Coven

— Как прошло полнолуние? Я надеюсь, ты успел восстановиться? — Да, хён, вполне. Со мной всё хорошо, не волнуйся.       Чонгук заносил в небольшое кафе недалеко от его дома коробку с сушеными травами, расфасованными по бутылькам с маленькими милыми наклеечками, имеющими инициалы Чона. Парень уже далеко не первый год помогал своему другу, доставляя растения, собранные в лесу и перетертые в пыль, которые тот использовал в выпечке. Джин был намного старше парня, но иногда Чону казалось, что он самый большой ребёнок на всём белом свете, однако такое происходило лишь иногда, когда Ким был в приподнятом настроении, пока никто не видел.       Но на самом деле Джин был не так прост, как могло показаться на первый взгляд. Мужчина мог одним прикосновением увидеть человека насквозь. Прочувствовать эмоции, услышать мысли, увидеть прошлое и будущее, понять, что не так, а так же чем он может помочь. Каждый, кто заходил в кафе, ради которого Джину пришлось работать больше пяти лет на клан Минов, испытал на себе его дар сполна.       Совместный бизнес с Чонгуком процветал. Джин знал своё дело, поэтому он с лёгкостью мог подобрать лекарство, которое бы избавило человека от его недуга. Будь то нервный срыв, головная боль, небольшая язва желудка или что похуже. Джин мог многое, но люди едва ли могли понять, что именно он приносит им выздоровление. Сокджин славился своей потрясающей выпечкой, которую подбирал для каждого индивидуально, выполняя заказы горожан. А некоторые из трав, собранных Чонгуком, которые он выращивал сам, имели ещё большую силу, ведь за ними приходил их хозяин, поэтому они отдавались без остатка, помогая ему держать мир в равновесии. Природа сама выбрала Чонгука, и никакие верховные не могли это изменить. Вместе они были неплохой командой на протяжении многих лет. — Чонгуки, а ты просто вышел на балкон или лежал на земле? — подходя ближе, спросил Джин, стараясь выудить информацию без применения силы. — Какая разница, хен?       Не успел Чонгук обернуться, как мужчина, схватившись за запястье, закрыл глаза, опуская голову. — Я так и знал, дрянной мальчишка! Ты истощен! Снова! — закричал Ким, сжимая руку сильнее, открыв глаза. — Джин, отпусти, со мной всё хорошо. Я уже в порядке, просто были проблемы, которые я должен был решить, — вырвав руку, ответил младший, заглядывая в самую душу мужчины, пытаясь мысленно объяснить, что с ним уже всё в порядке. — Я понимаю, что она выбрала тебя! Но ты, мать его, не верховный! Ты не можешь решать всё за них, это их работа! Ты умрёшь, разгребая это дерьмо! — Джин на одном дыхании выдал оглушающую тираду, почувствовав боль младшего, что разрывала парня изнутри.       Ким любил Чона, заботясь о нём с самого детства, поэтому он так сильно боялся потерять своего маленького брата.       Дом Сокджина находился недалеко от поместья Чонов. Какими бы сильными не были Кимы, их семья не входила в тройку избранных, поэтому они спокойно занимались своими лекарскими делами, не вмешиваясь в жизнь поднебесной и уж тем более не рвали глотки друг другу за место верховного, ведь знали, что их предназначение имело немного иной характер.       Мальчик с самого детства мог чувствовать других людей, стоило коснуться их. Поэтому Джин сполна насытился грязью, что лилась из людей, которые приходили к его родителям за помощью, а сами желали смерти. Ким отстранился от всех, считая, что лучше оставить свой дар в покое, не растрачивая его на неблагодарных созданий и остаться одному. В минуты, когда мальчик решил больше не иметь дело с этими отродьями, что играли свою роль жертв, выпрашивая помощи у Кимов, он встретил маленького Чонгука, что протянул ему свою ладонь в знак знакомства, сбежав из дома, обрекая охранников на смерть. Джин почувствовал свет, который излучал мальчик, держась за его крохотную и слабенькую руку. Ким заглянул в будущее, видя, что ждёт Чона, но решил оставить всё в тайне. Уже тогда он знал, что мальчишка останется с ним до конца, поэтому с радостью стал другом Чонгука, несмотря на разницу в возрасте, которая иногда стиралась между ними, стоило остаться наедине за закрытой дверью. Сокджин защищал младшенького от всех невзгод, стараясь всегда находиться рядом с Чоном. — Ладно, извини, что накричал. Просто я волнуюсь за тебя, — потрепав Чонгука по голове, произнёс старший. — Ничего, Джин. Я просто не могу оставить их: они надеются на меня и верят, что я буду рядом. Ты же, как никто другой, знаешь, что всем плевать? — Хорошо, сейчас я закрою эту тему, но мы всё равно вернёмся к этому разговору. А теперь расскажи мне, что за мужчину я увидел в твоей голове? И самое главное, почему он занял твои мысли? — немного успокоившись, спросил Джин, расставляя склянки на полочки. — Что? Не понял, о чём ты? — невольно сглотнув, произнёс Чонгук. — Ну, тот русоволосый мужчина, плечистый, высокий, как по мне, очень даже красивый. И ещё маленькая девочка, которая приходила к тебе. Если ты надеялся, что я не узнаю, то ты дурачок, — улыбнулся мужчина, протягивая пустую коробку парню. — Нет... Никто не занимал мои мысли. Просто это новые соседи, я, видимо, просто запомнил их, вот и всё, — будто пытался оправдаться парень, забирая коробку из рук мужчины, на что Джин склонил на бок голову, продолжая улыбаться, а в глазах виднелись огоньки, что были зажжены неподдельным интересом. — Гу-гу, мы сделаем вид, что я поверил тебе. Но знаешь, кажется, твоё сердце тоже запечатлило его. Такие, как мы, любят лишь раз в жизни. Не ошибись.       Чонгук смущённо опустил глаза, испытывая странное чувство, будто он раздет, а Джин видит его и даже не стыдится, пытаясь отвернуться или закрыть глаза. Мужчина коснулся плеча, поглаживая парня, заставляя почувствовать поддержку со своей стороны. — Не стесняйся, дорогой. Тебе уже двадцать три, пора бы уже. — Да чего пора-то?! Что ты заладил? Это просто мои новые соседи, так что умерь свой пыл. Иди себе кого-нибудь найди, а то, кажется, у тебя проблемы, хен, очень большие. — Хорошо, Гуки, я не буду на тебя давить. Ты сам всё поймёшь. — Айщ, какой же ты невыносимый! — уже на выходе взвыл младший, глядя на ехидную улыбку Джина. — Беги домой, Чонгуки, тебя там ждут. — А откуда? — спросил немного растерявшийся Чон, который не знал о всех способностях мужчины. — Удачи! — помахал рукой старший, будто выгоняя Чонгука навстречу своему будущему, которое было ему известно.       Чонгук вернулся домой, всё ещё прокручивая в своей голове мысль, которую саморучно вбил старший. Неужели его грёбаное глупое сердце сделало свой выбор. Да ещё какой. Не прекрасная ведьма под стать самому Чону, а какой-то мужчина, которому Чонгук не по душе.       Природа сыграла злую шутку со всей нечистью этого мира: лишь один раз в жизни они могут расстаться с душой и отдать её своему избраннику, никак иначе. И вот теперь Чонгук боится, что его душа отдана бесповоротно, но, кажется, её не примут, ведь он не миниатюрная прелестная девушка, а крепкий высокий парень с причудами, который по совместительству подрабатывает хранителем леса.       Чон сел на кухонный стул и взвыл, чувствуя безысходность всего своего положения. Неужели он будет одинок всю свою жизнь из-за этого мужчины, который совсем не подходит на роль жены ведьмака одного из главных кланов ковена. А ещё Мэй. Малышка Мэй, которая не сможет понять таких вещей, как выбор его дурацкого глупого сердца.       Всё, что оставалось Чонгуку, так это просто плыть по течению жизни, отдав себя полностью на волю судьбы. Если ему будет суждено быть рядом с этим человеком, то он ничего не сможет изменить, а если это просто ошибка природы, что решила поиздеваться над ним, то он примет участь одиночки и продолжит дело своей жизни.       Проведя весь день с Мэй, Тэхён был вымотан, впрочем, как и всегда. Вместе с дочерью Ким выбрал новый диван, что так прекрасно вписался в их гостиную. А ещё пара новых кукол пополнила коллекцию девочки. — Как тебе наш новый сосед. Ну тот, к которому ты сбежала вчера? — убирая грязную посуду со стола, произнёс мужчина, привлекая внимание дочери, что доедала конфету, облизывая пальцы, которые измазались в молочном шоколаде. — К чему ты клонишь? — облизнув последний палец, спросила Мэй. — Просто решил узнать. Ты так много говорила о нём, поэтому я интересуюсь. Он тебе понравился? — нервно протирая тарелку, спросил мужчина, едва не роняя посуду на пол. — Ну да, оппа очень красивый, а ещё он волшебный. — Да-да, я помню об этом, ты уже говорила. Ладно, беги в свою комнату. У меня ещё много работы, только не усни, пока я не приду, и дождись меня. — Хорошо, — девочка встала из-за стола, — Пап? — Да. — Мужчина перевел взгляд на свою кроху, что с прищуром смотрела на него. — Оппа тебе тоже понравился? — Нет, с чего ты взяла? Как он мог мне понравиться? Ты чего?       Девочка развернулась и направилась на второй этаж, манерно топая своими ножками по паркету. — Юная леди, что ты там себе напридумывала?!       Ким улыбнулся, вешая полотенце на плечо. За окном Тэхён увидел солнце, что освещало землю последними лучами, заходя за горизонт. Внезапно вдалеке мужчина заметил парня, что стоял, будто прибитый к стене собственного дома гвоздями. Взгляд тут же упал на то, что, как показалось Тэхёну, напугало Чона. Напротив стоял огромный серый волк, что медленно приближался к парню, виляя своим хвостом, загоняя Чонгука, будто жертву, в угол. Сбросив с плеча полотенце, Тэхён выбежал из дома и направился в сторону Чона, попутно захватив железную трубу, что была куплена для новой детской качели. В голове метались сотни мыслей, но ни одна не говорила, что Ким может пострадать, если сейчас же не остановится. Подбежав к парню, он оказался слишком близко к зверю, что обернулся на мужчину, едва он пересёк линию ограды. Глаза волка сверкали ненавистью и злобой, прожигая Тэхёна взглядом насквозь. Зверь резко бросился прочь, скрываясь за деревьями, оставляя Кима в полной растерянности. Человек, проживший всю свою жизнь в огромном мегаполисе, никогда не видел хищного зверя так близко. Как только Ким опомнился, то заметил, как парень всё ещё стоит возле стены, а по руке стекает струйка крови, капая на землю. — Господи, он ранил тебя! — мужчина подбежал, поднимая руку парня выше уровня сердца, стараясь хоть немного остановить кровотечение. — Рана не глубокая, пойдём, я всё исправлю.       Придерживая Чона за талию, позволяя опереться на себя, Тэхён занёс парня в дом, видя, что Чонгук в шоке от того, что только что произошло. — Так, посмотри на меня! — Тэхён положил ладони на лицо парня, пытаясь вывести Чона из ступора, в который Чонгук был погружен. — Где у тебя аптечка? Где аптечка, посмотри на меня!       Парень смотрел на мужчину, видя напротив лишь глаза, глубокие, поглощающие в свой омут, заставляя теряться ещё сильнее. Лёгкая пощечина заставила Чона вернуться в реальность. — А? — Слышишь, жди меня здесь.       Мужчина схватил полотенце, обмотал руку парня и убежал, оставляя Чонгука одного. Через пару минут Ким вернулся с оранжевым ящичком с красным крестом на боковой стенке. Как только мужчина принялся за дело, парень отрубился, падая на руки Тэхёна. — Какой ты тяжёлый! — старший поднял парня на руки, относя его в гостиную, укладывая на пол.       Зашив рану, Ким наложил повязку, переложил Чонгука на диван, укрывая пледом, что лежало на кресле. Достав нашатырный спирт и ватку, Ким поднёс её к носу парня, чем заставил его прийти в себя. — Что? Что произошло? — парень попытался вскочить, но вовремя был остановлен крепкой рукой, что вернула его в горизонтальное положение.       В глазах читались страх и непонимание всего происходящего. За всю жизнь, Чон ни разу не подвергался нападению своих родных, он был шокирован, чувствуя предательство со стороны мира, который он бережно охранял. — Так, я зашил твою рану, она была неглубокая, но тебе придётся ещё пару раз прийти на перевязку, а сейчас ты должен полежать.       Чонгук послушно кивнул, видя, как мужчина улыбается, глядя на парня, что похож на маленькую испуганную птичку. — Ладно, сейчас ты всё равно мало что скажешь, мы поговорим потом об этом, Мэй могла меня потерять, поэтому завтра приходи к нам в любое время.       Тэхён исчез из дома, оставляя Чона наедине со своими разъедающими изнутри мыслями. Парень долго смотрел в потолок, пытаясь понять, что же всё-таки произошло.

***

— Ани! Чёрт подери, Ани, где ты?       Мужчина ворвался в дом, обыскивая комнаты, попутно стягивая галстук и отбрасывая его в сторону. Поднявшись на второй этаж, он попытался открыть дверь, но она была заперта. — Ани, мне уже сообщили, открывай эту чёртову дверь, иначе я выломаю её.       Из комнаты послышались шаги. Перед мужчиной показалась промокшая грязная девушка с заплаканными глазами, укутанная одеялом. — Юнги-я, кажется, я совершила ошибку.