Я и Эдди

             Лежу. Лапками перебираю, скомкивая одеяло и постепенно стаскивая его с Эдди. А тот спит. Засрюня мелкий! Это он меня так иногда называет… Что за слово такое «засрюня»? Непонятно… Это, типа, тот, кто много какиет? Эдди тоже какиет! Значит, он тоже засрюня? Выпучиваю глаза. Цапаю зубами одеяло, стаскивая его с Эдди. Кладу голову на его пухлый попец. Удобненько-то как! Начинаю активно тереться об него мордой. Эдди вкусно пахнет! Очень вкусно! А ещё! Только тс-с-с-с… Он спит голенький! Начинаю тыкаться носом в ягодицу и облизывать её.       — Я встаю! — Эдди так резко приподнялся, что я аж напугался.       Эдди! Ты зачем меня пугаешь?! Чуть язык не откусил, как клыками клацнул. Эдди? Встаю на лапы, делаю топ-топ и ложусь рядом с лицом Эдди. С интересом рассматриваю, как он широко, до хруста в челюсти, зевает. А! Эдди! Зубы отвалятся же! Не открывай так рот! А то порвёшь! Сую в него, в рот, свой нос и выпучиваю глаза. Эдди закрывает рот, вернее пытается, делает клац-клац зубками. Хорошо, что не сильно. Радостно дышу. Эдди что-то ворчит. А! Он мне нос облизал! Ура! Эдди?! Он плюхается обратно на подушки, натягивает одеяло и дальше спать. Недоумеваю. А как же «я встаю»?!       Начинаю лезть к его моське и облизывать. Не реагирует. Снова сдёргиваю одеяло. Ноль эмоций. Делаю несильный кусь за попку. Опять не шелохнулся. Эдди?! Ты вообще живой?! Давай вставай! Прыгаю по кровати. Делаю более сильный кусь за попец… какой он вкусный…       — Встаю… — Эдди медленно и явно нехотя переворачивается на спину.       Переворачивается… и снова переворачивается… Замер. Верчу головой. Эдди? А! Он опять спит! Смотрю на его писюнчик. Прищуриваю глаза. Делать или не делать кусь? Думаю. Делаем! Осторожно подлезаю. Открываю пасть. Не… как-то слишком будет… Эдди, вставай! Заливаюсь громким лаем. Смотрю, как он медленно открывает глаза, снова зевает, потягиваясь всем телом. Замер. Эдди?! Да что такое-то?!       — Встаю… — тихо сипит Эдди, медленно садится.       Смотрю, как он потирает заспанное, немного опухшее лицо. Сидит. Немного покачивается. Сижу рядом. Рассматриваю. Что с ним такое?! Плохая кровать! Отпусти Эдди! Ему нужна свобода! Пусти-пусти-пусти! Прыгаю по кровати. Эдди приоткрывает один глаз и смотрит. Чего смотришь?! Быстро кыш-кыш с постели!       Эдди пытается потягиваться. Падает на подушки. Опять?! Заливаюсь громким лаем. Не шевелится. Сопит. А! Эдди, ну ты чего?! Быстро кыш с кровати! Кровать! Пусти его! Скулю. Пытаюсь спихнуть Эдди с кровати: нахождение в ней опасно для его здоровья! Проснуться никак не может!       — А? — поднимает голову, опять садится.       ДА! Наскакиваю на него и скидываю на пол. А нечего так близко к краю садиться…       — Пушистый, — смотрит с укором.       Что?! Ты просыпаться не хотел! Лаю. Прыгаю вокруг туда-сюда. Ура-ура! Я спас Эдди из адских лап кровати! Мой спящий красавец просыпается! Проснулся. Вроде… верчу головой. Не до конца… Эдди, привалившись спиной к креслу, опять прикрыл глаза. Да что такое-то?! Рычу. Подскакиваю к нему, делаю кусь за ногу. Открывает глаза. Смотрю с недовольством. Пошли кормить меня! Лаю. Никакой реакции. Ты же слез с постели! Рычу на постель. Засранка! Окутала Эдди своим сном и не отпускает.       Недовольно ворчу. Обращаюсь. Подхватываю Эдди на руки и закидываю на плечо. Целенаправленно выдвигаюсь на кухню. Как же всё-таки непривычно на двух ногах идти. Нет ни прыткости, ни ловкости, ни силы, ни когтей. Вздыхаю. Пошлёпываю свободной рукой по пухлой попке Эдди. Он и правда очень вкусно пахнет. И я сейчас не только о его заднице.       — Ярый, ты куда меня понёс? — сонно спрашивает Эдди.       Недовольно крякаю и делаю шлёп по попе сильнее.       —Надеюсь, не в ванну с холодной водой.       Замечательная идея, Эдди. Вот только я же не изверг, чтобы тебя так будить. Упрямо молчу. Эдди даже на мне уснуть умудрился. Ставлю его возле холодильника, несильно шлёпаю по щекам.       — Эдди! — рычать в облике человека — это что-то с чем-то: никакой агрессивности, — если ты меня не покормишь, я съем всё, что найду в холодильнике.       — Кушай, — великодушно разрешает Эдди и, крепко обнимая меня за шею, утыкается в неё носом.       Нет, я, конечно, безумно рад сейчас, что Эдди меня так обнимает. Хотя он всегда дарит крепкие объятия. Но я очень сильно хочу есть, а идти к Никки, чтобы тот покормил — не хочу. Мне нравится, когда за мной ухаживает Эдди.       — Эдди? — вглядываюсь в его красивое и сонное лицо. Нежно целую в уголок губ. Приоткрывает один глаз и смотрит хитро.       — Ладно, — вздыхает, нехотя отлипает от меня.       Эдди, широко зевая, потягивается всем телом, издаёт странный звук и лезет в холодильник. Обращаюсь в волка. Ура-ура! Эдди сейчас покормит! Начинаю носиться по кухне. Эдди оборачивается. Смотрит внимательно. Сажусь рядом и заливаюсь радостным лаем.       — Знаешь, Пушистый, — говорит это немного растянуто и задумчиво, — я тут заметил, что когда ты волк, то ведёшь себя как молодой пёсик, а когда человек, достаточно серьёзен и без вот этих детско-игривых ноток.       Верчу головой. Что не так?! Лаю. Эдди смеётся. Вкусняшки лепит! Бегаю по кухне. Сбиваю стул. В бой!