Птаха темной души моей

Дни тянулись медленно, неторопливо. Иногда Сильва замечал, как по куполу, что был над садом, стучали крупные дождевые капли. И он бы многое отдал, лишь бы оказаться снаружи и прочувствовать удар капель по своему лицу. Он хотел ощутить эту влагу. Но покидать гарем было запрещено. Нарушать законы он уже не стремился, спина помнила прошлое наказание, а оставшиеся шрамы порой причиняли дискомфорт. Сильва не стеснялся шрамов и не считал это уродством. Он был того мнения, что шрамы украшают мужчину. Поэтому не прятал их, не старался скрыть под легкими одеждами. Сезоны сменяли друг друга, вслед за зимой пришла весна, и ее ранние признаки обычно чувствовались в былом Филья’Нре. Сильва вспоминал о том, как ранней весной дома начинали таять снега и журчать ручьи. Как после холодов просыпались птицы и животные, как солнце прогревало землю. Вспомнив о доме, эльф сначала закусил губу, а потом в голове прозвучали слова генерала о том, что земли его дома сохранились. Не все светлые эльфы погибли. Значит Филья’Нр возродится. Он вновь обретет свое утраченное тело и красоту. Вспомнив о генералах, Сильва вновь ощутил фантомный пепел на своих пальцах. С момента погребения Рокса прошло несколько недель. Траур длился месяц, потом еще некоторое время все отходили после этого самого траура. Трака эльф видел несколько раз. После того случая в кабинете Трак позвал его к себе через несколько ночей. Он был отвлечен, словно думал о чем-то своем, не замечая Сильву, действуя на автомате. Но от этого ночь не утратила своего огня. Вспомнив об этом, Сильва закусил костяшку пальца, согнув его. Мысли об Императоре ненормально занимали его голову 24/7. Но он не был озабоченным, чтобы думать только о близости с темным эльфом. Его заботило еще и то, как поступить с его магией. Ведь вполне возможно, что Трак уже не мог без своей силы. Когда Сильва отнял от его лица руку, взгляд мужчины был ясным, чистым. Но потом магия взяла свое, вытеснила разум. Сильва заметил перепады настроения в этот момент. Прежний Трак был угрюм. Новый Трак смотрел на него искренне, открыто. Пытаясь найти ответы, Сильва вновь засел в библиотеке. Он не рассчитывал на успех, просто перебирал книги, читал что-то отдаленное по содержанию. Постепенно его внимание переключилось на характеристики той или иной расы. И вот в руках эльфа оказался справочник о фавнах. Он был написан на языке лесных эльфов, а этот язык Сильва знал больше, чем темный. Хотя он уже мог спокойно общаться на нем с темными эльфами и даже несколько фраз сказал Траку. Правда почти сразу же пожалел об этом, ибо после пары слов на темноэльфийском Трак перешел на родное наречие, устроив Сильве настоящий экзамен. Взгляд пробежался по страницам книги. В ней рассказывалось о расе фавнов, что они из себя представляли. Их жизненный уклад, их религия, то, что они являлись стоистами. Идя дальше, Сильва пролистал несколько страниц книги. Там шло описание флоры и фауны, которые находились на территории фавнов. Видимо, книги об их землях писали еще тогда, когда Фер’Нан-ни находился в общем доступе. Что послужило причиной тому, что фавны закрылись от остальных? Война? Политические отношения? Конфликт с другими сторонами? Сильва вдруг вспомнил об одном цветке. Как там его называл Зир? Кажется, Асхоцитус Мархо — цветок, отвар которого помогает забыть обо всем и успокоиться. Мда, у этого цветка явно присутствовали наркотические свойства. И тут Сильва подумал о том, что было бы с Траком, если бы он выпил такой отвар. Сила внутри него бушевала, он явно не знал покоя от собственной магии. Об этом свидетельствовало то, как он морщился, когда сетка на его теле начинала пульсировать. После смерти Рокса Император несколько изменился. Он стал более резким, сильнее кусал Сильву во время их близости. Это угнетало. Магия поглощала его все больше и больше. Но она не была чужеродной. Она была его собственной, просто вышедшей из-под контроля. Паразитирующий вид, оберегавший своего хозяина от внешних посягательств. К Траку необходимо было подобраться, чтобы успокоить его, постараться помочь. Но как? Сильва понял, что ему нужен этот самый отвар из алых цветков. Но рецепт приготовления этого отвара знали только фавны. А их территории закрыты. Трак планировал идти на них войной. Сильва выпрямился в кресле, захлопнув книгу и положив ее себе на колени. Он уставился прямо перед собой. В его голове зрел план. Совершенно безумный по своему составу.

***

Очередное утро для Сильвы началось, как и все остальные. Правда было одно НО. Когда он возвращался из купален, около комнаты его встретили слуги. — Темный Император Трак-Дэр-Мар желает видеть тебя в сопровождении его в храм, — проговорил Кор, придирчиво осмотрев светлого перед ним. Видимо думал о том, достаточно ли тот чист или его необходимо перемыть. Сильва удивился, но ничего не сказал. Он пребывал в гареме Императора больше года и за все это время посещал только сады и несколько раз внутренний двор. Поэтому он искренне надеялся, что храм находился не за углом дворца. Молча кивнув в знак согласия, Сильва позволил одеть себя и убрать волосы в прическу. За последнее время у него появилось несколько маленьких золотых заколок. Это говорило о том, что Императору было с ним хорошо, раз он периодически одаривал наложника. Во время принятия дорогих подарков в Сильве поначалу вспыхивала гордость, но потом он вспоминал, что дом по-прежнему существует, светлые эльфы не канули в небытие. Если бы Трак хотел массовый геноцид, то сделал бы все для этого, да хоть бы и всю светлоэльфийскую Империю потопил в крови и пожарах. Сильву повели по коридору вперед, но не в сторону той двери, которая вела в коридор недалеко от покоев Императора. Теперь его повели в противоположную сторону к той двери, через которую Сильва однажды проник в основной дворец. Оказавшись на улице впервые за долгое время, эльф вдохнул полной грудью теплый воздух, прикрыв на мгновение глаза. Дуновение ветра приятно скользнуло по его убранным в прическу волосам, чуть растрепав короткие пряди на лбу. Жилет на тунике всколыхнулся и прижался к телу, точно живой. Но долго парню не позволили наслаждаться моментом. Его проводили вниз по лестнице и подвели к коню. Черный жеребец смотрел на него, топорща свои длинные остроконечные уши. Иногда он поворачивал их в стороны, словно прислушивался. — Это… это для меня? — Сильва опешил. Он так давно не был в седле, да и засомневался, что наложнику выделили целого коня. Максимум на что можно было рассчитывать, это на носилки с балдахином. Но его обескуражили ответом: — Темный Владыка приказал подать его наложнику скакуна, — Кор все еще выглядел недовольным. Но Сильва уже успел привыкнуть к нему за все время, поэтому знал, что такое выражение лица Кор имел постоянно. А еще он знал, что эльф был женат и растил двоих детей. Не став спорить, Сильва принял помощь слуг и взобрался на коня. Тот всхрапнул под ним, переступил с ноги на ногу, но парень быстро схватился за узды и потянул слегка на себя. Он погладил животное по шее, успокаивающе и доверительно. Если бы Сильва мог, то использовал бы свою магию. Ведь он умел находить общий язык с живыми существами. Видимо, жеребец почувствовал это в нем, потому что постепенно успокоился и пошел туда, куда его направил Сильва. Его повели к повороту за угол дворца. И чем ближе они приближались к нему, тем больше парню казалось, что храм находился именно там. Хотя, тогда бы ему не предоставили целого коня, а отправили пешком. Ведь это совсем недалеко. Сильва ошибся. За поворотом ждала императорская процессия. Трак уже восседал на коне и о чем-то переговаривался с Виртом. Супруг генерала Крил-Ну-Мар тоже находился верхом на коне и был рядом с мужем. Он не вмешивался в разговор мужчин, лишь иногда кивал, словно соглашался. Когда Сильву подвели к основному составу, на него обратили внимание. — Император, — светлый склонил голову, ибо встать на колено верхом на коне было бы очень странным. Трак внимательно посмотрел на него и ничего не ответил. Сильва же заметил, что из наложников в этой процессии он был одним единственным. Зачем Трак велел позвать его в сопровождение? Наклонив голову в качестве приветствия остальных, Сильва вновь посмотрел на Трака. Тот не отводил от него взгляда, крепко сжимая поводья в руках. А потом развернул коня и двинулся вперед. Вирт повел жеребца по правую руку от Императора. Крил шел рядом с супругом. Сильва же решил встать по левую руку от мужчины и следовать за ним в хвосте. Однако на выезде из ворот по мощеной камнем дороге Трак замедлился, и поэтому светлый почти поравнялся с ним. — Каждый год с приходом весны императорская семья обязана присутствовать в храме для возведения молитв Богам. Начало весны считается началом года, — внезапно нарушил Император тишину. Он смотрел вперед, будто говорил сам с собой. Но Сильва понял, что он разъяснял ему. — Со стороны члена императорской семьи должен быть один представитель. — Значимый представитель, — вставил свое слово Вирт-Дэ-Мар, но Трак ничего не сказал ему, лишь продолжал смотреть вперед. Промолчал и Сильва, переваривая слова. Если верить Вирту, то с его стороны значимым представителем был его супруг. Со своей же стороны Трак пожелал видеть светлого эльфа. Значило ли это, что Император покровительствовал ему? Вслух этого вопроса не прозвучало, это бы было невежливым со стороны Сильвы. Тем более, что процессию замыкали несколько десятков солдат в сопровождении. Они двигались вверх по холму по каменистой дороге. Камни были плоскими, наверняка теплыми. С обеих сторон располагались деревья и иные посадки. Но все они были высохшими, либо имели на себе едва завязавшиеся молодые листья, которые толком не распустились. Чем дальше процессия отходила от дворца, тем больше на их пути встречалось живой растительности. Сильва дышал полной грудью — воздух казался почти чистым, хотя темная мощная аура Императора присутствовала не только во дворце, но и здесь. Храм показался вдали, когда процессия поднялась на холм. Он предстал перед всеми величественным зданием с остроконечными пиками, смотревших в небо. Храм был построен из красного камня и, видимо, простоял на этом месте не одну сотню лет. Фундамент побагровел от мха и мелких растений, которые пробили себе дорогу жизни через камень. Сильва замечал это все, смотрел во все глаза, сжимая поводья. Иногда он скользил взглядом по Траку, но тот больше не разговаривал с ним и не обращал никакого внимания. И Сильва не допытывался до него с вопросами. Он и так не был глуп. Около храма их встретили служители этого места. Эльфы являлись почетными старцами, а потому не опустились на колени перед прибывшим Императором, а лишь поклонились ему. И Трак принял это, отдав поводья своего коня слуге. Сильва тоже спешился. Как ценитель чужих культур, он был в предвкушении того, чему должен был стать свидетелем. Темные эльфы молились своим Богам только в храмах. В этом было их отличие от светлых эльфов. Ибо последние имели маленькие алтари в своих домах. Было разрешено молиться и так. Боги темных эльфов располагались по кругу. В центре имелось небольшое возвышение, на котором должны были стоять молящиеся. Трак и Вирт вышли вперед и заняли возвышение. Начало моления проходило так: сначала члены императорской семьи обращались с молитвами к своим Богам-покровителям, а потом уже ко всем остальным. Мужчины опустились на колени каждый к своему покровителю и склонили головы в безмолвных обращениях. Сильва же заметил, что Крил обошел Богов по кругу и встал напротив одного, также начав молиться. Видимо замешательство читалось на лице парня, потому что к нему подошел один из служителей храма. — Ты не имеешь покровителя, — констатировал факт старец спокойным миролюбивым голосом. Морщинки на его лбу слегка разгладились, а взгляд светлых серых глаз скользнул по лицу светлого эльфа. — Выбери себе покровителя, юный мальчик. Не разделяй Богов на своих и чужих. Обратись к покровителю искренне. Он говорил это спокойно, словно втолковывал неразумному ребенку прописные истины. Но втолковывал так, чтобы не отпугнуть, не заставить усомниться в собственных решениях. Сильва ничего не ответил мужчине, лишь молча кивнул и огляделся. На мгновение его внимание зацепилось за Трака. Несмотря на то, что всполохи темной магии вокруг него вились и то и дело вздрагивали, обволакивая полумраком пол вокруг, сам Трак выглядел отрешенным от всего мира. Он был искренним в своем обращении к Богам, шептал с закрытыми глазами и ни на что не отвлекался. Льющийся по всему помещению храма свет, исходивший от факелов, освещал сильную фигуру Владыки, его черные волосы переливались и привлекали внимание. Сильва невольно залюбовался эльфом. Но потом вспомнил, для чего он тут был. Парень не просил об этом. Он запросто мог отказаться и уйти из храма. Но ведь старец правильно сказал. «Не разделяй Богов на своих и чужих…» Взгляд Сильвы остановился на Богине. Это была НагирьЯ’Фра — Богиня жизни и надежды. Богиня, которая по легенде потеряла ребенка в високосный год. Именно ее статуя была в садах гарема. Около этой статуи Сильва постоянно тренировался. Поэтому и обратиться он решил именно к ней. В своих просьбах он был искренним, верил в то, о чем говорил. И это было для него главным.

***

Когда все вышли из храма, Вирт-Дэ-Мар помог супругу взобраться на коня, после чего оседлал своего, и они отправились в обратный путь. Сильва же остался в обществе Трака. Тот стоял у храма, смотря вдаль. Отсюда не было бы видно ни заката, ни рассвета. Из-за плотных туч не проступали лучи. Но дуновение ветра говорило о том, что день сегодня выдался благоприятный. Теплая почва под ногами согревала ступни, Сильве нравилось это. За все время он уже привык ходить босиком, от каждого шага браслет на его голени тонко позвякивал, иногда напоминая о себе. И если поначалу Сильва отвлекался на него, то теперь и вовсе забыл об украшении. Трак подошел к своему коню и взобрался в седло. Сильва последовал его примеру, оставшись в хвосте. Но когда они двинулись, Трак вновь замедлился, чтобы Сильва поравнялся с ним. — В этом году весна будет теплой, — проговорил Император, осматривая свои владения. С этой точки было хорошо видно простиравшиеся на многие километры владения темных эльфов. Уснувшая на время зимы природа пробудилась, оживала и расцветала, где это было возможно. Вскормленная магическими вулканами почва была плодородной, давала жизнь растениям, но некоторые из них увядали от отсутствия света или же от темной энергетики Императора. Сильва вспомнил слова обвинения Рокса, когда тот говорил о том, что природа умирает по вине старшего брата. Так это было или нет, но Сильва мимолетно замечал разницу между аурой в пределах дворца и аурой в пределах храма. Разница была колоссальной. — Подобные вхождения в храм происходят каждый год? — Сильва помнил, что ему уже об этом говорили, но хотя бы как-то хотел поддержать разговор, чтобы не ехать в молчании. — Да, это обязательный процесс, — подтвердил его слова Трак, которые сам же и озвучил ранее. — В этот храм не могут войти другие эльфы, кроме членов императорской семьи и их приближенных. — Всегда ли помогают молитвы? — Если сильно захотеть… — задумчиво произнес Трак. Они спускались вниз по склону. Кони рыхлили землю тяжелыми копытами, тормозя, чтобы не поскакать вниз галопом. Сильва чуть выгнулся в спине, однако осанку сохранил. Сидеть в седле было непривычно, и видя это, Трак неожиданно дернул уголком губ и стегнул своего жеребца. Тот всхрапнул и помчался вперед, подняв за собой клубы пыли. Сильва широко открыл глаза. Вполне вероятно, что от него ожидали того же самого. Волосы Трака развевались от ветра, сам он прекрасно держался в седле, поэтому Сильва решил не ударять в грязь лицом. Шлепнув выделенного ему коня по крупу, парень добился того, чтобы тот сорвался с места и устремился вслед за императорским жеребцом. Пришлось стиснуть бедрами бока коня, Сильва все еще боялся вывалиться из седла. Но он старался не показывать страха, сжимал луку седла и шумно выдыхал через нос, подгоняя животное короткими фразами. Он нагнал Трака только ближе ко дворцу. Трак спешился, посмотрел на парня с каким-то непонятным светлому вызовом. — Иди за мной, — проговорил он, стоило только Сильве остановить своего коня. Светлые волосы растрепались от ветра и скорости, ноги слегка дрожали, а тело находилось под воздействием адреналина. Темные всполохи магии Трака вились вокруг него, выдавая настроение хозяина. Он вел Сильву во дворец, но не через главный вход, а словно бы через потайной. Разумеется, это был один из черных ходов, постепенно узкие коридоры перешли в достаточно просторные и темные. Сильва едва успевал смотреть по сторонам, ибо на стенах были картины. Но ему не позволили рассмотреть их более детально. Трак ухватил его за плечо и утянул в одну из комнат. Это оказалась гостевая комната. Стоило им появиться внутри, как в камине вспыхнул огонь, а факелы по всему периметру стен зажглись и осветили помещение. Трак прижал парня к своей груди спиной. Он действовал резко, даже немного грубо. Его руки, облаченные в перчатки, скользнули по животу Сильвы, распахнули жилет и спустили его с плеч. Вслед за ним исчезла и туника. Светлый эльф выдохнул, закусил губу. Адреналин от скачки на коне все еще гулял в крови и, видимо, не у него одного. Горячие губы скользнули по шее, зубы оставили укус на плече. Трак всегда метил его таким образом. Своим натиском он вжал его в стену, коленом заставив развести ноги. Парень не сопротивлялся, он чувствовал, как пылал и желал того, что должно было произойти. Он тяжело дышал, а когда с запястий спали расстегнутые магические браслеты, высвободив светлую магию, Сильва не сдержал стона и перевернулся в руках Императора, обняв его ногами. Трак перехватил его за талию, вжал в стену. Весь его вид говорил о нетерпении. Аура была повсюду, но ни одно щупальце не коснулось Сильвы, лишь сам Трак. В этот раз они смотрели в глаза друг другу. И в этот раз Сильва почти не заметил диссонанса в их магии, такой разной и такой обжигающей.

***

Дрова догорали в камине, когда Сильва, отдышавшись, перевернулся на бок. Они оба находились на полу на мягком ковре у камина, греясь в его всполохах. На этот раз Трак не велел ему уйти, не перевернулся на бок и не уснул. Он лежал на спине и смотрел в потолок, подложив под голову руки. Сильва расположился около него, положив ладонь на сильную грудь. В отсветах камина можно было разглядеть мелкие шрамы на теле мужчины. Больше всего их было на спине — кончики шрамов переходили на бока. Сильва ни о чем не спрашивал, лишь выровнял дыхание. Родная магия гудела в нем и сыто урчала. Но он не стремился применять ее против Трака. Уже не стремился. Взгляд изумрудных глаз скользнул по сосредоточенному лицу Императора. Трак был задумчив. А Сильва думал только о том, что должен был помочь. Рассуждая об этом в глубине души, светлый эльф обратил внимание на окно, которое не было зашторено. На нем отсутствовала решетка. — Составите мне компанию, Император? — Сильва слышал обращение других наложников к мужчине. Он знал, что правильно будет «мой Император». Но из вредности не произносил этого. Трак не ответил ему, лишь повернул в его сторону голову и пристально посмотрел на своего наложника. Пальцы скользнули по распущенным светлым волосам, перебирая пряди. Трак любовался им, Сильва это отчетливо ощущал. Прикрыв на мгновение глаза, он совладал с собой и поднялся, быстро надев на себя шаровары и жилет, оставив в стороне тунику. Ее полы могли помешать ему. Отойдя от Императора на несколько шагов, он принял боевую стойку. Трак тихо хмыкнул, но принял его предложение. Небрежно натянув на себя штаны, он остался обнаженным по пояс и тут же атаковал, не дав этого права Сильве — первым начать бой. Они так разминались каждый раз, когда встречались в покоях Императора. В этот раз действия поменялись местами — сначала секс, а уже потом поединок. Им обоим доставляло это удовольствие. Сильва чувствовал, что Трак воспринимал его, как достойного противника. Иначе попросту раздавил бы своей силой, заставив признать, что сильнее светлого эльфа. Они дрались долго, по вискам и обнаженным животам стекали капли пота, волосы стали влажными и то и дело ударяли по плечам и шее. Но эльфы не обращали на это никакого внимания. Иногда в своих атаках они сближались, и Сильва мог почувствовать жар от тела мужчины, ощутить его запах. Когда Трак подбирался слишком близко к Сильве, то смотрел на него до невозможного откровенно, будто поедал глазами. Это распаляло еще больше, но Сильва помнил, для чего вообще затеял все это. Хотелось плюнуть на все. Хотелось прижаться к влажному от пота мужчине и вновь отдаться ему. Хотелось проявить агрессию. Но Сильва лишил себя этого. — Прости меня, — впервые обратился к нему на «ты» светлый, и в его глазах мелькнула горечь. Он атаковал опешившего от его слов Трака с удвоенной силой, чувствуя, что резерв начал опустошаться. Но силы были необходимы. Уходя от атаки, Трак на мгновение повернулся к парню спиной. И этого мгновения Сильве хватило, чтобы содрать с кровати покрывало и набросить его на Трака. Тот замешкался, растерявшись. Сильва же подбежал к окну и сиганул из него, выбив собой стекло. Осколки врезались в кожу, причинив боль. Парень стиснул зубы, но быстро поднялся на ноги и что есть мочи побежал вперед. Губы беззвучно зашептали заклинание, в которое Сильва вкладывал много сил. Он выпустил в небо магический залп, который закружился, замотался из стороны в сторону и ушел куда-то в плотные грозовые тучи. Сильва все еще бежал вперед, к воротам, когда ощутил присутствие Трака. Видимо его магия уже тянулась к беглецу. Сильва молился всем известным Богам, чтобы успеть. Он продолжал искренне шептать, глаза его полыхнули ярким зеленым пламенем. С небес упала огромных размеров птица, белоснежная, с длинной шеей и коротким черным клювом. Размах ее крыльев, казалось, мог устелись собой весь двор. Магическое создание камнем ринулось к самой земле, и Сильва направил залпы своей магии в землю, подпрыгнув и ухватившись за шею птицы. По ноге мазнуло темное щупальце, попав по браслету и порвав крепление. Украшение упало вниз, жалобно звякнув. Сильва прикрикнул на птицу, ощутив ее тепло. Та тут же взмыла в небо и вознеслась над тучами, скрывая себя и мага. И лишь в последний момент Сильва успел увидеть, как вокруг дворца распространилась удушающая аура, источник которой неотрывно смотрел на своего сбежавшего наложника. Сильва погнал птицу вперед, прячась в ее перьях от холодного ветра. На такой высоте был хорошо заметен закат. И это было самое прекрасное, что светлый увидел за последнее время.