Скованные. Побег от прошлого

      Мэтт начал рассказывать о том, что у них имелось касательно жертвы, а точнее — отсутствовало: ни имени, ни возможного орудия убийства, даже место преступления неизвестно. Элис слушала, стараясь не потерять нить разговора, но мысли о Ники постоянно сбивали. Ее реакция на возвращение Элис и возможность снова поработать вместе оказалась совсем не такой, как ожидалось. На самом деле Элис думала, что та будет если не рада, то хотя бы не недовольна. Но Ники всегда могла удивить. Вместо того, чтобы поговорить о деле, она предпочла сбежать. Ко всему прочему, она снова начала курить. Похоже, Мэтт все же не преувеличивал, когда рассказывал, что отъезд Элис дался ей очень непросто.              — Как видишь, у нас почти ничего нет, надеюсь, что вскрытие принесет больше результатов. Кстати, — он взглянул на часы, — думаю, нам пора.              — А мы не подождем Ники?              — Она большая девочка, уверен, что сможет найти дорогу в морг, — усмехнулся Мэтт и, кинув папку на стол, направился к лифту.              Прежде чем пойти за ним, Элис окинула отдел взглядом, чуть задержав его на столе Ники. Ощущение, словно она была здесь вчера, а не год назад, по-прежнему никуда не девалось: все та же суматоха, занятые делами детективы, беспорядок на столе Ники и даже ни с чем несравнимый запах участка — не очень хороший кофе, пот и тестостерон. Будучи единственной девушкой в отделе за исключением Ники, его она всегда прекрасно чувствовала.              Элис вздохнула, не понимая, ощущает ли себя здесь своей снова. Взгляды коллег, направленные хоть и украдкой, не могли не раздражать. Приходилось задумываться о каждом шаге, сказанном слове, движении, взгляде. Больше всего ей не хотелось, чтобы кто-то заметил ее растерянность. А именно это чувство сопровождало ее постоянно.              Мэтт успел скрыться и наверняка вызвал лифт. Элис поспешила за ним. Он терпеливо ждал и даже галантно пригласил войти в кабину первой. Еще с самого знакомства он произвел приятное впечатление и каждый раз только подтверждал его.              — Элис, ты в порядке? — В его голосе звучала искренняя забота. — Не обязательно присутствовать на вскрытии, если ты еще не готова. Отчеты Санни всегда более чем подробны.              — Спасибо за беспокойство, Мэтт, но все хорошо. — Ей ничего не оставалось, кроме как мило улыбнуться.              Элис была действительно благодарна за то, что он волновался, но ей совсем не нравилось то, как с ней носятся, словно с хрустальной, боясь сказать лишнее слово. Достаточно того, что она сама постоянно мысленно возвращалась к тем бесконечно долгим суткам во власти Блэйда. Все, чего она желала сейчас, чтобы к ней относились как к детективу убойного отдела, а не жертве маньяка. Элис чувствовала, как Мэтт внимательно следит за ней, пока оба облачались в обязательную для присутствующих на вскрытии одежду. Она с великим облегчением скрылась за маской и нацепила очки, словно это закрыло ее от внимательного взгляда напарника.              Когда они вошли в комнату для аутопсии, Санни уже начал осматривать тело и сейчас записывал что-то. Поначалу он не заметил вошедших — этот старичок всегда слишком увлекался делом, и в это время, казалось, его абсолютно ничего не волновало. Элис немного пугала такая одержимость смертью.              — Привет, Санни, — привлек внимание Мэтт. Тот оторвался от своего занятия и, хоть за маской не было видно, судя по углубившимся морщинкам вокруг глаз, улыбнулся.              Элис же замешкалась у двери, стоило увидеть труп. Но не это безусловно неприятное зрелище откровенно испугало ее — за год работы в убойном отделе она повидала немало жертв убийств. На мгновение она представила на секционном столе себя, как когда-то видела Мэдди со множеством порезов по всему телу. Элис была готова поклясться, что почувствовала зуд в давно зарубцевавшихся шрамах. Неосознанно она потянулась к руке и потерла один из них. Она попыталась вдохнуть, чтобы успокоиться, но, казалось, в легких не осталось воздуха.              — А, детектив Райли! — Словно издалека донесся возглас Санни. — С возвращением. Мне жаль, что мой помощник...              — Все... в порядке, — с трудом выдохнула Элис, — давайте не будем к этому возвращаться.              — Конечно. А детектива Сандерс сегодня не будет? Она все еще злится?              — Она сейчас придет. Ей нужно кое-что закончить, — пояснил Мэтт. Элис с удивлением посмотрела на него: интересно, что произошло между Санни и Ники?              От этой мысли ее отвлекла вошедшая Ники, на ходу надевающая маску и очки. Даже не видя ее лица полностью, Элис безошибочно определила, что она чем-то недовольна. А уж гневный взгляд, которым она сверкнула, говорил сам за себя.              — Детектив Сандерс, рад тебя видеть. Я не хотел вчера задеть тебя своими словами, — тут же обратился к ней Санни.              — Не надо извинений, — подняв руку, холодно остановила его Ники, — просто не говори при мне об этом убл... человеке, — поправила себя она, мельком глянув на Элис.              Нетрудно догадаться, о ком шла речь. Видимо, Санни имел неосторожность упомянуть в разговоре Блэйда, что естественно разозлило Ники. От мысли, что она до сих пор переживает, стало приятно, и даже паническая атака, буквально минуту назад готовая поглотить с головой, немного отступила. Элис изо всех сил сжала кулаки и постаралась незаметно сделать несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться.              — Лучше поговорим о жертве, — все тем же тоном с ледяными нотками продолжила Ники и подошла ближе к секционному столу. — Удалось что-нибудь выяснить?              Выбросив из головы все сомнения и эмоции, Элис последовала ее примеру.              — Результаты исследования стекловидного тела показали, что смерть наступила между двумя и тремя часами ночи. Также я еще вчера сделал рентгенограмму зубов, а еще заметил у него шрам от операции по удалению аппендицита, — начал Санни, полностью переключившись на профессиональный тон. — Я отправил запрос. Судя по состоянию его зубов и физическому в целом, страховка у него была, так что, надеюсь, нам удастся его опознать. Мэйко как раз сейчас проверяет, пришел ли ответ.              — Новый помощник судмедэксперта, — пояснил Мэтт.              Словно подтверждая его слова, в комнату вошла миловидная девушка с папкой в руках. Элис плохо разбиралась в азиатской внешности, но сказала бы, что она, скорее всего, японка. Интересно, что такая молодая и симпатичная девушка забыла в морге? Прошлый помощник оказался больным маньяком, одержимым желанием узнать, что скрывается под кожей интересных ему людей. Элис не хотелось подозревать в каждом встречном преступника, и раньше ей это удавалось, но не теперь.              — По медицинским данным жертву удалось опознать. Парня зовут Эван Хантер, двадцать один год, — сообщила Мэйко и протянула папку Ники.              Та выглядела слишком раздраженной и не заметила легкий румянец смущения на лице помощницы судмедэксперта, а также то, что из всех троих детективов Мэйко выбрала именно ее, даже несмотря на то, что Ники стояла дальше всех. Конечно, это не укрылось от Элис, но понять, какие чувства у нее вызвала столь милая сцена — смех или ревность, — ей не удалось.              — Ну, хоть что-то, — пробормотала Ники.              — Я сделал токсикологический анализ, но результаты будут позже, включу их в отчет, — продолжил Санни.              — А что ты можешь сказать о причине смерти и орудии убийства? — спросил Мэтт.              — Видите? Вот здесь. — Судмедэксперт слегка повернул голову трупа, чтобы детективы лучше рассмотрели ранение. Кровь уже смыли, поэтому отчетливо виднелось место удара. Кожа слезла, а поврежденную часть черепа покрывала паутинка из трещин. — Скальпированная рана позволяет рассмотреть вдавленный перелом, в результате чего образовались субдуральное кровоизлияние и ушиб мозга. Даже получи он медицинскую помощь, шансы на выживание остались бы крайне малы.              — То есть его сильно ударили по башке, — констатировала Ники крайне очевидный факт. — Возможно ли, что это вышло случайно, и он просто ударился обо что-то?              — Не думаю. Чтобы черепно-мозговая травма оказалась настолько тяжелой, нужно приложить довольно большое усилие. Такое возможно при падении с большой высоты, но тогда имелись бы и другие повреждения. Однако это не причина смерти. Вот здесь, — Санни указал на шею трупа, — виднеются синяки. Они проявились позже из-за жары. Как бы странно это ни звучало, причина смерти — асфиксия.              — То есть его задушили после того, как ударили, — подытожила Ники.              — Совершенно верно, детектив.              — Значит, убийство по неосторожности можно исключить и у нас преднамеренное. — Мэтт кивнул и потянулся рукой к подбородку, чтобы по привычке почесать бороду, но вовремя одернул руку, видимо, вспомнив, что в маске. — Еще что-нибудь интересное?              — Вообще-то, да. Непосредственно перед случившимся он определенно занимался сексом.              — Хоть оторвался перед смертью, — неуместно вставила Ники, заработав неодобрительные взгляды коллег.              — И я не уверен на сто процентов, но, — продолжил Санни, — секс у него, скорее всего, был с мужчиной. Я обнаружил следы лубриканта.              — Может, они с подружкой просто использовали секс-игрушки, — пожала плечами Элис и почувствовала, как кровь прилила к щекам от устремленных на нее взглядов. Хорошо, что маска скрыла ее смущение.              — В смазке для анального секса присутствуют дополнительные компоненты, а такой состав обычно используется в производстве презервативов, — Санни говорил с таким невозмутимым видом, что Элис ему даже немного завидовала. — Я практически уверен, что его партнером был мужчина.              — Значит, возможно, он гей, — задумчиво кивнул Мэтт, — может, это убийство на почве нетерпимости?              — Вряд ли, — мрачно возразила Ники. — В таком случае травм было бы больше и гораздо более жестоких.              Элис заметила, как та непроизвольно сжала кулак и на секунду закрыла глаза. Уж кому, как не ей, знать о последствиях таких нападений. Еще в школе она потеряла девушку, которую впервые полюбила, когда ту жестоко избили, узнав об ориентации. И без того трудный подросток Ники совсем утратила всякие тормоза и пустилась во все тяжкие. Компания ее друзей тогда попыталась отомстить, что чуть не привело к катастрофическим последствиям. Парни из компании взяли всю вину на себя, и обвинения с Ники сняли, но после этого ее родители приняли решение покинуть Огайо и перебраться в Нью-Йорк. Конечно, и тут неприятности сами нашли ее, но смерть отца отрезвила и заставила, в конце концов, осознать ошибки и пересмотреть свою жизнь.              — Согласен, мне приходилось проводить вскрытие жертв нападений из-за нетерпимости. Зрелище не из приятных, даже для меня, — хмыкнул Санни. — К тому же сейчас таких преступлений в разы меньше, чем раньше. Культура современного общества растет.              Ники лишь фыркнула на его последнее уточнение, но все же ей хватило ума промолчать. Наверное, она не хотела обострять ситуацию, произошедшую вчера, хотя обычно подобные разговоры заставляли ее рваться в бой.              — Кстати, видите следы на запястьях? — Не замечая ничего, Санни указал на руки жертвы и бледные синевато-красные следы. — Его определенно связывали.              — Это могло быть частью их любовных игр, — подала голос Мэйко.              Заинтересованные взгляды всех присутствующих устремились к ней, заставив густо покраснеть. Интересно, насколько личным был у нее опыт в подобных делах?              — Вполне, — невозмутимо согласился Санни. — Еще я собрал образцы из-под его ногтей, если повезет, удастся извлечь ДНК. В отчете все будет.              — Отлично, теперь у нас есть с чем работать, — со свойственным ему воодушевлением при появлении новых зацепок сказал Мэтт, — спасибо. Думаю, нам пора.              Попрощавшись с судмедэкспертом и его помощницей, детективы вышли из комнаты аутопсии. Все трое облегченно выдохнули, как только оказались в раздевалке. В морге Элис всегда чувствовала дискомфорт и легкое чувство тревоги. Конечно, она всегда старалась этого не показывать, но каждый раз с нетерпением ждала момента, чтобы вырваться из этого мрачного места. Будь ее воля, она бы читала результаты в отчетах, но не могла себе позволить слабость в виде пропущенного вскрытия из-за необходимости поддерживать репутацию. Ведь стоило оступиться хоть чуть-чуть, ее бы тут же «съели» коллеги-мужчины, не говоря уже о самодовольной Ники.              Побросав балахоны и шапочки в корзину, детективы поднялись на свой этаж. Не успели они выйти из лифта, как наткнулись на улыбающегося во весь рот Уолли. Он с энтузиазмом помахал им рукой:              — Привет! Слышал у вас новое дело, помощь нужна?              — Конечно, если у тебя нет более важных занятий. — Кивнул Мэтт и похлопал его по плечу. — Как там твой вчерашний план?              — Я все еще думаю, как бы получше все провернуть.              — Говорю тебе, воздушный шар — идеальное решение. — Несмотря на свой хмурый вид, Ники все же слегка улыбнулась.              Элис не совсем понимала, о чем идет речь, но спрашивать не решалась, поскольку еще не до конца чувствовала себя частью команды.              Детективы расположились в комнате для расследований. Именно в ней год назад работали над делом Блэйда. Элис ощутила дежавю и снова потянулась к запястью, чтобы потереть шрам. К счастью, никто не заметил ее легкого замешательства. Все были заняты делом: Уолли включал мониторы, Мэтт занялся доской, фотографиями с места преступления и информацией от судмедэксперта о жертве, а Ники тем временем выполняла самое важное действие — наливала кофе.              Как только он приготовился, она поставила кружку перед усевшейся за стол Элис и слегка улыбнулась. Остальным же пришлось наливать кофе самостоятельно — Ники, как обычно, думала только о себе и, на удивление, об Элис.              — Спасибо, — коротко поблагодарила она и сделала глоток. Идеальный вкус, насколько это выражение применимо к кофе в полицейском участке — Ники до сих пор помнила, что нужно класть два кусочка сахара и наливать неполную кружку.              — Уолли, поищи информацию на Эвана Хантера, двадцать один год. Вот его фото. — Мэтт кивнул на доску, когда все наконец были готовы приступить к работе.              — Оки-доки, — отозвался тот.              Не успела Элис допить кофе, как принтер уже начал что-то печатать. Ники дотянулась до него и раздала листки с информацией об их жертве.              — Так-с, — Мэтт пробежался глазами по досье, задумчиво почесывая бороду, — студент Беркли, факультет экономики. Неплохо.              — Далековато он забрался от Манхэттена, — не отрывая взгляда от документа в руках, сказала Элис.              — Мы не знаем, где место преступления. Возможно, его убили далеко от Бруклина, а здесь просто избавились от тела, — предположила Ники, однако уверенности не было ни в чем — слишком мало материала для работы.              — Нужно съездить в Беркли и поговорить с его друзьями, преподавателями. Это поможет определить последние перемещения Эвана. — Мэтт назвал жертву по имени.              Обычно во время расследования копы предпочитали обезличивать убийцу, называя его просто субъектом или преступником. А вот с жертвами дела обстояли по-другому, чаще всего использовали фамилии, но Элис давно заметила, что Мэтт всегда выбирал их имена, словно это обеспечивало ему большую мотивацию.              — Погнали! — Ники с энтузиазмом подскочила с кресла.              — Лучше езжайте вдвоем. Думаю, студенты колледжа охотнее будут общаться с двумя красивыми девушками, — хмыкнул Мэтт, так искусно и ненавязчиво сделав комплимент. — А мы с Уолли поработаем со списком звонков Эвана и движением по кредиткам. Наверняка у студента Беркли они должны быть. К тому же, кто-то должен сообщить его родным.              Элис посмотрела на Ники и встретилась с ее растерянным взглядом. Похоже, она не ожидала такого решения от напарника и не готова к тому, что они останутся наедине. Сама Элис тоже не испытывала восторга от такой перспективы, но, как обычно, внешне постаралась ничем себя не выдать и даже улыбнулась.              — Конечно, если у вас проблемы... — недоверчиво прищурившись, начал Мэтт, но Ники его перебила:              — Никаких. Тем более Элис училась в Беркли, ее опыт не повредит. Погнали. — Она решительно развернулась и, махнув следовать за ней, направилась к выходу из комнаты.              — Ты ведь не против? — поинтересовался Мэтт, когда та скрылась из виду. — Если хочешь, то с ней могу съездить я.              — Нет-нет, работа есть работа. — Элис встала из-за стола и поспешила за Ники.              Как же ей надоело, что все действия сопровождались вопросом, не против ли она. Может, внутри она до сих пор и чувствовала смятение, но внешне старалась этого никак не проявлять. Несмотря на это, каждый считал своим долгом защитить ее от всего. Когда же они наконец поймут, что ей не нужна опека, а лишь отношение как ко всем остальным? Оставалось только, как и обычно, спрятать эмоции под непроницаемой маской и невозмутимо вернуться к работе. Элис ни за что не позволит Блэйду управлять ее жизнью.       

***

      Николь вызвала лифт и оглянулась. Кажется, Элис совершенно не торопилась. Пришлось даже несколько раз удержать створки от закрытия, пока та не соизволила наконец появиться. Но вместо того, чтобы войти в кабину, Элис направилась в туалетную комнату.              — Да чтоб тебя, — процедила Николь, раздражаясь все больше с каждой минутой ожидания.              Она никак не могла разобраться в собственных чувствах. С одной стороны, она должна радоваться, что проведет с Элис время наедине, ведь так давно об этом мечтала, но с другой — пропасть между ними, начавшая хоть немного уменьшаться в прошлом году, теперь стала еще больше. Казалось, теперь ее просто невозможно преодолеть. Николь постаралась выбросить из головы мысли об Элис и задумалась о Кейт, отношения с которой были простыми и понятными. Может, в глубине души у нее и остались чувства к Элис, но Николь собиралась сделать все, чтобы они не встали между ними с Кейт.              Так и не дождавшись, Николь решительно подошла к туалетной двери и резко распахнула ее.              — Может, хватит уже прихорашиваться? Не на свидание едем!              Элис вздрогнула и быстро убрала что-то в карман.              — Что это? — Нахмурилась Николь и преградила ей путь.              — Ничего.              — Я серьезно, Элис, что это?              — Аспирин, ясно? — Закатила глаза та. — У меня от тебя голова болит!              Элис все же обошла неожиданно возникшую преграду и вышла в коридор. «Твою ж мать», — покачала головой Николь и направилась следом. Долгое, почти бесконечное время, пока они спускались на первый этаж, прошло в тишине. Николь хотелось что-нибудь сказать, но она не знала, что и как. Ей так и не удалось подобрать слова, потому они просто проследовали мимо охранников, почти синхронно проводивших их взглядами.              Стоило выйти на улицу из комфортной прохлады кондиционера, сложилось отчетливое ощущение, что липкая жара окутала с головы до ног. Еще не успев дойти до машины, Николь почувствовала капельки пота, противно щекочущие спину. А внутри салона авто вообще царило пекло сродни Преисподней. Давненько в Нью-Йорке не бывало столь жаркого лета. А им еще тащиться через Бруклинский мост, как обычно, погрязший в пробках. Складывалось ощущение, что на Манхэттене и подъездах к нему час пик никогда не заканчивается.              Николь нехотя плюхнулась на водительское сиденье и тут же открыла передние окна. Конечно, это мало помогло, но хотя бы в движении появится спасительный сквозняк.              — Может, лучше включишь кондиционер? — пристегивая ремень безопасности, спросила севшая рядом Элис.              — Я бы с радостью, но он сломался, — с досадой ответила Николь и, стянув с себя рубашку, осталась в одной майке. Не без удовольствия она заметила, как взгляд Элис скользнул по ее фигуре. — А Бэйкер не выделяет мне деньги на ремонт.              — Давно бы уже сама починила.              — Простите-простите, но я столько не зарабатываю.              Когда авто тронулось, ветерок и правда ворвался в салон, но такой горячий, словно кто-то включил печку. И, конечно, проехав всего несколько кварталов, они попали в пробку. Вереница машин медленно продвигалась, отовсюду слышались клаксоны особо нервных водителей, а кто-то даже ругался.              Солнце светило настолько ярко, что приходилось щуриться даже в темных очках. Чувствуя, как нарастает нервозность, Николь решила немного успокоиться и достала пачку сигарет. Не успела она даже чиркнуть зажигалкой, как с соседнего сиденья послышался недовольный возглас:              — Может, ты не будешь делать этого в машине? Мало того, что вредно, так еще все пропахнет.              — Ты мне не мамочка, — огрызнулась Николь, все же прикурила и, глубоко затянувшись, с наслаждением выпустила облако дыма.              Элис недовольно фыркнула и скрестила руки на груди. И хоть она ничего не говорила, ее мысли словно телепатически вдалбливались в голову. Сделав еще одну небольшую затяжку, Николь закатила глаза и демонстративно потушила сигарету в пепельнице.              — Теперь довольна? — Она посмотрела на Элис, буркнувшую в ответ что-то невнятное.              Несмотря на чудовищное пекло и капельки пота, стекающие по ее вискам, она не спешила снимать пиджак. От одного взгляда на нее становилось еще жарче.              — Ты бы еще шубу напялила, — хихикнула Николь, — не хочешь снять? Поверь мне, так гораздо лучше.              — Я в порядке, — отрезала Элис.              — Как хочешь.              Конечно, это более чем странно, но понять, почему она так поступает, Николь не могла. Ко всему прочему, от жары голова плохо соображала.              В гнетущей атмосфере, подпитываемой раздражением из-за медленного движения и нестерпимого пекла, они провели еще полчаса, пока Элис не решилась нарушить тишину:              — Я должна извиниться.              Вскинув брови, Николь вопросительно взглянула на нее — такое заявление крайне удивило.              — За что?              — За то, что уехала и не поддержала тебя, когда шли все эти разбирательства. Это ведь из-за меня на тебя подали иски.              Адвокаты Лемана и Колтона обвинили Николь в превышении служебных полномочий. Первому она сломала нос во время допроса, когда пыталась выяснить, кто его сообщник, похитивший Элис, а второго чуть не забила до смерти, нарушив все протоколы задержания. Ее действия чуть не привели к катастрофическим последствиям для обвинительной стороны, но окружной прокурор сам взялся за дело, и обоих удалось упечь в тюрьму на пожизненный срок. Николь тогда грозило не просто увольнение, а заключение. Она наломала дров, и ей лишь чудом удалось выбраться из выкопанной своими же руками могилы.              — Ты здесь ни при чем, — серьезно взглянув на Элис, после недолгого молчания ответила Николь. — Я сама наделала ошибок. Если бы прислушалась к Мэтту и Бэйкеру, ничего этого не случилось бы. А потом откуда-то всплыли записи о моих приводах из-за наркотиков, и я думала, что это конец, но моему адвокату удалось вывернуть все так, что это не приняли как улику из-за нарушения протокола.              — Хорошо, что Мортон знает свое дело, — улыбнулась Элис.              — Да уж... Подожди, что?.. Как?.. Как ты узнала, что он представлял меня? — Поток вопросов полился из Николь, пока ее не осенило, и картинка в голове не сложилась полностью. — Это была ты! Ты оплатила его услуги!              — Да.              — Но... Ты была не обязана этого делать.              — Если бы меня не похитили, тебе бы не пришлось проходить через все это. Тебе нужен был лучший адвокат, иначе конец пришел бы не только твоей карьере, — Элис говорила тихо, бездумно крутя кольцо на пальце.              — Где ты взяла столько денег? Его услуги стоят дорого.              — У меня были сбережения.              Николь поверить не могла, что Элис не просто следила за судебными процессами по ее делам, но и оплатила жутко дорогие услуги самого лучшего адвоката в Нью-Йорке. Несмотря на все, через что ей пришлось пройти, она не переставала заботиться о Николь. Эта информация выбила ее из колеи. И заставила волну былых чувств вновь захлестнуть с головой. Как бы она ни старалась их подавить и оставить позади, ничего не выходило.              — Спасибо, — выдохнула Николь. — Для меня еще никто не делал ничего подобного.              — Ты спасла мне жизнь. Это меньшее, что я могла. — Элис повернулась и посмотрела ей в глаза.              Их зрительный контакт настолько затянулся, что лишь недовольные гудки стоящих сзади машин заставили очнуться и осознать, что давно горит зеленый. Оставшаяся часть поездки прошла в тишине, но атмосфера стала более непринужденной. После таких неожиданных новостей, Николь просто не имела права злиться на Элис за то, что она бросила ее. Хотя определить свои чувства рядом с Элис она до сих пор не могла. Поглядывая на нее, Николь радовалась, что она наконец рядом, но в то же время злилась, что даже не попыталась связаться, когда вернулась. Ей понадобится время, чтобы разобраться с этим.