Скованные. Побег от прошлого

      Мир вокруг Элис закрутился, словно карусель, и упасть ей не дала только крепкая хватка Мэтта. Поддерживая за локоть, он вывел ее наружу. После духоты ангара казалось, что на улице резко похолодало. Но головокружение от такого перепада только усилилось. Прижавшись к Мэтту, Элис старалась дышать как можно глубже и, в конце концов, постепенно пришла в себя. Она отвернулась, чтобы вытереть невольно покатившиеся по щекам слезы.              — Может, это кровь не Николь, — тихо сказал Мэтт, но вряд ли верил в собственные слова.              — А чья же еще? — Элис резко подняла голову, и от этого движения ее немного замутило. Ей удалось подавить тошноту. — Ты сам видел, что кровь свежая. Ники...              — Постой, — перебил ее тот, — пока не доказано обратное, нужно считать, что она жива.              — У меня нет столько оптимизма.              — Я вызову криминалистов, вдруг им удастся найти что-нибудь. — Мэтт потянулся к телефону, но мелодия звонка запиликала раньше. — Это Бэйкер, — сообщил он и включил динамик громкой связи. — Сэр.              — Я только что от комиссара, — сразу перешел к делу капитан, — этот ублюдок Стэдман отказывался дать информацию по делу, но комиссар все же на нашей стороне. Последствия будут, но найти Сандерс — сейчас первостепенная задача. Офицеры ОБН сообщили, что двадцать минут назад видели людей Балларда в районе заброшенного зерноприемного терминала в Ред Хук.              — А что с самим Баллардом и Ники? — стараясь, чтобы голос не дрожал, поинтересовалась Элис.              — Неизвестно. Но нужно проверить. Соберите штурмовую группу, я вышлю адрес.              — Я знаю, где это. Мы совсем недалеко, — ответил Мэтт.              — Интересно, и где же вы находитесь? — грозно спросил Бэйкер. Детективы переглянулись, но ничего не ответили. — Это как-то связано со ждущей меня в участке китаянкой?              — Капитан, мы... — начал Мэтт, но тот не дал ему закончить:              — Должны были оставаться в участке! Мы еще поговорим с вами двумя о выполнении приказов, а пока направляйтесь по адресу и ждите группу. Я распоряжусь. И, Дайсон, — обратился к нему Бэйкер, но несколько секунд помешкал, прежде чем продолжить: — не для протокола, делайте все, что считаете нужным, чтобы вернуть Николь.              — Есть, сэр, — кивнул Мэтт и, сунув телефон в карман, поспешил к забору.              На этот раз Элис перемахнула через него без помощи — сейчас она не то что могла перепрыгнуть двухметровую стену, но и пробить ее. Они с Мэттом бегом добрались до машины. Сирену он так же включать не стал, но, сорвав авто с места с небольшой пробуксовкой, вдавил педаль газа в пол. Мэтт выжимал из полицейского «Форда» все, что только мог. Конечно, до уличных гонок далеко, но скорость удалось набрать довольно приличную.              Элис видела заброшенный терминал в Ред Хук только на фотографии, и даже в этом случае от «безжизненного» здания становилось не по себе. Довольно большая территория, зловеще возвышающееся над водами канала Гованус старое здание для приемки зерна. Просто идеальное место для избавления от неугодных людей прямо посреди оживленного Нью-Йорка. Даже днем. Что творилось там под покровом ночи, представлять не хотелось.              И Ники, возможно, находилась там.              Всю дорогу Элис не покидала мысль: хоть бы не опоздать! Она заметила, что пару раз Мэтт неосторожно вылетел на встречную полосу так, что избежать аварии удалось лишь чудом. В обычных обстоятельствах, Элис строго отчитала бы его, но сейчас ее голова была забита совершенно другим. Она старательно отгоняла от себя мысли о том, что люди Балларда направились на заброшенный терминал, чтобы просто избавиться от тела. На это уходили все ее душевные силы.              Остановив машину с приличным тормозным путем рядом с украшенным граффити бетонным забором, Мэтт выскочил наружу и огляделся. Элис поспешила за ним. На железных воротах висела запрещающая вход табличка с логотипом какой-то компании-подрядчика. Пару лет назад терминал хотели реконструировать и запустить снова, но проект заморозили, и с тех пор пустынная территория привлекала разного рода любителей приключений, а также тех, кто хотел скрыть свою деятельность от посторонних глаз. Заплатив нужным людям, можно получить неограниченный доступ на территорию.              — Мэтт, — взглянула на него Элис, — я не буду ждать штурмовую группу.              — Согласен, — кивнул тот и толкнул ворота.              С негромким скрипом они сдвинулись с места, но остановились — изнутри на ручки была намотана цепь, не позволяя створкам открыться полностью. Просвет между ними позволял заглянуть внутрь, но пролезть в него не смог бы даже ребенок. Элис посмотрела вверх, оценивая высоту забора, тогда как Мэтт вытащил из багажника большие кусачки. Он быстро просунул их между створками и перекусил цепь.              — Добро пожаловать. — Мэтт кинул кусачки на заднее сиденье машины, достал пистолет и толкнул ворота.              — Ты точно по ночам не угоняешь тачки и не грабишь склады? — усмехнулась Элис.              — Надо быть готовым ко всему, — хмыкнул тот, но уже в следующее мгновение его лицо стало максимально серьезным. — А теперь вперед. Будь осторожна.              Элис кивнула и, покрепче сжав пистолет в руке — с ним она всегда чувствовала себя увереннее, — последовала за Мэттом.              Территория за забором оказалась внушительных размеров. Миновав пустующий вагончик для рабочих и какие-то контейнеры, детективы оказались среди гор строительного мусора, позволяющих скрыться за ними. Темное даже при ярком солнце здание зернотерминала выглядело зловеще — можно снимать фильмы ужасов без декораций. Приближаясь к нему, Элис невольно поежилась.              — Смотри, — спрятавшись за старым контейнером, шепнул Мэтт.              Элис проследила за его взглядом — на открытой площадке возле входа в терминал стояло несколько машин и четверо вооруженных мужчин.              — Думаешь, Ники внутри? — спросила она.              — Надеюсь. Я знаю другой вход, за мной. — Пригнувшись, Мэтт трусцой побежал в противоположном от людей Балларда направлении.              Через минуту детективы добрались до обшарпанной стены терминала. Мэтт бесшумно отодвинул массивный лист железа, как оказалось, прикрывавший дыру. Ее просто невозможно заметить со стороны, если не знать, что искать.              — Мэтт, как ты?..              — Еще в школе мы с друзьями облазили здесь все, — ответил он и помог Элис пролезть внутрь, не ударившись головой.              Стена оказалась на удивление толстой, а отверстие — узким, так что возникли сомнения, сможет ли протиснуться сквозь него такой крупный мужчина, как Мэтт. Но Элис еще толком осмотреться не успела, а он уже стоял рядом с ней, отряхивая бронежилет и рукава рубашки от белой пыли.              — Пойдем. Только осторожнее. — Он достал фонарик и стал медленно продвигаться вглубь темного коридора.              Элис не настолько подготовилась и, конечно, фонарик с собой не взяла. Она вообще чувствовала себя излишне рассеянной, чего обычно себе не позволяла. Она старалась наступать туда же, куда и Мэтт, однако торчащая арматура, кирпичи или остатки оборудования, так и норовили впиться в ногу.              От сырости и запаха прелого зерна чесался нос, а нависающий над самой головой бетонный потолок вызывал приступы клаустрофобии. Элис старалась прислушиваться, но не различала ни единого звука, кроме стука собственного сердца. Ей едва хватало воздуха, чтобы не задохнуться, но она все же старалась делать максимально глубокие вдохи, чтобы не поддаваться панике. И как только Мэтт ребенком мог проводить здесь время? В детстве Элис даже представить себе такого не могла.              Отвлекшись на посторонние мысли, она немного расслабилась и почувствовала себя лучше, да и присутствие Мэтта вселяло уверенность. Похоже, он точно знал, куда идти.              Вскоре они вышли в более просторное помещение, заваленное мусором, железками и прочим хламом. Элис едва могла рассмотреть потолок в лучах солнца, с трудом пробивающихся сквозь отверстия в толстых стенах — окнами их назвать язык не поворачивался. По обе стороны просматривались остатки линий, видимо, для транспортировки зерна, какое-то оборудование, о назначении которого можно только догадываться.              — Сюда. — Мэтт кивнул на очередной коридор и тут же скрылся в нем.              Поспешив за ним, Элис споткнулась обо что-то, но смогла устоять на ногах. Она старалась не отставать от Мэтта — остаться в темноте в этом жутком месте совсем не хотелось. Пройдя коридор, они свернули и вышли к более светлым помещениям — Элис даже не пыталась ориентироваться, полностью положившись на Мэтта. Она сбилась со времени и с трудом представляла, сколько уже они петляют по этому терминалу.              Вдруг в одном из коридоров Мэтт выключил фонарик и резко остановился. От неожиданности Элис влетела в его спину. Прислушавшись, она различила голоса.              — Ну же, Балли, давай. Сколько можно медлить?              — Твою мать! Я не могу. Давай ты. — В этом голосе Элис узнала Балларда и тут же рванула вперед.              — Стой. — Мэтт попытался ее остановить, но она не могла ждать.              Все прочие мысли мигом улетучились из головы, оставив только одну: «Ники».              После темного коридора от резкого света заслезились глаза. Элис потерла их и уже через несколько мгновений смогла оглядеться. Это оказалось самое просторное помещение по сравнению с теми, через которые они проходили. Обзор затрудняли толстые бетонные колонны, расположенные в четком геометрическом порядке.              За одной из них Элис увидела стоящую на коленях Ники со скованными за спиной руками. Половину ее лица покрывала кровь из раны на лбу. Она едва не падала, пошатывалась из стороны в сторону, но все же бесстрашно не отводила взгляд и не просила пощады. Рядом стоял Баллард и с мрачным видом смотрел на мужчину, направившего дуло пистолета Ники в лоб.              Больше Элис не думала ни о чем.              Она вскинула оружие, прицелилась и выстрелила.              Время словно замедлилось. Элис видела, как зажмурилась Ники, как дернулась от пули голова мужчины, как его пистолет упал на пол, как удивленно открыл рот Баллард, когда брызги крови попали ему на лицо.              Вдруг она почувствовала крепкую хватку на своей руке и в следующее мгновение оказалась за одной из колонн. По полу, где она только что стояла, вздымая клубы пыли, прошлась очередь.              Это заставило Элис резко прийти в себя. Пули пролетали мимо, буквально вырывая куски бетона из стен. Колонна, за которой она спряталась, казалось, ходила ходуном и вот-вот собиралась развалиться.              Элис еще ни разу не бывала в настоящих перестрелках, и сейчас не могла понять, что громче — выстрелы или стук ее сердца где-то в висках.              — Не высовывайся, я разберусь! Скоро здесь будет штурмовая группа! — крикнул Мэтт и, перекатившись за небольшой контейнер, стремительно высунулся и выстрелил несколько раз.              Он действовал четко, профессионально, без намека на страх или промедление, как опытный военный, а вот Элис могла похвастаться только участием в учениях. И они разительно отличались от того, что происходило сейчас. Но она понимала, что должна помочь Мэтту, прикрывая огнем. И удостовериться, что Ники в порядке, ведь она, беззащитная, в самой гуще перестрелки.              Элис вдохнула, собрала все имевшиеся силы и выглянула. Она не увидела ничего, кроме хаоса. Ни Ники, ни Балларда, ни его людей — только пыль, искры и какие-то вспышки. Уловив движение, она выстрелила несколько раз в ту сторону. Спряталась обратно, не зная, попала ли. Совсем рядом несколько пуль угодило в бетонный пол. Элис вздрогнула, чуть не выронив пистолет.              «Соберись, Элис!» — приказала она себе. Но это никак не помогло ни бешено колотящемуся сердцу, ни дрожащим рукам. Она повернула голову и взглядом нашла Мэтта. Он успел переместиться от нее еще дальше и сейчас изредка высовывался, чтобы сделать пару выстрелов.              Разгадать его план не составило труда: вдвоем они мало что могли противопоставить численно превосходящим людям Балларда, оставалось не дать им подойти ближе и дождаться подкрепления, ведя сдерживающий огонь.              Элис постаралась выкинуть все лишние мысли из головы и в точности повторять за Мэттом. Высунуться. Два выстрела. Обратно в укрытие. Затем повторить.              Патроны закончились уже через пару таких маневров, но один запасной магазин у Элис имелся. Пока она перезаряжала пистолет, количество стреляющих резко увеличилось. До этого она насчитала шесть стрелков, но сейчас их стало намного больше. Среди прочего шума она услышала возгласы «Полиция Нью-Йорка! Бросить оружие!» и с облегчением выдохнула. Наконец прибыла штурмовая группа.              — Не стреляйте! Детектив Дайсон, шестьдесят шестой участок! — послышался голос Мэтта.              Элис быстро убрала пистолет в кобуру и тоже вышла из укрытия. Взгляд невольно скользнул по колонне, за которой она пряталась — та стала заметно тоньше от такого количества обрушившихся на нее пуль. Элис поежилась от мысли, что еще немного и прятаться за ней она уже не смогла бы.              Она огляделась в поисках Ники, но увидела только, как крепкие ребята из спецназа скрутили людей Балларда и его самого. Двое раненных постанывали на полу под надзором возвышавшихся над ними спецназовцев. Наконец Элис заметила Ники, та лежала на животе совершенно неподвижно.              — Мэтт! — позвала Элис, боясь, что не справится без его поддержки.              Подбежав ближе, Мэтт достал складной нож из кармана и разрезал сковывающий руки Ники хомут. Элис осторожно перевернула ее на спину. Только сейчас она заметила, что опустилась на колени в лужу крови, а серая майка Ники пропиталась ею насквозь. Элис стремительно стянула с себя пиджак и, найдя входное отверстие от пули, зажала его тканью так крепко, как только могла, в надежде хоть немного остановить кровотечение.              — Диспетчер, нужна скорая в заброшенный зернотерминал в Ред Хук, въезд с Колумбия-стрит. Офицер ранен. Повторяю, офицер ранен! — кричал в трубку Мэтт.              Вдруг Ники открыла глаза, но взгляд сфокусировать у нее не получалось. Элис склонилась над ней и прошептала:              — Все будет хорошо.              Та посмотрела более осмысленно, и в глазах ее отчетливо читалась паника. Она попыталась заговорить, но вместо слов из горла вырвались лишь натужные хрипы. Половину ее лица покрывала уже успевшая запечься кровь из глубокой раны в верхней части лба — видимо, именно ее следы остались на полу того ангара. Не переставая прижимать пиджак к ране, Элис провела рукой по щеке Ники, чувствуя немного шершавую корку. Ники казалась холодной, под глазами залегли глубокие тени, а сами они потускнели — она впадала в шоковое состояние.              — Ники, смотри на меня, оставайся со мной, — едва сдерживая слезы, шептала Элис. — Не оставляй меня...              Она видела, как с каждой секундой жизнь покидает Ники. И не могла ничего сделать. Ей хотелось кричать, выхватить пистолет и пристрелить Балларда, но она лишь умоляла Ники продержаться еще немного. Элис не могла потерять ее. Просто не могла. Слишком многое изменилось в ее жизни, однако Ники всегда была ее частью — пусть иногда ненавистной, раздражающей и выводящей из себя, но лишиться этого означало лишиться всего. Как Элис ни старалась отгородиться от Ники, она в ней нуждалась.              Пожалуйста, Ники.              Элис не заметила, как прибыли парамедики. Оттолкнув ее без особых церемоний, они склонились над Ники. Четко отточенными движениями один из них надел кислородную маску на нее, пока второй устанавливал капельницу — скорее всего, с обезболивающим. Несмотря на то, что Элис плохо соображала, протоколы действий служб реагирования словно хранились на подкорках мозга и даже в такой ситуации легко вспоминались. Небрежно отбросив окровавленный пиджак в сторону, парамедик разрезал майку и ловко наложил повязку, призванную остановить кровь, тогда как второй разложил мобильные носилки. Словно завороженная Элис наблюдала за тем, как Ники осторожно погрузили на них и повезли к машине скорой помощи. Она хотела рвануть за ними, но Мэтт удержал ее. Она сопротивлялась, но тот прижал ее к себе, что-то вкрадчиво говоря в самое ухо.              — Мы поедем за ними. — Немного успокоившись, все же разобрала его слова Элис.              Наконец вернув себе способность мыслить хоть отчасти ясно, она огляделась. Некоторые из спецназовцев поглядывали в ее сторону, и после устроенного ею Элис их не осуждала. Память несколько подводила ее, не давая выстроить четкую картину произошедшего, но то, что она позволила эмоциям возобладать, она помнила хорошо.              — Элис, — Мэтт обнял ее за плечи, — поедем в больницу.       

***

      Элис ненавидела больницы. Отвратительный запах, режущее глаза освещение, от которого хочется зажмуриться, постоянная суета, непрекращающийся гул голосов и приборов, словно въедающийся в мозг. От всего этого хотелось сбежать.              Год назад Элис пришла в себя в одной из палат этой больницы и больше ни разу сюда не возвращалась. В коридоре же весь хаос ощущался острее.              Элис чуть ли не бегом направилась в туалетную комнату, чтобы отмыть руки и лицо от крови. Она терла их почти до боли, с трудом осознавая собственные действия. Она не остановилась, даже когда на руках не осталось и следа чего-либо. Но Элис продолжала остервенело тереть ладони, пытаясь смыть кровь, которая, казалось, больше никогда не исчезнет.              Она убила человека, выпустила пулю ему в голову, и это не покидало ее мысли ни на секунду. Элис волновалась за Ники, которую увезли на операцию, думала о ней, не переставая, но образ разрывающей череп пули преследовал ее.              Усилием воли закрыв воду, Элис взглянула на свое отражение. От следов крови удалось избавиться, но выглядела она хуже, чем в самых страшных фильмах ужасов: перепачканная в крови блузка, совсем не скрывающая шрамы на руках, растрепанные волосы, темные круги под глазами. Глазами, которые Элис больше не узнавала. Будто исчезла еще какая-то часть ее души.              Встряхнув головой, она попыталась отделаться от лишних мыслей и направилась в зал ожидания. Там Элис присела на один из стульев и потерла переносицу. Ей никак не удавалось унять разразившуюся головную боль, а таблеток с собой не было.              Она старалась не обращать внимания, как другие посетители, игнорируя окровавленную одежду, посматривали на ее покрытые шрамами руки. Надо ж было именно сегодня надеть блузку с короткими рукавами!              Впрочем, ей и без этого было над чем подумать, ведь в голове раз за разом прокручивался момент, когда она пристрелила мужчину, целившегося в Ники. Элис изо всех сил старалась сосредоточиться на чем-нибудь другом, на своих переживаниях о Ники, но мысли постоянно возвращались к этому.              — Держи. — Она вздрогнула от голоса Мэтта, протянувшего ей полицейскую куртку. — Я заметил, что ты не любишь короткие рукава.              Элис быстро натянула ее, мгновенно почувствовав себя комфортнее. Она ощущала себя совсем беззащитной, когда шрамы не были скрыты чем-нибудь. Показать их даже Ники оказалось не так просто, что уж говорить о других. Элис понятия не имела, как благодарить настолько внимательного и заботливого друга. Что бы она без него делала?              — Спасибо, Мэтт.              — Ты знаешь, — он присел рядом и положил руку Элис на плечо, — ты можешь не волноваться насчет внутреннего расследования. Там была такая суматоха, никто не поймет, что ты выстрелила первой. А копать глубже вряд ли кто-нибудь будет.              — Я не из-за расследования беспокоюсь, — призналась Элис.              Мэтт понимающе кивнул:              — Это первый раз?              — Да. Я знаю, что он был плохим человеком и мог убить Ники... — Элис все время мутило. Она сглотнула и, с трудом подбирая слова, продолжила: — Но я не могу перестать думать о том, как выстрелила в него. Я плохо помню перестрелку, но этот момент...              — Отнять жизнь всегда сложно. Особенно в первый раз. — Мэтт сжал руку Элис.              — Ты убивал?              — Да. И не раз. — Он тяжело вздохнул и отвел взгляд. — В один момент я просто перестал считать.              — Когда-нибудь я перестану это чувствовать? — Элис смахнула покатившуюся слезу.              — Надеюсь, что нет. — Изрядно удивив своим ответом, Мэтт пристально посмотрел ей в глаза. — Ты не такой человек. Но ты научишься жить с этим. Станет легче, обещаю.              Элис кивнула, но все же сомневалась в его словах. Она до сих пор не научилась жить с тем, что сделал с ней Блэйд. Как же она сможет свыкнуться с этим? Она в очередной раз пожалела, что оставила пузырек с таблетками в сумочке и забыла ее в участке — сейчас бы они пригодились. «Наркотики — не выход», — снова зазвучал в голове голос Ники, но Элис не знала другого способа избавиться от преследующих мыслей. Ее безумно пугало то, что она не может представить себе жизнь без таблеток, и на самом деле Ники права, но совершенно не представляла, что с этим делать. А если Ники не выкарабкается...              — Мэтт! — Внимание привлек звонкий женский голос. — Спасибо, что позвонил. Как Николь? Где она?              — В операционной, — ответил тот и обнял подошедшую Кейт. — Все будет хорошо. Ты же знаешь, она слишком упрямая.              Кейт действительно переживала за Ники, заботилась о ней. Элис видела это по ее жестам, глазам, тому, как она двигалась. Ники делала слишком много глупых и необдуманных поступков, но все же заслуживала счастья, и Кейт могла ей это дать.              Несмотря на то, что поняла Элис за этот день, когда не знала, удастся ли найти Ники живой, когда изо всех сил прижимала пиджак к ране, видя, как тускнеют ее глаза, все равно понимала, что принятое ранее решение — единственно верное. Слишком сломленной чувствовала себя Элис. Даже чтобы жить собственной жизнью, не то что впускать кого-то в этот непрекращающийся кошмар. Особенно Ники, которой она желала счастья.              Вскоре пришла и мать Ники — Моника Сандерс. Взволнованно размахивая руками, она требовала от каждого проходящего мимо доктора или интерна отчета о состоянии дочери. Мэтту лишь чудом удавалось ее сдерживать. Неудивительно, что у Ники такой темперамент и взрывной характер.              Кейт держалась рядом с миссис Сандерс, они шептали друг другу что-то. Похоже, мать Ники всецело одобряла выбор дочери. Элис смотрела на них с легкой завистью, в глубине души представляя себя на месте Кейт.              Элис чувствовала себя лишней, но не могла уйти, не узнав результат операции. Она надеялась... Нет, она знала, что Ники справится. По крайней мере, Элис старалась убеждать себя в этом. Образ застреленного ею мужчины по-прежнему не шел из головы, но волнение немного приглушало чувство вины. Хорошо, что Мэтт все время был рядом — только его поддержка помогала держаться.              Через несколько часов со стороны операционных показался доктор, казалось, слишком молодой для хирурга. Но медсестры заверили, что он отличный специалист даже с такой эффектной внешностью, достойной обложек журналов. Он переоделся в традиционный белый халат, но шапочку так и не снял. Заметив его, Элис буквально взлетела со стула, но приближаться не стала, пропустив вперед мать и девушку Ники.              — Добрый день. Меня зовут доктор Маркус, — представился он, — и я оперировал мисс Сандерс. Операция прошла успешно. Жизненно важные органы не задеты, однако пуля повредила кишечник. Пришлось удалить часть, но не волнуйтесь: после реабилитации мисс Сандерс сможет вернуться к полноценной жизни. Было небольшое внутреннее кровотечение, но и его удалось устранить. Останется большой шрам, но она выживет. Еще меня волнует травма головы — в результате образовалась субдуральная гематома, но уверен, ничего серьезного. Как правило, молодой организм переносит подобное без последствий. Через пару часов мы переведем ее из реанимации в палату, так что семья может ее увидеть. Однако проснется она не раньше утра.              Закончив свой длинный монолог, он оглядел присутствующих в ожидании вопросов.              Элис выдохнула с облегчением, пропустив половину дальнейшего диалога мимо ушей. Главное, что она поняла из кучи всего сказанного доктором — Ники будет в порядке, и о ней позаботятся люди, которые ее любят. Будут рядом, когда она придет в себя. Поддержат во время реабилитации.              Больше Элис здесь делать нечего. Настало время воплотить в жизнь то, что она уже давно собиралась. Напоследок взглянув на счастливые лица миссис Сандерс и Кейт, обнимающих друг друга, она вздохнула и направилась прочь.              Может, Элис всем сердцем рвалась обратно. Но разум говорил ей, что отступить сейчас — правильное решение. Слишком часто она в последнее время действовала, полагаясь только на эмоции, настало время прислушаться к голосу разума.              — Уходишь? — спросил Мэтт, застав ее у самых дверей.              — Не думаю, что я должна быть здесь. О Ники есть кому заботиться. Я тут буду лишней. — Элис старалась, чтобы ее голос звучал не слишком печально, но притворяться уже просто не осталось сил.              — Николь была бы рада тебя увидеть. Я напишу тебе, когда она очнется, — сказал ей вслед Мэтт.              — Спасибо. — Элис опустила взгляд и все же толкнула двери.              Может, это неправильно...