Твоя погибель

«И всё просто, будто дважды-два: Мы доиграемся однажды, да и бабочек заменит тошнота. И заморозки ожидают, но пока что ты горишь — А раз горишь, моё сердце тоже тает!» © Сахарная вата, pyrokinesis

Джеффу удалось уснуть всего на полтора часа. Половину ночи он проволочился, на душе было неспокойно, тревога внутри грызла изнывшееся сердце. Как только он провалился в сон, то сразу начал видеть образ старухи-ведьмы, ее гнилое уродливое лицо, чувствовать трупный запах. Учитывая, что снилась она ему часто, сомнений у него не оставалось, что эти сновидения он видит именно из-за проклятия. Неуспокоившаяся душа колдуньи не может смириться с тем, что он до сих пор жив. За окном уже начинало светать, тишину нарушало только пение птиц и посапывания Марты. Та все так же спокойно спала, с совершенно безмятежным лицом, как будто только вчера и не убивала никого, даже случайно. Вудс думал, что когда они придут обратно в номер, то девчонка опять начнет наматывать сопли на кулак и этим самым действовать ему на нервы. Но к счастью она была настолько морально истощена, что на это у нее просто не хватило сил. Главное, чтобы она не начала ломать трагедию после своего пробуждения. Джефф никогда не понимал душевных терзаний из-за убийств, которые человек мог совершить своими руками. Убил и убил. Чего тут такого? Люди каждый божий день умирают, их жизни — всего лишь расходный материал гнилого общества. Молодой человек потер затылок широкой ладонью, выглядывая в окно. На востоке небо алело, лучики солнца пробивались через полупрозрачный тюль, приятно грея искалеченное лицо. Он совершенно не выспался, хотя их сегодня с раннего утра ждала тяжелая и долгая дорога. Опять в лес, опять поиски цветка папоротника. Опять маршрут в новый населенный пункт для пополнения провизии и, желательно, разговора с местными охотниками и лесниками, может, они знают, где в лесу находится нужное им место. Он сходил в душ, быстро ополоснулся, собрал все необходимые вещи в сумку, и даже стащил из ванной комнаты небольшое гостиничное полотенце. Вдруг пригодится? В скором времени все сумки были оперативно собраны, осталось только разбудить Марту. Девушка все так же крепко спала, совершенно не обращая внимания на посторонние шумы, которые создавал Джефф. Она лежала на боку у края кровати, положив под щеку ладонь, и спутанные длинные пряди волос падали на бледное лицо. Мозолистая рука убийцы опустилась на хрупкое девичье плечо, после ощутимо потрясла. Родригерс практически никак не отреагировала, лишь нахмурила брови во сне и попыталась дернуть плечом, чтобы убрать чужую руку. Джеффри сцепил сильнее зубы, нависая над спящим тельцем. Мало того, что он проснулся вымотанный и раздраженный, так еще и блондинка начинает его с самого утра злись, пусть и совершенно бессознательно. Он и так дал ей поспать подольше, не заставил собирать вещи, потому что понимал, что если она не выспится, то от нее будет больше проблем, чем пользы. Вудс сильнее сжал пальцы на плече девушки и потряс еще сильнее. Марта что-то невнятно забормотала и попыталась отвернуться к Джеффу спиной, но последний, почувствовав подступающий неконтролируемый гнев, просто-напросто одним быстрым и сильным движением столкнул на пол девушку с противоположного края кровати. Послышался грохот, а за ним — боль в боку, похоже, Марта при падении отбила себе правую сторону. Джефф поморщился, от чего грубые шрамы на его лице изломились. Голубые глаза пристально наблюдали за медленно встающей на ноги растерянной девушкой, которая, похоже, до сих пор не совсем понимала, что вокруг нее происходит. Она потирала ушибленный бок, бегая неясным взглядом по высокой фигуре убийцы, стоящего напротив. Хоть его силуэт она видела размыто, но заметила, что плечи парня напряжены. Опуская этот факт, девушка скривила губы. Похоже, раз у Джеффа было плохое настроение, то он намеревался испортить его сразу и Марте. И ее это взбесило даже больше, чем само падение. — Ты говна с утра пораньше поел? Не мог нормально разбудить?! — девушка гневно откинула волосы со своих плечи, и потянувшись к тумбочке, взяла свои очки. — Боже, который час… Джефф глубоко вобрал воздух в легкие, после медленно выдохнул, наблюдая за всеми ленивыми телодвижениями девушки. Не дожидаясь, пока она дотянется до телефона, парень подхватил спортивную сумку и бросил ее Марте, которая в последний момент ее поймала и смогла удержать. — Уходим, — едко выплюнул Вудс, беря в руки вторую, более большую сумку и стремительно направился к выходу из номера. Девушка еле удержалась, чтобы не закатить глаза. — Еще слишком рано… Дай мне хотя бы десять минут, я себя в человеческий вид приведу! — после слов Родригерс маньяк остановился около двери, затем посмотрел на последнюю через плечо. Джеффри опять выглядел так, как будто он сейчас готов вырезать толпы людей. Темные пряди волос падали на лоб и глаза, создавая тень и утяжеляя взгляд поблескивающих холодных глаз, неровная от старых ожогов кожа натянулась, создавая на лице изломы и морщинки. — Ох, ну если бы ты вчера случайно, — он сделал особый акцент на последнем слове, а весь его голос опять сочился ядом. — не убила того сопливого копа, то мы остались бы тут чуть дольше… Но, увы и ах, ты вчера конкретно налажала и нам надо сваливать, — и не говоря больше ни единого слова, Вудс проскользнул в коридор. Марта почувствовала, как ее колени подкосились, внутри у нее все сжалось, и даже голова пошла кругом. Стало вдруг до невыносимого обидно. Все те неприятные эмоции, бушевавшие в ней вчера, взыграли с новой силой, перед глазами так и стояло бледное лицо зеленоглазого паренька и его кривая сломанная шея. Тонкие пальцы девушки с силой сжали ткань спортивной сумки, она почувствовала, что к горлу подступает ком слез. Все вчерашние воспоминания были как в тумане, после произошедшего убийства события сумбурным и прерывистым варевом плескались в сознании. Марта поняла, что вчерашняя ночь для нее стала лишь смутными обрывками. Похоже, у психики есть один интересный защитный механизм — забывание травмирующих событий. Интересно, полицейского уже нашли на причале? Марта попыталась отогнать от себя дурные мысли. Она закинула сумку на плечо и пригладила спутанные светлые локоны, после, быстрыми шагами отправилась прочь из номера. Если бы у нее было время в запасе, то она бы и себя в порядок привела, и, хотя бы кровати заправила. Джефф ждал девушку около самого выхода. Он был все так же нервозен, то и дело поправлял марлевую маску на своем лице. Как только он заметил выходящую из здания Марту, то тут же быстрым шагом направился в сторону ближайшей окраины города, туда, где располагался лес. Марта поравнялась с парнем шагом, искоса начав разглядывать его. Несколько капилляров лопнули на белках его глаз, да и сам вид был подавленный и уставший, у Родригерс даже сложилось впечатление, что он не спал вовсе. Но спрашивать сейчас у Вудса о его самочувствии — себе дороже. Он в таком скверном расположении духа может сорваться в любую секунду даже от одного косого взгляда, благо, в последнее время он хотя бы сдерживал себя и при конфликтах не бил Марту. Да и после их короткого и грубого разговора общаться с маньяком не хотелось от слова вовсе… Девушка непроизвольно сжала лямку сумки в своей ладони. Эмоции вновь стали закипать в ней, горькая обида заставила сморщить лицо. Джефф ведь знал, как Марте сейчас тяжело пережить ее первое убийство. Знал, что это ее болевая точка, и именно туда поэтому и давил. До безумия стало тошно. И почему она только посмела вчера думать, что он ей нравится? Путь и уголком своим сознания, вскользь, но все же посмела. Утреннее солнце непривычно сильно грело, контрастируя с прохладным воздухом. Впереди их уже ждал лес. Опять комары, грязь и усталость. Марта глубоко выдохнула, собираясь с силами и стараясь не думать ни о Джеффе, ни о вчерашних событиях. Если она так же продолжит истязать свое сознание мыслями, то в скором времени просто свихнется.

***

Они не разговаривали друг с другом целый день, и даже когда останавливались ненадолго отдохнуть и перекусить — молчали. Кажется, только шли, шли, шли… Казалось, проклятый лес намеренно над ними издевается, под ногами даже намека не было на произрастание папоротника. Казалось бы, оно было одно из самых распространенных растений, но сейчас как назло не попадалось ни одного. Это злило Джеффа еще больше. Он старался меньше обращать внимания на запыхавшуюся Марту, поскольку его начинало бесить даже то, как она дышит. Она же до сих пор была обижена за утро, поэтому тоже никакой инициативы по отношению к Вудсу не проявляла. На лес постепенно опускались сумерки. Где-то вдалеке ухала сова. Во время поисков мысли о том несчастном полицейском отступили на второй план — теперь голова была забита проблемой самого этого треклятого цветка папоротника. Марта не только не понимала где его искать, но и каким способом. Можно увидеть у себя за спиной, но оборачиваться нельзя… Даже они если и найдут в ближайшие дни это чертово поле папоротников, то они просто не знают, как его на этом поле найти и как этот цветок выглядит! Марта нервно расчесала левое запястье, от чего кожа начала гореть и зудеть еще больше. От поднятых нервов на коже появлялась аллергическая сыпь. Такое у нее уже было, когда она в школе сдавала выпускные экзамены. Джеффри вздрогнул, почувствовав жжение и боль на коже в районе своего запястья, после хмуро глянул на идущую рядом Марту. Последняя все так же расчесывала свою раздраженную бледную кожу, практически до крови. Вудс отодвинул рукав своей кофты, наблюдая, как на его коже расцветают тонкие полосы от девичьих ногтей. Молодой человек ловким движением перехватил одну из рук девушки, наконец останавливая травмирующее, но, должно быть, увлекающее для нее занятие. Родригерс сначала опешила, но потом достаточно агрессивно дернула рукой, намереваясь ее высвободить. Но Джефф лишь крепче сжал теплую широкую ладонь, не давая взбешенной девушке пути к отступлению. Ее метания в лесных сумерках выглядели еще более нелепо. Она, с листвой в спутанных волосах и гневным взглядом четно пытается вырваться из лап убийцы, при этом особо его и не боится, а только и думает, как пнуть его получше… Он еле сдерживался, чтобы не зарядить Марте пощечину. — Да успокойся ты! — он схватил Марту за вторую руку выше локтя и пару раз ее тряхнул. От громкого крика прокатилось эхо, и стая птиц взмыла вверх с крон высоких деревьев. И похоже, это на девушку подействовало, потому что она притихла, но своего взгляда от лица Джеффа не отрывала. Она смотрела ему прямо в глаза, и до сих пор молчала. Убийце даже стало странно, что она за целый день не ляпнула какую-нибудь глупость. И что только у этой девчонки на уме? — Так… — он опустил глаза на расчесанное запястье, на некоторых розовых полосах от ногтей начали проступать бусинки крови. — Пора бы нам и отдохнуть. Темнеет, — он наконец разжал пальцы, отступая на шаг назад и скидывая со своих плеч тяжелую сумку на землю. У Джеффри появилось предположение, что Марта просто переутомилась за последние дни, поэтому то и дело выдает финты ушами. Отчасти он был прав в своих догадках. Родригерс по-прежнему не проронила ни слова, девушка только наблюдала, как убийца достает сложенную палатку из большой сумки. Сегодня, походу, они спят вдвоем, в маленьком замкнутом пространстве и в непозволительной близости друг от друга. Она съежилась то ли от дуновения холодного ветра, то ли от собственных мыслей. — Давай, объясняй, как эту хуйню собирать, — хмуро протянул Вудс, планомерно доставая все необходимые детали от палатки. — В смысле? — блондинка даже опешила и чуть ли не заикнулась. Она скомканными движениями поправила сползшие очки, пока сидящий на корточках Джефф медленно поднимал на нее голову. Еще пара капель и его чаша терпения будет окончательно переполнена. — Ты не знаешь как собирать палатку? — он поднял цельную сложенную ткань палатки неприятно-оранжевого цвета, сверля водянисто-голубыми радужками замешкавшуюся девушку. Марта заметила, как его острые скулы приподнялись от напряжения в мышцах лица, и как он заиграл желваками. — Не знаю… Я думала, что ты знаешь! — воскликнула отчаянно девушка, неопределенно взмахивая руками. — А я думал, что ты знаешь! — Вудс перешел на громогласный крик, вскакивая на ноги и делая несколько угрожающих шагов по направлению к блондинке. Та сжалась и попятилась от молодого человека назад, но тут же уткнулась спиной в дерево. Он выглядел так, как будто сейчас на нее набросится и своими руками просто разорвет ее на мелкие кусочки. — Да откуда мне знать? Я каждый день что ли в походы хожу? — уже более спокойно проговорила Родригерс. — А я, блять, каждый день хожу, конечно, — он саркастично кивнул, упираясь руками в бока и начиная топтаться. Начать ставить палатку по интуиции? А если сломает или порвет эту блевотного цвета ткань? В лучшем случае спать с дыркой, чтобы внутрь ночью заползала всякого рода букашки и залетали комары? Или просто спать в спальных мешках под открытым небом? В город идти не вариант — они зашли слишком глубоко в лес, и до ближайшего населенного пункта им идти часов пять. Джефф зажмурился, вновь чувствую пульсирующую боль в голове. Он настолько был истощён, что был готов просто улечься прямо рядом с выпирающими из земли корнями деревьев и уснуть. — Может там инструкция есть? — Марта обошла парня, наклонилась к разбросанным вещам и сумке, порылась там руками и через несколько мгновений вытащила сложенную вдвое брошюру из плотной глянцевой бумаги. Девушка устало закатила глаза. Все оказалось намного проще, и они с Джеффом опять поссорились практически на пустом месте. — Вот, — она выпрямилась, протягивая инструкцию убийце. Тот принял ее из рук девушки, бегло вчитываясь в строчки. — А ты орал на меня. — Ты первая орать начала, — резко выплюнул Вудс, мельком красноречиво зыркнув на блондинку. Иногда она бывала просто невыносимой, как, впрочем, и он сам. Марта на его слова решила тактично промолчать. Похоже она начала забывать одну простую истину — если Джефф злится, то просто не отвечай ему. В противном случае слово за слово, и в итоге получилась очередная ссора. Через минуты пятнадцать, после очередных отборных матов и психов Джеффа палатка с горем пополам была собрана. Парень пару раз порывался все сам порвать и сломать к чертям, когда у него что-то не получалось, но видя, насколько сейчас Марта вдруг стала бесстрастна и спокойно, оставлял эту затею. Девушка аккуратно постелила внутрь палатки несколько теплых пледов, отмечая, что внутри она не такая тесная, как она себе представляла. Вудс в это время набрал поблизости хвороста и уже разводил костер. Неплохо было бы вскипятить в алюминиевой посудине воды и попить хотя бы кипяточка, и самим погреться. Ночь постепенно опускалась на лес, становилось холоднее. Как только костер был разведен, то Джефф пристроился возле него, протягивая руки к пламени. Марта присела рядом, смотря на пляшущие яркие языки пламени и захрустев хлебными галетами. В теплом свете костра ее карие глаза отливали золотистым медовым отблеском и длинные ресницы отбрасывали тень на щеки. Марта сидела, прижав к себе колени, закутанная в куртку и лохматая. В уголках пухлых губ осталось несколько крошек от галет, и девушка слизнула их кончиком языка. Джефф вымотанным взглядом скользил по ее худой фигуре. Он опять ушел куда-то в себя, почти ни о чем не думая и рассматривая девичий сломанный ноготь на большом пальце. В его голове появилась приятная пустота, и даже, кажется, вся тревога и напряжение ушли из тела. Лес, кажется, погрузился в сон. Было тихо, и лишь зеленые кроны деревьев шумели над головами, иногда вдалеке слышался треск веток и шуршание — может быть, пробегала какая-нибудь белка. Высокие стволы деревьев тихо поскрипывали, когда их начинал раскачивать ветер. Заметив на себе пристальный взгляд, Родригерс в ответ посмотрела на убийцу. Из-за подпаленных темных век и неравномерных бликов пламени его взгляд казался тяжелее, чем прежде. Но его лицо было расслабленным, на них не было грубых изломов и морщин, поэтому блондинка себя успокоила — он не злится. Девушка молча протянула пару галет из цветастой упаковки в сторону маньяка. Тот помедлил, но еду принял. Желудок благодарно заурчал. В костре все так же потрескивали сухие ветки, яркие искорки пламени взмывали вверх, через несколько секунд растворяясь в темноте. Откуда-то послышался протяжный вой. Марта испуганно заёрзала месте, начиная вертеть головой и откладывая еду в сторону. Через пару секунд вой повторился, только, кажется, с другой стороны. — Это волки? — обеспокоенно спросила девушка, взглянув на совершенно спокойного убийцу. Тот дожевал последнюю галетину, отпил из алюминиевой кружки кипятка и немногословно пожал широкими плечами. Даже если это и волки, то можно было их отпугнуть огнем. Да и вкусно пахнущая провизия этих животных привлекла бы больше, нежели два живых человека. — И что же нам делать? Они нас почуют и придут сюда? — Джефф еле сдержался, чтобы не ухмыльнуться. Какая же она наивная! — Ну, это могут быть не волки, а бродячие собаки, — парень отставил опустевшую кружку в сторону, после подпер щеку кулаком, опять поднимая взгляд на блондинку. Холодные льдистые радужки засверкали игривостью. — Но и собаки загрызть могут. А если они еще и бешенством болеют… Если сразу не умрешь после того, как загрызть насмерть попытаются, то умрешь в страшных муках от бешенства, — Вудс заметил, как кровь отлила от щек Марты, и она начинает бледнеть. — Я спать, — резко перевел тему парень, вставая со своего места. Он решил, что не будет успокаивать и разубеждать блондинку, что ночью к ним не забредут дикие животные. Пусть понервничает, раз за сегодня она ему уже несколько раз нервны поднимала. — И в палатку с собой ничего съестного не бери, а то они к нам точно полезут, — а вот тут он уже не шутил. Если пробегающего мимо енота или хорька заинтересуют припрятанные Мартой лакомства, то будет вообще не здорово, когда наглый зверь ворвется к ним в палатку. Марте стало совершенно некомфортно находится одной. Она понимала, что буквально в паре метров от нее в палатке находится Джефф, но беспокойство скручивало нервы в один большой тугой комок. Девушка вскочила с места, распихала по сумкам лежащую рядом посуду, после чего потушила костер, вылив на него остатки все еще теплой воды из небольшой кастрюльки. Оказалось, что без огня — хоть глаз выколи. Хотя небо вроде еще более-менее светлое, темно-голубое, какое бывает за несколько минут до полной темноты. И звезд на нем еще не видно. Родригерс нащупала в кармане куртки телефон и включила на нем фонарик, чтобы при передвижении случайно не навернуться, зацепившись об какой-нибудь корень или палку. Как только девушка улеглась рядом с Вудсом, то тут же завернулась в колючий теплый плед, отворачиваясь спиной к парню. Все внутри нее сжалось, она чувствовала себя с ним в такой близости некомфортно. Хотя, Джеффри уже видел ее голой, они уже пару раз целовались, а сейчас она краснеет из-за того, что они просто спят рядом в одной палатке. А бьющееся смущение и беспокойство она никак не могла унять. Марта почувствовала, как ее ладони потеют, как ее спина еле ощутимо касается спины маньяка. Тело пробила мелкая не унимающаяся дрожь. А ему, скорее всего, вообще до фени. Ей-богу, почему сейчас она ведет себя, как сконфуженная старшеклассница перед капитаном школьной сборной по футболу? Блондинка отодвинула подальше сложенные очки и сомкнула налившиеся свинцом веки. Надо попытаться заснуть. Скорее всего такие пограничные эмоциональные состояния из-за усталости. Джефф чувствовал, как Марта то и дело вздрагивает всем своим худым тельцем. Он стянул маску для сна на лоб, оборачиваясь к ней и пытаясь понять, что послужило этому причиной. Она плачет? Или ей холодно? Толку от того, что он снял маску с глаз не было от слова совсем — все равно ничего не было видно из-за кромешной темноты, и он только мог различить неясный силуэт и копну светлых волос у себя под боком. От ее локонов до сих пор пахло вишней, и она находилась к нему так близко, что некоторые выбившиеся длинные волосы касались его лица. Девушка все не унималась дрожать, но всхлипов слышно не было, поэтому Вудс решил, что она все-таки замерзла. Он цокнул языком и демонстративно закатив глаза, вновь натянул маску на глаза. Если она заболеет в этом спонтанном походе, то все их дела ухудшатся раза в три. Джефф пару мгновений раздумывал, стоит ли это делать или нет. Вдруг эта неуравновешенная блондинка взбесится и у них опять произойдет ссора? Ему-то, по сути, было все равно на ее дискомфорт, просто эти ругательства изрядно выматывали. Но раз она сама его не так давно целовала, то, наверное, и против этого тоже не будет. Вудс вдруг почувствовал, как его сердце постепенно начинает учащать ритм. Он одернул себя, сглотнул, а после опустил теплую ладонь Марте на талию, прижимая ее к своей широкой груди. Ее спина и вправду была холодной, он чувствовал это даже через одежду. А еще он чувствовал, как ее длинные волосы щекочут ему нос, и как ее ягодицы упираются ему прямо в пах. Марта не смела даже пискнуть. Внутри нее все перевернулось с ног на голову, и она закусила губу, чувствую, как кровь стремительно приливает к щекам. Вроде, целый день она была обижена на Джеффа, не хотела даже видеть его, но как только он прикоснулся к ней, то сразу теряет голову. Ну не дура разве? Она чувствовала его равномерное дыхание на своем затылке. Джефф был невероятно теплым, и девушка блаженно прикрыла глаза. Хотелось всей вжаться в него и эксплуатировать, как живую грелку. Рука молодого человека про скользила по изгибу ее талии, и внизу живота у Марты блаженно заныло. Невольно поерзав из-за этого ощущения, она своими ягодицами наткнулась на что-то твердое и выпирающие в районе бедер молодого убийцы. «Надеюсь это нож…» Грудь Джеффа с каждой секундой сдавливало желание и становилось труднее дышать. Девушка была непозволительно близко, под его ладонью находился манящий изгиб талии, и стоило ему рукой провести вверх — кончиками пальцев он касался округлой груди. В голову ударила пьянящая похоть. Он боялся, что если сорвется и поддастся всем своим желаниям, то что-нибудь сломает Марте или как-то ее травмирует, не рассчитав силу. Да и скорее всего трахать ее в тесной палатке будет не так удобно, и это будет напоминать быстрый перепихон, нежели полноценный половой акт. И тем более, девчонки, вроде, со своими заскоками, наверняка она не захочет, чтобы ее первый раз был в неудобной палатке посреди леса. Маньяк одернул себя, и немного растерявшись, прижался сухими губами к светлой макушке. С каких это пор он думает о том, что Марта захочет или не захочет делать? Да, он не мог взять ее силой из-за проклятия, но он уже начал понимать, что это тут уже не играет первостепенной роли. — Все в порядке? — полушепотом спросила Родригерс, почувствовав, как его пальцы неожиданно и резко сжались в районе ребер. В ответ молодой человек только глухо угукнул в знак того, что все хорошо. Хотя все было не совсем хорошо, по крайней мере ему. Как спать так близко с ней Джеффри уже не понимал. Изведется ведь всю ночь из-за стояка, по-хорошему, нужно было бы отвернутся и успокоится, но ему не хотелось отрываться от блондинки. Ему до чертиков нравилось чувствовать тепло ее тела, ее запах и слышать рядом ее чуть сбившееся дыхание. Он бы растерзал ее прямо здесь и сейчас, оставил бы по всему ее бледному телу синяки, порезы и свои укусы. Наконец девушка повернулась к нему лицом, а Джефф на автомате стянул ночную маску. Он почти что не видел ее лица, но зато во всех деталях запоминал изгибы ее тела, когда он скользил по телу ладонью. Косточки на бедрах у Марты выпирали очень сильно. Она протянула к нему руку, приобняла в ответ и отросшими ноготками провела по крепкой мужской спине. Убийца гортанно рыкнул и быстро поменял позиции — Марта была вжата в мягкий подстеленный под низ плед, а он нависал над ней и уже впивался в ее шею укусом. Девушка шумно выдохнула от приятной боли и прогнулась в спине. Голова тут же полностью опустела, она обвила ногами бедра Джеффа, своей разгоряченной промежностью чувствуя упирающийся твердый половой член. Джеффри проскользил влажными поцелуями к открытым ключицам, после поднялся выше, прямо к губам. Ему правда нравилось целоваться с Мартой, и он никогда в своей жизни не думал, что взаимный обмен слюнями с другим человеком может быть настолько увлекательным и приятным. Они переплелись языками, блондинка ладонями погладила широкую спину маньяка и почувствовала, как он содрогается от переполняющего его желания. Джефф на эмоциях прикусил девичью губы, сам при этом почувствовав аналогичную боль и ощутив металлический вкус крови во рту. Он отстранился, нависая над девушкой и внимательно вглядываясь в ее мягкий силуэт в ночной темени. Рука парня огладили ее живот, после легла на грудь и несильно сжала, от чего девушка хрипло выдохнула. Ей нравилось, что Джефф трогает ее. Нравилось чувствовать его теплые и грубые прикосновения, нравилось чувствовать, как от его темных волос пахнет костром. Вудс задрал футболку вместе со спортивным бюстгальтером и его ладонь тут же накрыла чувствительную кожу. Большим пальцем он очертил ореол набухшего от возбуждения соска и пожалел, что сейчас темно и он ничего не видит в полной красе. Его запястья еле заметно подрагивали, вторая рука с силой сжала бедро Марты, от чего та зашипела. Опять останутся синяки. Джеффри припал губами к розовому соску, очерчивая его языком. Блондинка ахнула, запуская пальцы ему в волосы и пригибаясь в спине. По телу разлилось томящее удовольствие, заставляя пожар внизу живота разгораться с новой силой. Молодой маньяк царапнул зубами сосок, после чего толкнулся отвердевшим членом в бедро девушке. Хоть их и разделял слой одежды, он все равно почувствовал, как по телу прокатывается волна наслаждения. Он оставлял на груди и животе укусы и засосы, после зализывая их, а девушка в ответ сильнее стискивала его бедрами, все активнее начиная тереться об твердый бугор, выпирающий из его штанов. Забавно, что скорее всего у Джеффа останутся идентичные засосы и укусы на теле. Наконец оторвавшись от нежной кожи девушки, убийца уткнулся ей куда-то в хрупкое плечо, пытаясь восстановить дыхание и успокоится. Надо остановится, пока они не зашли слишком далеко, и за это Марта ему была благодарна. У них обоих стоял какой-то внутренний барьер. Марта понимала, что влечение к такому маргинальному психически больному человеку скорее всего неадекватно, но противиться своему желанию она не могла. И это отчасти ее пугало. А Джефф же в глубине души боялся быть отвергнутым, где-то на подкорке головного мозга засели воспоминания того, как его отвергнули родители, когда он сделал свое лицо красивым. Пусть даже Родригерс не отталкивала его, пусть даже и отвечала сейчас взаимностью. Да и он понимал, что скорее всего сейчас не место и не время для этого. Джеффри растянулся на боку, вглядываясь в мягкий профиль лица Марты. Глаза к темноте уже привыкли и он видел, что у нее закрыты глаза, и как все еще оголенная грудь у нее тяжело вздымается. Ей правда было приятно, когда он ее ласкал. От этого осознания мурашки по спине прошлись табуном, он вздрогнул он неожиданного всплеска эмоций, еле сдерживаясь, чтобы не заломить девушке руку или не начать ее придушивать. Все еще хотелось трогать ее, одновременно хотелось и ласкать, и истязать. Садистские наклонности никуда не делись. Блондинка, заметив, что парень то и дело вздрагивает и не находит себе место наконец опустила футболку обратно и поправила бюстгальтер. Тонкая ладошка девушки опустилась прямо на изуродованное лицо маньяка, аккуратно очерчивая все неровности шрамов и ожогов. И ей совсем не было противно.