Раптор, Игорь и цветные кони.

Осторожно: романс, похожий на флафф. Юра медленно допивал бутылку пива, заставляя себя не смотреть в сторону своего компа. Через десять минут Илюха должен был выйти в скайп, но, как ни странно, Мэддисон – последний человек, с кем сейчас хотелось разговаривать Хованскому. Вчера парень напился, уничтожив практически все свои запасы алкоголя, что имелись в доме. Поэтому сейчас недавно пришедший Игорь был отправлен в магазин за бухлом, а Юра вспоминал причину очередной своей пьянки. Полночи они с Ильёй провисели в скайпе, играли в какое-то дерьмо, ржали и бухали – иными словами, всё было как обычно. Пока Мэддисон не спросил после очередной шутки Хованского: «Да че ты опять про своего Линка?». Спросил как-то серьёзно, возмущенно, а парню даже нечего было возразить: его действительно несло. Игорь сам собой возникал в голове, на какую бы тему они ни говорили, и Хованский, как обычно, решил отшутиться. «Я был бы геем, если бы не члены, я ж говорил уже», - пожал плечами Юра, разбираясь в настройках очередной игрушки. -Линк – последний парень, которого бы я трахнул, - пьяно возразил Илья. -И это мне говорит человек, трахающий Усачева. -Так, а ща заткнулся, бля, или… -Всё, успокойся, молчу, - Хованский быстро поднял руки в примирительном жесте и заржал, - никто не трогает твою принцессу. И чем тебя не устраивает Линк, я не понимаю? Всё, я настроил, жму «старт». -Наконец-то. -С ним и в доту поиграть можно, и за бухлом послать, когда с утра хуёво. Хованский тогда подумал, что в его словах очень даже есть смысл. А потом была та пресловутая дота в пять утра, шутки про то, что их отношениям пора «перейти на новый уровень», и мысли, мысли, мысли. Воображение живо рисовало эти картинки, Юру тянуло блевать, а потом он зачем-то вспоминал, как Игорь учил Мэддисона играть в доту. Мэд ещё тогда вел себя, как полный уёбок, и это даже злило. Линка должен оскорблять только Юра. Линка хотелось защищать, вашу ж мать. Хованский так хочет, Хованскому так надо – вот и всё. И сейчас, лёжа в своём кресле, Юра решил привести мысли в порядок. Он-то думал, что всё будет как обычно: припрётся Игорь, они накурятся, побухают, поржут и порубятся в какую-нибудь игру. Но Хованский не мог не замечать эти взгляды, полные… обожания? Заинтересованности? Чего? -Ты же не откажешь мне и сгоняешь в магазин? -Юр, может, тебе хватит? И нельзя было не замечать заботу в этом тоне. Обеспокоенность, но в то же время спокойствие, от которого становилось тепло. Парень долго не хотел признавать, что эти взгляды и этот тон были всегда, просто Хованский предпочитал засунуть куда поглубже то, что замечать поначалу совсем не хотелось. -Мне никогда не хватит. Потому что только я, слышишь? Только я могу бухать днями, оставаясь при своих мозгах и делая качественные видео. -Ты молодец, кто же спорит, - вздохнул Линк, натягивая куртку. Хованский замер: он только сейчас понял, что не замечал ещё и очевидного факта: Игорь – единственный человек, который поддерживал Юру всегда и во всем. -Вот какая баба согласится в десять вечера сгонять своему благоверному за пивком? – усмехнулся Юра, - повезет твоему парню, Игорь Линк. -Надеюсь, ты приставать ко мне не начнёшь, - нервно пошутил Игорь. В комнате повисла тишина. Хованский собирался съязвить, борясь с желанием в наглую спросить: «А ты против?». Но Линк опередил его, улыбнувшись: «Я пошел, через двадцать минут вернусь. Не отрубись». Он и правда вернулся через двадцать минут. И вообще был таким правильным и идеальным, как будто, блять, боялся опоздать хоть на минуту и тем самым разозлить Хованского. В руках у него было аж два пакета, и Юра уже понял, что вечер удался. Решение в голову пришло само собой, когда он увидел, как Игорь стряхивал снег с волос, и с трудом подавил в себе мешающее беспокойство о том, не заболеет ли парень. Два человека на продавленном диване, много пива, приглушенный свет – романтика, решил Юра и задал интересующий его вопрос: -Ну что, будем переводить наши отношения на новый уровень? Парень дернулся и вопросительно на него посмотрел. Тогда Хованский решил, что тянуть нет смысла, резко потянулся вперед и пьяно ткнулся губами Игорю куда-то в щеку. На его месте, решил Юра, он бы точно спросил: «Ты охуел, что ли?». И, возможно, дал бы по роже. Но Линк только вскочил с дивана и уставился на Юру своим щенячьим непонимающим взглядом. -По-моему, тебе точно уже хватит… Я лучше пойду. -Я не напивался ещё даже! – возмущенно взвизгнул Хованский и встал с дивана. -Ты несешь какую-то хуйню, пошлишь, лезешь… Юра, ты точно пьян. -Давай ты сейчас заткнешься? Он был уверен, что поступает правильно. Что дурацкое желание взлохматить эти волосы, провести рукой по спине и целовать-целовать-целовать - правильное, что Линк, наверное, и есть тот самый человек, с которым хочется много чего. Например, показать этому долбоёбу все сезоны поней. Он же не смотрел. И Игорь действительно не сопротивлялся. Но его спина напряглась, а руки сжались в кулаки, словно он боролся сам с собой. Ну, или собирался всё-таки дать по роже, но Юра надеялся на первый вариант. Парень очень резко отстранился. Хованский отметил, что его глаза были закрыты и его тянуло облизываться. А потом, когда Линк открыл глаза, Юра точно понял, о чем тот думает. «Ты завтра забудешь. Передумаешь. Постебёшься. Ты пьян и спишешь всё на это. А мне – не на что». -Иди-ка, блять, сюда. Юра прижал к себе Игоря. -Долбоёб… Линк против воли начал улыбаться, а потом тихо произнес: -Юра, ну больно же… -Не выёбывайся, я же знаю, что тебе нравится. Больше Хованский не думал ни о чем. Ни этим вечером, когда пакеты с пивом так и остались валяться в прихожей, ни следующим утром, когда Линк сиротливо лежал на противоположном краю кровати. Это было совсем не страшно, решил Хованский, передвигаясь ближе к Игорю. По крайней мере, голый парень в кровати не пугал, а мысль о том, что этим парнем был Линк, отдавалась чем-то теплым в груди. -Вот мы почти и перешли на следующую ступень наших отношений, - усмехнулся Юра, по-хозяйски притягивая к себе просыпающегося парня. -Почти? -Почти, - подтвердил Хованский и посмотрел куда-то в сторону, - остался один маленький формальный шажочек. На полке гордо стоял диск с первым сезоном мультфильма про поней.