул из рук Альбуса книгу по Рунам и сунул ее на первую попавшуюся полку. — Шататься по сомнительным пабам и глушить литрами огневиски пойдет мне на пользу? — саркастично поинтересовался Альбус. — Не такие уж они и сомнительные. — Аберфорт, там обитают козлы. — Зато там не смотрят на возраст. Альбус возвел глаза к потолку, всем своим видом показывая, что аргументация Аберфорта кажется ему слабоватой. Хоть он и знал, что пойти вместе с ним придется. Во-первых, потому что Аберфорт потом достанет его со своими обидами, а во-вторых, потому что нельзя допускать, чтобы младший брат лучшего ученика Хогвартся снова был пойман ночью у входа в замок, пьяный, без галстука и с подрывными намерениями направляющийся в сторону кабинета зелий. Иронично, что больше всего проблем львиному факультету приносил именно Аберфорт, а за него Альбус нес ответственность вдвойне. Почему-то все, директор Вульпус в особенности, считали что воспитанием младшего брата должен был заниматься он. У обоих Дамблдоров на этот счет было диаметрально противоположное мнение. — Если я схожу с тобой в Хогсмит, ты оставишь меня в покое до окончания каникул? — Да, конечно, — не задумываясь ни на секунду, пообещал Аберфорт и энергично закивал головой. Альбус не сомневался, что тот даже не понял, на что согласился. Впрочем, с ним всегда было так. По дороге в Хогсмит Аберфорт болтал без остановок. Альбус, тем временем, сосредоточился на том, как не дать брату опозорить школу, гриффиндор и фамилию Дамблдор. Хотя бы сегодня. Хотя бы при нем. — …Заходят как-то в бар слизеринец, пуффендуец и когтевранец, а бармен им говорит… — Аберфорт, — чуть не взвыл Альбус, — а можно хоть сегодня обойтись без бородатых и пошлых анекдотов? От кого ты этого набрался?! Лучше бы ты с тем же рвением готовился к СОВам. — От кого, от кого, — передразнил брата Аберфорт, — от козлов! Сам говорил, что они там обитают. Кстати, о козлах! Заметил новое лицо среди неудачников, которым некуда уезжать на каникулы? — С каких пор тебя интересуют другие ученики? — спросил он как бы между прочим, одновременно радуясь хоть какой-то информации о Томе и удивляясь, где эти двое вообще могли встретиться. Не пили же они вместе в самом деле? Риддл не выглядел раздолбаем, посещающим подобные заведения. — С тех самых, как эта слизеринская задница сдала меня директору. Альбус мученически возвел глаза к небу. — Мерлин, Аберфорт, за что на этот раз? Когда ты вообще успел? — Так Мерлин или все-таки Аберфорт? — младший Дамблдор беззаботно засмеялся. — Просто пояснил, куда ведет лестница за чертовой гаргульей, и даже обработал надпись защитным заклятьем, чтобы ее не смогли смыть или закрасить простыми методами. Альбус испугано округлил глаза. — Да там все цензурно, — Аберфорт вскинул руки в защитном жесте, — почти в стихах. Я вычитал это в одной магловской книжке. «Оставь надежду, всяк сюда входящий». По-моему, подходит просто идеально. — Ты хоть после «надежду» запятую поставил? — спросил Альбус, решив, что раз уж брат напакостил снова, надо хотя бы проследить, чтобы он сделал это грамотно. — А разве запятая не после «всяк»? — Аберфорт озадачено почесал затылок. — Да, беда однако. — Ну, теперь я понял, почему слизеринец решил тебя сдать. Я тоже рассказал бы кому угодно, лишь бы это безобразие скорее убрали. Интересно, что он забыл у директора? — последняя фраза была скорее размышлением вслух. Альбуса действительно интересовал этот вопрос. — А я почем знаю? — Аберфорт отнес последний вопрос к себе. — Когда я уходил, он говорил что-то про денежную поддержку и магловский приют. И как он только попал на Слизерин? — он засмеялся, ожидая поддержки от брата, но той не последовало. — Ты уверен, что он говорил про себя? — Альбус озадаченно посмотрел на брата. Слишком уж большой неожиданностью показался ему этот факт биографии Риддла. Том не выглядел забитым сиротой. Конечно, то что он остался в Хогвартсе на каникулы свидетельствовало об определенном неблагополучии семьи, но об отсутствии таковой?.. — А ты думаешь что слизеринец стал бы просить за кого-то, кроме себя? — спросил Аберфорт таким тоном, будто Альбус только что сморозил какую-то глупость, хотя вообще-то это было скорее в стиле младшего Дамблдора. — Я вообще стараюсь не думать о слизеринцах, — буркнул Альбус, пытаясь убедить в этом и себя. Выходило паршиво. Стоило ему на пару часов забыть о Томе, отвлекшись на семейные проблемы, как тот снова каким-то образом захватил все мысли Альбуса. — Давай зайдем в «Один веник», — предложил он, чтобы как-то отвлечься. Аберфорт нахмурился. — Там не нальют ничего крепче сливочного пива. — …сказал человек, который разрисовал стену Хогвартса. В очередной раз. — Я был трезв и абсолютно адекватен! — оскорбленный в лучших чувствах, воскликнул Аберфорт, всплеснув руками. — Насчет последнего я не был бы уверен. А что до первого…. Вот именно, что ты был трезвым. Боюсь представить себе, что ты вытворишь, напившись. — Уговорил, — послышалось в ответ разочарованное бурчание. Альбус засчитал этот ответ как свою маленькую победу над братом. По крайней мере, он будет уверен, что и в каких количествах пьет Аберфорт.

***

Обмануть директора Вульпуса было совсем не сложно. Всего-то и надо было с невинным видом пожаловаться, что на нем, бедном сиротке, испытывали малоизвестное темномагическое заклятие, из-за которого все вокруг вдруг забыли про него, а все его вещи испарились. Да, и из архивов Хогвартса чудесным образом пропали все данные о нем. Под действием «страшной темной магии», да-да. Репутация факультета в определенном смысле сыграла ему на руку: директор вообще не удивился, узнав, что такое происходит на Слизерине. По мнению самого Тома эта версия не тянула даже на бред умалишенного. Но, по всей видимости, это настолько хорошо вписывалось в общую картину происходящего в Хогвартсе, что единственный заданный вопрос был про его имя. Том порывался использовать псевдоним, но вовремя понял, что «Лорд Воландеморт» как-то не очень подходит воспитаннику магловского приюта. Разве что для душевно больных, но настолько портить себе репутацию Том не хотел. Ему выделили место в слизеринской спальне и сообщили пароль. Еще он получил комплект учебников для седьмого курса. Несколько дней он провел в подземельях, покидая их лишь для встреч с учителями, потому что директор хотел убедиться в том, что Тома не выгонят с пар в первый же день занятий из-за того, что попросту не вспомнят. Из собственных вещей у Тома осталась лишь палочка и мантия. Летняя мантия. Летняя мантия, которую он носил с пятого курса, то и дело трансфигурируя по мелочам, чтобы она имела приличный вид. Ему нужны были деньги. А директор Вульпус каким-то образом умудрился забыть именно о них. Вряд ли дело было в жадности, скорее, он действительно об этом забыл. Поэтому Том решил сходить и напомнить. У дверей директорского кабинета он встретил неожиданную преграду в виде растрепанного пятикурсника с Гриффиндора, самозабвенно расписывающего стену над горгульей какими-то каракулями. Для того, чтобы дотянуться дотуда, он решил взгромоздиться на метлу и теперь пытался удержать ее в относительно ровном положении одной рукой. Получалось плохо. Гриффиндорцы. Приглядевшись, Том смог различить, что именно пытался написать парень. «Оставь надежду всяк, сюда вход…» Алегьери? Интересный выбор. Фраза действительно вселяла страх. Но не смысловой нагрузкой, а кривизной написания в сочетании с неправильной запятой. — Зачем же так бездарно портить казенное имущество? — спросил Том, облокотившись плечом о стену. Паренек, как раз дописавший последнюю букву, дернулся от неожиданности, едва удержавшись от падения. Том хмыкнул. Пятикурсник чем-то напоминал ему Альбуса. Внешностью, а не поступками. Он решил рискнуть и проверить. — Еще один Дамблдор? — то ли спрашивая, то ли утверждая, протянул Риддл. — А ты чего тут раскомандывался? — возмутился пятикурсник. — Иди, куда шел. Кто ты вообще? — Значит, все-таки Дамблдор, — Том схватил пацана на подол мантии, чтобы тот и не подумал улетать, и потянул вниз. — Ты же не ожидал, что я буду тебя покрывать? — Ах ты, сволочь слизеринская, — пробурчал, вероятно, младший брат Альбуса, слезая с метлы. — Погнали, мне не привыкать. Может, твой факультет даже очками наградят за то, что ты поймал «злостного вредителя», — кажется, его вообще не волновала перспектива наказания. Через тридцать минут Том вышел из директорского кабинета, обладая некоторой новой информацией, деньгами и нервно дергающемся левым глазом. Глаз дергался после подробного и красочного перечисления Вульпусом всех выходок Аберфорта (так звали это стихийное бедствие, по совместительству являющееся братом Альбуса). Кажется, Вальпургиевы Рыцари принесли школе меньше неприятностей чем этот пятикурсник, пользовавшийся подручными средствами и заклятиями не выше уровня третьего курса. Это при том, что в Рыцарей входили лучшие (и сильнейшие) старшекурсники, которые не брезговали темной магией. Может быть, стоило привлечь его на свою сторону? Хотя бы в качестве оружия? Риддл скоро отвлекся на составление списка необходимых покупок и забыл на время о таком неожиданном открытии, как младший брат Альбуса. Ненадолго. В Хогсмит он отправился за покупками тот же день. Приобретя все необходимое, Том находился в прекрасном расположении духа. Наконец ему стал понятен размер мат.помощи, в этом времени это был неплохой капитал. По видимому, когда при Диппите цены резко подскочили вверх он, Диппет, просто не счел нужным увеличить и пособие. С учетом того, что Том потратил намного меньше, чем планировал, он решил зайти еще и в «Сладкое королевство» за лимонными дольками для Альбуса. Все-таки он еще не успел превратиться в того противного профессора трансфигурации. И да, Риддлу было банально жаль человека, который пятнадцать лет своей жизни провел рядом с Аберфортом. Последний их разговор нельзя было назвать дружеским и ему, наверное, стоило продумать, что именно сказать Альбусу, но шанс вручить ему дольки представился раньше. Уже идя обратно к Хогвартсу, Том проклинал свое решение пойти за покупками сегодня. Погода была кошмарной. Нет, для конца декабря она вполне закономерная, но замерзшего студента в летней мантии это совсем не грело. Взгляд зацепился за вывеску паба «Один веник», который находился на месте знакомых ему «Трех метел». Том подумал, что зайти погреться не повредит, тем более, что теперь он мог позволить себе заказать что-нибудь согревающее. Например фирменную медовуху, о которой был наслышан, если ее уже готовят. Уже отходя от стойки с кружкой медовухи, Том оглядывал паб в поисках свободного столика. Такого не нашлось, но одним из дальних столов обнаружился Альбус, который с удрученным видом рассматривал газировку с вишневым сиропом. На том же столе стояли и пять пустых бутылок из-под сливочного пива. «Неужели наша ссора настолько его расстроила, что он решил банально напиться? Или для него это норма?» подумал Том, подходя к столику. Альбус не переставал его удивлять. — По какому поводу пьем? — иронично поинтересовался он, присаживаясь напротив Дамблдора. Тот поднял на Тома непонимающий, но, что удивительно, совершенно трезвый взгляд. — Кажется, я сказал, что не хочу иметь с тобой ничего общего, — ответил Альбус. Несмотря на резкие слова, раздражения в голосе не было. — Да-да, потому что я «коварный слизеринец, который не выполняет своих обещаний». Решил выполнить хоть одно, чисто в порядке эксперимента, — с этими словами Том достал из пакета упаковку лимонных долек. Он только сейчас заметил, что продавщица в «Сладком королевстве» прикрепила к ней большой праздничный бант. Это было… неловко. Кажется, Альбус тоже так подумал, потому что он усмехнулся, вопросительно глядя на Тома. Риддл уже открывал рот, собираясь объяснить, что это не его идея, но тут сзади послышался насмешливый, возмущенный и пьяный голос. — И какого Мерлина ты клеишься к моему брату, сволочь слизеринская?! Обернувшись, Том столкнулся взглядом с уже знакомым ему пятикурсником. С пьяным до чертиков, уже знакомым ему пятикурсником. Да еще и с двумя кружками сливочного пива в руках. — Чтобы так напиться пивом… Да у тебя талант, Аберфорт. Впрочем, помимо этого, у тебя еще очень много бесполезных талантов. — Ты бы лучше не связывался со мной, — проговорил младший Дамблдор, видимо, всерьез полгая, что выглядит угрожающе. — Ты и так уже нарвался, когда сдал меня директору. Не советую усугублять ситуацию подкатами к моему брату. Подпевалы директора не в его вкусе, смирись. Говоря это, Аберфорт подошел к брату, встал за его спиной и поставил одну из кружек со сливочным пивом на стол. Вторая так и осталась в его руках. — Извини, Альб, но в бутылках кончилось, — обратился он уже к Альбусу. — Эм, — тот нерешительно покосился на Аберфорта. — Ничего страшного. Я все еще не собираюсь пить. — Так вот, как там тебя, — пятикурсник сделал секундную паузу, — неважно. Предлагаю тебе прямо сейчас извиниться перед нами обоими и, может быть, ты сможешь относительно спокойно учиться в Хогвартсе. — Да ты шутишь, — процедил Том сквозь зубы, прекрасно понимая, что, вообще-то, Аберфорд говорит всерьез. Он перевел взгляд с младшего Дамблдора на старшего и заметил, что тот с интересом смотрит на Тома, ожидая ответной реакции, но при этом совершенно не поддерживая слова брата. — Так уверен в этом? Может, выйдем? — Аберфорт взмахнул в воздухе кружкой с пивом и несколько капель пролилось на столешницу. — Я даже не хочу опускаться до дуэли с таким, как ты, — с презрением сказал Том. — По крайней мере, пока ты не протрезвеешь. — Как по-слизерински, — копируя тон Риддла, ответил Аберфорт. — Трусливо сбежать, прикрывшись своей гипертрофированной гордостью. В приюте ты так же поступал, да? Наверное, поэтому ты и клеишься к Альбу, надеешься получить его покровительство? Ведь сам по себе ты просто жалк… Договорить Аберфорт не успел, потому что его перебили сразу два голоса. — Силенцио! — Экспелиармус. Первое выкрикнул Том, молниеносно доставая палочку и направляя ее на Аберфорта. Второе совершенно не изменившимся тоном произнес Альбус, кажется, даже не отрывая взгляда от своей содовой. Теперь Альбус сжимал в руке уже две палочки, по-прежнему делая вид, что его стакан куда интереснее и Тома, и Аберфорта вместе взятых. Младший Дамблдор растеряно моргнул, на пьяную голову не сразу поняв, что произошло. А поняв, в каком положении оказался теперь Риддл, весело усмехнулся, перегибаясь через стол и выплескивая содержимое кружки в лицо слизеринца. — Какого Мерлина, Аберфорт? — Альбус одернул младшего брата за руку. Очень вовремя, надо сказать, одернул. Там, где секунду назад была его голова, находилась невербально призванная хозяином палочка Риддла, на конце которой миг появилась и тут же погасла зеленая вспышка. — О, только не говори, что ты на стороне этого… кстати, как его там? — Аберфорт скривился, смерив слизеринца взглядом. — Его зовут Том Риддл, — ответил Альбус. — В следующий раз потрудись сначала узнать, как зовут того, с кем ты намереваешься подраться в баре. — Я не нуждаюсь в представлении, Альбус, — холодно процедил Риддл, пряча палочку в карман и отодвигая от себя кружку со смесью так и не тронутой медовухи и сливочного пива. — И приглядывай за своим братом получше, чтобы он вдруг не поранился… случайно. Всякое знаешь ли, бывает, особенно если летать по замку на метлах и нарывать на драки с более опытными, и, что главное, трезвыми противниками. Не ожидая ответа, Том быстрым шагом покинул паб. Зашел, согрелся на свою голову. Волосы и мантия были противно липкими и холодными, но он был слишком рассержен, чтобы обращать внимание на подобные вещи.