Я и Эдди

             Моё утро началось с крепких объятий Эдди. Он был очень сонный из-за того, что работал почти всю ночь. Как он говорил: муза снизошла. А мне пришлось большую часть ночи слушать, как он клацает по своим кнопочкам, печатая очередной рассказ.       Сейчас Эдди заваривает себе чай, причём он явно не видит, что вместо сахара кладёт уже третью ложку кофе. Делаю вывод: Эдди не проснулся. Лаю. Громко так, от чего Хозяин вздрагивает всем телом, смешно пучит глаза и роняет ложку на пол. Забавно так таращится на гремучую смесь, которую он себе наделал, хмурит бровки и выливает няшу в раковину. Слышу, как тяжело вздыхает.       Сажусь рядом и трусь об него. Смеётся. Немного хрипловато. Простыл всё-таки. Фиг он меня теперь с кровати сгонит — буду греть. Я тёплый. Очень тёплый. Эдди меня иногда печкой называет. А иногда вообще ругается, чтобы я на кровать не лез. Почему ругается-то? Чаще всего же он любит, когда я рядом лежу. И обниматься любит. Не понимаю…       Вчера Эдди долго с кем-то ругался по телефону, а потом, когда я к нему полез, он и на меня накричал. Я хотел обидеться, но не смог. Видимо, у него какие-то проблемы на работе. Может, от него сильную правку текста просят? Эдди этого не любит. Постоянно ругается со своим работодателем. Они ведь не первый год с ним работают…       Эдди отходит от плиты, садится за стол, ставя кружку с кофе, но тут же поднимается и идёт к двери. Недовольно рычу, чуя медвежий запах.       — Здравствуй, Багрянец, — говорит Эдди, вздыхая и хлопая огромного белого медведя по голове. — Ты в гости или просто мимо пробегал? Или опять довёл хозяина до истерики, и он тебя поколотил?       Медведь начинает недовольно ворчать. Скалюсь и рычу. Ненавижу Багрянца! Он свои лапищи к моему Эдди тянет! А Эдди, добрая душа, всех тискать готов! Багрянец поворачивает ко мне голову и рычит в ответ, а потом нагло просачивается в дом.       — Вкусняшек в доме нынче нет, — говорит Эдди, смотря как медведь лезет ко мне обниматься. — Не раздави мне Пушистого, Багрянец!       Эдди резко отворачивается: медведь решил покрасоваться своей человеческой формой.       — Слушай, Эдди, — Багрянец — здоровый светловолосый двухметровый мужик — наклоняется к лицу моего Хозяина и скалит ровные белые зубы с ярко выраженными клыками. — Как насчёт провести пару вечерочков вместе?       Яростно рычу и, не жалея сил, кусаю Багрянца за задницу, тот натурально орёт, затем его ор перерастает в гневный медвежий рык.       — Где этот засранец?! — в дом врывается Хозяин Багрянца: невысокий пухловатый брюнетик с немного детским лицом.       Эдди стоит, прижав руки ко рту и смотрит, как я гоняю белого медведя по кухне.       — Никки, забери своего медведя! Он же мне всю кухню разнесёт! — закричал Эдди, юркая в проход, чтобы не быть раздавленным массивной тушей медведя.       — Багрянец, а ну домой! — кричит Ник, подбегает к медведю и хлопает по носу ладошкой.       Багрянец от неожиданности замирает, встаёт на задние лапы и грозно рычит. Ник упёр руки в бока. Смотрит так сурово, нисколько не боится огромного зверя перед ним. Кусаю Багрянца за зад, а тот от неожиданности подскакивает и сбивает своего Хозяина с ног. Эдди испугано вскрикивает и кидается помогать другу. А я дальше лезу к медведю, кусая его везде, куда достану.       —Никки, ты как?! — Эдди помогает парню подняться на ноги.       — Живой! Не первый раз с ним боремся.       — Как у тебя на него сил хватает?       — Не знаю. Хватает как-то.       — Всю кухню мне разнесли…       — Прости! Я помогу с ремонтом и оплачу расходы. Надеюсь, Ярый его там не прибьёт.       — Как бы твой его не прибил. Два засранца…       Гоняю Багрянца по двору, вырываю большущий клок белой шерсти и с победным видом смотрю, как поверженный враг покидает мою территорию. Радостно виляя хвостом, подбегаю к Эдди и кладу перед ним свою добычу. Хозяин смотрит страдальческим взглядом. Оглядывает бардак перед домом, оглядывается назад, смотрит на разнесённую кухню и переводит взгляд на шерсть у своих ног.       — Я помогу с ремонтом и уборкой… — неуверенно протягивает Никки.       Радостно лаю, смотря на Эдди с большой любовью.       — Да уж… — протянул Эдди, вздыхая.