Персиковый сад

БекХен сидит на коленях у ЧанЕля, проводит подушечкой большого пальца по пухлым губам, носу, подбородку, очерчивая лицо и улыбаясь смотря любовнику прямо в глаза. ЧанЕль же запустил руку в прическу старшего, и теперь шелковые волосы меж пальцев проплывают как атласные ленты. Им нравится вот так вот сидеть в тишине наслаждаясь телами, ароматом друг друга. Слова не нужны в такие моменты им обеим, ведь эта любовь прекрасна и без красивых слов. — Ты виделся с принцем из Китая? — романтичную тишину прервал робкий шепот БекХена. — Нет, только с вашего позволения,— также тихо прошептал альфа крепче прижав любимого за талию к себе. — А вдруг он красивее и моложе меня? Ты тогда к нему уйдешь? — похихикал БекХен шутя. — Никогда,— не задумываясь сказал ЧанЕль и нежно-нежно коснулся своими губами высокого лба БекХена, который, как мальчишка, покраснел и заулыбался. — Ваше Величество, к вам ваш сын пожаловал,— оповестил за дверью слуга. БекХен поспешил встать на ноги и сесть на диван, а ЧанЕль поднялся и встал напротив старшего. — ...вот так вот, запомни,— БекХен не растерялся и стал давать указания как бы между ними сугубо деловые отношения. В покои вошел император поклоняясь своему родителю, который встал с появлением альфы и поклонился. — Как вижу, вам что-то надо? — поинтересовался Сехун заметив ЧанЕля с серьезным выражением лица. — Да, хотелось бы проведать китайского принца, которого ты взял в свой гарем, наверное сильно напуган появлением здесь, многие омеги пугаются когда впервые оказываются в гареме,— БекХен ощущал то же самое когда оказался здесь, в стенах этого дворца когда его еще мальчиком привезли из разгромленной деревни, от которой ныне не осталось ровным счетом ничего. — Извините, но боюсь что он пока слишком буйный, думаю вам стоит повременить с этим,— сказал улыбчиво Сехун, он понимает что омега слишком капризный и неугомонный прямо как ребенок когда чего-то хочет. — Правда? Ох, львенок мой, я жил в гареме в общем залу и отбивался от соперников одними ногтями, ты думаешь я и с напуганным котенком справиться не в состоянии? — посмеялся император и прикрылся изящной ручкой. — Я вас, как всегда, отец, не дооцениваю,— улыбнулся Сехун понимая, что его родитель не так стар и глуп чтобы быть таким уверенным. После недолгой беседы, Сехун удалился оставляя отца и советника одних. Они думают, что он ничего не знает об их тайных отношениях, но они глубоко ошибаются. Император прекрасно знает, какие отношения их связывают и как хорошо им быть вместе. Если бы не закон о неприкосновенности к супругам и наложникам императора, пусть даже и покойного, то он бы дал свое благославение на их союз. Сехун видит, как глаза его родителя горят как только перед ними предстает ЧанЕль. Он видит, как ЧанЕль завороженно поглядывает на его отца когда тот проходит мимо или разговаривает с Сехуном. Они притягиваются друг к другу, они влюблены и это видно, по крайней мере Сехуну точно видно когда его родитель счастлив. *** Хань приводил в порядок свои покои, расставляя предметы декора так, как считает нужным и красивым. Сегодня к нему пожалует погостить отец императора, сам Бен БекХен. О его красоте и благородстве весь Китай слыхал. Он родил предыдущему императору сына, а когда скончался после продолжительной болезни супруг альфы, тогда он взял осиротевшего принца себе и вырастил как своего сына даря любовь и ласку как родному. Он слышал ту легенду во время восстания, когда разгневанный народ пришел к дворцу с вилами и факелами, а Бен БекХен вышел из пепела после загоревшего сарая живым и здоровым подобно Фениксу в загоревшем ханбоке и кинул кинжал прямо в сердце возглавителя восстания. Вот и двери открылись, и перед Ханем будто бы ангел спустилсяс небес озаряя все помещение своей яркой улыбкой. Принц, завороженный неземной красотой, забыл поклониться. Император Бен правда так красив, как описывали в китайских поэмах. — Добрый вечер! — опомнился Хань и поклонился заливаясь краской от стыда перед императорским отцом. — Добрый вечер, Ваше Высочество,— поклонился тот в ответ и улыбнулся так легко и добродушно. — Извините, просто потерял дар речи при виде вас,— промолвил смущенно принц и залился краской еще больше. — Ну что вы? Ваше Высочество, не извиняйтесь,— начал размахивать руками БекХен и кланяться как поклоняются в Китае. — Прошу прощения за мой внешний вид, Ваше Величество, мои вещи были сожжены,— вздохнул с некой тоской Хань вспоминая свои многочисленные вееры, красочные ханьфу и украшения, выполненными самыми искусными китайскими мастерами. — О, понимаю твое возмущение, если бы сожгли мои наряды и украшения, я бы был в ярости! — топнул ножкой БекХен и посмеялся понимая что немного напугал своим движением принца. Компания императора оказалась весьма приятной. Омеги поговорили о жизни, прогулялись по ночному саду, выпили чай и распрощались как друзья. После себя, император Бен БекХен оставил некую влюбленность и восхищение на сердце Ханя. Омеге хотелось увидать его еще раз, хочется побыть в его компании подольше.