Треск стекла

      В детстве многим родители говорили фразу: будешь много смеяться, потом будешь много плакать. Кто-то запросто отмахнулся от этой глупости, продолжая весело гоготать с друзьями, а для кого-то изречение стало мантрой на всю жизнь.       Света не верила в «и жили они долго и счастливо». Она всегда ждала подвоха после затянувшегося спокойствия и мира. С мужем все хорошо, по крайне мере, выглядит хорошо; на работе тишь и благодать, даже повышение по карьерной лестнице близится, и не потому что «мой муж тут самый главный начальник»; с Вероникой сплошь понимание, идеальные ночи и совершенные завтраки по утрам. В стабильном распорядке дня Светы красной нитью шла заповедь, переданная матерью: будешь много смеяться, потом будешь много плакать. Она и трансформировалась со временем в «затишье перед бурей». — Малыш, перестань, — Вероника закидывала вещи в стиральную машину, пытаясь удержать телефон плечом. — Да я не говорю, что ты глупая… Ну и что? Некоторые, вон, черных кошек боятся, и что? Да перестань ты… Понимаю… Знаю… Света, ну, честное слово, все будет хорошо.       Подобные разговоры затевались Светланой все чаще и раздражали Веронику все больше. Ей казалось, что девушка видит проблемы там, где от них и следа нет. Да, ситуация, конечно, несколько нестандартная, но это не означало, что нужно впадать в депрессию и постоянно винить себя во всех смертных грехах. Если ты выбрал для себя что-то, то, будь добр, неси за это ответственность. Так считала Вероника.       Вероника не верила во всякие приметы, никогда не смотрелась в зеркало, если приходилось возвращаться, а уж тем более считала полной глупость последние Светины переживания.       Как можно так циклиться на том, чего может и не случиться? Зачем насильно притягивать неприятности? Ведь все хорошо, легко и просто. Вероника плыла по течению. Она погрузилась в спокойствие и негу, наслаждаясь мгновением. Поэтому Света начинала напрягать. Постоянная настороженность, ожидание подвоха, напряжение и, как следствие, непонимание, недовольство друг другом и учащающиеся ссоры. — Света, мне кажется, мы это уже обсуждали, — на сковороде шкварчало мясо, было плохо слышно, поэтому Вероника говорила громче требуемого. — Я тебе повторяю, что не хочу, почему ты не можешь услышать? Света… Свет… Да ты можешь меня послушать и не перебивать?! — на том конце провода затихли, и Вероника взяла себя в руки, чтобы не начать орать, как в прошлый раз. — Милая, я совсем не хочу с тобой ругаться. Мы миллион раз обсуждали тему отпуска. И мне кажется, я доступно объяснила свою позицию. А ты упираешься и не можешь посмотреть на ситуацию под другим углом… Что? Ты издеваешься?! Света! Да твою же мать… — Вероника задела сковородку, та упала на пол, брызги подгоревшего масла разлетелись по всей кухне, кусок мяса улетел в угол под стол, и это стало последней каплей. Вероника бросила трубку.       С того дня прошла неделя. Девушки избегали друг друга на работе и не виделись вне стен офиса. Звонков не было, как и сообщений. У каждой на это был свой мотив. Вероника устала от депрессий и негатива, постоянного нытья и ожидания катастрофы. Более того, Вероника не верила в то, что Света вообще понимает, что такое настоящее горе. Света же была обижена. Ей было больно, что родной и близкий человек не понимает ее, издевается и относится к ее проблемам с насмешкой. Каждая молчала. Каждая не шла на разговор.       В гаснущий костер нужно подкидывать новые поленья. Поддерживать его. Да, иногда не просто найти дрова. Нужно тепло одеться, выйти в холодный темный лес, замахнуться топором и потратить несколько часов, чтобы нарубить топлива для огня.       Вероника не хотела заморачиваться. Свете же было жалко себя. Два любящих человека отходили друг от друга все дальше, отнимая у себя возможность на счастье. — С тобой все в порядке? — Костя обычно не лез к жене с расспросами. Его устраивало сложившееся положение дел. Он трахал молоденьких сотрудниц, а его милая жена придавала весомости его статусу финансового директора в нужных кругах. — Нет, не в порядке, — Света измотала себя и у нее не было сил на очередную ложь мужу. — Я хочу развод. — Прости? — Я ухожу от тебя. — Сегодня первое апреля? — Мы совершенно не подходим друг другу. — Ты съела испорченные суши сегодня? — Ты никогда меня не понимал. — У меня есть хороший доктор, позвонить ему? — Мы всегда были на разных волнах. — Он даже на дом может приехать. У тебя есть полис? — Тебе важна карьера, деньги, статус. — Если нет полиса, можем оформить по страховке. Это ведь страховой случай? — А мне нужна любовь. Мне нужна она. — Если это что-то серьезное, то я договорюсь с Борисычем, он все устроит по высшему разряду. Ты ведь родилась здесь, да? — Костя. — Света? — Я ухожу…