Ледяная нежность

      После чемпионата мира Женька стала нарасхват. Интервью, встречи, приглашения. Иногда я ходила с ней, а иногда — нет. Она каким-то волшебным образом вдруг окунулась в социальную жизнь, которая оглушала и уносила ее от меня. Новые друзья, переписки, фото, одно и то же имя, постоянно слетавшее с ее губ. Юдзуру. Трудно не восхищаться олимпийским чемпионом, который общается с тобой на равных. Женя восхищалась им и мечтала тоже стать олимпийской чемпионкой. Мы все в это тогда верили.       Потом она уехала на командный чемпионат мира вместе с Даней. Я была занята и очень устала. Жене же нравилось внимание и хотелось побеждать. Ее легендарный рекордный прокат я смотрела по телевизору. Новый мировой рекорд Евгении Медведевой. Без меня.       Она потом позвонила вечером, такая счастливая и воодушевленная. На минуту мне даже показалось, что Женька соскучилась. Но утром весь интернет пестрел ее фотографиями с новыми друзьями. Они казались такими молодыми и счастливыми, а еще немного влюбленными, если не друг в друга, то просто в жизнь. Эти все чемпионские мальчики были рядом с Женей, касались ее под светом камер и не прятались при этом. Они имели право быть рядом с ней, не вызывая ненужных пересудов. Возможно даже кто-то из них имел право в нее влюбиться и подарить первый настоящий поцелуй. Когда я думала про это, в душе что-то переворачивалось.       Рассматриваю очередное новое фото Жени рядом с Юдзуру, и мне вдруг кажется, что этого стало слишком много в моей жизни. Закрываю ноутбук, выдыхаю и иду одеваться. Одной в квартире будто бы становится тесно и не хватает воздуха. Диана ушла ночевать к подруге, а дома словно закончился весь кислород и стало невыносимо душно.       Надеваю свое пальто, подкрашиваю глаза и губы. Мне просто надо выйти в шумное место и слиться с толпой. Иду в любимый бар и заказываю за столик красное вино. Бывают такие моменты, когда тебе необходимо побыть среди людей и не слышать саму себя.       За соседним столиком сидит мужчина в дорогом пальто. Ухоженный, задумчивый, очень серьезный. Он скользит по мне взглядом и улыбается. Он тоже пьет красное вино. От улыбки на его щеках проступают ямочки, рука же отлаженным движением ослабляет тесный галстук.       Я отворачиваюсь от него и погружаюсь в размышления, пока официантка не ставит передо мной второй бокал вина. Удивленно приподнимаю бровь, говоря, что я не заказывала его. Девушка кивает и произносит:       — Это от джентельмена за соседним столиком.       Я оборачиваюсь и одними губами говорю ему спасибо. Спорить и отказываться просто нет сил.       Мужчина медленно встает и садится на соседний стул.       — Я решил угостить вас. Не каждый день встречаешь настолько прекрасную женщину.       Я опять улыбаюсь ему в ответ. Похоже, он привык знакомиться с женщинами в баре, чего не скажешь обо мне. От него пахнет свежим парфюмом, а еще какой-то мужской силой, которая обычно чувствуется в военных или очень властных мужчинах, что никак не вяжется с его какой-то даже детской улыбкой.       — Я скажу Вам правду, — произносит он спустя какое-то время. — Вы мне нравитесь, и даже если вы не согласитесь пойти потом ко мне, мне очень приятно угостить вас вином.       Я качаю головой и уже готова отказаться, когда телевизор предательски начинает транслировать новости. Мировой рекорд Медведевой. Женька улыбается, делает селфи с командой, держится за плечо Юдзуру после награждения. Вокруг нее люди, и она смотрит с экрана прямо на меня, такая близкая и одновременно такая же далекая.       Слова застывают в горле, я залпом допиваю вино и протягиваю руку своему новому знакомому.       — Я готова уйти прямо сейчас, если вы не передумали.       Разум отключается и выкидывает все логические доводы из головы.       — Меня зовут Женя, — просто говорит он и берет меня за руку.       Мне кажется, что от этого у меня сбивается дыхание. Черт возьми, Вселенная, это становится просто не смешным. Женя. Почему я не удвилена?       По дороге домой Женя рассказывает мне, что он в командировке и снимает какую-то элитную квартиру в центре, а еще совсем не любит Москву. Он уверенно держит меня за руку и ни о чем не спрашивает. Квартира действительно находится близко и она очень уютная.       Как только за нами закрывается дверь, он целует меня, кусая губы и почти припечатывает к стене. Мне хочется забыться и ни о чем не думать. Крепкие мужские руки почти срывают пальто, губы при этом покрывают поцелуями лицо, скулы, шею. В его движениях столько желания, что оно уводит и меня. Уже очень давно ни один мужчина не брал так настойчиво все в свои руки. Мне это нравилось. В этом всем есть что-то первобытное и поэтому естественное.       Отвечаю на поцелуи, чувствуя, как он кусает шею и мочку уха, при этом стараюсь не думать о том, что обязательно останутся следы. Мы стремительно влетаем в спальню, срывая друг с друга одежду. Когда он по-хозяйски сжимает мою грудь, при этом накрывая своим телом на кровати, с губ слетает первый громкий стон. Это еще больше раззадоривает его, потому что второй рукой Женя спускается еще ниже, продолжая осыпать шею и плечи страстными поцелуями.       — Только без нежностей, — выдыхаю я. — Не нужно.       Мне хочется просто забыться и почувствовать себя женщиной, которую завоевал мужчина.       Он все понимает без объяснений. Переворачивает меня на живот, рекордно быстро справляется с презервативом, лежащим на тумбочке, опускает меня ниже с кровати на колени, избавляется окончательно от белья, а потом резко входит, вздрагивает от моего вскрика и начинает двигаться.       Он напорист и даже немного груб, но от этого ощущения у меня подкашиваются колени. Я не вижу его лица, а он не видит моего. Я просто чувствую его внутри себя, с каждым движением все глубже. Это настолько непривычно, что голова погружается в туман. Сквозь него я слышу свои крики и отпускаю себя. Когда волна удвольствия накрывает нас обоих, мне кажется, что мой голос даже охрип.       Он целует меня между лопаток и уходит в душ, оставляя справляться с ватными ногами и своей головой один на один. Я лежу на кровати, немного укрывшись пледом, пытаясь понять, где же начинается мое тело.       Он входит в спальню с такой же улыбкой и садится рядом. Проводит рукой по волосам и щеке, целует в скулу и спускается к губам.       — Я знаю, что ты пошла со мной, чтобы забыться, — шепчет он своим бархатным голосом. — Но теперь мы сделаем по-моему.       У меня нет ни сил, ни желания ему противиться. Чувствую, как нежно чужие губы целуют ключицу и грудь, невесомо касаясь пальцами разгоряченного тела. Он сгибает мою ногу и также нежно входит в меня, не переставая при этом целовать.       — Просто расслабься, — говорит он. — И отпусти себя.       Я целую его в ответ, закрыв глаза. Мне кажется, что с каждым медленным движением на мое тело накатывает прилив удовольствия. Он поднимается от кончиков пальцев все выше, стирая любые воспоминания и старые прикосновения. Волна накрывает меня с головой, оставляя внутри, на уровне сердца искру, которая в конце концов тоже сминается чем-то более сильным и восхитительно приятным.       И прежде чем это наступает, я прижимаю его тело к себе сильнее, чувствуя, как оно дрожит, и на пике наслаждения выдыхаю прямо в ухо такое привычное и родное имя:       — Женя…       И проваливаюсь в тишину.