Если ты меня оставишь...

Карли Уильямсон       — Надо валить отсюда!!! Истошный вопль отвлёк меня от мрачных мыслей по поводу разбитой головы и грозящих шрамов. Я недоуменно озираюсь и понимаю, что остальные тоже ничего не понимают. Новый крик заставил обернуться в сторону леса, откуда выскочил проклятый лось. Что там? Неужели ещё один?       — Пожар!! — истошно орёт Лекси. На её лице был написан такой ужас, и бежала она с неимоверной скоростью, что я как-то и не сомневалась в её словах. Не шутят такими вещами. Я завороженно смотрела ей за спину. Меж деревьев струился лёгкий дымок. Детектив первым сбросил оцепенение и, пулей вылетев из машины, скомандовал:       — Бегом за зверьем! Мы срываемся с места. Как зайцы, пять человек несутся по лесу, что есть духу улепетывая от стихии. Надеюсь, мне только кажется лёгкий запах гари? Потому что, если нет, это скверный знак. Значит мы бежим не достаточно быстро, и огонь настигает. Голова отзывается болью, но я плюю на это. Потом! Всё потом! Что бы там ни было, бежать я могу — значит подождёт... Я перепрыгиваю поваленный ствол и на миг сбиваюсь с темпа, но Лекси догоняет меня и, схватив за руку, подгоняет истошными воплями. Остальные немного нас опережают. Бежать, бежать, бежать! Мимо то и дело мелькают то куцый заячий зад, то роскошный беличий хвост, то ветвистые оленьи рога, от которых Джесс, кстати, едва уворачивается. Олень проносится совсем рядом с ней, и его рога вспарывают воздух в дюйме от её виска. В боку начинает колоть. В лёгкие проникает удушливая гарь, заставляя кашлять на ходу. Теперь уже определённо воняет. Дым клубится. Ещё светлый, но уже куда более плотный, чем поначалу. Надо ещё наддать! Раз-два, раз-два... Левая-правая, левая-правая... Стараюсь выключить мозг и дать телу самостоятельно спасать себя. В иных ситуациях лишний раз думать определённо вредно. Это тренер Ньют прочно вбил нам в голову. Он стремится превратить нас в машины, запрограммированные выполнять определённый набор действий. Довести наши программы до автоматизма. Отключить мозг, позволить телу делать то, что оно и так умеет. Мы же не думаем об алгоритме действий когда встаём утром с кровати. Типа сесть, свесить ноги, поставить их на пол, встать... Нет, это происходит на автомате. Вдох-выдох, вдох-выдох... Кажется, я перестаралась с отключением мозга, потому что не сразу соображаю, почему лечу на землю и почему так больно. Отжимаюсь и оглядываюсь через плечо. В чёрных клубах дыма видны первые всполохи, первые языки пламени, с треском пожирающие плоть деревьев. Смотрю на свою ногу. Я угодила в огромный капкан. Медвежий, наверное... плотно держит голень, причиняя сильную боль. Кажется, кость раздроблена. Ко мне возвращается Лекси и орёт:       — Чарли, скорее сюда! Вытащи её! Успеваю ещё удивиться такому фамильярному обращению. Она сгоряча хватается за стальные челюсти и пытается их разжать, но без толку. Они даже не шелохнулись, зато Лекси поранилась о зубья, а я визжу от нестерпимой боли. Подбегает Кенсингтон. Мимолетный взгляд на меня, за мою спину — и я вижу в его глазах принятое решение.       — Помоги! - кричит Лекси. Лекси его не видит. Она ещё не поняла. Круглый зрачок вороного ствола пистолета смотрит мне прямо в лицо. Грохот выстрела я уже не услышу... Лекси Брукс Оглушительный грохот на секунду сбил меня с толку. Я это уже слышала! Выстрел! Карли медленно заваливается на землю. Я что-то заорала, но сама себя не услышала. Чарли поднял меня с земли. По движению его губ поняла, что он кричал что-то вроде "бежим скорее". Он потащил меня вслед за девчонками. Они обогнали нас довольно прилично, пока мы возились с Карли. О, нет! Осознав, что он сделал, я споткнулась, но его руки не отпустили и не дали мне скопытиться. Не верю! Он не мог так поступить! Это же Чарли! Я ведь его знаю, как не знает никто! Не может этого быть! Бешеная, бешеная скорость. Мы бежали наперегонки со смертью, почти лижущей наши пятки. Слух понемногу возвращался. Чёрный дым клубился, вызывая слезы и надсадный кашель. Мара и Джесс впереди остановились и о чем-то спорили. А между деревьями-то наметились явные просветы. Мара толкнула Джесс куда-то вниз и сама сиганула следом, исчезнув из виду. Там что, обрыв?       — Быстрее, Лекси, — заорал Чарли и ещё ускорился. Я еле за ним поспевала, его ноги гораздо длиннее моих. Вот мы оказались в том месте, где минуту назад были девчонки. Под нами бурлила река. Вот Мара вынырнула с Джесс на руках. Я не успела понять, что это может значить. Чарли, поцеловал меня, толкнул вслед за ними.       — Я не умею пла... — поздно! Уже лечу вниз. В фильмах, когда герой рассказывает о подобных ситуациях, обязательно говорят что-то вроде: "вся жизнь пролетела у меня перед глазами". А вот и нифига подобного! Я даже испугаться толком не успела, как ухнула под воду с головой на добрых пару ярдов. Клянусь, я натурально услышала мерзкий хруст, несмотря на воду вокруг. Как будто он прошёл сквозь все моё тело до самых ушей. По венам, по костям, по мышцам и жилам. И только после этого меня накрыла волна нестерпимой боли. Я завизжала, выпустив изо рта стайку пузырей, и сделала резкий вдох прежде, чем, ослеплённая болью, успела сообразить, что за этим последует... Лили Адамс Искренне, от всей души надеюсь, что этим двум уродам воздастся по заслугам! Это ж надо такое придумать! Команду он сколотить решил! Не было менее радикальных способов что ли? Как? Ну как можно было забыть про лекарство, зная, что мы можем без него умереть? Вот ведь урод! Это он виноват, что Бри не стало! Ой, мамочки! Как же мне теперь без неё жить-то, а? Слезы с новой силой катятся из глаз, в голове бьётся единственная мысль: я осталась одна, я осталась одна. Ужас какой! Горе! Всеохватывающее горе накрывает меня с головой. Как дальше быть — решительно неясно. Воздух в старой захламленной башне пропитан пылью и затхлостью. Ещё и гарью какой-то воняет. Что тут горело и почему, меня мало интересует. Слёзы не прекращаются, но до моего затуманенного сознания начинает потихоньку доходить, что что-то не так. Почему я кашляю? Поднявшись с пола, подхожу к окну и на миг цепенею. Сплошная стена огня летит прямо на вышку. Чёрный дым клубами взмывает вверх. Сорвавшись с места, я, как могу, быстро спускаюсь по лестнице. Дышать трудно. Глаза щиплет. С последних пары ярдов я, не выдержав, прыгаю. Приземление не самое изящное, тренер бы точно не одобрил! Вот ведь черт! Он же остался в лагере! Пулей лечу туда, играя с огнём в догонялки. Белые лоскутки от футболки Лекси служат мне прекрасной путеводной нитью. Быстрее, быстрее! Вот и лагерь, наконец-то. Ньют сидит рядом с Бри спиной ко мне.       — Пожар! — верещу я. Он оборачивается и цепенеет точно как я недавно. Достигнув его, я отвешиваю ему пару оплеух, чем привожу в чувство. Опомнившись, он хватает меня за руку, и мы вместе бежим в сторону давешней реки. Невыносимо оставлять сестру на съедение огню, но выбора попросту нет. Нам надо спасать свои шкуры, а ей уже не помочь... Это что, река?! Вопль разочарования срывается с моих губ! Да у меня дома ванна шире! В этом ручейке не то что пожар не пересидишь, в нём хрен поплаваешь!       — Бежим дальше! — орёт Ньют. Можно подумать, я спорю. Эта фигня ещё и огонь не остановит, деревья на том берегу слишком близко, а пожар-то верховой. Дым клубится вокруг, лёгкие разрываются, исторгая кашель. Глаза слезятся. Слишком медленно! Сверху уже сыплются горящие ветви. Жар нестерпимый! Молодое деревце, свалившись, преградило нам дорогу. Ну, вот и всё. Мы в западне. Оглядевшись, Ньют валит меня на землю и падает сверху. Бесполезно. Думаю, он тоже это понимает. Сквозь удушливый кашель шепчет: "Прости". И смыкает пальцы на моём горле. Удивлённо распахиваю глаза. Он что, сбрендил? Зачем ему меня убивать, если я вот-вот и сама прекрасно сдохну? Увидев слезы в его глазах, понимаю — нет, он меня не убивает, а спасает. Дарит лёгкую и безболезненную смерть.       — Прости за Бри, — снова говорит он. Прощаю, тренер. Если подумать, это ведь и правда была случайность. Ты не желал ей смерти и никак не мог предвидеть. Прощаю. Но сказать этого уже не могу. Я умираю с надеждой, что он успеет задохнуться прежде, чем огонь до него доберётся...