Скованные. Побег от прошлого

      Стоило постучать, как в комнате послышался грохот и ругательства, обращенные к «чертовой лампе», потом еще какая-то возня. Прошло не меньше минуты, прежде чем дверь наконец распахнулась, и на пороге возник высокий симпатичный парень со спутанными темными волосами. Он прищурился, рассматривая гостей, а потом расплылся в довольной улыбке.              — Чем могу помочь?              — Детективы Райли и Сандерс, полиция Нью-Йорка, — представилась Элис и показала удостоверение, чем весьма уменьшила радость парня. — Мне нужны Майкл Лорден и Калеб Шотт.              — А что случилось? — Он выпрямился и скрестил руки на груди. Такой поворот ему явно не понравился.              — Представься, пожалуйста.              — Калеб. Майкл не брал летний семестр и уехал домой в Кентукки. Так зачем вы здесь?              — Эван Хантер твой сосед?              — Да.              — Мне жаль, что приходится сообщать таким образом, — Элис хотела бы смягчить удар, но в таких случаях это невозможно, — вчера в Бруклине нашли его тело.              — Что? Нет. Это невозможно! Вы... Вы уверены, что это он? — Калеб мотал головой, сомневаясь в реальности сказанного, как и все, кто впервые слышит о смерти близкого человека.              — К сожалению, да. Мы опознали его по медицинским показателям. Мы можем войти и поговорить?              — Да-да, конечно. — Калеб открыл дверь пошире, пропуская детективов внутрь.              В комнате царил типичный для общежития беспорядок, но выглядела она при этом просторно и даже уютно. Здесь имелось все для комфортного проживания: небольшая кухня, которой, наверное, никогда не пользовались, холодильник, стол, три кровати, шкаф и даже телевизор с приставкой. На полу возле кровати валялась разбитая лампа, которую Калеб, видимо, задел, поспешно скрывая признаки курения — в комнате витал отчетливый запах, а ведь за такое легко могли выселить. Ники осматривала комнату со скептическим интересом — Элис именно так бы охарактеризовала выражение ее лица.              — Присаживайтесь. — Указал на стулья Калеб, а сам сгреб в мусорный мешок сваленные на столе коробки из-под пиццы и какой-то еды на заказ. Часть из них полетела на пол, но, махнув рукой, он уселся напротив.              Стараясь не показывать отвращения, Элис осмотрела липкие пятна на столешнице и решила, что облокачиваться или класть на нее папку не стоит. Ники тоже предпочла воздержаться от прикосновений к ней.              — А что произошло с Эваном? — спросил Калеб и положил руки на стол, совсем не замечая грязи. — Уже сообщили его родителям?              — Мы думаем, что его убили. Наш коллега свяжется с его родными, — мягко ответила Элис.              — Убили? — С ужасом в глазах Калеб по очереди посмотрел на детективов и опустил взгляд.              — Да, поэтому нам нужно как можно больше узнать об Эване, о его жизни в последнее время. Профессор Альварез сказал, что он стал часто пропускать занятия.              — Эм... Он говорил, что нашел какую-то работу, и ему бывает некогда. Я и не волновался, когда он позавчера не вернулся в общежитие — он иногда пропадал на пару-тройку дней. — Калеб нервно теребил кожаный браслет на запястье.              — Что за работа?              — Он не рассказывал. — Пожал плечами тот и наконец оторвался от созерцания своих рук. Элис не могла понять, что скрывается в его взгляде: беспокойство о друге или же страх? — Думаете, это из-за нее его убили?              — Пока рано говорить, — осторожно ответила она — нельзя делать никаких утверждений и предположений при знакомых жертвы. — Что ты еще можешь сказать о его жизни?              — Я не знаю. — Калеб нервно повел плечом, словно ему резко свело мышцу. — Раньше мы хоть тусовались вместе, а после того, как Эван нашел эту работу, он мало общался со мной и Майком. Знаете, как будто мы стали не его уровня — у него ведь появились деньги. — Он поморщился, даже не стараясь скрыть то, что ему неприятна эта ситуация.              — Калеб, а у него была подружка? — спросила Ники, до этого молча записывавшая что-то в блокнот.              — Если и была, то он не говорил.              — Может, друг?              — Что?              — Эван был геем? — Ники слегка прищурилась, словно пытаясь разглядеть что-то между строк.              — Не был он геем! — резко ответил Калеб.              — А ты?              — Что за вопросы, детектив?! — Он вскочил, но через мгновение снова опустился обратно на стул, видимо, осознав неуместность своей бурной реакции. — У меня есть девушка!              — Ясно, — спокойно ответила Ники и снова уткнулась в блокнот.              Элис всегда нравилось в их совместной работе то, что, даже не ведя разговор, Ники могла вставить меткий комментарий, способный многое сказать о собеседнике. Вот и сейчас, всего пара невинных вопросов, а уже стало ясно, что Калеб скрывает что-то. Конечно, это мог быть пустяк о том, чего он стыдится, а могло и что-то посерьезнее.              — Во сколько Эван ушел позавчера? Он выглядел обеспокоенным? — Элис снова использовала мягкий тон, желая показать, что она на стороне Калеба. Тот охотно отвернулся от Ники:              — Около восьми. Последнее время он был какой-то дерганный, но в остальном все было как обычно.              — Дерганный? — переспросила Ники.              — Ну, нервно реагировал на все, куда-то выходил ненадолго, тайно звонил. Я подумал, что он конкретно подсел на наркоту, но это его дело. — Пожал плечами Калеб. — Наверное, надо было что-то сделать, тогда бы...              — Ты бы ничего не изменил. В том, что случилось с Эваном, нет твоей вины, — уверенно сказала Элис. — Нам нужно осмотреть комнату и его вещи.              — А ордер у вас есть? — Голос Калеба звучал не очень уверенно, однако слова его имели смысл — без согласия официального основания для обыска у них нет.              Элис заметила, что Ники напряглась, словно пантера, готовая к атаке. В глазах блеснул азартный огонек и, чуть подавшись вперед, она заговорила, пристально смотря Калебу в глаза:              — Ты думаешь, мы не почувствовали запах, когда вошли в комнату? — Тот напряженно сглотнул, а она продолжила, слегка наклонив голову: — Мы из убойного и нам плевать, если у тебя завалялось немного травки. Все, чего мы хотим, найти того, кто убил твоего друга, и его вещи здорово могут нам помочь. Но если ты хочешь, чтобы все было официально, то я сейчас позвоню в службу ордеров, и уже через пять минут у меня будет один. Но тогда я уже не смогу быть к тебе настолько лояльной и закрыть глаза на найденные наркотики.              Для убедительности Ники достала телефон и даже стала набирать номер. Элис изо всех сил старалась сохранить серьезное выражение лица, наблюдая за ее действиями.              — Ладно-ладно! Можете тут все осмотреть! — мгновенно сдался Калеб и указал на кровать возле окна. — Эван спал здесь.              — Правильный выбор. — Победно улыбнувшись, Ники поднялась и указала на выход. — Подожди пока вон там.              Калеб покорно встал возле двери, но в коридор не вышел — видимо, боялся, что может найтись что-то, требующее объяснений.              — Служба ордеров, серьезно? — усмехнувшись, шепнула Элис.              — Ну, ему же не обязательно знать, что ее не существует, — так же тихо хмыкнула Ники и достала из заднего кармана перчатки. — Вызови криминалистов.              Элис удивленно вскинула одну бровь, наблюдая за тем, как та ловко натягивает перчатки. В голове промелькнул вопрос, сколько еще всего хранится в бездонных карманах джинсов Ники.              — Надо? — предложила она, выудив еще одну пару.              — Спасибо, — обычно Элис старалась не забывать о перчатках и других мелочах, когда направлялась на место преступления или опрос, но, видимо, годовой перерыв в работе все же наложил определенный отпечаток. Да и беспокойные ночи прибавляли рассеянности. — Разве нам не нужно подождать криминалистов?              — Да все в порядке, давай начнем, — отмахнулась Ники.              — Так нельзя.              — Сделаем вид, что подзабыли протокол. Тебя вообще не было целый год, так что никаких претензий.              — А тебе все равно?              — Именно, — хмыкнула Ники и направилась вглубь комнаты. Элис покачала головой от такой беспечности, но все же последовала за ней, на ходу набирая номер диспетчера.              Пока детективы осматривали вещи Хантера, Калеб пристально следил за каждым их движением. Ники сразу начала копаться в прикроватной тумбочке, а Элис решила посмотреть, что в шкафу. Ничего особенного ей не приглянулось: обычные вещи студентов, не очень аккуратно развешанные и уложенные. Роясь в каких-то носках и футболках, она испытывала странное чувство стыда — кому хочется, чтобы так бесцеремонно заглядывали в их личную жизнь? Раньше Элис никогда не задумывалась о подобном, легко проводя обыски. Однако, побывав на месте жертвы, когда ее квартиру перевернули вверх дном в поисках зацепок, она чувствовала, что в ее личное пространство не просто вторглись, а вывернули все то, что ей хотелось спрятать даже от себя, не говоря уже о посторонних людях. Теперь Элис стала сочувствовать жертвам, которым даже после смерти не удается сохранить свои сокровенные тайны.              — Воу, вот это находка! — присвистнула Ники и выудила из-под каких-то тетрадей и журналов пакетик с белым порошком. — Да тут не меньше грамма.              — Я даже не знал об этом! — поспешил оправдаться Калеб.              — Это мы заберем. — Похоже, подготовившись абсолютно ко всему, она засунула находку в небольшой пакетик для улик. — Кстати, малыш, если есть еще наркота, то давай ее сюда — нечего травить организм.              — Да у меня нет!              — Найду сама — хуже будет!              — Под моим матрасом, вон там. — Обреченно вздохнув, сдался Калеб и указал на свою кровать.              — Кто ж наркоту под матрас прячет? Дилетант, — едва слышно усмехнулась Ники и извлекла приличный пакет с травой. — Вау! — снова присвистнула она, прикидывая его вес. — За такое количество тебя бы не просто из колледжа выперли, ты бы угодил за решетку.              — Да я не... Это просто... — промямлил Калеб, виновато опустив голову. Кажется, он даже подрагивал немного.              — Ники, посмотри на это, — позвала ее Элис, заметив, что пакет с травкой перекочевал к ней в карман.              — Ну и что? Костюм как костюм, — взглянув лишь мельком, пожала плечами та.              — Это очень дорогой костюм. Он стоит несколько тысяч долларов. Такой просто незачем студенту. И он тут не один.              — Возможно, это как-то связано с его работой. Калеб, не в курсе, куда Эван так наряжался? — спросила перепуганного студента Ники. Он даже ответил не сразу, наверняка все мысли были только о найденной травке.              — Последнее время он их не носил, а раньше постоянно, но он никогда не говорил, куда идет.              Вскоре в комнату вошел коротко стриженный коренастый мужчина в форме криминалиста. С ним Элис встречалась год назад во время расследования дела Блэйда, но имени вспомнить не смогла.              — Сандерс, опять начинаешь обыск сама! — Он смерил ее недовольным взглядом. — Когда ж ты научишься соблюдать протокол?              — Да ладно тебе, Келлум, мы бы ждали тебя целую вечность, а так мы уже сделали половину работы. — Подмигнула Ники, кивнув на найденные ими вещи. — Будешь дома пораньше, а еще с меня бутылка.              — «Джим Бим Блэк», другую не приму! Но больше так не делай.              — Так точно, сэр. Бурбон завтра. Остальное больше не повторится. — Она отсалютовала двумя пальцами.              Келлум лишь покачал головой и, натянув перчатки, сложил обнаруженные улики в пакеты. Судя по всему, он нисколько не поверил ей — наверняка это был не первый и определенно не последний подобный случай.              — Ловко, — подойдя к Ники поближе, сказала Элис так, чтобы никто не услышал. — Похоже, тебе частенько приходится так договариваться.              Она, конечно, осуждала такую легкомысленность и абсолютное нежелание следовать правилам, но с другой стороны, Ники всегда находила способ решить подобные ситуации. Иногда Элис даже завидовала такому невероятному везению. И хоть сама она все же предпочитала действовать по протоколу, но иногда все же позволяла втягивать себя в такие авантюры. Почему? Она и сама не знала. Но Ники каким-то образом могла ее расшевелить, заставляя на некоторое время забыть о правильности и строгости, к которым Элис привыкла.              — Путь к сердцу копа лежит через его печень, — усмехнулась Ники, — ни один не откажется от бутылки хорошего пойла.              Проведя в комнате не меньше часа, детективы и криминалист осмотрели каждый уголок, но больше ничего интересного не нашли — обычные вещи студента: учебники, тетради, порнушка. Разве что привлекла внимание баночка таблеток, на которые, конечно, рецепта не имелось, так что «конфисковать» пришлось и их.              — Какой из ноутбуков Эвана? — уже собираясь уходить, спросила Элис, чтобы прихватить его с собой.              Калеб достал один из шкафа, сказав, что второй принадлежит ему.              — Стоп. — Ники не дала ему закрыть дверцу и еще раз заглянула внутрь. — Это твой телефон?              — Нет, мой вот, — для убедительности Калеб достал свой из кармана шорт, — это Эвана. Обычно он им пользовался, но когда уходил позавчера, взял с собой другой, а этот оставил. Я спрашивал, нафига ему два телефона, но он не говорил ничего конкретного.              — И ты посчитал, что это совершенно неважно? — Тон Ники слегка повысился, и Элис тронула ее за плечо:              — Нам пора.              Келлум собрал все найденные вещи в свой кейс, дал Ники несколько документов на подпись и, попрощавшись, первым покинул комнату. Детективы тоже направились к выходу. Калеб выдохнул с облегчением, но Ники остановилась у самой двери, заставив его снова напрячься. Она достала еще одну мятую визитку и протянула ему:              — Если что-то вспомнишь, позвони мне.              Калеб взял небольшую картонку с логотипом полиции Нью-Йорка и телефоном, однако Ники ее не отпустила, а лишь придвинулась ближе. Она едва доставала высокому студенту до плеча, но, казалось, что от ее взгляда он уменьшился в росте минимум наполовину.              — Послушай меня, Калеб, если ты думаешь, что травка и таблетки — это невинное развлечение, то ты сильно ошибаешься. Сегодня тебе крупно повезло, что у тебя на пороге появились мы, а не другие копы, а то ты бы уже давно сидел в наручниках в нашей машине. Но каждый имеет право на второй шанс, и я дам тебе его. Возьмись за голову, иначе ты можешь не просто вылететь из колледжа, а закончить, как твой друг. Поверь мне, какими бы легкими они ни были, наркотики еще никого не доводили ни до чего хорошего. Ты меня понял?              — Да, мэм. — Согласно закивал Калеб и попятился назад, стоило Ники отпустить визитку.              — Отлично. — Она кивнула, и прежде чем выйти, сделала жест рукой, показывающий, что она за ним наблюдает.              — Неплохая речь, — хмыкнула Элис, когда дверь комнаты закрылась за ними, оставив Калеба в одиночестве размышлять над сказанным.              — Пусть не совершает моих ошибок, — отозвалась Ники и, больше не говоря ни слова, направилась к выходу.              Не успели они отойти от общежития даже на пару шагов, как она сразу закурила. В носу тут же защекотало, и Элис поморщилась от запаха.              — И давно ты опять начала курить? — закинув папку на заднее сиденье машины, поинтересовалась она.              — Догадайся, — буркнула Ники и выпустила облако дыма, постаравшись направить его в другую сторону.              Элис предполагала, что именно ее отъезд подтолкнул постоянно борющуюся с разного рода искушениями Ники вернуться к вредной привычке. Наверное, стоило порадоваться, что она не сорвалась на что-то гораздо более пагубное. Хотя все же целый пакет травки в ее кармане заставлял нервничать — внесет ли она его в рапорт? Конечно, Элис не хотелось сомневаться в Ники, учитывая все, через что они вместе прошли, но полностью избавиться от подозрительного чувства не получалось.              — Лучше поговорим о деле, — перевела тему Ники и, выкинув бычок, забралась в машину. Элис дождалась, пока она повернет ключ зажигания, и, сразу открыв окно, расположилась на соседнем сиденье. — Таинственная работа, дорогие костюмы, наркотики... Ставлю сто баксов, что Хантера убили из-за этого. Если мы узнаем, чем он занимался, то найдем убийцу.              — Согласна. Надеюсь, Мэтту и Уолли удалось что-нибудь выяснить.              — Слушай, нам сейчас по пробкам часа три добираться обратно. Может, съедим чего-нибудь? Я с утра ничего не ела. Тем более, — Ники быстро взглянула на наручные часы, — ребята наверняка скоро отправятся по домам.              — А твоя девушка волноваться не будет?              — Она привыкла, что я задерживаюсь на работе. К тому же мы не живем вместе.              Не то чтобы Элис интересовала такая информация, но все же глубоко внутри от этой мысли ей стало несколько приятно — значит, их отношения еще не такие серьезные. На самом деле ей хотелось побыстрее отделаться от общества Ники — сегодня и так было сказано слишком много, — но она тоже жутко проголодалась. А торчать три часа в душной машине под мелодию урчания их животов совсем не прельщало. Да и, наверное, все же будет правильным объяснить, почему после годового игнора она не сообщила о своем возвращении.              — Ладно, — наконец приняв решение, кивнула Элис, — как насчет мексиканской кухни?              — Да хоть устриц твоих, у меня желудок сейчас сожрет все остальные внутренности, — хихикнула Ники и не спеша вырулила со стоянки.              — Тогда тут недалеко. Сейчас налево, потом завернешь на Мейн-Стрит, а дальше я покажу.       

***

      Элис неплохо ориентировалась в Уайт Плейнс, и уже минут через пять Николь весьма удачно припарковалась у стеклянных дверей небольшого кафе с дурацким названием «Чипотле». Кажется, это была какая-то мексиканская приправа. Сеть этих заведений росла как на дрожжах, и Николь с Мэттом частенько заглядывали в них в Бруклине.              Внутри окруженное магазинами кафе оказалось совсем маленьким, всего несколько рядов столов с твердыми стульями, типичными для фаст-фуда. Конечно, не роскошный ресторан, но зато быстрое обслуживание и вкусная еда, а Николь ничего больше и не надо было. Когда они с Элис только познакомились, «девочка с Манхэттена» предпочитала более приличные и дорогие заведения, но работа в полиции наложила свой отпечаток, сделав ее вкусы более приземленными. Уже минут через десять Николь принесла два буррито и тако за столик у окна.              — Я угощаю, — хмыкнула она, заметив, как Элис полезла в сумку за кошельком.              — Спасибо.              Некоторое время они наслаждались едой в тишине. Николь очень хотелось поговорить, но она не знала, о чем — боялась опять все испортить и свести разговор к неприятным темам. Поэтому просто украдкой рассматривала Элис, пока та не видела, все стараясь понять, что в ней изменилось. И вроде бы все те же мягкие черты лица, идеальная укладка и макияж, но явно улавливалось что-то незнакомое. Было ли дело в углубившейся морщинке между бровей или ставшим чуть тусклее цвете глаз, Николь не знала.              — Так, ты и Мэтт в лесбийском баре, — расправившись с буррито, усмехнулась Элис, — это любопытно.              — Вы что, обсуждали меня? — Нахмурилась Николь, исподлобья взглянув на нее.              — Это не то, чем кажется.              — Это именно то, чем кажется. И это не твое дело, Элис. Ты предпочла вычеркнуть меня из своей жизни, так что не стоит теперь лезть в мою. Ты просто уехала и игнорировала все мои звонки и письма. Я целый год не знала, что с тобой! Ты прекрасно знаешь, как твоя семья относится ко мне — к ним я не могла обратиться. А потом ты вернулась и даже не удосужилась позвонить. Если бы ты не пришла в участок, я бы так и не... — Николь выдохнула и покачала головой, не закончив фразу.              Наверное, не стоило вываливать всю свою обиду именно сейчас, но сдерживаться она больше не могла. Самые тяжелые дни в жизни, когда Элис находилась в лапах Колтона, переросли в целый год неведения. Каждый день Николь будто снова и снова переживала один и тот же кошмар, чувствуя себя абсолютно беспомощной. И сейчас она не могла сделать вид, что все как прежде, как Элис пыталась показать. И это раздражало до безумия, как и ее нежелание говорить.              — Ники, — через какое-то время Элис подняла понуренную голову и посмотрела ей в глаза, — прости, что я так поступила, но мне нужно было оставить все позади, чтобы как-то пережить то... то, что случилось. Я ведь и с семьей не общалась. Думала, что если оборву все связи, то смогу сама справиться. — Вздохнув, она хрустнула пальцами и после недолгой паузы тихо продолжила: — Но не получилось, и я обратилась к специалисту. Полное отстранение от прошлой жизни стало частью терапии. Когда я наконец решила, что все позади, я вернулась. И не позвонила. Потому что мне было стыдно за то, как я поступила с тобой и семьей. С мамой мы толком еще не разговаривали, а с Риком виделись только в аэропорту. Мне жаль, что тебе пришлось пребывать в неизвестности, но по-другому я не могла.              Николь наклонилась вперед и обхватила руку Элис, не дав ей хрустнуть еще одним пальцем:              — Эл, я... Прости, я не должна была... — ей с трудом удавалось обратить свои мысли в слова.              — Ты имеешь право злиться, Ники, — глубоко вдохнув, с завидным спокойствием сказала Элис и осторожно высвободила свою руку. — Я больше не хочу говорить об этом. Ты можешь просто сделать вид, что ничего не было?              — Конечно. — Кивнула Николь, не имея ни малейшего понятия, как ей это удастся.              Николь не представляла, насколько Элис тяжело было собрать свою жизнь по кусочкам, пока обижалась на нее. Как она вообще могла позволить себе обижаться? У нее просто не было на это права, после всего, что довелось пережить Элис. Николь злилась на нее за то, что сбежала, но не задумывалась о причинах, а ведь должна была думать о том, что лучше для Элис, постараться понять ее действия.              И сейчас Николь просто выплеснула на нее свои все эмоции. Как язык вообще мог повернуться сказать ей что-то в таком тоне? Элис через столько всего прошла, но осталась при этом все такой же спокойной, мягкой, рассудительной, чего Николь не могла сказать о себе. На самом деле, она слабо представляла, как сама бы справилась, пережив нечто подобное. Теперь обида на Элис стала постепенно перерастать в нечто другое, о чем Николь подумает потом — наедине с бутылкой виски.              — Думаю, нам пора. — Элис поспешно встала и потянулась за сумкой.              Через пару минут они молча вышли из кафе и уселись в машину. Не успела Николь освободить парковочное место, как его уже занял другой автомобиль. Поездка обратно в Бруклин прошла в более легкой обстановке: возвращаться к неприятным темам они не стали. Николь рассказала последние новости, а также то, что Уолли собирается сделать Лили предложение, вызвав искреннюю улыбку Элис. Хоть что-то приятное за день.              На самом деле Николь слабо представляла, как снова научиться с ней общаться, но очень хотела этого. Все же им обеим действительно нужно время.       

***

      Николь отвезла Элис к парковке участка, чтобы та забрала свою машину. Она арендовала ее, пока не получит служебную. С трудом подавив желание проследить за ней до дома, Николь направилась к себе. Все, чего ей сейчас хотелось — принять душ и выпить пару стаканов виски перед сном. Однако, войдя в свою квартиру, она почувствовала вкусный запах еды, а из кухни появилась Кейт.              — Привет! — Радостно помахала та. — Надеюсь, ты не против. Я просто подумала, что ужин тебе не помешает.              Приложив неимоверные усилия, Николь подавила тяжелый вздох и улыбнулась. Она обняла и поцеловала свою девушку, постаравшись не выдать истинных эмоций. Последнее, что ей сейчас нужно — это ссора. Впервые Николь пожалела, что дала Кейт ключ от своей квартиры, но вслух спокойно сказала:              — Я приму душ, а потом поужинаем.              Она уже собиралась быстро сбежать в ванную, но обхватившие талию руки остановили ее.              — Может, я к тебе присоединюсь? — послышался игривый шепот прямо над ухом.              Николь вздохнула и повернулась к Кейт, явно настроенной весьма серьезно. Ее ладони уже заскользили по спине и забрались под майку.              — Слушай, я так устала, так что это не лучшая идея. — Николь выпуталась из объятий и отступила на шаг. — К тому же я съела буритто по дороге домой...              — Ну, конечно. — Кейт покачала головой. — Я хотела порадовать тебя. Думала, что горячий ужин после работы тебе понравится. Но последнее время ты ведешь себя странно — ты здесь, но твои мысли далеко.              Николь прекрасно знала, к чему клонит Кейт — неважно осознанно или нет. Внезапно ей захотелось схватить бутылку вина со стола и с силой разбить ее об пол, но она сдержалась:              — Я целый день по жаре моталась по Нью-Йорку. Мне даже пришлось тащиться в Уайт Плейнс. Уж извини, что мне хочется отдохнуть, а не...              — А не что?.. Продолжай. — Кейт скрестила руки на груди, стоило замолчать на полуслове. — Не проводить время со мной?              — Это не так.              — Думаю, мне лучше уйти. Не забудь выключить плиту через пять минут, — холодно сказала Кейт и направилась к выходу. Прихватив плащ с вешалки, она вышла в коридор.              — Твою мать! — Николь стукнула кулаком по столу так, что задребезжали бокалы.              Как бы она ни пыталась обмануть Кейт и даже себя, неожиданное возвращение Элис выбило почву из-под ног. Понять свои чувства рядом с ней удавалось с трудом, и это определенно влияло на отношения с Кейт. А Николь всем сердцем не хотела этого. Не хотела потерять то, что они построили вместе. Не хотела потерять Кейт. Своими действиями она нередко разрушала не только свою жизнь, но и других. Но с нее хватит — не в этот раз!              Приняв решение всего за пару секунд, Николь поспешила следом за своей девушкой и догнала ее уже на лестнице:              — Кейт! Подожди!              — А какой смысл?              — Я не хочу, чтобы ты уходила. Правда. — Взяв ее руку, Николь подошла совсем близко. — Извини меня. Просто сегодня выдался не самый простой день. Давай поедим то, что ты приготовила, пахнет ведь вкусно, а потом посмотрим какой-нибудь фильм. А потом можем...              — Я не думаю, что это... — покачала головой Кейт, но Николь не дала ей закончить:              — Прости, что я там сказала, но сегодня действительно был тяжелый день. Я не хотела вываливать свое хреновое настроение на тебя. Если ты останешься, то не пожалеешь. Обещаю. — Распахнув глаза, она умоляюще посмотрела на Кейт. Этот прием работал безотказно почти всегда.              — Ладно, — смягчилась та и даже слегка улыбнулась, однако напряженная поза и несколько резкие движения никуда не делись, — но надо срочно выключить плиту, иначе пахнуть вкусно перестанет.              — Тогда поспешим и спасем нашу еду! — хихикнула Николь и, изображая полет супергероя, потянула свою девушку обратно в квартиру.