Три смерти

Околопланетная станция «Ганимед» на орбите Беннинга. Полтора месяца после вторжения.

      Кабинет советника был необычайно просторен для станции подобного типа. Высокие потолки, смотровое окно и даже небольшая серверная с подключенными кристаллами памяти. Пальцы девушки описывали в воздухе всевозможные фигуры, печатая на проекционном мониторе очередной отчёт. Последняя пара недель стала для неё настоящим испытанием. Прежде ей доводилось принимать участие во всевозможных боевых операциях, она видела своими глазами не одну войну, но ничего из этого и близко не могло подготовить её к ситуации вторжения такого противника. Айрин Григориан всё время своей службы занималась лишь одним: построением обороны для планет, проектировкой баз, моделированием всевозможных сценариев ведения боя на своей и вражеской территории. Пара десятков систем обзавелась индивидуальной защитой, как планетарного базирования, так и орбитального. Сейчас каждое из её творений подвергалось испытанию. Последние столкновения показали такой недостаток мощности щитовых установок, что они едва держали выстрел корабля-сборщика протеан. Проблема требовала немедленного решения для ещё не охваченных боями территорий. Модернизация в кратчайшие сроки при минимальных материальных затратах и сохранение эргономики конструкций. Предстояло немало работы.       Зелёный экран услужливо вывел объёмную модель, которую запросила Айрин. Энергетические блоки перезарядки полагалось установить в подземных частях, чтобы обезопасить их от уничтожения или возможности повреждения в бою. Утвердив проектные изменения, девушка свернула все программы: экран вспыхнул и рассыпался дымкой, погружая помещение в полумрак. Откинувшись на спинку кресла, Айрин размяла затёкшую шею. Взгляд её был устремлён в потолок, где за стеклом горели звёзды. Но о покое при высоком звании можно только мечтать. Сознания коснулись. Тяжко вздохнув, девушка приняла информационный пакет. Вновь сводки с фронта. Корабли 7-го флота понесли тяжёлые потери, и Совет приказал им отступить. Беннинг и все остальные планеты системы лишились защиты. Силы вторжения достигнут орбиты менее чем через час.       — Лина, объявляй тревогу. Приказываю вывести истребители на охрану станции. Всех сотрудников, не занятых в обороне, эвакуировать на планету, — девушка мысленно позвала своего заместителя.       — Выполняю, — коротко ответили с той стороны.       Сама же Айрин направилась в арсенал. Станцию не будут сбивать: терять шесть тысяч потенциальных хасков, что так легко собрать в условиях замкнутых помещений, не в стиле протеан.       Спина, толком не прошедшая после последнего ранения, встретила броню среднего класса тягучей болью. Девушка использовала стимулятор, чтобы заглушить ненужное ощущение. Колба использованного инъектора со звоном упала на пол. Вещество волной прошлось по организму, стало легче. Передёрнув плечами, девушка подошла к стойкам с оружием. Большая часть крепежей уже пустовала: охрана разобрала автоматы и дробовики, служащие офицерского корпуса — компактные ПП. Недовольно осмотрев оставленные модели, Айрин выбрала мощный пистолет с бронебойной модификацией. На скорую руку вставив в ячейки улучшения охлаждающие элементы, она вновь вышла в коридор.       Внешняя связь комплекса уже пропала, но протеане явно не спешили.       — Лина, эвакуация завершена?       — На тридцать процентов. Космопорт уже под атакой, больше некуда высылать шаттлы. Мы запросили транспортники от твоего имени, но их до сих пор нет.       — Дерьмово. Пускай возвращаются на свои посты, не будем облегчать противнику задачу.       — Поняла тебя. Есть приказ на закрытие створок?       — Да, — Айрин мотнула головой, разрывая канал ментальной связи.       Первых ударов обитатели станции не почувствовали. Комки хасков сгорели в слоях барьерных установок, но их эффективность падала пропорционально количеству пересекающих грань объектов.       — Рена, мы вынуждены запустить установки ПВО, барьер сейчас отключится, — мысль капитана охраны вскриком прозвучала в голове.       — Перераспределите остатки питания на щиты. Система жизнеобеспечения не должна допустить разгерметизации в местах пробоин, — ответила девушка, не менее напряжённо наблюдающая за происходящим через внешние камеры.       — Будет сделано. И, советник, я взял на себя ответственность выслать на вашу охрану двоих ребят, они уже у вашего кабинета, — после этих слов собеседник покинул канал общения.       События развивались стремительно: через пятнадцать минут с момента начала атаки на борт пробрались несколько сотен хасков. Большая часть ПВО вышла из строя, многие операторы погибли. Но, благодаря стараниям Айрин, в центральном секторе станции всё ещё было спокойно. На этажах собралось почти две тысячи человек, половина из которых была готова сопротивляться. Но гибель каждого из присутствующих — это всего лишь вопрос времени, пока не прибудет любое корыто, способное принять на борт людей.       Хаски терпеливо ждали. Добив всех, кто попался на глаза, они кучами собирались у запечатанных дверей, что не пропускали их к новым жертвам. Протеане знали, что без помощи безмозглые существа не преодолеют армированную преграду, а потому выслали подкрепление. В десятке капсул, врезавшихся в обшивку, готовились выполнить предназначение новые твари. Крупные, почти на туловище выше обычного человека, с омерзительным, сочащимся слизью мешком на спине и рукой, заменённой пушкой, они с хрипами побрели на подмогу своим.       Периодический стук со стороны некоторых дверей становился всё сильнее. Гражданские в панике бежали на нижние уровни, где остались помещения столовой и инженерных модулей. Охрана наспех развернула генераторы щитов и соорудила самодельные баррикады. Прорыв начался внезапно и с нескольких сторон. В металле конструкций, прожжённых кислотой, образовались щели, в которые с той стороны забрасывали целые горсти чего-то похожего на гранаты. Приспособления взрывались, покрывая всё вокруг веществом, которое при контакте с любой поверхностью начинало разъедать её. Несколько бойцов умерли в адской агонии, когда голубоватая жидкость пробралась сквозь их костюмы, другие отпрянули назад. Из расширившейся бреши полезли хаски, которых успешно срезали автоматные очереди.       Айрин удалось вырваться из общей суматохи. Выудив из толпы помощницу, она под прикрытием солдат добралась до лифтов. Платформы плавно спустились вниз, открывая взору хаска, роющегося в умирающем диспетчере. Вспоротый живот и выпотрошенные внутренности не мешали человеку дергаться, из последних сил пытаясь столкнуть с себя существо. Живот Айрин скрутило, но она поборола спазм, всадив в голову хаска и сотрудника по пуле. Оба тела обмякли. Бойцы внутренней безопасности сочувствующе кивнули, выражая солидарность решению. Четверо вошли в лифт, сторонясь лужи крови, растекающейся под трупами.       — У нас новые виды обращённых! Мы долго не сможем их сдерживать, несём тяжелые потери! — капитан охраны вновь мысленно воззвал к девушке.       — Мы почти добрались до диспетчерской. Если хоть кто-то пришёл к нам на помощь, сообщение должно остаться на аварийном канале. Защищайтесь до последнего, — решительно ответила она.       — Так точно, мэм. Во славу и честь Империи.       — Во славу и честь Империи, — повторила Айрин, прикрывая глаза. Он прощался.       На верхнем уровне было необычайно тихо. Шум боя остался внизу, и этот контраст вызывал невероятное желание заговорить, чтобы хоть чем-то заполнить пустоту. Тусклое аварийное освещение с трудом покрывало половину помещения, оставляя множество углов и предметов окружения в тени. Причина появления хасков в помещении обнаружилась быстро: выбитая вентиляционная решётка валялась под ногами. Твари перебили всех внутри и ушли через двери, ведущие в переходы станции. Так, по крайней мере, казалось на первый взгляд. Лампы выхватывали отдельные силуэты тел. У двери, испачкав стену кровью, застыл дежурный в полулежачем положении. В глаза бросилось огнестрельное ранение. За креслами перед голографическими мониторами развалились ещё четверо. Каждый из них получил несколько выстрелов в спину. Один явно пытался среагировать на атаку. Рука до сих пор зажимала пистолет-пулемёт, дуло которого смотрело в пол. Айрин включила фонарик на шлеме. Яркий луч света, уходящий в глубину тёмного коридора, показал ещё троих. Пытались бежать, но не успели.       — Это не хаски, их убил кто-то из своих, — Айрин озвучила вердикт вслух.       — Я проверю камеры. Мы должны знать предателя, — ответила Лина, отходя к панели управления.       Григориан же подошла к коммуникаторам. На уцелевшем тёмно-бордовым цветом переливался значок принятой передачи. Проведя по пиктограмме рукой, девушка активировала проигрывание. На мониторе всплыл образ незнакомого ей человека.       — Ганимед, говорит капитан Немезиды. Мы держимся на расстоянии от станции, стелс-системы теряют заряд. Мы не можем ждать больше двух часов, иначе не сможем уйти незамеченными. Готовы принять шестьсот беженцев, — картинка поплыла и исчезла. Сообщение было выслано девяносто восемь минут назад.       — Уходим, у нас ни на что нет времени. Лина, открой створки доков, — приказала девушка, выводя на внутренние динамики системы оповещения слова капитана Немезиды.       Вдруг, громкие звуки буквально оглушили её. Эффект был сравним со светошумовой гранатой. В ушах засвистело, дышать стало тяжело… Айрин удивлённо опустила взгляд. На груди красовались несколько сквозных отверстий от пуль. Девушка пошатнулась и упала на колени.       — Так точно, мэм, — услышала она голос Лины за спиной, прежде чем мир потух навсегда.

Досье №089-178-490 Имя: Айрин Фамилия: Григориан Возраст: 37 лет Должность: Императорский советник по делам обороны Статус: погибла на станции «Ганимед» Причина: не установлена