A Learning Experience

9 часов.Суббота 31 октября 1994 года. — Интересно, директор, задумывались ли Вы о чувствах моего дома? Макгонагал хватило порядочности хотя бы сделать вид, что она стыдиться принятого решения, тогда как Дамблдору похоже было все равно. — Молодые люди обожают перемены, Северус. Для них будет большим удовольствием видеть кого-то нового в своих рядах. — Удовольствием? Это будет рассматривается, как оскорбление! Поттеру удалось-таки бросить свое имя в Кубок Огня! — Нет, Северус, я уверен, что Гарри этого не делал. — Возможно, это сделала мисс Грейнджер, эта вечно раздражающая всезнайка? Тем не менее Поттер умудрился снова нарушить школьные правила. Он разбил песочные часы, находящиеся в Большом зале. Дамблдор искоса посмотрел на Снейпа. — Я удивлен, что тебя это расстраивает. Я никогда не думал, что ты веришь в нашу систему очков. — И все же, как это не может не восприниматься как оскорбление? Вероятно, время, проведенное на моем факультете, является неким наказанием равным отработке или стоянию в углу. — Нет, это не наказание для Гарри. — Тогда это должно быть чертовски здорово! — Я считаю, что «опыт обучения» — это то, что нужно мистеру Поттеру, и я уверен, что Вы сможете обеспечить ему получение такого опыта. Быть может, мы переведем его уже завтра вечером? Превосходно! Северус едва сдерживался, он кивнул профессору Макгонагал, которая ответила ему тем же. — Директор — вежливо проговорил он, обращаясь к Дамблдору, а затем повернулся к выходу и ушел.

XXX

Снейп спустился в подземелья так быстро, что ему показалось — прошло три секунды с того момента, как он покинул кабинет директора. Он быстро соображал, обдумывал, как справиться со всем, что свалилось на него сегодня. Повернув за гранитную колонну, он увидел четырех слизеринцев — первокурсников, хихикающих и смело задающих глупые вопросы портрету Ликоруса Блэка. — Что вы здесь делаете? — Дерзим, вот что! — ответил за первогодок Ликорус Блэк — Смотри, задай им трепку, да покрепче! Снейп проигнорировал сварливого старого дурака изображенного на портрете, так как был полностью поглощён мыслями о предстоящих переменах, которые его раздражали. Первой заговорила Астория Гринграсс. — Старшие сказали, что мы слишком шумные, чтобы играть в общей комнате, сэр. — Мисс Паркинсон и её подруга — ваша сестра, я полагаю? Что же…- Северус несколько смягчился — идите заниматься. Он провел первокурсников через каменный проем в стене, а затем привлек внимание Дафны и Пенси. — Мисс Гринграсс, мисс Паркинсон, могу ли я напомнить вам, что общая комната для всех? Если вас это не устраивает, то вы можете провести весь остаток вечера у себя в общежитии. Северус поймал взгляд Эмитиж-Брауна и резким поворотом головы указал на дверь, давая понять, что он ждет его снаружи. Главный префект Слизерина вышел из общей комнаты вслед за деканом, а за ним — Адриан Пьюси — тоже префект змеиного факультета. — Почему четверо первокурсников находились вне пределов дома? Вы знаете, что такое первокурсники? В любой момент они могут уйти не пойми куда, а потом ищи их по всему замку. Нужно зорко следить за ними, особенно за Делингтоном. Эмитиж-Браун согласно кивнул, давая понять, что услышал декана. — Отлично. Теперь…сегодня вечером я намерен собрать всех префектов дома для разговора. Я бы просил донести вас до всех остальных, что если они желают провести хорошие выходные, то должны следовать моим правилам. Наступает тяжелое время для всех нас. Адриан Пьюси усмехнулся. — Неужели после выходных вы станете таким же снисходительным, как всегда, сэр? — Знаете, мистер Пьюси, …префекты тоже не являются исключением. — Конечно, сэр! Вы напоминаете это мне достаточно часто.

ХХХ

Мастер зельеварения бросил в настойку полыни несколько сушеных поганок. Это была шаткая комбинация, и в неумелых руках зелье могло быть испорчено. Как же это походило на всю его жизнь. Его отец, Волдеморт, теперь Дамблдор со своими выдумками… Отвернувшись от тьмы, он вернулся в Хогвартс, чтобы стать главой самого презираемого дома, да еще в двадцать один год! О чем думал этот старый дурак? Первый год его деканства был отвратителен. Слизеринцы терпели издевательства, ввязывались в драки…и, только одна ничего незначащая реплика директора, заставила Снейпа пересмотреть свои методы работы, как главы Слизерина. Новый учебный год был полон перемен для всех обитателей дома. Северус все взял под свой контроль, проступки и шалости встречались неодобрением и незамедлительным исправлением провинившихся, однако он старался заботиться о детях, особенно о тех, которые сильнее других нуждались в этом. И вот теперь, эта «маленькая беседа», о которой Дамблдор так нежданно упомянул после пира, «маленькая беседа», в ходе которой ему сказали, что Поттер переводится на Слизерин до конца семестра — всё испортила, перевернула устоявшийся порядок. Северус попытался успокоиться, наблюдая, как зелье приобретает другой цвет.

ХХХ

Пятница, 30 октября 1994 года. Проливной дождь был предвестником ужасного начала нового учебного года. Так и вышло. Рон сердито перебирал свои вещи, бормоча что-то себе под нос, а после того, как Гарри забыл про обещанную ему шахматную партию, пригласил в компанию Симуса и Дина, с которыми обсуждал Гарри, говоря, что для них, вероятно, Поттер слишком хорош. За обедом Дин как-то сказал, что Гарри, возможно, ненавидит Турнир Трех Волшебников, так как из-за него нет квиддича, на котором он мог бы блеснуть и похвалиться своим мастерством. Рон вслух начал размышлять, каким же образом Гарри может привлечь к себе внимание. Поттеру ничего не оставалось, как заставить себя улыбнуться, а не возражать против сказанного, боясь быть высмеянным за то, что он не понимает шуток. Однако в полдень вся враждебность между ними исчезла, уступив место единству, необходимому для противостояния общему врагу в классе зелий.

ХХХ

— Поскольку создание данного противоядия требует точности на каждом этапе приготовления, то я не надеюсь на успех. — Снейп рыскал по классу. — Однако я позволю вам хотя бы попытаться. — Он вовсе не обязан нас заставлять это делать — пробормотал Рон. Гарри был признателен Снейпу хотя бы за то, что благодаря ему, вновь, как и раньше, общался с другом. Однако счастье продлилось не долго. — Поттер, на этом уроке Вы будете партнером мисс Булстроуд. — Сэр, но я не сделал ничего плохого! — возразил Гарри. — Вы не можете этого сделать — поддержал Рон друга. — Правда, Гарри ничего не сделал, сэр! — сказала Гермиона. — Десять очков с Гриффиндора. Грейнджер, Уизли — после урока задержитесь. Из всех слизеринцев Миллисента, пожалуй, была наименее отталкивающей, поэтому в процессе варки зелья Гарри решил с ней заговорить. — Почему Снейп меня пересадил? — Он преподаватель, Поттер. Делай, как он говорит и всё. Зачем беспокоиться, подумал он, все слизеринцы одинаковые. Миллисента пыталась показать ему, как держать селезенку летучей мыши, но он не стал смотреть, поскольку это было отвратительно.

ХХХ

Гермиона нервно теребила сумку, Рон гневно посматривал в сторону Снейпа, а Гарри медленно собирал вещи, чтобы задержаться и остаться вместе с друзьями, но у него ничего не вышло, и он уныло побрел к выходу. — Вы осмелились предположить, что работа с мисс Булстроуд — это наказание для Поттера? Вы весьма высокомерны! Гарри развернулся. — Они мои друзья и защищали меня. Они ни в чем не виноваты. — Вы только что стоили еще десяти очков своему факультету из-за своей вспышки. А теперь марш отсюда, Поттер. Снейп сел, скрестив руки на груди, и заговорил с такой мягкостью, как если бы читал сказку детям на ночь, но от такого тона внутри у Гермионы все похолодело. — К вашему сведению моим слизеринцам также не доставило удовольствия быть в паре с гриффиндорцем, однако в отличие от вас, они много практикуются, и, не смотря ни на что, стараются сделать приличное зелье. Судя же по вашей мерзкой грязи в колбе, Уизли, вы не воспользовались опытом и знаниями Нотта. — Что? — Отработка здесь завтра в половине третьего и еще минус десять очков с каждого. Свободны!

ХХХ

Суббота 31 октября. Из-за Снейпа у Гриффиндора было меньше всего очков, но преподавателям было не до этого, они волновались перед прибытием делегаций из Шармбатона и Дурмстранга. В дефиците очков дома Льва был виноват только Снейп. Сокурсники видели пустые песочные часы, когда заходили в Большой зал на церемонию приветствия гостей. Гарри же хотел извиниться перед своими друзьями за то, что из-за него они получили отработку, но он опоздал — друзья уже ушли в класс зельеварения. Финиган не преминул высказаться по этому поводу, заявив, что Гарри всегда остается безнаказанным, тогда как его товарищи вынуждены подвергаться взысканию. Однако неприятности в гриффиндорской гостиной — это ничто по сравнению с тем, что случилось, когда имя Поттера вылетело из Кубка Огня. Гермиона была шокирована почти также, как и сам Гарри, но Рон…он бросил на него взгляд, в котором читалось: «Ты полный, полный ублюдок». По сравнению с радостными криками, приветствующими Седрика, сейчас стояла мертвая тишина. Гарри отчаянно нуждался в поддержке друга, но вместо неё он получил взгляд полный презрения.

ХХХ

В тот вечер, возвращаясь в гриффиндорскую гостиную, Гарри нервничал, и не напрасно. Зайдя туда, он услышал обрывок разговора. — Забудь о нем, некоторые люди только и живут тем, чтобы их возносили, чтобы похвалиться. Понятно, что это он подсунул свое имя в Кубок — сказал Дин. — Нет, конечно, этого он не делал, его имя оказалось там «случайно»…но даже если и так, я буду рад, если он провалиться на Турнире. Это будет справедливо — заявил Симус. Начало семестра было отвратительным, но это…это было слишком. Со всей злости Поттер выхватил палочку, и взмахнул. Финиган поднялся в воздух, его завертело, а затем он упал на пол. В общей гостиной повисла тишина, все затаили дыхание. Гарри замер, он не мог пошевелиться до тех пор, пока не увидел, как Симус поднимается с помощью Томаса и двух пятикурсниц. Он медленно повернулся, чтобы уйти, но встретил осуждающий взгляд Фреда и Джорджа. Гарри хотел было извиниться, объясниться перед товарищами, но не мог себя побороть. На него накатила такая усталость, усталость от всего, что на него свалилось. С первого года обучения он не мог жить без приключений, но сейчас он от них устал. Да и вообще, где были его профессора, почему они не следили за ним, когда он сражался с троллями и василисками? Даже тетя Петунья всегда интересовалась, где находился её Дадличек. Кто-нибудь, когда-нибудь присматривал за ним? Миссис Фигг? Её интересовали только кошки, она не замечала, что его едва кормили. Конечно, позорным исключением из правил был кровожадный Снейп. Он всегда находил предлог для того, чтобы отнять очки, назначить отработку. Рон подозревал, что Снейп всегда был рядом, так как Гарри был источником всех неприятностей. Гарри больше не мог думать, он хотел выбраться наружу. Еще недавно Поттер был увлечен праздниками, выходными, новоприбывшими гостями, надеясь, что ужасный период закончиться и все будет хорошо. Но нет….каким-то образом он был вовлечен в это самоубийственное соревнование и одним махом потерял сорок очков. Мчась вниз по лестничным пролетам, Гарри, наконец, достиг вестибюля, где находился стенд с песочными часами. В одних часах виднелась здоровая груда сапфиров, в других — неплохой запас изумруда, в третьих небольшая желтая лужица, а в четвертых — пустота, прозрачное стекло. Чертов Снейп! Это он стал причиной всего произошедшего. Конечно, было приятно упиваться ненавистью к врагу, но сейчас это не доставляло никакого удовольствия. Очки. Все язвительные комментарии и неприятные взгляды предполагаемых друзей были из-за вот этих вот очков. Это просто смешно. Ведь он в первый год обучения заработал этих очков больше, чем Симус за всю свою школьную карьеру…и все-таки именно он был негодяем, а не Симус. Никогда Гарри еще не чувствовал себя таким злым и разъяренным с тех пор, как тетя Мардж издевалась над ним в Суррее. Гарри не понял, что произошло. Секунду назад его обуревала бессильная ярость, а потом…потом он увидел разбитое стекло на полу в холле. Все бы ничего, но в следующее мгновение он почувствовал у своих ног что-то теплое, а затем услышал скрежет кожаных подошв. Филч…смотритель уже приблизился, чтобы, наконец, увидеть, что за проступок обнаружила миссис Норис.

ХХХ

Потом все произошло так быстро… Минерва приказала Поттеру идти в свое общежитие, пока она разговаривает с Дамблдором. Гарри не хотелось разочаровывать директора, ведь он единственный, кто любил и заботился о нем. Мальчик желал только лишь того, чтобы Дамблдор, как и Макгонагал, поняли, что причиной такому поведению была катастрофа, что случилась накануне. Однако слово «катастрофа» более подходило для того, что произошло дальше. Поттера вызвали в кабинет директора и сообщили ужасную новость. В Гриффиндоре царила напряженность, а он вдобавок к этому еще и навредил всей школе, совершив этот бессмысленный акт вандализма. Поэтому было решено исключить его из Гриффиндора на весь оставшийся период. — Вы отправите меня обратно к Дурслям? — Вовсе нет — успокоил Дамблдор — остаток семестра ты проведешь, участь на другом факультете — Слизерин. Это было так странно, скучать по Литтл –Уингингу.