Издержки порноиндустрии

      Сняв очки, я какое-то время жмурила уставшие от напряжения глаза. С неким удивлением вдруг осознала, что съемки того самого сериала, на работу в котором я случайно подписалась, близятся к завершению. Честно говоря, так и не нашла времени и желания посмотреть, что получается из моих сценариев, несмотря на то что босс исправно присылает ссылки на отснятый материал. Исключением стал монтажный вариант пилотной серии, появившийся благодаря моему случайному знакомству с Шенноном. Невольно хмыкнув, поняла, что опять думаю о мужчине, который, как ни крути, занимает огромное место в моей голове. Он и Джаред что-то яростно обсуждают. Как оказалось, ни один из них не хотел уступать в споре, даже не имеющем какой-то особой важности. Вот сейчас братья препирались на тему маршрута нашей предстоящей прогулки по Венеции, до которой мы, кстати, еще даже не добрались.       Насколько я могу судить, они оба тут не в первый раз и основные достопримечательности наверняка видели. Однако, вспомнив Амстердам я чуть слышно фыркнула и решила не вмешиваться в спор. В Венеции мне до этого побывать не доводилось, поэтому я, как и в случае столицы Нидерландов, приму любой выбор. К своему глубочайшему прискорбию, о данном городе я практически ничего не знаю. При упоминании Венеции на ум приходят только гондолы и весьма специфические карнавальные маски. Кстати, именно знаменитый на весь мир Венецианский карнавал стал основной причиной нашего визита в город, который, как пророчат, когда-то уйдет на дно. Сначала морское, а потом и историческое… Грустно, но неизбежно. — Мэл, ты сдохла что ли?! — пронизанный иронией голос Далласа заставил меня вынырнуть из мыслей и, обреченно вздохнув, повернуться к монитору. — Утопи его там к чертям собачьим, — Кристина хмыкнула, откидываясь на спинку кресла и судорожно зевая. — Заебал он уже своими шутками, плоскими как сиськи у моделей.       Я с умилением рассматривала разделенный на две половины экран, отражающий посредством видеосвязи моих любимых друзей. Вот ей Богу обожаю их обоих! Каждого по-своему, но одинаково сильно. Тина сейчас в Техасе на каких-то масштабных съемках для популярного глянца, а Даллас, можно сказать, уже на пути ко мне. Если быть точнее в аэропорту Берлина, ожидает рейса в Венецию. Друг еще немного дулся за произошедшее в нашу крайнюю встречу, но делал это больше по привычке, чем по истинному велению сердца. Даллас без пафоса — не Даллас. Узнав, что я направляюсь в Венецию, он мигом забыл про все обиды и изъявил желание встретиться. Съемок в ближайшее время не предвиделось, и наша порнозвезда скучать изволил. Кристина, к огромному сожалению, составить нам компанию не смогла. Слишком жесткие рамки контракта не позволяли ей отлучиться на неопределенное время в самом разгаре проекта. — Тина, детка, ты слишком язвительная в последнее время. Лучше бери пример с нашей мисс Брукс, — Даллас широко улыбнулся в камеру и жестом попросил официанта повторить свой напиток. — С тех пор, как ее регулярно трахают — просто душка и прямо-таки само спокойствие. — Я подкину идейку вашему штатному сценаристу с фильмом в формате БДСМ, — с трудом сдерживала смешки, но не могла не поставить на место чрезмерно болтливого друга. — Может, хотя бы там тебе кляп вставят, и ты заткнешься.       Даллас хмыкнул всем своим видом показывая, что хрен это у нас получится. Появившийся на «пороге» Шеннон вопросительно посмотрел на меня. Я в ответ отрицательно покачала головой, с улыбкой глядя в карие глаза. — Нам еще долго ехать? — негромко спросила я. — Часа два, — мужчина плюхнулся на кровать рядом со мной, машинально заглядывая в монитор. — Привет.       Как по команде, Даллас и Кристина подались к экрану, а я лишь обреченно выдохнула, примерно догадываясь о том, что будет дальше. Я затрудняюсь ответить почему мои лучшие друзья, порой, переживают за мою личную жизнь больше, чем за собственную. Разница в возрасте у нас не существенная. Я младше Кристины всего на полтора года, а Далласа — на год, но эти два засранца иногда врубают режим гиперактивной заботы и чуть ли не под микроскопом рассматривают мужиков в моем окружении. Вполне возможно, виной тому случай пятилетней давности с моими «серьезными отношениями», закончившимися весьма плачевно и ставшими катализатором к началу употребления запрещенных препаратов. — Сойдет! — с улыбкой вынесла вердикт Кристина, первой закончив «осмотр» моего мужчины. — Красота в вашей семье явно досталась маме и брату, но ты тоже ничего.       Шеннон с трудом пытался быть серьёзным, кусая губы. Моя подружка, по всей видимости узнала его. А судя по осведомленности и в отношении мамы, о которой я сама имела лишь весьма туманное представление, знала о братьях Лето не понаслышке. — А мне нравится! — Даллас, снова посмотрел поверх камеры и взмахнул рукой попросив принести счет. — Хотя бы на мужика похож в отличие от… — Тебя! — красная как помидор, прошипела я. — Прекратите оба! — Твои друзья? — Шеннон с улыбкой кивнул на монитор. — Упаси господи! — нервно хохотнула я. — Первый раз вижу этих придурков.       После этого заржал Даллас, моментально выпадая из пафосного образа и взлохмачивая волосы, до этого весьма аккуратно уложенные. Тина едва не поперхнулась виски, присоединяясь к его веселью. Дальше уже засмеялась я, в очередной раз убеждаясь, что у меня самые классные в мире друзья. — О! — Даллас резко прекратил громогласный хохот, наверняка заставивший других посетителей аэропорта усомниться в адекватности моего друга. — Посадку объявили. Брукс, не забудь меня встретить. Или, хотя бы, по дороге подобрать. Будь уж любезна. — Если самолет не рухнет от твоего пафоса, Даниэль, — растянув губы в дьявольской усмешке и слыша не очень удачно замаскированный кашлем смех Кристины, сладким голосочком ответила я. — Обязательно тебя встречу. — Сучка! — показав фак в камеру, Даллас отключился. — Он тебе теперь до второго пришествия это припоминать будет, — выдавила из себя подружка, прикуривая.       Даллас терпеть не может свое настоящее имя и всякий раз выходит из себя при его упоминании. Еще в средней школе, мой друг в категоричной форме заявил, что его теперь зовут Даллас. Об этом эпизоде я знала лишь с его слов. При нашем знакомстве, состоявшемся восемь лет назад, он представился уже откорректированным именем. — Сам виноват, — я с завистью покосилась на сигарету в руке подруги. — Может молчать научится! — Даллас даже на съемках не молчит, — Кристина фыркнула. — Радует, что хоть не повизгивает перед финалом, как это бывает в реальной жизни. Помнится во время того тройничка, мы с тобой знатно понизили его самооценку хором заржав в самый ответственный момент. — Тина! — я прервала стихийный ностальгический порыв подружки, пытаясь напомнить, что мы вообще-то не одни. — Ой, — блондинка залпом осушила порцию виски и деланно выразительно посмотрела на часы. — Что-то запиздилась я с тобой, а мне спать пора. Впереди трудный день. Пока, Шеннон. Пока, детка, — звонко чмокнув губами, подруга отсоединилась.       На какое-то время стало тихо, и я с некой опаской посмотрела на Шеннона. Растянув губы в усмешке, он повалил меня на постель, нависая сверху. — Значит, тройничок, мисс Брукс? — прошептал мужчина, целуя меня в шею. — Я даже в некотором роде рад, что ты успела получить такой бесценный опыт. В обозримом будущем тебе это точно не светит. И в необозримом, думаю, тоже. — А мне кроме тебя никто и не нужен, — захотелось самой себе врезать за не совсем уместные откровения, но сказанного было не вернуть. — Моя обожаемая порно сценаристка, — прошептал Шеннон и в его интонации я уловила нотки удовлетворения, сказанным мною.       Он впился в мои губы жадным поцелуем, сразу же скользя в рот языком. О Боги! По всей видимости, наши обоюдные откровения заводят его столь же сильно, как и меня. Мы не говорим о каких-то чувствах, но я вижу, что они есть. Как с моей, так и с его стороны. Пальцы Шеннона скользнули под мое белье, и я еле успела прикусить губу, дабы не спалить себя громким стоном. — Я тебе в кофе подмешаю средство для снижения потенции! — Джей повысил голос, чтобы мы оба услышали. — Вы заебали проверять на прочность мои нервы! Я сказал — никакой ебли в автобусе! Шен, ты дождешься — я же найду способ отомстить. — Может быть вся красота и досталась моему братишке, — с трудом переводя дыхание, Шеннон откинулся на подушку, притягивая меня в объятия. — Однако бонусом к ней пошла вся его подлая сущность! Тебе завидно что ли?! — последние слова он уже крикнул, обращаясь к брату. — Пошел на хер! — откликнулся Джей. — Учись контролировать свои эмоции! — Я так понимаю вы не договорились о маршруте в Венеции? — фыркнула я, начиная понимать причину раздражения братьев. После той ночной поломки автобуса, Джаред плюнул на нашу возню и демонстративно надевая беруши скрывался в своей «комнате». Недовольства нашим поведением не скрывал и открыто его демонстрировал, но при этом о каких-то запретах речи больше не шло. — Да нет, — Шен чмокнул меня в макушку и неторопливо поглаживал волосы. — Вернее и это тоже, но есть еще ряд нюансов, которые мы не смогли урегулировать. Не обращай внимания, Джей очень не любит уступать. Сейчас пар выпустит, подумает и предложит другие варианты. Он просто знает, что теперь ты для меня важнее других аспектов и пытается таким образом уколоть.       Я приподнялась на локте и вопросительно посмотрела на мужчину. То, о чем он вскользь упомянул было очень серьезным или мне просто так показалось. Шеннон улыбнулся и поймав мой взгляд провел пальцами по щеке. Он молчал, и я не знала как на это все реагировать. — Ты мне очень нравишься, Мел, — наконец, сказал Шеннон. — Это я для себя окончательно понял, когда уехал в этот тур. Джей тоже видит, а также знает, насколько это серьезно для меня. Я периодически пытался подобрать эпитет, которым мог бы охарактеризовать твое место в моей жизни. А потом я понял — все очень просто. Ты моя. Моя во всех смыслах этого слова. Подруга, партнерша, девушка, любимая женщина — это лишь слова. Я не повторю этого больше, просто запомни — ты моя. — А ты мой, — тихо ответила я, наблюдая как легкая напряженность отпускает мужчину, и он широко улыбается. — Я это поняла чуть раньше. В твоей квартире. У меня был очень тяжелый разрыв отношений, и я зареклась не ввязываться в это снова. Долгое время мне удавалось следовать своему зароку. А потом появился ты…       Он улыбнулся и мягко поцеловал меня в губы, давая понять, что все будет хорошо. Мы наконец озвучили то, что давно лежало на поверхности и стало так легко, словно гора с плеч свалилась. — Джей, хер с тобой, я согласен переписать ту запись сразу же по возвращению в Лос-Анджелес, — продолжая широко улыбаться и смотреть мне в глаза, вдруг громко сказал Шеннон, обращаясь к брату. — И в Риме мы можем задержаться на пару дней. — На один день, — Джей, с улыбкой появился в поле нашего зрения. — И, пожалуй, не перепишем, а добавим небольшое соло на гитаре, вместо барабанов. Думаю, он прекрасно все понял, но решил не заострять на этом внимание. Засунув руки в карманы, брат Шеннона какое-то время молчал. — Вы классно смотритесь вместе, — вдруг сказал он, с улыбкой глядя на нас.

***

      Рейс из Берлина уже с полчаса как совершил посадку, и толпа встречающих знатно поредела. Далласа видно не было. Вот вечно с ним все не слава богу! Я потихоньку начинала звереть. Устала от бессонной ночи, которую посвятила написанию сценария. Утро прошло в общении с друзьями, а теперь, вместо того чтобы кайфовать в теплой ванне в обществе Шеннона, меряю шагами зону прилета. Усталость и бессонная ночь давали о себе знать. Сняв очки и крепко зажмурившись, я потерла переносицу. Сильные руки обвили мои плечи. Устало улыбнувшись, чуть подалась назад, прижимаясь затылком к мужскому плечу. — Я все же надеялась, что ты отдыхать поедешь, — невольно прикрыв глаза, я отдалась во власть крепких объятий. — Успею, — Шеннон неуловимо коснулся губами моей макушки и развернул лицом к себе. — Сейчас встретим твоего друга и поедем отдыхать.       Практически спустя час после посадки самолета, эта скотина, наконец, явил себя. Ничуть не смущая того, что он оказался последним, Даллас гордо шествовал по залу с таким видом, словно под ногами у него была красная ковровая дорожка. Сдвинув на макушку солнцезащитные очки, он с улыбкой окинул взглядом меня и Шеннона, раскрывая объятия. — Убьешь меня потом! — стеснительностью в проявлении эмоций Даллас не обладал и заорал это на весь зал, заставляя редких пассажиров обернуться. — Иди ко мне.       Сердито выдохнув, я сложила руки на груди, игнорируя магию взгляда этого паршивца. Но друга это абсолютно не расстроило. В несколько порывистых шагов он оказался рядом и сжал меня в объятиях. — Я скучал, злюка, — прошептал он. — А потом еще и багаж проебал. Точнее искал его совсем не там, где надо. Брукс, ты шикарно выглядишь! Теперь точно понятно, благодаря кому. Даллас, — он протянул руку Шеннону, которую тот с ухмылкой пожал. — Мы виделись в Берлине, ну и сегодня по видеосвязи. — Шеннон, — он кивнул, соглашаясь со сказанным и, возможно, вспоминая свою ревность к моему другу. — Наслышан, — перехватив удобнее ручку чемодана, Даллас пошел с нами к выходу. — Мэл не любитель говорить о своей личной жизни, но ты же понимаешь, что я и Тина заебем. Но она стойко держала оборону и не рассказывала о том, кто ты. Тогда в Берлине я тебя не узнал. — Господи, Даллас, заткнись, — я припечатала ладонь ко лбу. — Ты бы еще прочитал лекцию на тему «Не обижай мою подругу, а не то я…». Просто прими как факт, что Шеннон теперь часть моей жизни. И не надо кудахтать на эту тему. Сейчас мы до отеля и отдыхать. Это ты там баб клеил, а я ночью сценарий писала. Так что будь хорошим другом, не трахай мой мозг! — Ты забыла о моем жизненном предназначении, которое не позволит выполнить твою просьбу, — закинув чемодан в багажник такси, мой друг плюхнулся на переднее сидение. — Бухать и трахаться? — иронично приподняв брови я тоже села в машину. — Забудешь о таком! Ты ж с момента нашего знакомства только этим и занимаешься. А последние три года так и вовсе на благо Европы. И как это Штаты отпустили тебя, не понимаю.       Первым заржал Шеннон. Несмотря на то, что он знает меня не так долго, как Даллас, язвительную интонацию распознавать научился практически с самого начала нашего общения. К его веселью присоединился и мой друг, а мне осталось лишь робко улыбнуться таксисту разводя руками и молчаливо извиняясь за поведение своих спутников. — А почему мы, кстати, едем на такси? — прокашлявшись, Даллас обернулся назад. — А как же гондолы, поющие гондольеры и вообще вся романтика города?       Я иронично приподняла брови, немного удивляясь сказанным. Мой друг и романтика понятия такие же совместимые, как новенький айфон и дерьмо птеродактиля. О каких возвышенных эмоциях может идти речь если рабочее время ты посвящаешь ебле, а свободное — загулам в попытках не думать о том, что творится вокруг тебя на работе?! Я и Даллас, имеющие непосредственное отношение к миру порноиндустрии, практически полностью утратили тягу к романтике. Но, стоит отметить, появление Шеннона внесло некие коррективы в мою жизнь. Он тоже не романтик, но как я заметила — проявление каких-то «ванильностей» и ему не чуждо. — Друг мой, ты меня пугаешь, — несмотря на сочащуюся в голосе иронию, я действительно была немного озабочена его душевным состоянием. — Ты влюбился что ли? Нашел в самолете особенно удачное зеркало и пал, пронзенный стрелой Амура, увидев собственное отражение? — Ебать, ты меня раскрыла! — Даллас картинно приложил одну руку к груди, а другой прикрыл глаза. — Странно, что не добавила и физиологическую составляющую данной встречи меня со мной. — Я тебя умоляю! — я, казалось, была глубоко возмущена тем, что он посмел так обо мне подумать. — В жизни не поверю, что ты, в силу рода своих занятий, занимаешься таким низменным делом бесплатно. Даже на самого себя.       Наше такси сбросило скорость перед съездом на Мост Свободы, который, собственно, и соединял материковую часть города с островной. Воспользовавшись этим обстоятельством, водитель с удивлением покосился на меня и друга. Так, кажется, надо или разговаривать потише или отложить нашу словесную пикировку до момента, когда мы останемся без посторонних. — Кстати, открытие карнавала завтра вечером, — долго молчать Даллас действительно не умел. — Уже определились кем хотите быть?       Я с улыбкой посмотрела на Шеннона. У меня до сих пор теплились воспоминания о костюмированной вечеринке в Лондоне, в которой мы приняли участие. Но те костюмы не шли ни в какое сравнение с Венецианскими образами. Когда Джаред сказал, что мы не просто едем в Венецию, а еще и примем участие в карнавале — я все же обратилась к интернету в поисках информации о данном празднике. Признаюсь честно, почерпнутое мною из различных источников в интернете впечатлило меня до глубины души. Я даже представить себе не могла масштабность данного мероприятия. — Нет, — я обернулась к другу. — Но вот для тебя я уже придумала маску! Моретта!       Водитель такси фыркнул и поспешно сделал вид, что сосредоточен на дороге. Как житель Венеции, он наверняка знал, что это за маска и почему я порекомендовала ее своему чрезмерно говорливому другу. Изучая информацию о Венецианском карнавале, я, естественно, наткнулась и на описание основных масок. Одна из них сразу же привлекла мое внимание. Моретта, она же «немая служанка», представляла собой черную бархатную маску без рта. Она держится на лице за счет штырька, который владелец зажимает между зубами, тем самым лишая себя возможности разговаривать. Первый, о ком я подумала при взгляде на маску, был Даллас. Жаль, не прокатит. Маска, во-первых, женская, а, во-вторых, молчать мой друг и правда не умеет. Но чем черт не шутит! Может и на него найдется управа.

***

      Меня разбудил настойчивый стук в дверь. Сдавленно простонав, я с трудом открыла глаза. Вставать не хотелось совершенно, но стук продолжился. Мысленно призвав на голову визитера все небесные кары, я попыталась подняться, но была остановлена сильной рукой. — Лежи, — Шеннон зевнул и поцеловав меня в висок, поднялся с кровати.       Обернув бедра полотенцем, он, почесываясь и судорожно зевая, поплелся открывать, попутно исчезая из поля моего зрения. Я услышала скрип открываемой двери, но… то был первый отзвук надвигающегося кошмара. Второй отзвук тоже не заставил себя долго ждать — обреченное, тягуче-шипящее «Бля» Шеннона. Сонно щурясь, я приняла сидячее положение и уже хотела спросить, что произошло. — Привет ребята, пора вставать, — нараспев начал Даллас, появляясь в комнате. — Одевайтесь потеплее, у нас тут холодно.       Машинально прижав к груди одеяло, я уже хотела поинтересоваться все ли в порядке с головой у моего друга, который приперся отсвечивать своей выспавшейся и лучащейся счастьем физиономией и нес при этом полнейший бред. О каком холоде может идти речь?! — У нас всегда холодно, — раздался следом еще один голос и в спальню зашел Джаред. — Думаете это Майами Бич? Ничего общего! На дорогах опасно, на нас надвигается снежная буря…       Мрачный Шеннон появился последним и с огромной дозой сочувствия посмотрел на меня. Судорожно сглотнув, подтянула одеяло до подбородка. Кажется, сбылись самые жуткие из возможных в реальности кошмаров. Я и представить себе не могла масштаб того пиздеца, который сулил нам тандем Джея и Далласа. — Кажется эти дебилы все же остались вчера смотреть «День сурка», — уточнил мой мужчина, присаживаясь рядом. — Мелани Брукс! — тем временем продолжил «вещать» Даллас, используя в качестве микрофона стеклянную бутылку с минеральной водой. — Девочка заправлена огнем, так что начинайте таять, джентльмены… Потому что она жарче огня. Она горяча! Правильный размер, правильное сложение, правильная прическа, — он взлохматил мои волосы. — Вся правильная. И у нее есть, что сказать… 50 миллиардам пар ваших ушек! Жги красотка… — Иди на хер отсюда, пока не убила! — рявкнула я, в ответ на детский сад с отсылкой к еще одному популярному в прошлом веке фильму. — Трепещите, дамы, — Джей не остался в долгу и подскочил к брату. — Он собирается задавать нам жару. Прямо здесь с пяти до семи. Вы узнаете всё про нашего героя! Его сны…желания… самое интимное из интимного. С моей точки зрения, интимное — его среднее имя. Так скажи мне, малыш…нервишки не шалят? — И «Пятый элемент» тоже посмотрели, — хмуро добавил Шеннон. — Вы совсем уже с башкой не дружите?! Я тебе сейчас такого малыша дам — вмиг детство вспомнишь! Отвернулись нахер оба!       В конце фразы он протянул мне халат, видя, как я судорожно кутаюсь в одеяло, стараясь не светить обнаженным телом. Фыркая, Джей и Даллас отвернулись, а я поспешно накинула халат и туго затянула пояс. Криво усмехнувшись, мой мужчина прижал к себе. Ситуация выходила патовая. Непонятно кто и перед кем должен извиняться. Шеннон за поведение брата или я за Далласа? Кто ж знал, что две занозы в заднице смогут так «спеться». Это поистине адская смесь. Не затыкающийся и гиперобщительный Даллас в паре с умным и не менее пиздливым Джаредом — просто ахтунг! — Шен, если бы я не была уверенна в том, что твой брат не пьет и вообще в принципе ведет здоровый образ жизни — я склонилась бы к мысли, что эти двое чем-то закинулись, — глядя в карие глаза, жалобно простонала я. — Я ведь так надеялась, что будет просто яркий на впечатления день. Старинные костюмы и маски, каналы с гондолами, украшенными по случаю праздника, чуточка романтики, приправленная сексом в какой-нибудь подворотне, — на этой фразе Даллас хихикнул, а Джей обреченно покачал головой. — А что я вижу? — Мэл, я тебе обещаю, — Шеннон засмеялся и потерся щекой о мою макушку. — Мы найдем способ от них избавиться. Кстати, а что вы с Томо сделали? — вдруг опомнился он. — Ничего, — Джей развел руками, поворачиваясь к нам лицом. — Он просто нас на хер послал и сказал, что ему все равно какой костюм надевать. Размеры, говорит, знаете. Короче, он нам даже не открыл.       Мы с Шенноном переглянулись. Во взглядах читалась лишь одна мысль — «Почему мы так не сделали»? Ведь могли бы еще понежиться в уютной постельке, в объятиях друг друга. Ан нет! Приперлись гребаные лицедеи! Как оказалось, два актера, пусть и диаметрально противоположных жанров, сумели найти общий язык.

***

      Даллас крутился перед зеркалом, разглядывая себя со всех сторон. Я не спорю, кожаный доспех с дьявольскими крыльями на спине смотрелся на спортивной фигуре друга просто потрясающе, но блин не торчать же у зеркала по этому поводу час! Поймав мой взгляд в отражении, он широко улыбнулся и подмигнул, проводя рукой по волосам. Я невольно хмыкнула. Даллас красивый — отрицать это глупо. Правильные черты лица, каштановые волосы, карие глаза в обрамлении пушистых ресниц, легкая небритость. Не мужик, а ожившая женская мечта! Крайне редко актеры специфического жанра выглядят привлекательно. Зачастую, даже накачанными телами не блещут. Но мой друг стал тем самым исключением со спортивной фигурой и смазливой физиономией в комплекте. — Если я молчу, не значит, что я ничего не вижу, — спокойный, но с нотками ехидства голос Шеннона моментально разбил даже иллюзорную попытку флирта со стороны Далласа. Никакого сексуально подтекста его псевдоподкаты с собой не несли, но мой мужчина и тут внес ясность. — Я надеюсь ты определился с костюмом? — Да, — Даллас засмеялся, переставая быть коварным соблазнителем. — Остались рога и маска. Мэл, ты вроде какую-то предлагала? Мор… мар… бля, как там она называется? Я прикусила губу, сохраняя серьезный вид. — Моретта, — прокашлявшись, ответила я, подходя к столу, на котором лежали маски.       Искомое нашлось сразу же. Ухмыляясь, я протянула маску другу и выразительно кивнула, словно приглашая примерить. Даллас непонимающе покрутил в руках бархатный овал с прорезями для глаз и штырьком непонятного назначения с внутренней стороны. — Эммм, — он поднял на меня круглые от удивления глаза. — Мэл, а как эту штуку вообще надевать-то? Взяв Моретту из рук Далласа, я развернула ее штырьком к его лицу и, немного не рассчитав силы, резко приложила. — Бля, аккуратнее! — друг дернулся, невольно отшатываясь от меня. — Ты мне чуть зуб не выбила! — Ну так ты рот-то открой, — я ласково улыбнулась. — Чтобы зубы не мешали.       Даллас удивленно раскрыл рот, по всей видимости собираясь ответить мне какой-то колкостью, но я оказалась быстрее. Проворно прислонив маску к лицу друга, я надавила снизу на его челюсть, побуждая невольно сомкнуть зубы, зажимая тот самый штырек. — Ну-ка подержи! — Шеннон вдруг протянул Далласу большую и явно не легкую коробку, которую тот, опять же машинально, взял в руки.       Картинно вскинув голову, старший Лето подмигнул мне, притягивая за талию. Даллас так и стоял, держа в руках объемную ношу и продолжая удерживать маску зубами. Промычав что-то явно выходящее за рамки цензуры, друг кинул на меня такой злобный взгляд, от пламени которого я должна была сгореть на месте. Но он, при этом выглядел настолько комично, что смеха сдержать не получилось. Мы с Шенноном заливисто хохотали, обнявшись, глядя на мычащего Далласа, держащего коробку чуть согнувшись, словно протягивая ее нам в почтительном поклоне. — А вы все развлекаетесь, — Джаред с охапкой вещей зашел в комнату. — О! А это даже удобно!       Он сбросил ворох костюмов прямо на коробку в руках Далласа. Покопавшись на этой импровизированной полке, младший Лето вытащил треуголку угольно черного цвета и белую маску. Не обращая внимания на сопение за спиной, он проворно надел маску и шляпу. — Может ему еще и зеркало дать? — Шеннон задумчиво погладил подбородок, кивком указывая на моего друга. — Неплохой элемент интерьера получится. И главное удобный. — Казанова или Призрак? — я с улыбкой обратилась к Джареду, поправлявшему треуголку. — А это как пойдет, — голубые глаза сверкнули в прорезях маски. — Казанова может сделать свое дело и раствориться как призрак в утреннем тумане. Карнавал всегда опасен, у него много лиц и много смыслов. Иногда его изнанка — смерть, иногда — любовь.       Я почему-то не удивилась, увидев, что Джей выбрал для себя классический образ. Баута, наверное, самая распространённая, но при этом очень практичная маска. Нижняя часть чуть выдвинута вперед, позволяя владельцу есть и пить не снимая ее, сохраняя тем самым конфиденциальность личности, находящейся под ней. Когда-то Бауту носили лишь представители знати, но небезызвестный Джакомо Казанова дополнил ее треуголкой и плащом, тем самым дав начало самому знаменитому образу Венецианского карнавала.       Грохот и последующая за ним тирада, состоящая исключительно из отборных ругательств, дали понять, что Даллас нашел способ «освободиться». — Фу, ну как некрасиво, — я добавила в голос осуждающих нот, глядя на красное от злости лицо друга. — Не подобает мальчику из приличной семьи так выражаться. — Мудаки! — прорычал Даллас, сжимая в кулаке многострадальную маску. — А ты, — он повернулся ко мне. — Королева мудаков!       Резко развернувшись, он стремительно вышел из комнаты для примерок, демонстративно хлопнув дверью. Джаред фыркнул, но удержался от смеха, накидывая на себя плащ. Выглядел мужчина одновременно и таинственно, и волнительно. Самый настоящий Казанова, который надевает маску, покидая очередную даму сердца. — Если ты королева — стало быть мы подданные? — усмехнулся Джей. — Ваше Величество, — Шеннон, не растерявшись, стащил с головы брата шляпу и картинно помахал ею у моих ног.       Джаред закатил глаза, оставляя без словесного внимания детскую выходку. Вернув себе элемент костюма, он демонстративно вытер треуголку о футболку Шеннона. Старший Лето, как ни в чем не бывало, подошел к многострадальной коробке, которую Даллас, уходя, пнул напоследок, и раскрыл ее. — Мэл, я костюмы нам с тобой принес, — улыбнулся мой мужчина, доставая две широкополые кожаные шляпы и протягивая одну из них мне. — Уверен, тебе пойдет. Джей, — он обернулся к брату. — Может выйдешь? — Ой, ну надо же какие мы стеснительные, — маска чуть искажала голос Джареда, но ехидная интонация все равно улавливалась. — Как трахаться в автобусе, так пофиг на всех, а как маску надеть, так «Джей, выйди»! — Там не только маска, — Шеннон с улыбкой снял с себя футболку. — Можешь в принципе остаться пока переодеваюсь я… — Ой, мне этого недостриптиза и перед концертами хватает, — мужчина демонстративно передернул плечами. — Так себе удовольствие. Ладно уж, переодевайтесь, но… — дойдя до двери он резко развернулся. — Без глупостей! Шен, я не шучу!       Джаред вышел из комнаты мягко прикрывая за собой дверь. Я приблизилась к коробке и наклонившись поворошила содержимое. В крайней степени недоумения я распрямилась, держа в руках черное платье и кожаный корсет. Шеннон засмеялся, наблюдая за моей реакцией. — Я не пойму, а что за костюм-то? — я пролистала множество сайтов о карнавале, но не видела на них ничего похожего на то, что достала из коробки. — Терпение, милая, — перехватив из моих рук вещи, Шеннон выразительно кивнул, приглашая меня раздеться.       Пожав плечами, я быстро избавилась от джинсов и футболки. Надеть платье оказалось просто, но вот с корсетом возникли сложности. Развернув меня спиной и негромко матерясь, Шеннон затянул шнуровку. В зеркале я видела, как данный девайс приподнял мою грудь и сделал и без того не слишком целомудренный вырез более откровенным. Сам Шеннон тоже успел переодеться. Черная рубашка с жилетом и вполне себе обычными черными джинсами, разбавлялась черной накидкой, чем-то похожей на плащ, который для себя выбрал Джаред. Пара из нас получилась готично-мрачная. — И последний штрих, — Шеннон протянул мне трость и кожаную маску с огромным птичьим клювом. — Чумные доктора, — улыбнулась я, намереваясь скрыть свое лицо, но была остановлена мужчиной. — Именно — подмигнув, Шеннон сначала поцеловал меня и только потом дал возможность надеть маску.

***

      В комфортном холле отеля, вольготно расположилась весьма колоритная троица. Томо, которого все же достали и уговорили идти с нами, откинулся на спинку дивана и листал какой-то журнал. Он выбрал себе самый простой образ скрыв лицо под маской Вольто, или, как ее еще порой именовали, «Маска горожанина». Это самая «безликая» из всех масок, повторяющая классическую форму обычного человеческого лица. Остальной наряд составлял глухой длинный плащ с капюшоном. — Друг мой, — Шеннон похлопал Милишевича по плечу и тот молча обернулся. — Я надеюсь ты там не голый под плащом? — Иди на хер! — спокойно ответил Томо, возвращаясь к чтению журнала. — Я уже спрашивал, — Джей, продолжил клацать в телефоне и даже не поднял головы. — Но судя по тому, что меня послали туда же — оказался не первым. — Первым я спросил, — Даллас все же прицепил к голове рога, а верхнюю часть лица скрыл обычной черной маской. — Мне молча продемонстрировали то, что по плащом обычная одежда.       Джаред оторвался от девайса и посмотрел на нас. Окинув взглядом костюмы, он одобрительно кивнул. — Конечно, от классики у вас только шляпы и трости, — Джей невольно усмехнулся. — А маски с большой натяжкой походят на венецианские. Я бы вообще предположил, что ты спиздил эту идею из нашего клипа, но не буду. Вы классно смотритесь вместе. Ну, готовы? Только вас ждали.       Из гостиницы мы вышли, когда уже начало темнеть. По счастью до площади Сан-Марко, на которой и проходит основное действо, идти было недалеко. Даллас, словно маленький ребенок, восхищенно крутил головой в разные стороны и пару раз чуть было не растянулся, спотыкаясь на ровном месте. Хотя смотреть явно было на что. Празднично украшенные фасады зданий, расписанные гондолы, скользящие по Гранд-каналу, люди в пестрых костюмах. Веселье и радость ощущались на каждом шагу.       На Венецию постепенно опускались сумерки. По случаю праздника, обычное электрическое освещение улиц практически отсутствовало и было заменено на факелы. В данный момент наблюдалось, можно так сказать, столкновение прошлого и настоящего. По Гранд-каналу проносились современные катера, обгоняя неторопливые гондолы. Пение гондольеров разбавлялось играющей музыкой. Братья Лето, подхватив под руки более медленного Томо, устремились вперед. Я же, наоборот, замедлила шаг и облокотилась о каменные перила моста Риальто, по которому проходил наш маршрут. Происходящее вокруг вызывало противоречивые эмоции. С одной стороны, все было ярко, красочно и необычно. Но с другой, начитавшись историй о мрачной изнанке карнавала мне было не по себе. Словно далекое прошлое коснулось и меня. Даже темные воды этого канала, наверняка, до сих пор хранят множество тайн. — Мэл, ты чего сникла? — Даллас, облокотился спиной о те же перила, пытаясь поймать мой взгляд. — Ахуенно тут! И девчонки кажутся такими доступными, что хоть сейчас бери любую прямо на этом мосту. — За это, как минимум, штраф придется заплатить, — я с улыбкой повернулась к другу. — И кто-то вообще говорил, что наебался на всю оставшуюся жизнь?! — Я?! — Даллас так неподдельно-удивленно округлил глаза, что я фыркнула. — Мало ли что я там говорил. Вот меня прямо накрыло той романтикой! Да одна параллель с «Ромео и Джульеттой» о многом говорит. Не пойму только, если они так друг друга любили и решили не жить — чего не утопились-то?! Благо воды предостаточно! — А при чем тут «Ромео и Джульетта»? — немного мрачное настроение отпустило, и я прикусила губу, сдерживая смех. — Что значит при чем? — друг посмотрел на меня, как на дуру. — А ничего, что именно в этом городе они Богу души отдали?! Тебе надо хоть классику читать что ли… — Радость моя, — рукой в черной кожаной перчатке я ласково провела по волосам Далласа. — Действие одной из самых известных трагедий Шекспира происходит в Вероне, а не в Венеции. Это тебе надо было учиться, а не только о сексе и бухле думать.       Друг прикрыл лицо ладонями и беззвучно заржал. Несмотря ни на что, Даллас умеет признавать свои ошибки и соглашаться с тем, что явно не самый умный человек на этом отрезке суши. Пока он старался успокоиться и не захохотать в голос, я машинально оглядывалась, наблюдая за творящейся вокруг феерией. Поневоле в голове всплывали в голове строчки песни. — Маскарад! — хмыкнув, я негромко процитировала фразу из нее. — Спрячь свое лицо, так мир никогда не отыщет тебя. — Я все равно отыщу, — знакомый хрипловатый голос раздался неожиданно, и я поспешно обернулась.       Шеннон, чуть склонив голову пристально смотрел на меня. Он прислонился к тем же самым перилам, что и я, занимая место Далласа, который, как оказалось, успел уже куда-то смыться. Шеннон протянул руку и обхватив мое запястье мягко потянул на себя. — Мы как два гребаных черных аиста, — я не выдержала и фыркнула. — Может быть снимем маски? Я честно говоря курить хочу ужасно, да и вообще. — Поддерживаю, — мужчина зашел мне за спину и расстегнул ремни, держащие эту адскую херню. — Мне гораздо приятнее смотреть на тебя без маски. Поможешь мне?       Я поправила шляпу и помогла Шеннону избавиться от девайса, скрывавшего его лицо. Не сдержавшись, я порывисто чмокнула мужчину в губы. Он засмеялся и чуть склонив голову, посмотрел мне в глаза. — Какая же ты красивая, — Шеннон притянул меня в объятия, не переставая улыбаться. — Пойдем.       Он мягко сжал в ладони мои пальцы, увлекая за собой. Мы с небольшим трудом пробирались сквозь весьма плотную толпу. На площади и вовсе уже было не протолкнуться. Как ни странно, мы все же успели на церемонию открытия. Я раскрыв рот от восхищения наблюдала парящую на шаре женскую фигурку в костюме ангела и с огромным ключом в руках. Шеннон обнял сзади, чуть подтолкнув к ограждению, позволяя увидеть поистине фееричное зрелище чуть ближе. По Гранд-каналу заскользили гондолы с танцорами. Синхронность движений гондольеров, отточенные па танцоров, полумрак, разбавленный дрожащим светом факелов… Мне казалось, что я попала в какую-то сказку. Или может на несколько минут приподнялась временная завеса, позволяя увидеть своими глазами Венецию из далекого прошлого. Церемония закончилась и люди стали постепенно покидать площадь, желая посмотреть и другие представления проходящие в разных частях города. — Шеннон! — я порывисто обняла мужчину прижимаясь к груди. — Это было просто потрясающе! Я... я никогда не видела ничего подобного! — Мы с тобой еще на карнавал в Рио обязательно попадем, — он с улыбкой обнял меня за талию. — Там тоже очень здорово и тебе будет на что посмотреть.       Мы медленно шли по оживленным улицам. Люди смеялись, пили, пели песни. Атмосфера праздника ощущалась на каждом метре пространства. Я ощущала себя по-настоящему счастливой. А присутствие Шеннона и вовсе возносило мое прекрасное настроение на невиданные высоты. Ближе к рассвету, мы наконец направились в сторону отеля. — Сейчас приду и просто спать завалюсь, — немного сонно пробубнила я. — Нагулялась на полжизни вперед. — Я тебя поддерживаю, — мужчина зевнул, чуть крепче сжимая мои пальцы. — Даже приставать не будешь? — чуть иронично приподняв бровь, я посмотрела на мужчину. — У нас с тобой впереди еще множество совместных ночей, — Шеннон остановился и посмотрел мне в глаза. — Я видел с каким интересом ты изучала информацию о карнавале и рад, что получилось наблюдать все это. Мы смогли пройти по тем самым мостам и улицам, о которых ты читала. Я даже благодарен тебе за пояснения. Например название того самого Моста Вздохов оказывается пошло далеко не от романтической тематики. Я ощущаю небывалый кайф от твоих криков и стонов во время секса, но сейчас я ловлю себя на мысли, что не менее ахуенно видеть твои сияющие глаза. Я счастлив, Мэл. Я пиздец как рад, что ты у меня есть. — Я тоже, — прошептала в ответ, обнимая мужчину за шею и мягко целуя в губы.