❁ Насильно мил не будешь I ❁
21 июля 2025 г., 18:31
— Если хочешь чего-то, возьми это силой.
— Пап, а если это живое? Как кролик?
— Тогда ухвати его за уши и запри в клетке. Не дай ускользнуть.
— А если кролик станет сопротивляться? Укусит?
— Таких зверей можно усмирить. Но если даже дрессировка окажется бессильна... избавься от бесполезного.
— Но ты ведь не избавился от мамы.
— Я люблю ее... по-своему люблю. Люди твердят, что насильно мил не будешь. Глупости. Нужно лишь знать, за какие нити дергать.
— Дергать за нити?
— Я научу тебя. Просто смотри и запоминай.
***
Сидя в любимом кафе, я неспешно потягивала теплый чай с сахаром. Кофе в последние дни вызывал отторжение. За окном, возле моего столика, царила хмурая, зябкая атмосфера, словно сам день медленно угасал. Пасмурные тучи тяготили. Идиллическая обстановка кафе, приятная музыка и любезность персонала являлись странным контрастом. За эти несколько недель я смогла пообщаться с друзьями. Каждый отреагировал по-своему, но все как один просили не винить себя. Осознавая теперь влияние Ороку Саки, его криминальную сущность Шреддера, я больше не удивлялась, как легко он управлял всем вокруг, в том числе и тем, что мне дорого. Невольно сжав чашку, мои ногти оставили едва слышимый скрип на фарфоре. Все то время, что мы провели наедине, если это можно так назвать, он изучал меня, как и я его. И получается, держал он меня рядом не просто так, не только из-за моих врачебных навыков. Видимо, во мне он увидел подходящий инструмент. Вопрос лишь в том, для чего? Ответа не было, сколько бы я ни размышляла, сидя здесь, за столиком. Переведя взгляд с чашки на окно, я словно окунулась в царившее за стеклом уныние. Тяжело вздохнув, я вновь сосредоточилась на чашке и отпила чай. Сейчас не время плодить новые вопросы. Нужно найти ответы на старые. “Если он использовал меня, и не знает, что мне известно о его планах, то я использую его сама. Для черепашек я – единственный ключ к информации из его цитадели. К сожалению, о ее внутреннем устройстве я ничего не знаю. Добыть хоть какие-то сведения будет непросто. Если бы только раздобыть чертеж здания...” — Ладно, пора оплатить счет и идти на работу, — подняв руку, я привлекла внимание официантки. Покинув кафе, я вдохнула морозный осенний воздух и направилась на работу, вновь погрузившись в свои мысли. Как бы я ни старалась отвлечься, вопросы настойчиво возвращались. Если мне нужны ответы, необходимо найти их источник. Пока что этот источник неотступно находится рядом с Ороку Саки. Логика сомнительная, но, если я смогу правильно подобрать слова, возможно, удастся что-то выяснить. Зайдя в больницу, я ощутила привычную рабочую атмосферу и даже знакомый запах лекарств, к которому за столько лет успела привыкнуть. Работы было много, как всегда: пациент за пациентом, операция за операцией. Уже за обедом с Юми и Мэри я постаралась отвлечься от навязчивых мыслей и просто насладиться общением с подругами. — Как начало дня? — спросила я, откусывая булочку. — Ох, не спрашивай. У меня сегодня аншлаг на скандальных пациентов. Не понимаю, как еще проще объяснить, что я не могу выдать то, что они хотят, — страдальчески ответила Мэри, вызвав мою легкую улыбку. — Ну-ну, Мэри. В жизни бывают неприятные периоды. Главное — просто переждать. — Легко говорить той, кто всегда скрывает свои проблемы от всех, — укоризненно ответила Мэри. — Ладно, тут я виновата, — с досадой признала я и заметила растерянный взгляд Юми. — Все в порядке? — А? Да-да! Все хорошо, мисс Хирогава, просто я задумалась. У меня сейчас тоже много работы. Наставления закончились, и теперь стараюсь войти в ритм больницы. — У тебя получится! После наставничества первое время и вправду тяжело, но главное — не бояться ничего. Скоро, гляди, и сама начнешь проводить операции вместо Акико, — подколола её слегка Мэри. — Ч-Что вы! Я всего лишь помощница, мисс. Я рада просто помогать в проведении операций, — насупилась девушка, смутившись от такого комплимента. Я улыбнулась, наблюдая за этой атмосферой, и продолжила свой перекус, позабыв обо всем, что меня ранее тревожило. — К слову... я видела утром мистера Райна, — тихо произнесла Юми, стараясь, чтобы другие в кафетерии её не услышали. — Что? Снова? И где ты его видела? — начала заваливать её вопросами Мэри. — Он был у рентгенолога, потом заходил к физиотерапевту, — ответила моя помощница. “Припоминаю, что у него проблема с коленом, однако по справкам у него ремиссия. Неужели случился рецидив?” — Ох, о нём все так мило отзываются, — проныла тихо Мэри нам двоим. — М? В каком смысле? — уточнила я у неё. — А ты не видела? Стоило ему сказать пару ласковых нашим женщинам-врачам и парочке медсестёр, как они тут же смущенно хихикали и плавились, словно от ярких лучей солнца. — Умеешь ты проводить аналогии, Мэри. — А что? Я разве не права? Даже если не так, я останусь при своём мнении. — А тебя никто и не заставляет думать иначе, — ответила я ей и по-доброму улыбнулась. — Соглашусь с мисс Акико, вы своеобразная личность, но справедливая и довольно прямолинейная, — прокомментировала Юми, взглянув на Мэри. — Оу, какой милый комментарий! — умилилась та. Юми и я слегка хохотнули, а я постаралась понять, к чему человеку с хорошей ремиссией делать рентген, при этом направляясь потом к физиотерапевту. Если это рецидив, то его могла вызвать только сильная нагрузка или нарушения режима лечения. А мистер Райн, как бы он ни вызывал у меня страх и дрожь, не похож на того человека, что забьёт на своё самочувствие.***
— Стреляй! — сказал мужчина, смотря на ребенка, который держал ружье. — Вот так? — уточнил ребенок, нацеливая ружье на мишень. — Именно! Теперь стреляй! — более требовательно произнес мужчина. Через минуту раздался выстрел, пуля попала прямо в центр мишени. — Ха-ха, отличный выстрел! — гордо заявил мужчина, похлопав ребенка по плечу. — Однако тебе должно хватить от силы нескольких секунд. Если будешь мешкаться, потеряешь свою добычу. А если засомневаешься, сам окажешься добычей. Ты же не хочешь стать добычей? — Нет, папа. — Вот и отлично! Ты охотник, а не добыча.***
Шатен постукивал пальцами по подлокотнику дивана, поглядывая на время на наручных часах. Вскоре в помещение вошел его гость, как всегда серьезный и безэмоциональный. — Мистер Саки, я уже подумал, что вы решили не прийти на встречу, — с легкой улыбкой, на вид дружелюбной, ответил ему Алекс. — Надеюсь, эта встреча столь важна, раз уж вы пригласили меня. — Ну-ну, к чему такая серьезность? Присаживайтесь для начала, — тот, все так же с легкой улыбкой, жестом руки указал на противоположное кресло. — Перейдем, пожалуй, сразу к делу. Что вы хотели обсудить, мистер Райн? — Ну раз сразу к делу, хотел поинтересоваться, позволите? — с далека начал шатен, но получил лишь молчание. — Почему вас стала так интересовать древность? — Откуда у вас такая информация, что я вообще интересуюсь? — Ну, не зря же я знаю, где мне найти нужные сведения, — невинно ответил парень. — Вам нравится интересоваться скелетами в шкафу, мистер Райн? — Как я и сказал, я занимаюсь сбором информации. Так вы ответите на мой вопрос? — Не кажется ли вам, что это все еще личный вопрос? — Ну-ну, как человек, располагающий ключевой информацией, мне необходимо знать. — Как я уже упоминала, это вопрос личного характера. Если вы хотите удовлетворить свое любопытство, то это для моей личной коллекции. — Не думал, мистер Саки, что вы интересуетесь древним видом оружия. Не в обиду вам, но, как мне известно, в Японии принято чтить традиции прошлого? — Вы уже ответили на свой вопрос вопросом. Что еще вы хотите от меня услышать? — на шатена с ледяным спокойствием смотрели карие глаза. — С мистером Хайдзаво вы были дружелюбнее, — слегка хохотнув, заметил Алекс. — Не припомню такого. — Что ж, тогда перейдем к сути: почему я попросил встретиться с вами, мистер Саки? — произнес мужчина, придвигая к собеседнику несколько бумаг. — Или мне лучше обращаться к вам под вашим криминальным псевдонимом? — Вы переходите границы дозволенного, мистер Райн. — Ну-ну, я же должен знать, как правильно общаться со своим собеседником, — в глазах Алекса промелькнул огонек насмешки. — Вы же знаете, что в этих бумагах написано? — Удивите меня. — Думаю, общественности будет интересно почитать газеты, в которых благотворительный и добросердечный миллиардер Ороку Саки оказывается главой криминальной группировки и анонимно поддерживает дело Пурпурных драконов. Уже представляю заголовки. — И что вы намереваетесь добиться таким глупым шантажом? — Думаю, вы не хотите, мистер Саки, чтобы народ потерял к вам доверие. У меня есть одно предложение. Возможно, оно прозвучит грубо, но... отступите. — мужчина напротив изогнул вопросительно бровь. — Вы знаете, что я имею в виду. Я не хочу быть вашим врагом, поэтому предлагаю просто не трогать её. — ...Мистер Райн, вы слишком много хотите, — голос Саки стал стальным и холодным. — Вы еще живы только потому, что я этого хочу. — Верно, вы занимаете одно из первых мест в криминальном мире; даже мафия рядом с вами не стоит. Однако я действую ради её же блага. Признаюсь честно, не только вы заинтересованы. Хотя вы любите так говорить, можно ли назвать это простым интересом? — Алекс Райн, я знаю, что для вас значит заинтересованность. Не только вы умеете искать информацию. Если вы предпочитаете играть грязно, тогда я отвечу вам той же монетой. Мой совет – в первый и последний раз: прекратите свои игры и не трогайте её. — на этих словах мужчина встал и подошел ближе к парню, наклонившись к нему. — Это мое последнее предупреждение вам. Если вы не поняли этого в поместье мистера Хайдзаво, я скажу вам это здесь в более грубой форме: не суйтесь туда, где вы никто. — послышался треск, и после этого Саки выпрямился. — Думаю, мы друг друга поняли. На этом я ухожу. Помните: я вас предупредил. В комнате повисла тишина, которую прервал шаги Ороку Саки, покидающего помещение. Алекс взглянул на головку дивана и заметил сломанный кусок; его собеседник явно не шутил с тем, что говорил. — Что ж... Я знал, что он откажется. Так даже интереснее: куда всё это дойдет? — произнес шатен с усмешкой, заправляя волосы назад.***
— Джорджу сделали выговор? — поинтересовалась я у Мэри, стоя рядом с ней у автомата с кофе. — Откуда ты узнала? Если не секрет. — Услышала от Юми перед тем, как она убежала помогать медсестрам. — Ну да, довыкобенивался, как говорится,— ответила мне Мэри с облегчением. — И что же он сделал? — с легкой заинтересованностью спросила я её. — Решил показать себя самым умным и чуть не угробил пациента, за которым был закреплен. — Прописал не тот курс лечения? — Хуже: не ту дозировку лекарства! — ответила она мне, на что я тяжело вздохнула. — Неисправимый идиот! Почему мадам Лилиан взяла его на работу? — произнесла Мэри, с недоумением глядя на меня. — Может, у него хорошая характеристика? Такое не раз бывает, что характеристику рисуют за красивые глазки, — ответила я, наблюдая за кофейным автоматом, который просигналил о готовности кофе. — Не хочу показаться скептиком, но после последних событий я начинаю так думать о нем. Он практически не работает, а только крутит шуры-муры, пока мадам Лилиан в какие-то моменты покидает больницу по вызовам, — на этих словах она протянула мне стаканчик с кофе. — Ой, спасибо! А ты что, не будешь? — удивленно поинтересовалась я у нее. — Я же знаю, как ты любишь карамельный кофе. Я себе другой хочу заварить, так что пей и не стесняйся, — ответила мне подруга, улыбнувшись. — Спасибо большое! Ммм, какой запах! — прокомментировала я с нескрываемым удовольствием и осторожно сделала глоток. “Сегодня впервые за все время спокойные дни, даже самой не верится как-то. Однако на своей второй работе мне приходится играть с маской спокойствия, все еще дискомфорт от понимания всей ситуации происходящего” — Жаль, что за выговоры не увольняют, но если он продолжит в том же духе и мадам Лилиан будет это замечать, гляди, плохая характеристика и увольнение в его личное дело, — продолжила разговор Мэри, ожидая свое кофе. — Согласна с тобой, увольнение, да еще и пометкой в деле — это самое неприятное. Однако... если честно, зная, какой Джордж, мне его ничуть не жаль будет. На этих словах автомат оповестил о готовности кофе, и я, вздохнув, сделала глоток. Вся ситуация с самобичеванием и, скорее, самоанализом моего внутреннего мира была неким ведром холодной воды. Да, неприятного, но это немного отрезвило мои чувства и мой разум. — Даже как-то непривычно, — тихо проговорила я, сделав еще один глоток. — М? Ты что-то сказала? — уточняюще спросила она. — Нет, ничего, — ответила я и посмотрела на холл, где ходили пациенты, врачи и медсестры с медбратьями. “Столько невинных жизней могут пострадать по прихоти одного лишь щелчка пальцев этого человека... Зато теперь я понимаю, что слухи про Нью-Йоркскую мафию уже не слухи. Сколько же всего в криминальном мире людей?... Нет-нет-нет, не об этом сейчас надо думать совсем” — Что ж, думаю, пора за работу, — ответила я, осушив стаканчик и выбросив его в мусорку рядом. — Мне еще парочку пациентов проверить надо. — Тебе помочь с этим? — поинтересовалась у меня Мэри. — Не волнуйся, это совсем не долго. Я быстро и вернусь к работе. Удачного тебе дня! — Тебе тоже, — услышала я напоследок и стала подниматься по лестнице наверх. Коридор был полон людей, однако чем дальше я уходила вглубь к палатам, гомон и весь кипишь оставались позади. Так что коридор палат встретил меня полной тишиной. Я старалась идти крайне осторожно на своих туфлях, чтобы не потревожить отдыхающих людей после операций или каких-то жизненных ситуаций. Сквозь эту тишину я услышала небольшой разговор. Сначала я подумала, что это врачи переговариваются между собой. Однако, чем ближе я подходила, тем яснее понимала, что голос этот явно не принадлежал ни одному мне знакомому врачу в больнице. Слегка замедлив шаг, я выглянула из-за угла и увидела Юми, о чем-то говорящую с Ороку Саки. — Вы не должны быть тут, вы её пугаете, — ответила ему Юми, сжимая в руках папку с бумагами. — Что с её состоянием? — с совершенно холодным тоном спросил он, игнорируя слова девушки. — Её состояние стабильно, вам не о чем переживать, мистер Саки, — ответила она, не отводя взгляда. — Не тебе решать, о чем мне стоит переживать, а о чем не стоит, — все так же с ледяным тоном ответил он ей. “Юми на него совсем не смотрит... лишь крепче сжимает папку... она... его боится” — Я лишь говорю из беспокойства. Мне тяжело судить о ваших помыслах, я не хочу, чтобы она пострадала... — Тогда как объясните негативную энергию? — Я… я не знаю, честно. Она ходила в последние несколько дней понурая и какая-то не такая, как обычно. Однако сейчас вам не о чем беспокоиться, я присматриваю за её состоянием. — Очень плохо присматриваешь, — ответил ей мужчина, его голос стал немного суровее. — Нужно избавить её от воздействия негативных эмоций, иначе, ты знаешь, что будет. — Да… Однако поймите и вы, я тоже переживаю о ней, поэтому не думайте, что я ничего не предприму. Если потребуется, я использую все свои возможности, чтобы помочь, — ответила она, уверенно взглянув в глаза собеседнику. — Таким уверенным словам я верю куда больше, чем было до этого, — произнес Саки в привычной холодной манере. — Что ж, не буду тебя задерживать, однако запомни мои слова, будь добра. — Я запомню, сэр. Я поспешно скрылась из-за угла и, выдохнув, сделала шаг, будто до этого пересеклась с мужчиной. — А? Мистер Саки? — с удивлением спросила я его. — Что вы тут делаете? — То, что нужно. Я уже сделал, вам не о чем переживать, мисс Хирогава. Хорошего вам дня, — ответил он мне кратко и по делу, после чего стал уходить. Я молча проводила его взглядом и хотела обратиться к Юми, как заметила, что её в этом коридоре будто и не было. Удивленно осмотревшись, я даже растерялась: она только что стояла в коридоре с ним, а сейчас, казалось, и след простыл, да еще и так быстро. “…И что это сейчас было? Куда она делась?...” Ответом мне на этот вопрос стала глухая тишина и лишь легкий кашель, доносящийся из палат, словно тут с самого начала никого не было, и мне просто всё показалось. Тяжело вздохнув, я помассировала переносицу – вопросов стало еще больше. “А среди них главный: когда эти двое стали вообще общаться?” Решив отложить все это на потом, я направилась выполнять свою работу. Ближе к вечеру я шла в направлении привычной цитадели, однако сейчас улицы казались мне сужающимся лабиринтом, особенно из-за не горящих фонарей. Предчувствие внутри стало каким-то тревожным, в горле образовался комок, который я не могла проглотить. Темнота сейчас почему-то пугала как никогда. Всю эту тишину прервала вибрация моего телефона в кармане. Подняв трубку, я увидела, что звонит Ороку Саки. “А? Неужто моя работа отменяется?” — Я слушаю, — ответила я на звонок. ~ Мисс Хирогава, где вы сейчас? — Я почти подхожу. Что-то не так? — уточнила я у него, и такой резкий вопрос смутил меня. ~ Да, вам лучше немедленно пойти домой. — Простите? — растерялась я от его заявления. ~ Вы не ослышались. Возвращайтесь домой. Не включайте сейчас свою упертость, будь добры. “Его голос такой же холодный и безэмоциональный, но сейчас... он сдерживается, будто?” — Поняла-поняла, я сейчас же, — не успела я договорить, как почувствовала, как мне зажали рот, от чего телефон выпал из рук. — Ммм! Рефлекторно я начала рыпаться и мычать, а затем наступила каблуком по ноге нападавшего. Только я вырвалась, как почувствовала сильный удар по затылку. — П-помогите... — только и успела произнести я напоследок, как в глазах потемнело.
