Flower and blade

      — Значит, её энергия «ки» пробуждается?       — Да, буквально вчера он приходил ко мне в храм, в роли ночного нарушителя…       — Как много он знает? — женщина поставила чашки с чаем, её лицо выражало беспокойство.       — Думаю, что достаточно. Он сдерживает себя, понимая, что может причинить ей вред своими действиями. Однако он держит её в поле своего зрения…       — Хоть и здравомыслящий, но он всё же тенгу: любое действие или слово против него – это смерть для нас…       — А что насчёт неё? Акико совсем ещё не понимает, в какой ситуации находится. Её «ки» нестабильна. Если снова произойдёт такой всплеск, это будет плачевно для неё.       — Её «ки» больше не создаст такого избытка. Я заметила, что её энергия урегулировалась, словно ничего и не было.       — Ты думаешь, что её душа и тело… — мужчина слегка сжал чашку, что держал.       — Полностью восстановились и приняли всю мощь…       — Йоко, а… что произойдёт, когда он посчитает, что пора?       — Ничего хорошего точно. Сейчас она живёт, понимая свои цели и мысли. Если произойдёт то, что мы думаем, ей придётся выбирать. А этот выбор будет не самым лёгким…

***

      Скажу честно, я была рада вернуться обратно после посещения родного дома. Да и не скрою, по работе я тоже скучала, как бы это странно ни звучало. Рикки не отходил от меня все оставшиеся дни моего отпуска, постоянно мяукая, словно рассказывая о своих приключениях. У меня тоже было много чего ему рассказать, вот только вряд ли он меня бы понял. Отчасти я уже думала сходить к специалисту, как и планировала по возвращению. Однако, поразмыслив на трезвую голову, я поняла, а что я ему объясню и как?       “Сколько я об этом не думаю, всё больше понимаю, что это почти невозможно. Мне могут такими темпами поставить диагноз шизофрения и паранойя, а с такими пунктами и до психушки недалеко”       — Что же делать?...       “Да даже сейчас у меня ощущение, что я практически никому доверять не могу. Мисс Йоко, тот монах, про черепах пока ничего сказать не могу, как и про Мэри. Однако и поделиться с ними не могу – мисс Йоко умолчит, как и её друг. Черепахи и моя подруга сочтут, что я просто устала. С кем я могу поговорить тогда?!”       Мои размышления прервал стук в дверь. Ко мне заглянула Мэри.       — Акико, прости, что прерываю, но тут срочное дело — моя подруга привела ко мне девушку. Она выглядела молодо, но была немного нервной.       Честно, я опешила от таких резких событий, что ко мне приводят какую-то блондинку с красными глазами. Так, спокойно.       — Мэри, может, объяснишь?       — Только спокойно. Мадам Лилиан решила, что тебе нужна помощь в работе и искала тебе, так скажем, помощника или ассистента. Называй как хочешь. Это Юми, и она будет работать вместе с тобой.       — Погодите, а обсудить со мной вы это не хотели бы?! — от такой информации я изрядно офигела.       — Это ради твоего блага, Акико, и будет хорошая практика для твоего начинающего помощника. Поговорим об этом за обедом. Удачи! — весело протараторила она и убежала.       “Это не смешно! У меня свои проблемы, с которыми я даже не знаю как справиться и с кем поделиться! А ты мне предлагаешь обучать новичка?! Да это займёт чуть ли не 5 месяцев! Или больше!”       Я тяжело вздохнула, покачав головой. После этого посмотрела на девушку, которая выглядела немного напуганной, однако старалась показать, что готова ко всем опасностям и серьёзным проблемам в нашей профессии.       — Что ж… думаю, стоит представиться: меня зовут Хирогава Акико.       — Мне приятно с вами познакомиться, меня зовут Такаги Юми. Поверьте, вы не разочаруетесь во мне... Я приложу все усилия, чтобы принести пользу в работе.       — Энтузиазм – это хорошее дело, но будь добра, пожалуйста, не старайся только жить, будучи активисткой.       — Обещаю, мисс Хирогава, — она улыбнулась мне, вздохнув. Я сама не сдержалась и слегка улыбнулась, поощряя такой подход.       — Обещать, конечно, было не обязательно, но ловлю на слове. Что ж, тебя уже инструктировали по технике безопасности? Или по технике безопасности во время операции?       — По технике безопасности мадам Лилиан мне всё рассказала, а по второму критерию мне сказали, что вы сообщите всю информацию.       — Что ж... давай так: сейчас в операционной есть одна свободная, и я попрошу её на некоторое время, чтобы всё тебе показать.       — Хорошо, мисс, — воодушевлённо кивнула она и пошла за мной.       Честно говоря, я предполагала, что обучать Юми будет непросто. Как я поняла, она только недавно выпустилась из медицинской академии. Буквально через пару месяцев после окончания учёбы — сразу на работу... У меня возникло ощущение, что всё это было спланировано заранее. Однако, когда я спрашивала её об этом, она лишь отвечала, что это всего лишь случайность.       — Юми, ничего, если на «ты»?       — Конечно, всё в порядке, мисс Хирогава.       — Тогда зови меня просто Акико.       — То есть, мисс Акико?       — Что? Нет-нет! Без «мисс», просто Акико и на «ты».       — А вот как, простите, мисс Акико... Ой! То есть, простите, — она запаниковала, осознав, что неправильно обратилась.       “По-моему, нам ещё над многим стоит поработать”             Я по-доброму ей улыбнулась и почувствовала, как в её компании стало чуточку спокойнее на душе.       — Юми, а ты давно в Нью-Йорке?       — Пару лет с тех пор, как начала учёбу в медицине в Америке.       — Скучаешь по дому?       — Скучаю, но за время учёбы Нью-Йорк тоже стал для меня домом.       — Только будь на улицах осторожна, хорошо? — я убрала скальпели в дезинфицирующий раствор.       — А что бывает на улицах? — её вопрос удивил меня.       — Ты серьёзно не знаешь о Пурпурных драконах? — уточнила я, повернувшись к ней.       — А... о них я слышала, просто привыкла делать вид, что их нет. Однако я понимаю, что они существуют.       — …Ясно, — с паузой ответила я и вернулась к уборке хирургических инструментов.       “Как-то натянуто это выглядит… Словно она и не знала, но решила сделать вид, что просто забыла. А ещё её имя... Я помню, как однажды слышала его во сне. Но ныне Юми – довольно распространённое имя в Японии. Похоже на чистой воды совпадение, но после всего пережитого начинает вериться с трудом. Однако, с другой стороны, нужно перестать параноить и трезво начать оценивать вещи. Возможно, это всего лишь игра воображения, а не предзнаменование. В конце концов, мир полон случайностей, и не стоит искать в них скрытый смысл, если его нет”       — Может, хочешь перекусить? — решила сменить я тему, задвинув ящики.       — Думаю, вы правы. Уже время близится к обеду, — ответила Юми, взглянув на свои наручные часы.       Я повела Юми в кафе, где как раз сидела Мэри. Мы оказались в весьма спокойной атмосфере. Когда моя помощница отошла, чтобы припудрить носик, я серьёзно посмотрела на подругу.       — А сейчас я жду ответов, быстро и ясно. Почему мне не доложили? Разве меня не должны были спросить, нужен ли мне помощник или нет?       — Акико, отчасти это крайний случай, если что-то случится…       — Случится? Вынужденные отпуска против моей воли? Или ситуации с больничным?       — Акико, я понимаю твоё недовольство, но я имею в виду, что ты можешь не справиться одна.       — Мэри, а ты не в счёт? Ты тоже хирург.       — На минуточку, я кардиохирург. И во всех операциях я была человеком, который помогал тебе их осуществлять, но не вмешивался. Юми же специалист, направленный именно на хирургию твоей специальности. Поэтому мадам Лилиан решила, что тебе нужен специалист-помощник именно конкретной направленности.       — По специальности я нейрохирург, и только в крайнем случае приходится принимать должность «общий хирург». Да и потом, только ли мадам Лилиан? — с прищуром поинтересовалась я.       — Я тоже так посчитала. Именно со мной она обсудила это, и в итоге я согласилась с её мыслями. Вы ведь поладили, чего уже возмущаться…       — Это возмущение касается того, что мне доверили обучать. Я не учитель, не педагог. Единственное, что я могу предоставить Юми, – это наглядный образец, как проводится хирургическое вмешательство. А именно: вырезание почек, болезней и всё в таком духе. И в режиме реального времени.       — В академиях обучение проходит по тому же принципу. Мы обе там учились.       — Если ты не забыла, там показывают, объясняют и позволяют практиковаться, но при условии, что операция не сложная. У нас же работа заключается в спасении или лечении людей. Хирург объяснит поверхностно во время операции, что и как. До операции он проинструктирует своих коллег, но времени на подробные объяснения может и не быть.       — Ох, Акико, дай ей шанс! Она хорошая, я не понимаю твоего недовольства.       — Я даю ей шанс. Я просто хочу быть в курсе того, что происходит. У меня создаётся ощущение, что я просто слушатель. Вы пришли, вывалили информацию и ушли, как ни в чём не бывало.       — Хорошо, если это тебя успокоит, — Мэри слегка улыбнулась, и я выдохнула, отпив из чашки чай.       — Прости, просто… Ох… эта ситуация неприятна тем, что я всё узнаю на ходу… Юми хорошая, да, она всё схватывает на лету. А я веду себя сейчас как капризное дитя, и мне непривычно, что теперь у меня будет помощник… Ох… однако я просто не хочу чувствовать себя отодвинутой от всего, что происходит в больнице, в которой я работаю так же давно, как и ты.       — Я понимаю, обещаю, такая ситуация в первый и в последний раз.       — Я займусь её обучением завтра, договорились?       — Хе-хе, как ты догадалась, что мадам Лилиан предложила тебе её обучать на завтра?       — Наверное, уже чутьё работает? — с ухмылкой спросила я подругу, на что она хохотнула.       Выдохнув, я почувствовала некое облегчение. Возможно, я повела себя крайне неправильно... Взрослый человек, а по общению со мной сейчас явно выглядело, как будто я подросток в переходном возрасте. Юми вскоре вернулась к нам. До конца перерыва было ещё 30 минут, поэтому мы посидели немного и отправились обратно в больницу.       “Хоть я и решила свой конфликт с Мэри, но проблема внутреннего диссонанса всё ещё остаётся. Мне всё-таки стоит обратиться к специалисту. Однако вопрос остаётся: как мне сообщить ему о своих переживаниях, не вызвав ощущения, что я сумасшедшая?.. Погодите… это, конечно, глупое решение… но может, стоит поговорить об этом с мастером Сплинтером?”       Отчасти я понимала, что он своего рода отец черепашкам, но он и не расскажет о моих переживаниях никому. Он понимает, что можно поведать, а что не стоит, так как это будет уже моё дело. Подойдя к окну, я посмотрела на тучные облака и на спешащих людей. На душе всё ещё было мерзко от того, что я не понимаю всей ситуации.       “До этого я всегда думала, что мои сны — это нечто непонятное, вызванное либо перегрузкой на работе, либо чем-то сторонним. Однако после последнего сна я поняла, что тот воин в моих снах – это некое воспоминание… Не хочу думать о самом глупом в вере у людей. Реинкарнация… В это верят в Японии. Считается, что человек перерождается, когда у него остаются незаконченные дела, либо ему дают второй шанс. Такое только в манге и встретишь, но никак не в реальной жизни!”       — …Мне точно нужно поговорить с ним… Однако придётся прийти поздно. Днём мои друзья с ним, а ночью они уже могут быть не дома. Это единственный выход избежать расспросов…       Время за работой пролетало очень медленно. Хоть я и желала, чтобы всё быстро закончилось, но таков закон вселенной. Взяв очередной листок анализов, я начала рассматривать его. Из стопки, что я разобрала, нужно было кого-то скоро ставить на операцию.       “Среди этих людей есть те, кого стоит оперировать в срочном порядке или наоборот. А ещё желательно бы получить согласие на эти операции. Есть же такие люди, которые верят, что всё само пройдёт, как и неожиданно появилось…”       Вздохнув тяжело, я помассировала глаза и виски, после чего взглянула на календарь. Месяц до зимы. Честно говоря, мне хотелось, чтобы всё это быстрее закончилось. Следующий год может оказаться лучше этого, а может и нет. Всё зависит от того, как решит судьба.       “А ещё вторая работа после... Ох, как же мне попасть к Сенсею Сплинтеру, так, чтобы не узнали шпионы мистера Саки… Да и потом… как рядом с ним работает такой страшный человек, как Шреддер, который руководит кланом Фут? Хм, сообщники в сфере криминала?.. А если это и один и тот же человек?..”       От такого потока мыслей у меня голова просто вскипела. Если так и есть, как я думаю, то получается, что я помогаю злодею.       “Но в то же время я не уверена, может, я ошибаюсь. Хотя, учитывая, что у клана Фут, что мне показывал Донни, такой же символ, что висел в главном зале у мистера Саки… Мысли о том, что он связан с криминальным миром, меня не покидают…”       Внезапно мой телефон начал активно звякать. Я, не понимая, что происходит, взглянула на экран и увидела, что сработал будильник.       “Что? Но я не ставила будильник… Мэри, у неё чуйка, что я могу допоздна засидеться? Хотя тут и засидишься… Хм, минутку, а мистер Саки ещё не в Японии? Отчасти трудно сказать, где он, меня уведомляют по факту”       Однако я должна была рискнуть. Мне нужно было поговорить с Сенсеем Сплинтером. Я не знала, как воспримет мои слова Мэри, а с мисс Йоко у меня возникли определённые сомнения. Я посидела несколько минут в тишине, обдумывая всё, пока не начали лезть мысли о том, что вокруг меня все что-то недоговаривают и врут. Я покачала головой, отгоняя от себя эти догадки. Повернувшись в кресле, я посмотрела на цветок гардении и слегка коснулась его бутона, понимая, что скоро ему понадобится горшок побольше, учитывая, как он разросся.       — …Думаю, заберу тебя на время домой. Ты замерзнешь здесь в новогодние дни.       Услышав стук, я повернулась обратно к рабочему столу и, выдохнув, натянула на лицо лёгкую и приветливую улыбку.       — Войдите.

***

      В канализации, в своей комнате, медитировал Сплинтер. Неожиданно свечи потухли, и он открыл глаза, погладив свою бородку, задумавшись о чем-то важном.       — Энергия трёх демонов. Только одна слабее другой, а последняя – слабее и той, и другой… К добру ли это? — тихо произнёс он, обращаясь к самому себе. Затем, взяв трость, он встал и вышел посмотреть, чем занимаются его сыновья.       В зале было пусто, как и на импровизированной территории для тренировок. Возможно, они сейчас в своих комнатах. Однако Сплинтер вряд ли поделится с ними своими мыслями, понимая, что пока рано о чём-то судить. Его сыновья-ученики вряд ли осознают, что от их противника, Шреддера, исходила мощная «ки» тенгу. Кто бы ни скрывался под маской, он был опасным соперником и очень умело скрывал свою истинную силу. Один раз он не сдержался во время боя, после падения с крыши. Сплинтер был уверен в одном: если учитывать, что их соперник – тенгу, то он вряд ли пострадал. Да, возможно, у него остались пара ран и синяков, но не более того. Шреддер жив, и это предположение не стоит оставлять без внимания.       — Думаю, стоит заварить чай для размышлений, — произнёс крыс, направляясь в сторону кухни.       Учитывая, сколько настаивается настоящий японский чай, который время от времени дарит им знакомая, Сплинтер решил провести тренировку со своими учениками. Нельзя расслабляться после битвы с врагом. Нужно держать себя в форме, чтобы не быть застигнутым врасплох недругом. Каждый из сыновей проявлял себя по-своему в этой тренировке: вспыльчивый Рафаэль, обдумывающий действия Донателло, рассудительный Леонардо и, как всегда, неуклюжий Микеланджело. За годы, проведённые вместе, они не растеряли своих характерных черт. По этой же причине и оружие у них такое, какое должно быть.       Сплинтер дал Рафе саи с целью научить его терпению и дисциплине в использовании своего оружия, чтобы тот не поранил себя или не проткнул кого-то. Нунчаки, хоть и травмоопасные, для игривого характера Майки стали способом научиться концентрироваться во время боя. Шест Бо для Донни, самого умного из братьев, даёт ему возможность творчески подходить как к сражению, так и к тренировкам. А самое опасное – холодное оружие катаны для Лео. Он должен понимать, что сражение без необходимости – это не сражение, и что ему придётся быть готовым отнимать жизни ради защиты людей.       Как бы грустно это ни звучало, каждый посыл оружия для черепашек был важен. Они должны быть готовы ко всем испытаниям, что встретятся на их тернистом пути. Поэтому сегодня для юных героев была тренировка с целью застать противника врасплох. Атмосфера темноты, где горели лишь свечи, подчеркивала всю важность данной тренировки.       Спустя несколько часов...       “Надеюсь, я не опоздала? Вроде за мной не было слежки, м? Майки? Я думала, они тренируются как обычно…”       Зайти в старый гараж через чёрный вход и увидеть своего панцирного друга, который увлечённо что-то писал, было неожиданно.       — Привет, Майки, — подошла я к нему с улыбкой.       — А? Акико! Рад тебя видеть! Ты решила зайти к нам в гости? — он повернулся ко мне полностью.       — Угу, заодно принесла гостинцы из Японии. Помню, ты хотел попробовать почитать мангу. Честно, в Японии не так сильно понимают понятие супергероев, поэтому я привезла тебе про ниндзя. Ничего?       “Не хочется ломать его представления о том, как супергерои изображаются на страницах бумаги. Не каждый ребёнок готов к таким насильственным изображениям”       — Спасибо! Честно, не вижу ничего страшного, я ведь тоже ниндзя. Думаю, будет полезно, — он улыбнулся мне, приняв мой подарок. Тут я заметила у него наброски в блокноте.       — Ух ты! Можно посмотреть?       — А? Да, конечно, — он протянул мне блокнот, и я стала рассматривать его рисунки.       — Хочешь попробовать стать супергероем?       — Да, но ребята считают это глупостью…       — Не попробуешь – не узнаешь. Я, к примеру, мечтала стать швеёй, — прокомментировала я его заявление и подмигнула с улыбкой. Он был немного растерян, но в его глазах зажглось любопытство.       — Ты швеёй? Честно, я думал, ты всегда хотела быть врачом, — на такое заявление я, прикрыв рот, хихикнула.       — Всё верно, — ответила я, вспоминая. — Я тогда чуть не сломала пару иголок на швейной машинке мамы и почти угробила саму машинку. После этого поняла, что это не моё. Потом я попробовала заниматься живописью, но так и не смогла добиться успеха. Лишь когда увидела у папы книги по медицине, во мне загорелся тот самый огонёк. С тех пор я и стала врачом. Да, это трудно и очень тяжело идти к своей мечте, но я очень рада, что смогла её достичь. Так и тебе стоит попробовать. Думаю, Эйприл поддержала бы мои слова.       По Майки было видно, что он воодушевился, и от этого мне стало радостно – я смогла помочь ему хоть чем-то. Отдав ему блокнот, я вызвала лифт и спустилась к остальным.       — Всем привет! — сказала я, и братья Майки обратили на меня внимание.       — Кто к нам пожаловал? Соскучилась по тёмным и страшным улицам Нью-Йорка? — с усмешкой спросил Раф, на что я хохотнула.       — Конечно, а ещё по твоим подколам, Раф. Кстати, я привезла то, что ты просил. Вот, надеюсь, это подойдет для тренировок.       — О, спасибо! Да, подойдет! — он улыбнулся, и я почувствовала, как радость наполнила меня. После этого я подошла к Лео и Донни.       — А это вам: учебник по технике боя.       — Благодарю, Акико, я давно пытался найти этого автора, — сказал Лео, с интересом рассматривая книгу.       — Мне не составило труда, Лео. А это тебе, Донни, новые издания по инженерии, — протянула я ему книги.       — Я их высматривал несколько недель! Спасибо, Акико! — его глаза сияли от счастья, и я не удержалась от смеха, наблюдая за его реакцией.       Я направилась к Сенсею Сплинтеру, который находился на кухне.       — Здравствуйте, Сенсей Сплинтер! Я вас тоже без подарка не оставила, — произнесла я, стараясь выглядеть непринуждённо.       — Не стоило, Акико, — ответил он с лёгкой улыбкой.       — Стоило, Сенсей. Вот, это свежий имбирь к чаю. Я постаралась выбрать самый хороший, — сказала я, протянув крысе мешочек с корнями.       — Благодарю, иногда мне кажется, у тебя чутьё на такое, — хохотнул он, принимая мой подарок.       — Сенсей… я могу поговорить с вами наедине? — неуверенно начала я, стараясь говорить тише, чтобы троица меня не услышала.       — Конечно, Акико. Идём, поговорим в моей комнате. Только возьму с собой чай, думаю, наш разговор займёт много времени.       — Позвольте, я тогда помогу, — ответила я, взяв поднос и поставив на него всё необходимое. Сплинтер добавил миску с печеньем.       — Ты только с работы, Акико, так что попутно перекусишь. А сейчас пойдём, — сказал он, опираясь на трость, и пошёл вперёд. Я же, взяв поднос, следовала за ним.       “Никогда не думала, что он такой проницательный…”       Зайдя в комнату, он задвинул двери и, сев напротив меня, разлил чай по чашкам.       — О чём ты хотела поговорить? — спросил он, протянув мне налитую чашку. Я осторожно её взяла, чувствуя, как волнение нарастает внутри.       — …Если позволите, я начну издалека. В последнее время меня беспокоят странные сны. В них меня зовут по имени, но я не вижу лица того, кто меня зовёт. Как только слышу своё имя, просыпаюсь. В этих снах я похожа на какую-то принцессу. Сначала я списывала всё это на утомление и усталость, пока… — я слегка сжала чашку в руках, чувствуя, как дрожат пальцы, и страх охватывает меня. — Пока сон не стал реальностью. Я увидела место из сна наяву, попала туда, не знаю как… Я, как глупая, пошла за духом кодама, и они привели меня к лестнице. А потом моё тело само собой пошло наверх. Я вернула контроль только когда дошла до конца ступенек… Там был алтарь. Он был ухожен: было ясно, что кто-то был до меня. Однако через несколько минут я поняла, что это место из моего сна… Когда я побежала прочь, я как будто перенеслась обратно на фестиваль. Подруга и няня сказали, что потеряли меня. Я уверена, что меня не было 10-15 минут, может, и больше, но они ответили, что я просто потерялась…       — Спокойно, Акико, — произнёс Сплинтер, внимательно глядя на меня. — Я вижу, как твоё «ки» нестабильно. Выпей чаю и продолжай рассказывать, когда посчитаешь нужным.       Я выдохнула и осторожно отпила горячий чай, чувствуя, как тепло разливается по телу.       — Ух, мне и вправду стало немного лучше. Мне в храме однажды тоже сказали, что моя «ки» ослабла, только это было из-за стресса и тоски по родителям.       — Кто тебе такое сообщил?       — Работник храма. Как потом я узнала на фестивале, он и мисс Йоко знакомы. Эх, скажите, что мне делать?.. Из-за этих снов я не понимаю теперь, кто я? Почему мне снятся эти сны? Почему в этих снах я?.. У меня так много вопросов, но я не знаю, как искать на них ответы. Я не могу рассказать Мэри, не могу спросить у мисс Йоко совета, я… я не знаю, что мне делать…       — Прежде чем я начну делиться своими мыслями, ответь, кем ты считала себя до этих снов?       — Я? Ну, просто Акико Хирогава. Обычный врач в местной больнице.       — А если я скажу, что для меня ты не просто врач?       — В каком смысле? — я недоуменно посмотрела на него.       — Я вижу самоотверженную женщину, готовую идти хоть в огонь, чтобы спасти жизни людей. Вижу человека, который днями и ночами не отходит от своих пациентов, стремясь полностью их вылечить. Ты считаешь себя обычным врачом, однако я вижу в тебе очень решительного человека, при этом ты не меняешься. Ты всё так же остаёшься Акико Хирогава и всё так же остаёшься простым врачом. Будь ты принцессой или кем-то другим, я бы видел в тебе личность, а не то, кем ты являешься для мира.       — Простите, Сенсей Сплинтер, я немного не понимаю вас.       — Я думаю, твои сны – это воспоминания, прошлое, которое возвращается к тебе по неизвестным мне причинам. Из-за этого ты и не понимаешь, кем являешься. Однако твои воспоминания, как я и сказал, – это прошлое. Сейчас важно то, кем ты являешься в нынешнее время. Ты, Акико, врач, который не раз спасал жизни. Как я говорил ранее, ты можешь быть разной в глазах других, однако ты всё так же остаёшься Акико Хирогава.       Я, переваривая его слова, слегка отпила чаю. Он был прав. Из-за этих неожиданных воспоминаний мне начало казаться, что я не я. Однако воспоминания — это пережитки прошлого, на которых мы учимся. Я не знаю, почему эти воспоминания из моей прошлой жизни возвращаются ко мне. Но их мне остаётся только принять как часть себя и оставаться той, кем я являюсь.       — Я поняла ваши слова. Мне правда всё ещё трудно осознать, что все мои сны – это воспоминания минувшего… Меня всё ещё тяготит чувство запутанности и непонимания моего внутреннего «я», однако теперь я более-менее понимаю, что я та, кем являюсь сейчас.       Я посмотрела на Сплинтера, который сидел передо мной, и заметила, как он слегка улыбнулся, кивнул и отпил чаю.       — Я рад это слышать, Акико. Приятно видеть, что ты начинаешь понимать себя и, что более важно, слушать свои внутренние ощущения.       — …Сенсей Сплинтер, вы упомянули, что воспоминания начали возвращаться по неизвестной причине… Честно говоря, у меня есть небольшое подозрение, — ответила я, задумчиво потирая подбородок. Я поставила чашку на стол и сняла с шеи кулон, протянув его ему. — Вы говорили, что моё «ки» нестабильно, значит, вы чувствуете ауру человека. Скажите, что вы ощущаете от этого украшения?       Сплинтер осторожно взял кулон в свою ладонь и внимательно его осмотрел.       — Как бы это странно ни звучало, но да, я чувствую от этого предмета энергию. Однако она одновременно и твоя, и не твоя.       — В каком смысле? — спросила я, нахмурив брови. — Эйприл говорила, что кулон ей оставили на прилавке. Может, это аура прошлых носителей?       — Не сказал бы, — ответил он, всё ещё изучая украшение. — От кулона исходит твоя энергия, мощная, но всё ещё слабая. А вот вторая явно не твоя. Она более сильная, ведь кулон долгое время находился под воздействием этой энергии.       — То есть, вы хотите сказать, что…       — Что от ношения другими людьми такого бы не было. Тот, кто носил эту вещь до тебя, долгое время держал кулон рядом с собой.       — Что-то вроде оберега? То есть из-за этой чужой энергии мои воспоминания возвращаются?       — Нет. В этом кулоне нет того, что могло бы пробудить твои воспоминания. Возможно, в прошлой жизни ты умерла в том возрасте, в котором сейчас находишься, или ближе к этому возрасту. — он протянул мне кулон обратно. Я взяла его, но в глазах моих читалось смятение.       — Не понимаю. Получается, я носила его в прошлой жизни, а потом кто-то взял и носил это несколько лет? Столетий?       — Энергия одна, и, к тому же, столь простой люд не живёт так долго, чтобы аура на этом кулоне сохранялась. Это значит, что он и не человек.       — Бессмертный? — удивлённо уточнила я, на что получила кивок.       — Хм… ты сказала, что кулон приобрела у Эйприл?       — Да, точнее, она подарила его мне. Меня тогда тянуло к нему, и раз вы сказали, что на нём моя «ки», то, возможно, именно поэтому меня и магнитило.       — А у мисс О’Нил он оказался не просто так.       — Простите? — переспросила я, не веря своим ушам.       — Тот, кто оставил кулон Эйприл, знал о ваших встречах и предполагал, что ты его увидишь. Похоже, это часть одной продуманной цепочки действий. Кто бы это ни был, Акико, его намерения относительно тебя весьма туманны, и тебе стоит быть осторожной. Судя по всему, ты давно стала его целью, и, зная, что это твой кулон, он намеренно оставил его. Этот неизвестный знает о тебе ещё с первой жизни.       По спине пробежал холодок, и внутри разгорелась паника. Дыхание сбилось, а в тишине я слышала стук собственного сердца. Казалось, оно вот-вот выпрыгнет из груди, а кровь забьётся в висках от волнения.       — Помнишь, я однажды спрашивал тебя, занималась ли ты раньше боевыми искусствами? — его вопрос вывел меня из мыслей. Я кивнула. — В тебе чувствуется ещё слабая, но нарастающая сила бойца, которая рвётся наружу. Похоже, ты была не просто принцессой, а воином, и весьма необычным.       — В каком смысле необычным? — несмело поинтересовалась я.       — Не уверен, что мои подозрения верны, и пока не думаю, что тебе стоит это знать... Я скажу тебе свою мысль, когда ты сама поймёшь, что готова к ней.       — Если я скажу, что готова?       — Сейчас нет. К тому же это только теория. Без каких-либо доказательств я не собираюсь её озвучивать, — ответил Сплинтер, и его слова осадили мой пыл.       "Он прав, я бегу вперёд паровоза, желая узнать всё и сразу, не имея чёткой картины… Не знаю, что он имел в виду под словом «необычная». Но, кажется, он намекает на что-то нечеловеческое… Что ещё я о себе не знаю?”

***

      Мужчина в деловом костюме вошёл в кабинет своей резиденции в Японии. Он взглянул на приёмную дочь, давая ей понять, что желает побыть один, и чтобы его не беспокоили. Она без слов поняла своего опекуна, поклонилась и вышла из помещения.       — Всё идёт по плану. Грубому, но рабочему, — произнёс он, подходя к витрине в своём кабинете и снимая ткань со стекла. — Что ж, Японию она давно покинула, и, думаю, мне тоже пора возвращаться. Терять её из поля зрения опасно, учитывая, что её «ки» рвётся наружу. Без внешней поддержки это её убьёт. — мужчина достал из витрины сердцеобразный артефакт, который слегка блеснул в свете. — Это не вернёт ей воспоминания, но начнёт подавлять её энергию.       Вернув вещь на место, он подошёл к окну и посмотрел на тихий ночной город, в котором горели лишь огни фонарей.       — Будь моя воля, я давно бы поработил вас, уничтожая потомков, причастных к тому роковому дню, — в комнате слегка замигали лампы, но он не обратил на это внимания. — Впрочем, сейчас меня это мало волнует. Она слишком дорожит этой расой, и у меня нет времени тратить его на их жизни.       Темноволосый отошёл от окна, взял в руки вещь, которую доставила ему Карай по его приказу, и проверил содержимое.       — Сейчас главное то, что она может стать угрозой для себя.