Психически влюбленный

США, Калифорния Пидмонт 8:43

Мэйбл

Утро встретило меня ярким солнцем и теплым ветерком, хотя на дворе стоял конец февраля. Опять окно открыто. Хорошо, что в квартире топят от души. Я блаженно потянулась, радуясь новому дню и прекрасному настроению. Рука ощупала место рядом. Простыня оказалась сбитой и пустой. Это значило, что Джек уже успел пробудиться раньше меня. С кухни тянуло кофе. Я улыбнулась. Хорошее утро стало прекрасным. Кофе, любимый мужчина, булочка с корицей… Что может быть лучше? Подхватив шелковый халат со спинки стула, я поторопилась в ванную. У меня было достаточно времени в запасе, чтобы неторопливо собраться, позавтракать и отправиться на работу. Сегодня должен быть длинный и насыщенный день. Мысли о Билле я старательно отгоняла. Из-за него мое настроение стремительно близилось к нулю. Зайдя в туалет, я сразу вспомнила о вчерашней проблеме. Прикусив ноготь, я открыла дверцу зеркала в ванной и принялась копаться на полках. Вчера вечером аптеки все, как одна, были закрыты, так что я осталась без теста. Почему-то стало так тревожно, что я чуть не разбила пузырек со снотворным (у Джека иногда случалась бессонница). Двое врачей в доме, значит, вдвое больше лекарств в ванной. Удача оказалась на моей стороне, и вскоре я обнаружила искомое. Коробки не было — только герметичная упаковка. Наверное, остались с прошлого раза. У меня навсегда остался страх забеременеть в подростковый период, хотя я уже давно вышла из этого возраста. Я вскрыла упаковку и морально настроилась.

***

— Черт возьми… — я медленно схватилась за голову и вцепилась пальцами в край раковины, игнорируя щекочущие лицо волосы. Быть не может. Я мысленно еще раз просчитала дни цикла и наши с Джеком дни секса. Получалось, что я вполне могла быть беременной сейчас. Сердце колотилось. Я закрыла глаза и сделала несколько вдохов, чтобы унять дрожь. — Зайка? Все нормально? — Джек по ту сторону двери несколько раз постучал. — Ты уже двадцать минут там. — Все в порядке! — заверила его я не слишком убедительно и сунула тест в карман халата, хотя место ему было в мусорном ведре. Еще не хватало, чтобы Джек все узнал. — Сейчас буду! Я вышла из ванной с непринужденным видом и быстро стала собираться, хватая первые попавшиеся вещи. Как оказалось потом, ими стали серые джинсы-клеш и бежевый кашемировый свитер. Соврать Джеку, что меня срочно вызывают, труда не составило. Я выпила кофе за три глотка, поцеловала Джека на прощание и быстро ушла. Вот тебе и безмятежное утро. Поездка по знакомому маршруту и тихая музыка немного привели меня в себя, хотя я все еще ощущала дрожь в руках, стоило чуть ослабить хватку на руле. Становиться матерью не входило в мои планы ближайшие пять лет. Я ведь еще даже не замужем! Последнее, чего мне хотелось, чтобы мой ребенок думал, что его родители женились по залету. Нет, это просто ужасно. Какой ребенок? А что, если двойня? Я же повешусь! Усмехнувшись этой мысли, я в очередной раз отдала дань уважения маме. Я слишком резко припарковалась у клиники и заглушила мотор. Нужно было взять себя в руки. Мои переживания к работе не относятся. В сумке завалялась косметика, которой так не хватало на моем лице.

Автор

Мэйбл вошла в помещение, по обычаю, поприветствовала всех присутствующих в холле и направилась в кабинет бодрым шагом. На ее лице читалось лишь едва заметное волнение, а бледность была скрыта за морозным румянцем и красной помадой. Как быть? Что делать? Сказать Джеку? Или, может, Биллу? Мэйбл села в кресло и задумалась. Хотя при чем тут Билл! Ему как раз лучше ничего не знать. Еще совсем молодая, только начала свой путь по карьерной лестнице, нашла себя и тут бац! Внеплановый ребенок, хотя соблюдались все правила контрацепции! Мэйбл сетовала на себя, корила себя, знала ведь, что нужно пить противозачаточные, чтобы подобных сюрпризов не возникало, но нет. Она прекрасно знала, какие гормональные проблемы у нее могли бы из-за этого возникнуть. — Я же врач, в конце концов! — обозлилась на саму себя Пайнс. — Как я могла допустить это? Нет, надо сделать еще один тест... Короткий стук, дверь открылась, но Мэйбл даже не заметила, как зашел Билл. Она все еще сидела спиной к двери и пялилась в окно. — Добро утро, Комета, — Билл был, к удивлению, в хорошем расположении духа, — не хочешь прогуляться? Там у твоих спиногрызов по расписанию выгул. Мэйбл озадаченно обернулась, глядя несколько рассеянно, а потом встала и зачем-то стала прибираться на столе. — Нет, спасибо, — она переставила календарь, а потом со злости опустила его цифрами вниз. Сайфер молчал и наблюдал. У него было предостаточно времени, чтобы выучить большую часть реакций Мэйбл, ее поведение в тех или иных ситуациях, ее характер. Здесь было что-то новенькое. Он незаметно подошел ближе. — Что-то случилось? На тебе лица нет. «Бледность. Признак ли это? Еще и подташнивать начало…» — подумала девушка и коснулась ладонью лица. — Я в норме. Правда. — Кому-кому, а мне можешь не врать, — демон плюхнулся на диван. — Я знаю людей, как свои шесть пальцев. Не спрашивай. Что у тебя там? Он посмотрел на нее из-под прикрытых век, зная, что теперь у нее нет и шанса скрыть, что бы то ни было. — Не важно, — процедила Мэйбл, считая это только своей проблемой. — Тебе стоит уйти, мне нужно сделать пару важных звонков. — Не уйду, пока не скажешь, в чем дело. Говори. К тому же, если захочу, то залезу к тебе в голову. — Я сказала, не важно, — она указала пальцем на дверь. — Это не твое дело. Билл встал, подошел ближе. Потом резко вырвал шнур стационарного телефона под ошалевший взгляд Мэйбл. — Вот опять ты доводишь до крайностей. Я не хотел, чтобы все вышло так, но ты не оставляешь мне выбора. С этого момента ты обязана отвечать на все интересующие меня вопросы. Договорились? Мэйбл возмущенно фыркнула, но ничего не ответила. Все опять уперлось в их сделку, пропади она пропадом. — Ладно, только обещай ничего никому не сообщать. Это еще не подтвержденная информация. Мэйбл хотела убедиться что это останется строго между ними, но понимала, что гарантий никаких нет. — Обещаю, — Билл закатил глаза, — а теперь рассказывай. Он уже ждал все что угодно: от измены Джека до пропажи Диппера, — но только не то, что сказала Мэйбл. — Я беременна, — она сказала это с какой-то особенной тоской и безнадежностью, будто не верила в это до конца. Билл истерически усмехнулся, а потом начал натурально хохотать. Мэйбл обозлилась и чуть не запустила в него статуэткой лошади, которая заменяла ей настольные часы с маленьким циферблатом. — Я не пойму, мы в каком-то комедийном шоу или сериале? Вас не научили во время секса пользоваться предметами контрацепции? Почему вообще это я должен тебе говорить, а не твоя мама? — Я не знаю, как это вышло! — Да, наверное, так потом оправдываются перед родителями. А это, получается, репетиция. Билл встал и отошел к окну. Новости не самые приятные. С другой стороны, Сайфер был почти готов растить чужого ребенка. Так, стоп, почему он вообще об этом думает? У Мэйбл есть жених, у ребенка — отец, каким боком он тут вообще тогда? — Что мне делать? — Мэйбл осторожно подошла к Биллу. Демон сжал челюсти и руки в кулаки. — Что тебе делать? Почему я должен отвечать? Иди к Джеку и спроси его, а не меня! Билл рявкнул на Пайнс, совершенно не понимая, что его так разозлило. Она же ничего не сделала. Кроме как спала с Джеком. Эта мысль физически невыносима. Билл рыкнул и снова отвернулся к окну. Мэйбл устало села в кресло и закрыла лицо руками. — Если ты, Сайфер, не собираешься мне помогать, то хотя бы не мешай и покинь мой кабинет. У меня и без тебя забот хватает. Мэйбл с непоколебимым выражением лица стала поправлять шнур телефона. Ей не нужна была помощь демона, потому что, как минимум, это не его ребенок, и вообще они не друзья. С какой стати он будет ей помогать? Спасибо, что на смех не поднял. Хотя погодите… — Ты думала над абортом? — Билл умерил свой пыл и встал рядом. — Не знаю, еще нет. Наверное, будет неправильно что-то предпринимать, не сказав Джеку. — В таком случае, будь готова к последствиям. — К чему ты клонишь? — Мэйбл нервно вставила шнур в гнездо. — К тому, что тебя — по классике жанра — могут бросить с ребенком. — Сомневаюсь, что Джек так поступит. Он человек чести. Так или иначе я собираюсь сделать еще тест. Внутри Сайфера так и подгорало сказать Пайнс всю правду о нем, или даже больше, ведь он столько всего знал. Ведь она наверняка не может знать, с кем он проводит тот или иной день и где. Знал, но молчал. Потому что она попросила не вмешиваться. — Мисс Пайнс, у вас назначена терапия через десять минут. Лили ждет вас в комнате, — рыжеволосая санитарка возникла в дверях. Билл с раздражением посмотрел на девушку, ведь они только начали разговор. — Да, хорошо, — выдохнула Мэйбл, подумав, что наконец сможет отвлечься.

***

Лили уже привыкла к атмосфере и людям в клинике; с некоторыми детьми даже удалось подружиться. Девочки заплетали ей длинную косу, а мальчики гоняли с ней мяч в зале. Санитарки мягко трепали по плечу и помогали надеть голубое платьице с воротничком (Мэйбл была против больничной одежды, если она не продиктована соответствующими показаниями). Мэйбл своими глазами наблюдала, как этот ребенок, еще несколько дней назад совершенно безжизненный, потихоньку расцветает, как весенний бутон. Это не могло не радовать. Конечно, она не сможет излечить ее покалеченную душу, но поможет сделать безболезненным пережитое. — Привет, милая, — она погладила девочку по плечам и села за столик. Лили перестала резвиться и с улыбкой посмотрела на нее. — Мамочка, — она поприветствовала Пайнс и села напротив. Ее все еще будоражило от такого обращения, особенно в свете последних событий. Мэйбл старалась вести себя как обычно, но тревожные мысли в голове не давали покоя. — Так, начнем нашу терапию. Сначала посмотрим на картинки, как обычно, а потом поболтаем. — Эти процедуры требовались, чтобы определить динамику психического состояния ребенка. — Что ты видишь здесь? — Дерево. — А здесь? — Дом. Он горит. — Угу, — она сделала пометку в блокноте, хотя сама была далека и от кабинета, и от блокнота. Далее прозвучали типичные ответы для нестабильного состояния: перевернутый стул, цунами, шипы. — Хорошо, а теперь тебе придется порисовать, милая. Вот, — Пайнс пододвинула к ней листочек и карандаши, — читаешь задание и в пустые окошки рисуешь представленное. Лили оживленно принялась выполнять тест и усердно вырисовывать карандашиком домик, газон и солнышко. Не всегда спокойное состояние и внешний вид говорит то же самое о внутреннем. Она, сама того не подозревая, может быть нездорова. Мэйбл наблюдала за девочкой. Конечно, она милая и хорошенькая, но это до тех пор, пока ты самостоятельно не окунаешься во все прелести материнства, возлагающего ответственность и горы подгузников. Да она сама еще ребенок, если так посмотреть! — Комета, ты здесь? — в палату вошел Билл. Пайнс, как и обычно, сделала вид, что не заметила его. — Да, у меня сеанс. «Исчезни с глаз», — хотелось сказать ему. — Вот именно. У меня. Уже как пять минут. Мэйбл показалось, что в голосе демона были нотки недовольства и обиды, мол, не уделила она ему отведенное количество времени. Но она действительно засиделась, Лили сможет занести ей оконченный тест позже. — Ладно, идем, — Мэйбл нехотя поднялась и последовала за Биллом, отдав односложные указания санитаркам. В его палате было (на удивление) чисто. Кровать была застелена черным пледом, — который Билл попросил купить для него, — на дубовом столе стопкой лежали книги ("Улисс", "Преступление и наказание") и канцелярия, на напольной вешалке висела новая одежда. В целом комната выглядела аккуратно и ухоженно, что поражало Мэйбл. Даже в больнице он хочет шиковать. Дурацкий снобизм. — Это ты еще не видела, какой у меня особняк, фамильный, между прочим! — мечтательно похвастался Сайфер. — Там что ни комната — то музей. И хорошо, что не видела. У Мэйбл точно крыша бы поехала от такого количества блеска, который ей так нравился раньше. — Хватит разговоров не по делу. Девушка выдвинула стул, иначе из-за самодеятельной перестановки Билла невозможно было вести беседу. — О чем будем говорить сегодня? Демон уселся рядом. — О твоем детстве. Ты обходишь эту тему стороной уже несколько месяцев. Думаю, пора перестать. Прям на злобу дня. И почему Мэйбл решила говорить об этом? Но реакция Билла ее удивила гораздо больше, чем собственное решение. — Мы не будем это обсуждать. — Я твой врач, так что это не предложение. Оба уперлись, синхронно скрестив руки на груди. Но все же не всегда приходится играть по правилам Билла. Они мерили друг друга взглядами разной степени негодования. Билл выдохнул. Сдался. — Что ты хочешь знать? — Все, что ты сможешь рассказать. Я внимательно слушаю. — Ладно, посмотрим насколько тебя хватит. Ты сама настояла, запомни это, — демон недовольно фыркнул и вздохнул, собираясь с мыслями. — Мать уже давно мертва, так что грех на душу не беру… Нас в семье трое. С внебрачным ребенком — четверо. Старшая Аманда, далее по старшинству я, Вильям, а внебрачная дочь — Аврора — ровесница Уилла. Наша семья никогда не была счастлива. Отец сутками работал (честно, даже не помню, как он выглядит), а мать была женщиной непостоянной: то хочет большую семью, то хочет идти по карьерной лестнице; то наш отец самый любимый, то подает на развод. В общем, на этих основаниях она ушла налево, когда мне было четыре. Четыре сотни. Залетела от первого встречного и пришла такая домой, ведь «семья — это единственное место, где нас примут такими, какие мы есть». Ну не идиотизм ли? Отец бы вышвырнул ее, да нас с сестрой было жаль. Как же мы без матери. Так что вскоре он ушел сам, оставив в попечение беременной идиотке три голодных рта. Только мы ей были не нужны. Насколько я знаю, наши родители сошлись из-за Ами. Брак по залету, так скажем. Никто из них не был готов к детям, но аборты в то время были запрещены, а если все-таки был совершен, то это была прямая дорога к бесплодию в будущем и проблемам с окружающими. После появления Авроры, она стала центром ее вселенной (очнулся материнский инстинкт? На нас остальных он, кстати, не распространялся). Мать давала ей все желаемое, включая обучение, хобби, шмотки, игрушки — ей стоило только разок губу надуть. А мы, остальные, выживали сами по себе. Воровали, обманывали и считались не только самыми неблагополучными на районе, но и самыми опасными, потому что наши силы проявились еще в детстве и были нестабильны. Думаю, причины очевидны. На улице лупили мы, дома лупили нас. Круговорот, получается. Ближе к пубертатному периоду Аврора стала проявлять ко мне нездоровый интерес. А мне что? Мне хорошо, — Билл закинул ноги на стол, — я не был против. Красивая девчонка, фигуристая. Мозгов ей, конечно, не хватало. А мать, как узнала о наших связях, со злости отреклась от меня, вышвырнула из дома и приказала не возвращаться. После Ами и Уилл… Мэйбл прервала монолог Билла движением руки и отошла к окну. Дышалось тяжело. Пожалуй, это был ее наихудший кошмар: чтобы ее дети росли без должной заботы и любви, были нежеланными, брошенными, ненужными, предоставленными сами себе. Девушка наморщила нос, потому что оказалась в слишком похожей ситуации. Они с Джеком не женаты, внебрачный ребенок… Конечно, Пайнс — другой человек, но на таких браках, как правило, счастье не строится. Насильно ничего не заканчивается хорошо. Она зажмурила глаза и попыталась придумать что же делать. Во-первых, купить второй тест. Мало ли ошибка? Если все-таки нет, то уже во-вторых, рассказать все Джеку. Потом, в-третьих, они примут надлежащее решение. — Я не смогу сделать аборт. Я не могу убить своего же ребенка, — Мэйбл наклонилась вперед, опираясь на руки. — Но и матерью я становиться не хочу! Не так! «Господи, да это еще даже не человек! — раздраженно подумал Билл. — Достала эта мягкотелость!» — Я же говорил, что ты недолго выдержишь, — он усмехнулся. — Думаю, втроем проблему будет решить сложнее. — Заткнись, Сайфер, ради всего святого, замолчи! — Мэйбл закусила губу. — Меньше всего я сейчас хочу выслушивать твои пессимистичные шуточки. — А кто шутит? Мэйбл не хотела ставить на своей карьере крест. Ей некому делегировать обязанности в клинике. В декрет придется уйти минимум года на два. Она не сможет оставить ребенка кому-то в попечение. За это время она растеряет квалификацию. И это если не учитывать тот факт, что они до сих пор не поженились. Откуда траты на свадьбу и уж тем более на все остальное? — Да ладно, Пайнс, все образуется, — Билл осторожно подошел сзади и обнял ее, практически не касаясь. Только его подбородок уперся ей в плечо. — Уверен, ты разрулишь этот вопрос, как и любой другой. Мэйбл хотелось плакать от безвыходности, но внезапная и такая странная поддержка Билла успокоила. Да, она со всем разберется. Мэйбл опустила плечи, расслабилась и прикрыла глаза. Рука Билла слегка поглаживала ее руку. Спиной она ощущала размеренный стук сердца. Они какое-то молчали. Казалось, любое слово, любой звук разрушит шаткую идиллию. — А? — неожиданно вопросил Билл, отскочив от Мэйбл. — Хватит ломать комедию, ты не беременна. Если это твой новый способ привлечь мое внимание, то это не сработало. Он заметно занервничал и взвинтился. А еще он был не на шутку зол, потому что никто не любит, когда ему врут. — Я очень похожа сейчас на человека, который шутит? — девушка развернулась с мокрыми глазами и посмотрела на демона. Ей казалось, что таким способом он хочет вывести ее из себя окончательно. Видит же, что нервы ни к черту. — Но факт остается фактом: ты не станешь матерью в ближайшие девять месяцев и точка. — Да с чего ты это взял? — Мэйбл зло закричала и развела руками. — Да потому что я не чувствую в тебе… это! Девушка вылупилась, брови застыли на лбу в удивленном положении. — Не судьба сказать мне это раньше?! — она закричала то ли от злости, то ли от радости. — Я купился на твою уверенность! Ты же тут врач! И вообще не ори на меня! Мэйбл устало села на заправленную кровать и закрыла лицо руками. — Сколько тестов ты сделала? — процедил Билл. — Один. — И она свято убеждена, что беременна! Ты что, вчера родилась? Или дурой прикидываешься? — Я запаниковала, ясно? — Ясно! — Билл пальцем уперся ей в лоб. — Надеюсь, ты не успела обрадовать папочку. Мэйбл, ошарашенная, откинулась на застеленную кровать. Какая гора с плеч. — Эй, Комета, ты в порядке? Билл хотел было подойти к ней, уж больно долго она молчала, но не успел. — Да, более чем, — она вскочила и поправила смявшийся халат. — Спасибо, что поделился со мной личным. Продолжим завтра. Она выглядела такой уставшей и растрепанной, но в то же время милой… Билл не удержался от полуулыбки. — Походу, из нас двоих психолог нужен явно не мне. — Глупые шуточки, — пробубнила Мэйбл и, отстранив его от двери, вышла из палаты. В чем-то он был прав.