О жнецах и не только

      (And I will not negotiate I'll fight it, I'll fight it| И я не буду вести переговоры, я буду бороться с этим, я буду бороться с ним)       Слякотная и холодная осенняя ночь. Небо над Лондоном мрачное и хмурое, закрытое тяжелыми тучами, грозящимися вот-вот пролиться очередным ледяным октябрьским дождем. Сквозь плотную вату тумана тусклые фонари кажутся фантасмагорией, прекрасно-жутковатой пародией на мистические шары, освещающие путь заблудшим душам.       Уильям вздохнул, поправляя очки. Сегодня ему пришлось выходить в ночную смену из-за нехватки кадров в Отделе. Вот если бы некоторые личности не били баклуши и не гоняли балду, то все было бы в порядке. Впрочем, свое неудовольствие он выразит позже… ударом секатора по всем известному месту. И не один раз. А сейчас, когда его ждет работа, он должен быть собран и бесстрастен. Взяв Список и Косу Смерти, жнец переместился в Ист-Энд — один из самых опасных районов Лондона. Именно здесь чаще всего погибают люди. И демоны встречаются едва ли не на каждом шагу. «Повезло», ничего не скажешь.       Он раскрыл Список. Энтони Адамс, родился двадцатого мая одна тысяча восемьсот шестьдесят шестого года в семье прачки и кузнеца. Уильям сделал надрез и стал просматривать пленку жизни, внимательно вслушиваясь в окружающие его звуки. Шумели голыми ветвями деревья, закапал начавшийся дождик, где-то вдали прозвучали робкие шаги запоздалого прохожего, опасающегося нарваться на неприятности. Нельзя терять бдительность даже на секунду.       — Ничего примечательно, — говорит жнец, обрезая пленку жизни. — Умер двадцать шестого октября одна тысяча восемьсот восемьдесят шестого года от удара ножом. Дело закрыто.       Он поставил печать… и с проклятьем отскочил в сторону. Надо же, как незаметно подкрался демон. И не один. Уильяма спасла врожденная ловкость и отработанная веками реакция. Прижавшись спиной к стене, он приготовился отражать нападение тварей. На подмогу рассчитывать не приходится — все на сборе и нет смысла кого-то отвлекать. Начальник Отдела перехватил секатор и нанес первый удар.       Моросящий с неба дождик превращался в ливень, обращая в болото землю под ногами. Ноги скользили по размякшей глине, вода заливала стекла очков, но жнец и не собирался сдаваться. Парочка тварей уже поплатилась своими жизнями за попытку убить его, но оставалось еще трое. И эти были хитрее почивших товарищей. На руках и щеке Уильяма красовались кровоточащие царапины, спина неприятно ныла после встречи со стеной, куда его впечатала одна из тварей. Но и он не оставался в долгу. Секатор в его руках превратился в жалящую молнию, не дающую покоя демонам и настигающую их, несмотря на все уловки.       Очередной удар свалил жнеца с ног. Очки отлетели куда-то в сторону, но искать их нет смысла — счет идет на секунды. И пусть без очков он плохо видит, ему не нужно зрение, чтобы сражаться.       «Никогда не полагайся на зрение, как зеленый новичок, — говорил ему учитель. А уж Легендарный не из одной схватки вышел победителем.— Доверься другим чувствам, когда нет возможности использовать глаза. Обоняние, слух… они не подведут».       Знал бы учитель, как сейчас пригодились преподанные им некогда уроки. Жнец прикрыл глаза, сосредотачиваясь, а потом пошел в атаку. Ему не нужны были глаза. Он «видел» обонянием, ушами… он осязал их присутствие, ни разу не промахнувшись. Сейчас Уилл был целиком и полностью сосредоточен на схватке, не обращая внимания на то, что на теле прибавилось ран. Ударить, отойти уклониться… снова ударить. И так до бесконечности, забывая о ранах, постепенно одерживая победу над противниками.       Вскоре их осталось двое — жнец и демон. Оба обессиленные, покрытые ранами, но с горящими ненавистью взглядами, готовые сойтись в последней схватке. Уильяму не нужно было видеть противника, чтобы знать, где он. Жнец чувствовал его присутствие, исходящую от демона убийственную ненависть, знал, что один из них останется здесь навсегда. Мокрые волосы упали на лоб, но он не обратил на это никакого внимания. Спирс чуть переступил, ища опору в размякшей глине, руки крепко, до скрипа ткани о стальное древко, сжали секатор. Он был готов встретить врага.       И демон ударил, стараясь опрокинуть жнеца, свалить его с ног, а потом втоптать в грязь, глумясь и смеясь в лицо. Но просчитался. Уильям легко оттек в сторону, делая изящную подсечку, лишая тварь равновесия. Толчок в спину… а потом удар Косой. И еще один. Вопреки всему, демон зарычал и поднялся, не желая так просто сдаваться.       Заклятых врагов снова закружила схватка. Смертельная, яростная, словно у обоих бойцов открылись скрытые дотоле резервы. И все же демон медленно, но верно проигрывал. По губам жнеца скользнула улыбка — он чувствовал, что силы врага иссякают. И теперь осталось немного. Он провел обманный маневр, от которого тварь попыталась уклониться, а в следующий момент голова демона рассталась с телом. Уильям устало выдохнул и направился туда, где он начинал схватку.       Выругавшись не самыми цензурными словами, жнец стал искать очки. Они лежали рядом с мокрым и пришедшим в негодность Списком, по счастливой случайности не растоптанные в схватке и даже не треснувшие. Жнец вздохнул и надел их. А потом осмотрел себя и хмыкнул — знатно его потрепали. Но все же сегодня именно он вышел победителем. (And I will not negotiate I'll fight it, I'll fight it| И я не буду вести переговоры, я буду бороться с этим, я буду бороться с ним)