В историю трудно войти, но легко вляпаться

Чимин, сколько себя помнит, всегда был довольно совестливым человеком. Сделать кому-то гадость и тут же забыть о случившемся — для него что-то из ряда вон выходящее. Если он шёл за покупками, и ему не хватало на кассе пары вон, а знакомый продавец говорил что-то типа «завтра занесёшь», то он действительно заносил. Ещё и спасибо раз десять говорил. Ещё он совершенно не брал взяток. И это вечно выходило ему боком. Он-то не брал, а вот директор их школы… очень даже. И попробуй потом только тому что-то сказать об исправленной оценке в журнале — мигом премии лишит. Чим и хотел бы быть таким же непробиваемым, но голос у его совести такой громкий, что даже самый большой церковный колокол позавидует. И именно из-за этого голоса он уже неделю как страдал. Причём в прямом смысле этого слова. Визитка доктора Мина Юнги уже в кошмарах начала ему сниться. Стоило Чимину только закрыть глаза, как он тут же видел перед собой недовольного гинеколога, требующего денег за свои испорченные дорогущие туфли. Причём «дорогущие» тут совсем не преувеличение. Их марка — чуть ли не единственное, что чётко запомнил Чим с того вечера. А стоило погуглить их рыночную стоимость — ему всерьёз захотелось уехать куда-нибудь вглубь Китая и прожить там всю свою оставшуюся жизнь. Ибо отдавать пять своих зарплат за чьи-то туфли — это явный перебор. Их же легко можно очистить! Если он всё же выплатит долг, а так оно и будет, ибо совесть не дремлет, ему даже сотни вон не останется… Поборов в себе стойкое желание вбить в поисковик «Гугл, как прожить пять месяцев без еды и воды», Чимин, чувствуя себя маленьким пушистым зверьком, блуждающим по пустыне, над чьей головой летает огромный голодный стервятник, очень похожий на туфли Гуччи, набрал простое «Доктор Мин Юнги отзывы» и принялся таким странным способом «знакомиться» с гинекологом ближе. Чем больше он узнает о личности Юнги, тем выше у него шанс договориться с тем об отсрочке выплат. Ну в самом деле, не станет же интеллигентный человек силой выбивать деньги из бедного учителя? Тем более если этот самый человек в финансах явно не стеснён. Открыв первую попавшуюся ссылку, ведущую на популярный женский форум, Чимин тут же с головой окунулся в мир родов и прочих гинекологических прелестей. Хорошо, что хоть, делясь своими впечатлениями о пребывании в роддоме, женщины не забывали упоминать и о нужном Чимину докторе. Спустя десять страниц маленькие глаза Чимина уже всерьёз начали походить на два больших блюдца. Как хорошо, что он родился мужчиной! Лучше дважды в армию сходить, чем один раз в роддом! Быстро пробежавшись взглядом по очередной слезливой истории родов, Чим, выцепив среди охов и ахов новоиспечённой мамаши гонорар доктору, глубоко вздохнул и, глянув через окно во двор, невольно начал–таки присматривать тропинку для побега в Китай. Платили Юнги обычно в районе тысячи долларов. А если он ещё и консультировал по поводу грудного вскармливания, цена тут же увеличивалась вдвое. Имея такой доход, Юнги явно будет сложно понять трудное финансовое положение Чимина. А если учесть ещё и то, что слова «хамло», «самовлюблённый» и «без денег даже не подойдёт» встречались почти в каждом комментарии, Чимину даже заикаться об отсрочке не стоило. Неужели таки придётся брать кредит? И чего его на пол или стену не стошнило? Сейчас бы не было никаких проблем… Стукнувшись лбом о стол, Чимин, закрыв глаза, сделал себе мысленную пометку в понедельник в срочном порядке поехать в Сеул и узнать там насчёт кредита. Он уже неделю как должен был позвонить Юнги и решить с тем все вопросы, вероятно доктор уже считает его совершенно безответственным человеком, не желающим платить по счетам. Подобный расклад абсолютно не устраивал Чимина. Несмотря на инцидент с туфлями, Мин вел себя довольно доброжелательно, да и бровь зашил крайне аккуратно, так что, отдельно от компенсации, отблагодарить того всё же стоило. Но как? Что он там хотел? Кофе, чай, минет? Насчёт последнего доктор явно пошутил, а вот презентовать хороший кофе или чай было бы весьма кстати. Осталось лишь разобраться с деньгами.

***

Юнги всегда подозревал о том, что вселенная на него за что-то дико зла. Иначе как объяснить то, что под конец рабочей смены у него почти всегда случается аврал, он не знал. Едва он успел принять двойные роды, как скорая привезла мадам под сто пятьдесят кило веса с двойней в животе и отслойкой плаценты. Вместо того, чтобы сразу отправиться в операционную, он почти полчаса потратил на то, чтобы убедить её в необходимости кесарева сечения. Мадам упиралась, как только могла, желая родить сама. Когда лимит терпения Юнги был превышен, и он почти кинул ей в лицо бумагу, велев писать расписку о том, что в случае смерти плода он никакой ответственности не несёт, мадам, на своё счастье, всё же дозрела и дала добро. Операция была сложной, но Юнги же гинекологический бог — справился. Сдав смену, он, подобно Зевсу, метая гром и молнии, отправился в бар. Закадычные друзья обнаружились за любимым столиком у окна. Судя по количеству пустых бутылок из-под пива и соджу, они заседали тут уже не первый час. Вот же лодыри, похоже в их компании работает только Юнги. Плюхнувшись на стул, Юнги привычно злобно зыркнул на каждого и хрипло проговорил: — Смотрю, все в сборе. Вы вообще когда-нибудь работаете? — Работаем, — весело кивнул Тэ. — С восьми утра до пяти вечера. — Везёт же некоторым… — выплюнул Юнги, заказывая себе выпить. — У меня вообще выходных нет. То роддом, то консультация, то грудное вскармливание налаживаю. Хочу в отпуск. — Грудное вскармливание? — громко рассмеялся Джин. — У тебя же даже сисек нет! Что ты можешь о нём знать? — Сисек нет, а сертификат специалиста есть, — гордо поведал Юнги. — Ко мне на приём за три месяца записываются. — Хён, это уже потолок, — тяжело вздохнув, проговорил Чонгук. — Ты скоро на деньги мастурбировать начнёшь. — Если ещё не начал, — вставил свои пять копеек Джин. — Не начал, — раздражённо отмахнулся Юнги. — Мне внимания хватает. Даже в роддоме покоя нет. Недавно одна роженица ко мне на осмотр заявилась в чулках и кружевном пеньюаре. Стоит такая вся красивая, с огромным животом, глазки строит. — А ты что? — оживился Тэхён. — Телефончик взял? — На клизму отправил, — с совершенно нечитаемым лицом ответил Юнги. — Там раскрытие ускорить нужно было. — Ну ты блин… — не нашёлся что сказать Джин. — Горбатого могила исправит. — И за что тебя вообще пациентки так любят? — хмыкнул Чонгук. — Да я был в этих женщинах глубже, чем их мужья! — фыркнул Юнги. — Ещё бы не любили! — Это весьма сомнительный повод для гордости, Юнги, — закатил глаза Чонгук. — Так, хватит о работе, — скривился Юнги, так не вовремя вспоминая о мадам с двойней. — Я вас не для этого звал. — А для чего? — заинтересованно оживился молчавший до этого Хосок. — Помните, я недавно прямо из бара на роды поехал? — поинтересовался у друзей Юнги, и, дождавшись утвердительных кивков, продолжил: — Я там такое чудо симпатичное встретил. Чудо чуток налажало, и я дал ему свой номер. Неделя прошла, а в ответ — тишина. Что делать? Мысли есть? — Тебя что, продинамили? — приподняв бровь, спросил Джин. — Не совсем так, — нахмурился Юнги. — Скорее не выполнили обещание. — И тебя это настолько сильно беспокоит? — прищурился Хосок. — Да, я почти влюблён, — серьёзно проговорил Юнги. — А на фоне долгого отсутствия нормального секса… мне срочно нужно предпринять какие-то действия. Ибо уже муляет.  — А не проще найти кого-то более сговорчивого? — не без оснований предложил Тэхён. — Раз чудо морозится, значит ты ему не особо интересен. — Нет, говорю же тебе, я почти влюблён! — Это обычный недотрах, — закатил глаза Джин. — Ты сам так сказал. Забудь и живи дальше. — Я своими глазами видел его богатый внутренний мир. Такое не так просто забыть. — Внутренний мир? — оскалился Джин. — Он тебе что, медицинский справочник по гинекологии на латыни читал? — Нет, я бровь ему зашил, а после этого его стошнило мне на обувь. — Какая бровь, Юнги? Ты же гинеколог! — не понял цепочки событий Чонгук. — И что? Мне теперь только вагины шить можно? — почти обиделся Юнги. — Давай по порядку, — прокашлявшись, проговорил Хосок. — Почему ты шил бровь? Почему его стошнило? — Он мне на родах помогал. Когда я достал плаценту, он рухнул в обморок и разбил бровь, — теряя терпение, рассказал Юнги. — Головой сильно приложился. — А сотрясение было? — понял наконец Чонгук. — А звонить он тебе чего должен был? Из-за брови? — Нет, из-за компенсации. Его вырвало на мои туфли Гуччи. Ясен пень, деньги с него брать я не собираюсь. Предпочту более интимно уладить вопрос. — Тогда в чём проблема? Съезди в ту больницу и навести его, — немного подумав, предложил Чонгук. — Вот так просто? — приподнял бровь Юнги. — Да, скажи, что переживал о нём и компенсация тебе не нужна, — продолжил Чонгук. — Под шумок пригласи на свидание. А там уже дело техники. — Думаешь, прокатит? — засомневался Юнги. — А почему нет? Не на воздушном же шаре с охапкой роз тебе к нему прилетать? — Может ты и прав… Просто — не значит плохо. — Я всегда прав, — фыркнул Чонгук. — Я самый адекватный из вас. — Ты-то? — прыснул Юнги. — Самый адекватный? Шутить изволите, сударь? — Есть сомнения? — Ага, ты в медицинский поступил тупо для того, чтобы трахнуть Тэхёна. И замечу, своей цели ты так и не достиг, — припомнил Юнги тёмное прошлое Чонгука. — Если бы не Хосок, у меня бы всё получилось, — стушевался Гук. — Разве что в мечтах, — захохотал Хосок. — Тэ сразу на меня засматриваться начал. — Тебе показалось, — раздражённо отмахнулся Чонгук. Вот же Юнги скотина, он ему тут помогает, а тот такое вспоминает. Молодой был, глупый. Что тут такого? — Нет. Я отчётливо все видел, — не унимался Хосок. — Я и только я. — Вот козлы… — отпивая из кружки пиво, скривился Тэхён. — А я по молодости хотел к Юнги подкатить, — зачем-то ляпнул Джин. — Ну ты бесстрашный, — опешили все, включая Юнги. — Но он обычно с такой рожей хмурой сидел, что я засцал, — почесав затылок, хихикнул Джин. — Побоялся, что, если он на меня так во время секса глянет, упадёт всё, причём сразу, а потом уже вряд ли встанет. Будет неловко. — И тут мне стало жаль это «Чудо», — прыснул Чонгук. Вполуха слушая болтовню друзей, Юнги всерьёз задумался о поездке в посёлок. В самом деле, что он теряет? Если Чимин его отошьёт так тому и быть. Хуже от этого никому (кроме Юнги из-за недотраха) не станет. Зато одной проблемой будет меньше. Кивнув, соглашаясь со своими мыслями, Юнги твёрдо решил, что завтра же с утра позвонит в ту больницу и узнает, когда принимает дядюшка-терапевт. А затем съездит туда и добудет контакты Чимина. Ну, а дальше сориентируется по обстоятельствам. Против обаяния Мина Юнги никому не устоять, даже учителю корейского языка! Переживать не о чем. Так ведь?