Flower and blade

      Утро выдалось весьма спокойным. Я и Мэри сидели за завтраком, наслаждаясь тишиной, пока мисс Йоко вышла полить цветы в саду. Я бросила взгляд на талисман, висящий над дверью, и заметила, что он выглядел новеньким. Или, по крайней мере, так казалось.       — Ну что, девочки, готовы к вечеру на фестивале? — весело вошла мисс Йоко.       — Конечно! Я в предвкушении! — ответила ей Мэри, на что я лишь улыбнулась. — Акико, а ты чего молчишь?       — Мысленно говорю себе, что готова.       — Хех, тогда бегите готовиться. Утром я принесла вам подарки в комнаты, пока вы спали.       — Так вот откуда взялась та коробка! — воскликнула Мэри, и женщина лишь загадочно улыбнулась. — Можно открыть?       — Конечно, можно, — подтвердила мисс Йоко, и Мэри, сияя от радости, выпила чай и тут же побежала в свою комнату.       — Няня Йоко, — окликнула я женщину, когда Мэри скрылась за дверью.       — Да, милая? — она, всё так же с улыбкой, поставила чайник на плитку.       — Вы сменили талисман? Или просто переклеили его? — спросила я, заметив её недоумение.       — А, этот! Да, я его сменила. Вчера он отклеился как назло, и я не рискнула оставлять его на утро. Решила наклеить новый.       “Так вот почему мне показалось, что он довольно свежий”       — У тебя всегда была хорошая память, Акико. Даже простой человек не сразу заметит, что что-то изменилось.       — Ну, Мэри иногда тоже с фотографической памятью, просто она её выключает, — хихикнула я, отпивая чай.       — Кстати, я заметила у тебя на тумбочке книгу из храма. Про что она?       — М? Да так, про девушку, рожденную в Кровавую Луну. Довольно необычная легенда.       — Так значит, ты встретилась с Сэйдзи? — на этот вопрос я растерянно посмотрела на женщину.       — Сэйдзи – это тот, кто подошёл к тебе и помог уйти в более спокойное место, когда он вернулся, он сказал, что тебе стало плохо, — объяснила она, нарезая овощи для легкого завтрака. — Почему ты не сказала, что плохо себя чувствовала?       — Честно, мне не было дурно с утра, просто потом почему-то стало плохо.       — Кажется, я даже знаю, почему... Кое-кто до сих пор не может смириться с потерей родителей? — я тяжело вздохнула, понимая, что она права. Няня взяла меня за руки. — Акико, милая, тебе нужно отпустить их. Мёртвых не вернуть, их можно только помнить.       — Я знаю, няня, я знаю...       “Та авария... Я не была свидетелем того случая, но даже те, с кем родители почти не общались, говорили, что это очень странные обстоятельства. Дело закрыли слишком быстро, и вроде как виновный был найден. Но почему-то даже не дают документы о том, какие же были мотивы у убийцы...”       — Как насчёт примерить кимоно юката? — спросила она, прерывая мои мысли.       — Кимоно? Хм, я давно не надевала кимоно, можно попробовать, — ответила я, задумавшись.       — Если с непривычки тебе будет неудобно, не заставляй себя, хорошо?       — Хорошо, заодно проверю Мэри. Похоже, она запуталась в рукавах одежды, — я слегка хохотнула над своими словами и вышла из-за стола.       — Я пока вымою посуду, — сказала женщина, собирая тарелки и чашки с палочками.       Направляясь по коридору к комнате подруги, я услышала её недовольный голос и постучалась. Когда я говорила на кухне, что моя подруга запуталась в одежде, я не прогадала. Мэри действительно запуталась в поясе и грустно посмотрела на меня, когда я зашла. Покачав головой и слегка улыбнувшись, я начала помогать подруге. Как она умудрилась так запутаться — это был интересный вопрос, на который я вряд ли получу ответ.       — Спасибо, Акико. Я думала, смогу справиться сама... Мне казалось, это делается очень легко.       — Ты забыла, что в последний раз носила кимоно, когда тебе было примерно 14 лет?       — Помню, но я думала, что смогу одеться сама. Хоть это и было почти 14 лет назад, — надув недовольно щеки, ответила мне подруга, на что я снова улыбнулась.       Закончив с примеркой, Мэри посмотрелась в зеркало и просияла. Ей очень понравилось одеяние: легкие пастельные цвета, не слишком бросающиеся в глаза, и изящные узоры подчеркивали элегантность наряда.       — Кстати, а что это за веер такой необычный? — спросила она, доставая из коробки предмет с недоумением.       — За 14 лет ты ни разу не видела утиву? — уточнила я, улыбаясь.       — Вот, хоть смейся, но я правда не знала о существовании такого веера в Японии.       — Теперь знаешь. Его используют в жаркие дни, хоть до осени осталось всего полмесяца, но в последние дни в Японии довольно жарко. Поэтому он, хоть и не полностью, но спасает от зноя, как легкий ветерок.       — Теперь буду знать. Ну что, я выгляжу как настоящая аристократка? — Мэри демонстративно встала в позу леди, легонько помахивая веером.       — Ха-ха, ты на неё немного смахиваешь.       — Отлично! Теперь ты мерь своё юкато, а я спрошу у мисс Йоко, когда можно ставить у алтаря сладости и всё остальное. Ох, надо узнать, когда идти на кладбище.       — Хорошо, как выяснишь, сообщи мне всё, — на этом мы разошлись. Зайдя в свою комнату, я сразу увидела коробку.       Открыв её, я вытащила одежду и, приложив её к себе, посмотрела в зеркало.       “Кимоно красивое, но и ханьфу неплохое... Странные у меня мысли, думаю о той девушке из моего сна, хотя мне всегда нравилась азиатская одежда”       Глянув на книгу рядом с кроватью, я положила одежду на постель и взяла предмет в руки.       — Девушка, что родилась под знамением тьмы,       Была обречена на вечные страдания,       На злобу, ненависть людей,       На все их беды и несчастья.       Она лишь улыбалась в одночасье:       За что вы, люди, так суровы?       За что все презираете её?       Не виновата ведь она,       Что такая у неё судьба.       Ну, почему Великая не милостива с ней?       К чему такие испытания?       К чему такие ей страдания?       Это был отрывок из этой истории в стихотворной форме.       “Ощущение, будто ты на месте этой девушки, прям чувствуются её страдания через эти строки и буквы...”       Вздохнув, я убрала книгу в тумбочку и посмотрела в окно. Солнце всё ещё светило ярко, говоря о том, что идти на праздник ещё очень рано.       — Пожалуй, пойду посмотрю, как там Мэри. Она точно могла снова запутаться в поясе.       Ближе к обеду мы занимались своими обычными повседневными делами. Так как сегодня 16 августа, своеобразный пост сохранять не нужно. Поэтому в еде уже присутствовало мясо и морепродукты. Мисс Йоко и Мэри что-то обсуждали, наверняка касающееся сегодняшнего вечера. Я же сидела, ела и слушала, крайне изредка что-то добавляя. В какой-то момент у меня возникло странное чувство. Не тревога, не страх, да и не тоска, и не горе в день мёртвых.       “Некое дежавю...”       В голове слегка стали отдаваться будто какие-то голоса, и в какой-то момент я потеряла связь с реальностью.       — Акико, попробуй и это.       — Ты же знаешь, я не могу есть мясо Вулкановой змеи.       — А ты хоть раз пробовала?       — Нет, но...       — Никаких «но», попробуй. Нельзя судить лишь по мнению других или из свитков, книг.       — Ну хорошо, — я взяла палочками мясо белого цвета, похожее на куриное, и съела его. — Мм, а довольно вкусное!       — Я же тебе говорила, Акико.       — Акико... Акико!       — А? — от неожиданности я выронила палочки. — Простите, я задумалась. О чём мы говорили?       — Ты в порядке? А то ты так задумалась, будто что-то серьёзное случилось, — взволнованно поинтересовалась моя подруга, смотря на меня.       — Всё правда хорошо, просто думала о предстоящем Фестивале.       — И не зря думаешь. Скоро нам надо будет собираться. Ближе к закату пойдём на место проведения праздника, — сказала женщина, взяв палочками маринованный редис.       — Точно! Вечер уже на подходе, осталось всего четыре часа, — ответила я, взяв палочки и взглянув на часы.       — Так что, девочки, кушайте, через часок будем собираться, — сказала мисс Йоко, подложив Мэри бекон, а мне добавив грибов.       Я улыбнулась в благодарность и, откусив верхушку гриба, вновь погрузилась в свои мысли. Из открытого окна слегка подул ветерок, отвлекая меня, и я мельком глянула на покачивающуюся над дверью офуду.       “Странно, ощущение, будто что-то знакомое произойдет...”       Вечером того же дня.       “Как же много народу!”       — Акико, суши всегда были такими вкусными? Или я просто давно их не ела? — с улыбкой спросила Мэри, поднимая палочками лакомство из одноразовой тарелочки.       — Просто ты явно не пробовала настоящее бенто, — ответила я, хохоча, глядя на неё. — Да и когда ты успела проголодаться? Мы всего час здесь, а ты уже голодная.       — Поесть – это святое. Нельзя приходить на праздник голодным, да и когда ещё попробуешь настоящие японские угощения? Съездить в страну, где ты жила и училась некоторое время, не всегда удаётся. Да и потом, это тоже стоит немалых денег.       — С каких пор ты стала так грамотно распоряжаться мыслями?       — С тех пор, как поняла, сколько тут зарабатывают таксисты по нашим меркам.       Прикрыв рот утивой, я снова слегка хохотнула, а моя подруга пошла посмотреть сладости, оставив меня на месте. Я оглядела толпу и заметила улыбающиеся лица взрослых, которые чему-то смеялись и веселились. Большинство людей были одеты в обычную современную одежду, в основном это была молодежь. Однако среди них встречались и те, кто носил юката, а также кимоно, надетые представителями старшего поколения. Можно было подумать, что если юката, то и обувь должна быть традиционной — гэта . Но это не так, в наши дни такую обувь носят редко. На фестивале же те, кто в кимоно, обуты в дзори, вроде вьетнамок, или проще говоря похожи на шлепанцы, только более праздничные.       — Я вернулась! — гордо сообщила мне подруга, держа в руках два таяки .       — Мэри, ты точно объешься, а на утро будет болеть живот. Не боишься?       — Возможно, но одна тебе, — с досадой улыбнулась она, протянув мне пирожок.       — Ох, ладно, только это последнее, что ты сейчас ешь. А то точно себе гастрит заработаешь, — взяв у неё угощение, я вдохнула и откусила сладость. — А где мисс Йоко?       — Она сказала, что увидела знакомого и отошла к нему. Так же добавила, чтобы мы отдыхали пока без неё. Вроде она подойдет через 30 минут или больше.       “Не Сэйдзи ли это случаем? Никогда бы не подумала, что няню и монаха связывает дружба, или мисс Йоко была мико? Хм, ладно, это не моё дело. У каждого свои скелеты в шкафу”       Вскоре мы съели пирожки, и Мэри выглядела довольной, как кот, наевшийся сметаны. Я отошла к одному из ларьков, чтобы взять напиток, предупредив при этом Мэри. У меня пересохло в горле после такого деликатеса.       “Как Мэри спокойно ест это в сухомятку?”       В ларьке я купила рамунэ . Среди известных мне вкусов виноградный – мой самый любимый. Оглядев людей, я заметила сидящих за столиком мужчин, которые пили саке .       “Честно скажу, я никогда не пробовала саке. Вообще никогда. По мне, это довольно крепкий напиток”       — Благодарю, — сказала я, беря стаканчик со своим напитком и расплатившись, собираясь уйти.       — Девушка, постойте! — окликнул меня продавец, и я обернулась к нему. — У нас акция в честь фестиваля: три данго при условии, что вы покупаете лимонад рамунэ. Вот, держите! — он протянул мне три угощения на палочке.       — Что вы, не стоит! — попыталась я отказаться, но он настаивал. Мне хватило пары секунд понять, что он не отстанет. Поэтому я взяла вкусности. — Благодарю вас! — он мне улыбнулся и вернулся к своим делам.       Я направилась к подруге, однако через пару минут поняла, что совсем её не вижу, как и мисс Йоко. В итоге я пришла к выводу, что потерялась. Пытаясь найти знакомых, я ещё больше углубилась в толпу. Впрочем, это ни к чему хорошему не привело, и я оказалась у одной из тропинок, только эта тропинка вела в лес.       “О нет-нет! По законам всех дорам, забредёшь в лес – встретишь всякую всячину, можешь и нечисть повстречать. И всё, поминай, как звали!”       Сев на лавочку, я огорчённо выдохнула и, отпив лимонад, выбросила стаканчик в урну рядом.       “И что я должна делать с этим данго?”       Единственный выход – съесть самой, что я в принципе и сделала. Не пропадать же добру! Стоило мне съесть всё, как сработал некий закон вселенной: краем глаза я уловила движение в кустах. Повернув голову на подрагивающие листья, я увидела маленькое существо с черными глазами и ртом, причём гримаса была весьма интересной. Не успела я и слова сказать, как это нечто побежало вглубь леса. Оглядев народ, я удивилась, как его никто не заметил. Оно ведь немного светилось, как светлячок. Однако меня дернул черт пойти за этим маленьким пришельцем в темную чащу, без фонарей и без какой-либо помощи.       “И вот на фига? У меня есть голова на плечах... и чем я думала в этот момент? Ясно чем – ничем!”       Сделав тихо рука-лицо, я выдохнула и посмотрела вперёд. Каким-то чудом я видела тропинку и ещё не потеряла из виду это маленькое создание. Впрочем, через пару минут хождения и перебора известных мне духов, ёкаев и призраков, я поняла, что это за существо. Они подобны духам, только лесным. Маленькое нечто останавливалось и, проверяя, что я иду за ним, продолжало бежать вперёд.       “Этот дух — кодама . Насколько я помню, они безобидны”       Вскоре я заметила, что маленьких духов становится всё больше. Они выглядывают из-за камней, деревьев и кустов. Причём они ничего не делали мне, просто стояли и смотрели. Меня это немного покоробило, но я постаралась ускорить шаг. Было немного спокойнее, что всю эту напряжённость в воздухе прерывали светлячки своим небольшим светом и звуками. Вскоре дух привёл меня к лестнице, у которой стояли две статуи в виде лисиц, в простонародье их называют кицунэ.       Весьма опасные создания, а также довольно хитрые. Однако существуют два основных вида кицунэ: мёбу, или божественный лис, часто ассоциируемый с Инари, и ногицунэ, или дикий лис, дословно «полевой лис», который часто, но не всегда, описывается как злой, имеющий злой умысел.       Понимая, что я ушла достаточно глубоко и уже многое увидела, я попыталась развернуться. Однако тело будто перестало слушаться. Я пыталась сделать шаг назад, но что-то заставило меня пойти вперёд к лестнице. Не знаю, сколько ступенек я прошла, но возникло дежавю, будто они были бесконечными. Впрочем, мои внутренние переживания прекратились, и я уже стояла на конечной точке.       — Ого, высоковато, — прокомментировала я, когда взглянула назад.       "Чувствую, что вернула контроль над своим телом. Однако ощущение, что должна пройти дальше, не покидало меня. Что ж... в первый раз я поступаю крайне глупо, как дурочка. А, возможно, я и раньше не отличалась умом в таких ситуациях. Но нужно понять, для чего меня сюда вели...”       Пройдя дальше, я увидела, насколько это место было старым. Через треснувшие каменные плиты, кое-где проросла трава. Впереди находился какой-то алтарь, а по бокам от него стояли небольшие столики.       “Алтарь в центре всего этого?”       Несмотря на разруху вокруг этого монумента, сам он был чистым. Кто-то зажёг благовоние и поставил угощения на столик и у самого алтаря. Даже символы огурца, символизирующего быструю лошадь, и буйвола в виде баклажана. Всю эту новизну прерывала старинная табличка на памятнике.       — Это место памяти для вас, моих друзей, сотоварищей и сослуживцев. Вам нравилось здесь отдыхать от тренировок, да и просто иногда отлынивать от своей жизни. Я составляла вам компанию просто так, ведь вы были моей второй семьёй. Однако при той битве я потеряла вас. Простите, что не уберегла. Я была рада нести службу и защищать эту страну вместе с вами. Пусть ваши души упокоятся мирно и пройдут по светлой дороге в высший свет. Я буду помнить вас, мои друзья, — закончив читать, я почувствовала, как по моему лицу катятся слёзы.       “Это очень грустно, но я не ожидала, что заплачу и даже не замечу...”       Стирая мокрые дорожки на лице, я увидела пустую чашку сакэ и, взглянув на кувшинчик рядом, не раздумывая, налила туда алкоголь.       “Даже призраки порой не прочь выпить... Хах, я не знаю этого, просто пусть она будет полной... Так... спокойнее, что ли...”       Я помолилась, всё же передо мной был алтарь умерших людей. Неизвестных, правда, но отдавших свой дух неким воинам. Через пару минут после молитвы меня осенило, что это место, если представить, похоже на то, что было в моём сне.       “Как раз из того сна, что я видела в такси!”       Это было впервые, когда мой сон отразился в реальности. За совпадение это вряд ли можно даже считать.       “Хотя меня и раньше напрягали мои сны, но можно было списать на постоянный стресс. А тут сон явно уже не кажется результатом напряжённой работы!”       На душе стало холодно и даже страшно. Я понимала, что всё, лучше уходить, и, борясь с желанием всё осмотреть, поспешила к лестнице. Я так спешила, что не заметила, как уронила свой веер. Да что уж, я даже не услышала этого. Заметив, что его нет уже у лестницы, я поняла, что возвращаться за ним не имеет смысла. Мэри и няня, наверное, уже потеряли меня, ведь прошло, мне кажется, около часа. Понимая, что хоть я и тороплюсь уйти отсюда, на ступеньках стоит быть осторожнее. Одно неверное движение – и я полечу с такой высоты... Спустившись с этой крутой американской горки и сделав буквально пару шагов, я увидела, что люди продолжали праздновать Обон.       “Что? Как это? В смысле!?”       — Акико, вот ты где! — ко мне подбежала подруга с мисс Йоко.       — Праздник ещё не закончился? — удивлённо спросила я, оглядываясь.       — Конечно нет, только середина фестиваля. Ты что, уже устала? — Мэри грустно посмотрела на меня.       — Что? Нет-нет, просто мне казалось... уже прошло так много времени.       — Сначала прошло пару часов, тебе может присесть? Выглядишь уставшей, — ответила обеспокоенно мисс Йоко.       — Всё хорошо, просто отвыкла так долго праздновать       Я была потеряна в своих мыслях. Мне явно не было очень долго, однако сколько точно сказать я не могла. Ощущение, что я отсутствовала всего час, могло быть следствием моего стрессового состояния. А может, моя паранойя решила сыграть со мной злую шутку. Мэри потянула меня дальше на фестиваль, а мисс Йоко шла за нами с лёгкой улыбкой. Хоть я и была где-то в пространстве непонимания, старалась делать вид, что всё в порядке. Пожалуй, момент, который развеял все мои переживания, – это запускание фонарей по воде. Танец бон-одори был красивым и бодрящим, но в тишине, когда вокруг лишь шум ветра и звуки природы, я могла расслабиться и забыть обо всём, что меня тревожило.       — Давайте я, — сказала я, держа фонарь, и аккуратно стала спускаться к пристани, где уже собралось много народу.       Протиснувшись и присев на корточки, я опустила фонарь на воду и с осторожностью подтолкнула его. Он пристроился по течению и поплыл за остальными бумажными огоньками.       “Так спокойно стало”       Огоньков становилось всё больше и больше. Казалось, что над водной гладью развернулась свора светлячков. Этот момент фестиваля называется окуриби, или проводящие огни, и он отмечает последний день празднования. Этим жестом мы освещаем покойным путь в иной мир, что сейчас едут на спокойном, мирном буйволе в мир мёртвых.       “Пусть ваш путь, мама и папа, будет спокойным и умиротворяющим”       Я улыбнулась, выпрямившись, и в глазах стало слегка двояко. В какой-то момент мне показалось, что по водной глади идут два фонарика, которые отличались от остальных. Однако этот глюк быстро пропал, словно его и не было. Мне стало не по себе от такого, и первая мысль, что мне пора бы уже провериться и выпить пару таблеток.       “Скоро 30 стукнет, а у меня уже начинаются признаки будущего шизофреника...”       Мэри и мисс Йоко встали рядом со мной. Подруга обняла меня за плечи ободряюще, и это снова заставило меня улыбнуться. Вернувшись домой, после душа я бухнулась на кровать. Этот день был насыщенным и сильно меня вымотал.       “Сначала духи леса, коих никто не видел, потом алтарь из моего сна, а теперь глюки... Все же стоит провериться на шизофрению... В крайнем случае, разговор с психологом. Хотя он вряд ли мне чем-то поможет...”       В полной тишине я смотрела на потолок. Из-за переизбытка эмоций мои глаза быстро закрывались, и я уснула. Однако в моём сне я снова увидела ту лестницу, но она не была такой запущенной. Поднявшись по ней, я оказалась среди воинов, которые мирно веселились у стола в окружении природы и спокойствия.       — Приветствуем вас, госпожа!       — Ваше высочество, сегодня наша первая победа, и мы будем рады вашей компании.       — Согласен, ведь и вы, госпожа, сделали вклад в эту победу!       — Хотите попробовать виноградное саке? Это фирменный рецепт моей семьи.       Я почувствовала, как на моём лице появляется улыбка. Я стала о чём-то с ними разговаривать и приняла пиалу с жидкостью. Мы стукнулись и каждый выпил по чашке столь крепкого напитка. Снова глянув на воинов, я увидела, как они оживлённо и с улыбками общались со мной и между собой. В их компании я постоянно смеялась, и в какой-то момент по моему лицу потекли слёзы, на душе стало больно.       — Госпожа, мы всегда будем верны вам. Знайте, даже если нам придётся отдать свои жизни ради вас. Спасибо вам за этот вечер.       Воины, приложив руку к груди, поклонились. Я заметила, что они уже не сидели, а стояли, но всё так же улыбались на фоне красот природы. Этот непонятный сон стал для меня настоящей пыткой. От этого зрелища слёзы потекли сильнее, и мне хотелось закричать. Я чувствовала, что хочу проснуться. Однако, как назло, это не получалось. В какой-то момент я ощутила, как наступила спасительная тьма, будто глаза закрыли насильно. Но меня это не пугало; я почувствовала, как стало спокойнее, и боль отступила. Меня стало поглощать это умиротворение тьмы.       — С возвращением вас, госпожа! — услышала я их голоса, полные радости, и выдохнула, почувствовав, как спокойно уснула.

***

      Мисс Йоко шла по коридору и заметила обгоревшие клочки бумаги напротив комнаты одной из своих подопечных. Это её насторожило, и она заглянула внутрь. Девушка мирно спала, перевернувшись на другой бок. Зайдя тихо и осмотревшись, она не заметила никого в комнате. Женщина прикрыла дверь и взглянула на обгоревшую офуду.       — Неужели... он был здесь? — прошептала она, прицепляя новый символ над дверью и выдыхая с напряжением, надеясь, что этот символ на последних крупицах не впустил демона.       Однако пожилая мико не заметила, как на тумбочке рядом с кроватью лежала потерянная утива, источая сладкий и нежный запах винограда, словно побывала в его гроздьях или будто на неё разлили столь насыщенное по аромату виноградное саке.                                                 Фестиваль Обон подошёл к концу.