Таня Гроттер и Чаша Судьбы

Жизнь — это короткая прогулка перед долгим сном.. Фаина Раневская — Что это значит, академик? — спокойно спросил совсем рядом бархатный голос. — Это значит, что для вас, к сожалению, настали тяжелые времена испытаний, — печально ответил директор, не замечая, что вопрос был задан скорее для заполнения пустого молчания, чем из интереса. Глебу и так все было ясно. А вот Тане многое было непонятно и она, мило хмурясь, спросила: — Но, академик, о какой войне идет речь? Насколько я знаю, сейчас маги не воюют между собой. За Сарданапала, к которому обращалась Таня, холодным голосом ответил Глеб, почему-то смотря на стену впереди него, хотя там, по мнению Тани, ничего интересного не было: — Верно, между магами сейчас войны нет, не нашелся ещё человек, способный её возродить, — ухмыльнулся Бейбарсов. — Но маги — это низшая форма волшебства, за исключением, конечно, нежити. Выше стоят некромаги или маги Смерти, а замыкают цепь стражи. Думаю, об их вечной войне и идет речь, правда, я не представляю, как ее можно остановить, а главное зачем, ведь тогда баланс нарушится, — все ещё бездумно смотря в стену и ухмыляясь, закончил Глеб. — Кто такие стражи? — не преминула тут же спросить Таня, но уже у некромага. Она, естественное, знала о стражах и хранителях, но на всякий случай стоило построить из себя дурочку. Именно в этой ситуации не помешает. — Слишком долго, я расскажу потом, думаю, в усадьбе времени будет предостаточно, — резонно заметил Глеб, своей фразой незаметно заканчивая диалог. В ответ на его реплику Таня сощурилась, но промолчала, вспомнив о присутствии двух странно улыбающихся преподавателей. Все замолчали. Тишина камнем повисла между четырьмя магами. Таня, уже совершенно пришедшая в себя после столь неожиданных известий, размышляла над смыслом пророчества, мысленно прокручивая его у себя в голове. Сарданапал с Медузией вели немой диалог и все время улыбались не пойми чему. А Глеб… Глеб молча сидел, сосредоточенно всматриваясь в стену, будто ожидая, что оттуда кто-нибудь появится. Через несколько минут такого времяпровождения академик Черноморов мягко спросил, нарушая, словно разрезая ножом, тишину: — Я так понимаю, что всё? — чисто риторически осведомился директор, но, увидев лицо Тани, которая явно собиралась что-то уточнить, быстро добавил. — Если возникнут вопросы, Таня, то Глеб тебе всё объяснит. А теперь вы свободны, а вас, профессор Горгонова, я попрошу остаться, — сказал Сарданапал, заметив, как Медузия привстала с кресла, явно собираясь уходить. — Нам с вами ещё нужно решить, как расставить столы к празднику. Медузия опять села и учтиво посмотрела на академика, не забывая следить боковым зрением за магспирантами и ободряюще им улыбаться одними углами губ. Бейбарсов тем временем встал и кивком головы указал Тане на дверь, за которой стоял сфинкс. Глеб с грациозностью хищника прошел между кресел к двери и открыл её, приглашая Таню выйти. Гроттер быстро вышла из кабинета, на прощанье пробормотав: — До свидания… Некромаг же вышел молча, лишь уважительно качнув головой в прощальном поклоне. *** Идя по коридорам Тибидохса, Таня и Глеб молчали. Глеб не видел в разговорах смысла, поскольку все и так уже понял, а Таня… Тане будто кто-то нашептывал, что сейчас не время для расспросов, хотя её буквально разрывало от интереса. Когда ведьма и некромаг проходили Зал Двух Стихий, Таню четыре раза чуть не сбили. В то время как Бейбарсов неведомым образом избегал столкновения раз пять. Будто люди проходили сквозь него. Такая суета творилась вокруг, что было очень сложно поверить, что ещё полчаса назад эти двое сидели в тихой, спокойной обстановке рабочего кабинета директора и обсуждали пророчество, про которое на время было забыто, когда к Гроттер подскочил запыхавшийся Ягун с маниакальным блеском в глазах и затараторил: — Так-Танька-сегодня-в-восемь-вечера-чтоб-была-на-празднике-к-тебе-некромаг-это-тоже-относится! — не разделяя слов, проговорил внук Ягге и, рывком развернувшись, вновь скрылся в толпе, выполнять свои многочисленные обязанности. — Ни «здрасте», ни «до свидания». Мило, — язвительно сказала Таня и направилась к лестнице Атлантов, подальше от этого балагана. Бейбарсов последовал за ней. *** Дойдя до комнаты, Глеб галантно открыл перед Гроттер дверь, Таня вошла, а за ней и сам некромаг, захлопнув дверь. Шепот, сдерживающий драконболистку, исчез, и она с жаром спросила, желая узнать как можно больше информации, которая ей была, возможно, неизвестна: — Кто такие стражи? Что за война? И откуда ты это знаешь? Я хочу знать все! Бейбарсов ничуть не удивился такому напору и, в отличие от Тани, выглядел спокойным, как удав: — Я отвечу на все твои вопросы, но по очереди, — изогнув в знак согласия отвечать бровь, бархатным голосом сказал Глеб. Таня выжидающе на него смотрела: ей было многое непонятно и безумно хотелось выпытать хоть какую-нибудь информацию. — Во-первых, кто такие стражи, я расскажу тебе в усадьбе, как и обещал, — тут же обломал Гроттер Бейбарсов. Она хотела было возразить, но Глеб продолжил, не давая ей такой возможности: — Во-вторых, раз ты пока не знаешь ничего о стражах, то в их войне нет совершенно никакого смысла сейчас разбираться, — так же убийственно спокойно продолжил некромаг, ещё больше тем самым распаляя Таню своей невозмутимостью. Ну как можно быть таким спокойным, когда завтра уже, возможно, весь мир погибнет?! Гроттер было не понять этого холодного голоса и точеных черт лица, которые даже не дрогнули, когда их хозяин услышал пророчество. — В-третьих, ты все узнаешь, но позже, когда мы будем в усадьбе, и у нас будет предостаточно времени. И, последнее, советую пока что выбросить это всё из головы и начать готовиться к празднику, во всяком случае, тебе, — резонно заметил Глеб, ставя точку в разговоре. Таня тут же всем своим видом возмутилась и ещё не успела озвучить свои мысли, как некромаг, по привычке подзеркаливая, ответил на её ещё не заданный вопрос: — Мне не нужно готовиться, поскольку мой обычный стиль одежды вполне подойдет, и я смогу просто выбрать из гардероба первую попавшуюся рубашку, — поспорить было не с чем. Стиль Бейбарсова действительно подходил для всех случаев: вечные рубашки и дерби, которые он сейчас носил, предпочитая их высоким ботинкам, идеально сочетались с черными джинсами. Все это можно было надеть как в повседневной жизни, так и на торжество, и даже на вылазку в какое-нибудь болото. Универсально. Прочитав по этому поводу мысли Гроттер, Глеб лишь ухмыльнулся и резонно заметил: — А вот тебе потребуется платье, которое, кстати, сейчас несет сюда мадам Склепова. Так что я удаляюсь, а то после её появления пойдут расспросы и меня не выпустят… без жертв, — подумав, добавил Бейбарсов и растворился в воздухе, наплевав на запрет телепортации в Тибидохсе. Таня осталась наедине со своими мыслями и вопросами, на которые она так и не получила ответа.