Проститутка мечты

Одиннадцатилетняя девочка с лиловыми волосами лежала на огромной кровати вдвое больше её и сладко посапывала. Но вот яркие лучи солнца попали на её лицо, веки Скуталу дрогнули, и светло-фиолетовые глаза распахнулись. Сев в кровати, девочка помотала головой с растрёпанными лиловыми волосами и увидела Рэйнбоу Дэш, улыбающуюся во все свои тридцать два зуба.  — Рэйнбоу? Ты вернулась к тёте и дяде? — недоуменно спросила Скуталу, удивлённо хлопая длинными ресницами.  — Нет, мы тебя выкрали! — чуть ли не прыгая от радости, воскликнула Дэш.  — А мы, это кто? — спросила сестрёнка Рэйнбоу, осматривая довольно большую, но не лишённую уюта комнату.  — Мы — это Рэйнбоу и я — Соарин, приятно познакомиться, — обаятельно улыбнулся брюнет, заходя в комнату и протягивая свою ладонь Скуталу. Девочка недоверчиво протянула в ответ свою маленькую ладошку Рину, заглядывая ему прямо в его кислотно-зелёные глаза.  — Ты… парень Рэйнбоу Дэш? — не отводя взгляда, спросила Скуталу, и хотя вопрос, заданный уже относительно взрослым людям, был довольно невинным, он всё равно заставил покрыться щёки парня и девушки румянцем.  — Что? Нет! Мы просто друзья! — одновременно воскликнули они, но щёки почему-то предательски зарделись ещё сильнее.  — Ну ладно, ладно, друзья так друзья, — примирительно сказала Скуталу, несколько удивлённая таким сильным акцентом на этом слове. — Кстати, ты выкрала меня, но как же Чарли? Его же ты тоже забрала, да?  — Оу! Чарли… Может я дам тебе Коди? — виновато предложила Дэш.  — Мне не нужен твой Коди, мне нужен мой Чарли! — нижняя губа лилововолосой девочки тут же задрожала, но зарыдать Скуталу помешала…  — Привет! — Агата вновь появилась так внезапно, что у Рэйнбоу чуть не подкосились ноги. — Меня зовут Агата, а ты ведь Скуталу, так? Дэш много о тебе рассказывала, давно мечтала с тобой познакомиться! Выглядишь чем-то расстроенной, что случилось? — на одном дыхании выпалила рыжеволосая девочка, хлопая точно такого же цвета ресницами.  — Чарли… — жалобно протянула Скуталу, — он остался там!  — Хм… Чарли, Чарли, Чарли… Знаешь, а ведь умею читать мысли, Скуталу, — с наигранно важным выражением лица сказала Агата, чуть прищурившись посмотрев на лилововолосую девочку.  — Ты что думаешь мне пять лет? Я уже не маленькая верить в такие глупости! — сердито надувшись, что выглядело крайне мило и забавно, воскликнула Скуталу.  — Обижаешь! Вовсе это не глупости! Откуда тогда мне знать, что Чарли — это оранжевая плюшевая собачка с лиловым животиком? — не успела Скуталу и ахнуть, как вдруг откуда ни возьмись появилась собачка, в точности подходящая под описание Агаты.  — Чарли! Ты ходила э… «воровать» меня с ними? — Скуталу указала кивком головы на Дэш с Соарином.  — Ну… почти. Вообще, я сейчас хочу заняться поисками белого зайца с иссиня-чёрным пузиком, чтобы подарить его Соарину, — сказала Агата, опасливо косясь на девушку с парнем, во взгляде которых отражалось недоумение перемешанное с гневом. *** В доме Рина Скуталу освоилась довольно быстро, чему, наверное, также поспособствовала и Агата, весь день таскавшая лилововолосую девочку за собой и показывавшая той особняк. Конечно, Рэйнбоу Дэш не слишком одобряла общение своей сестрёнки с домработницей Соарина, ей совсем не хотелось, чтобы из Скуталу вышла такая же шпионка как и Агата, но обеим девочкам было довольно весело вместе носиться по особняку и прилежащему к нему саду, что Дэш не решалась разрушить их дружбу.  — Рэйнбоу, — позвал Соарин девушку, которая лёжа на животе кормила на диване Танка салатными листьями, — ты не могла бы сбегать в сад и позвать Агату со Скуталу, просто скоро нам подадут обед, а кухарка сильно ворчит, когда на него кто-то опаздывает.  — Легко, — Дэш с готовностью вскочила с дивана, схватила черепаху и, бросив на ходу, что Танку тоже надо подышать воздухом, выбежала из особняка в сад. Радужноволосой девушке пришлось довольно-таки долго бродить по саду и зайти далеко в его зелёную гущу, но подруг ей найти так и не удалось. Слегка раздражённая этим Рэйнбоу начала выбираться из старой части сада, которая была совсем не такой ухоженной и уютной как более новая его часть. Здесь никто не стриг кустов и деревьев, тут не было ярких цветочных клумб и милых деревянных скамеечек. Листва у деревьев была настолько густой, что лучи солнца почти не попадали сюда, и из-за этого было довольно сумрачно. Стараясь не запутаться в высокой траве, Дэш пробиралась к новой части сада. Но неожиданно трава стала ниже, и Рэйнбоу оказалась на небольшой круглой полянке с неработающим фонтанчиком в середине и скамеечками по краям. И на одной такой скамеечке сидела… Элеонора, уже дважды бывшая девушка Рина.  — Правда миленький фонтанчик, жалко он уже не работает, — едва завидев Рэйнбоу, сказала Нора.  — Что ты здесь делаешь? — недоуменно спросила Рэйнбоу с долей гнева в голосе: ну что эта девушка могла забыть в саду у Соарина?!  — Я пришла тебя предупредить… — протянула Элеонора, улыбаясь настолько приторно, что у Дэш тут же появилось нехорошее предчувствие.  — О чём? — смотря прямо в тёмно-карие глаза девушке, спросила Рэйнбоу Дэш.  — Тебя пора уезжать из этого дома, — продолжая улыбаться, ответила Нора.  — С какой кстати, ты здесь не хозяйка! — разозлилась Дэш, а её щёки моментально вспыхнули от гнева.  — Если ты свалишь отсюда, я ею непременно стану, не сомневайся, — улыбка медленно сползла с губ Элеоноры, из-за чего её лицо сразу же приобрело настолько злобное выражение, что у Рэйнбоу даже быстрее забилось от страха сердце, но из-за своего природного упрямства, она не показала, что напугана. — Я вообще не планировала ссориться с Рином, кто ж виноват, что он зашёл в самый интересный момент? Ланфорд был просто временным кошель… увлечением, и ведь я пришла помириться с Соарином, как вдруг узнаю от Агаты, что ты, видите ли, его новая девушка! Да он просто мерзавец, упустил такое сокровище как я, но долго мучиться не стал, затащил в постель первую попавшуюся, причём не самую симпатичную, девушку!  — Да мы с Рином… — Рэйнбоу запнулась, конечно, она могла сказать, что Соарин ей просто друг, но ей так захотелось хоть как-нибудь навредить гадкой Элеоноре, что она выпалила, — мы с Рином идеальная пара и ты ни за что не сможешь разрушить нашу любовь!  — Ахахаха! Любовь говоришь?! — рассмеялась Нора. — Рэйнбоу, дорогая, мне врать бесполезно, просто признайся, что ты с ним из-за денег, также как и я.  — Так ты с ним просто из-за денег?! — удивлёно спросила Дэш.  — Ты что, шутишь, ни за что не поверю, что ты подумала, что я с ним по любви! Да в такого идиота как Соарин просто невозможно влюбиться по настоящему! — с противной усмешкой произнесла бывшая девушка Рина, отчего Рэйнбоу стало обидно за парня. — Короче говоря, собирай шмотки и сваливай из особняка, иначе…  — Иначе что? — слегка пересохшими губами спросила Дэш.  — Иначе твоя сестрёнка Скуталу может пострадать! Поверь, я много что могу, даже выдать вас двоих вашим же родственникам, уверена, они придумают как наказать беглянок!  — Откуда ты про всё это знаешь?  — До меня доходит много информации, — дерзко усмехнулась Элеонора, вставая со скамейки, — в том числе и то, что к Соарину сегодня приезжают его родители, я, конечно, лично с ними не знакома, но слышала, что нрав у них крутой. И да, о нашем с тобой разговоре — никому, тебе же хуже будет. Рэйнбоу ошарашенно смотрела вслед уходящей шатенке и даже слегка завидовала ей: Нора ровно идёт на высоченных каблуках, её лёгкое голубое платье не цепляется за ветки деревьев и кустов, в то время как Рэйнбоу в кроссовках, футболке и джинсах цепляется за всё, что растёт в этом саду. ***  — Рэйнбоу? Где ты ходишь, Агата и Скуталу уже вернулись, — недоуменно спросил Соарин, спешно выходя из столовой навстречу девушке.  — Я рада, — не слишком радостно пробурчала Дэш, — есть не хочу, поэтому лучше пойду к себе. Соарина слегка зацепила фраза «пойду к себе», в конце концов особняк принадлежал целиком и полностью ему, но парень решил не обращать внимания на слова тихонько присваивающей его особняк себе девушки.  — Дэши, подожди, что случилось? — крикнул Рин, быстро преодолев лестницу и поймав Рэйнбоу за руку, развернул её к себе. — Что случилось? — повторил брюнет.  — Ну… — замялась Дэш. Говорить правду про встречу с Элеонорой радужноволосой девушке не очень-то хотелось, и вовсе не из-за того, что бывшая девушка Рина пригрозила чем-нибудь навредить Скуталу, нет, в это Рэйнбоу верила с трудом, ей просто не хотелось рассказывать про мерзкую Нору и лишний раз произносить её имя.  — Рэйнбоу, смотри мне в глаза и рассказывай, — твёрдо произнёс Рин, и Дэш слегка испуганно подняла опущенную до этого голову и встретилась взглядом с кислотно-зелёными глазами брюнета, врать которым, по её мнению, просто невозможно.  — Я встретила Элеонору, она наговорила мне гадостей и… — начала Рэйнбоу и медленно отвела взгляд, ведь дальше продолжать совсем не хотелось.  — Рэйнбоу, не прячь глаза, — тут же сказал Рин, заметив, что малиновые глаза девушки рассматривают узор на ковре, — что тебе сказала Нора?  — Она сказала, что к тебе сегодня приезжают твои родители, — выпалила Дэш, так и не посмотрев в глаза Рину.  — Хм, всегда удивлялся откуда до неё доходит информация? — хмыкнул Рин.  — Так это правда? — слегка удивилась Рэйнбоу, она-то думала, что Нора пытается напугать её таким образом.  — Ну да, — кивнул Соарин, — ты на Норку не обижайся, она девушка хорошая, я, знаешь, даже планирую с ней помирится.  — Но она же тебе изменила! — в ужасе воскликнула Дэш, вспоминая «хорошую» девушку, которая наговорила так много «приятного» о Соарине.  — Так она это тебе тоже рассказала? — спросил Рин, на что получил лишь утвердительный кивок. — Странно. Но вообще я считаю, что это Ланфорд виноват, соблазнил бедную девушку! Я то понимаю, что она меня любит!  — Да уж, она самая «бедная» девушка, которую я только видела, — пробурчала себе под нос Рэйнбоу, прекрасно зная, как Элеонора «любит» Рина.  — Что ты сказала, я не расслышал? — спросил парень.  — Говорю, ты уверен, что стоит мириться с Норой?  — Абсолютно, — утвердительно качнул головой Рин.  — Но…  — Всё, давай перестанем обсуждать мою бывшую девушку, пока что бывшую… — брюнет мечтательно улыбнулся, что совсем не понравилось Рэйнбоу. — Знаешь, Дэши, пока я не помирился с Норой, я хотел кое о чём тебя попросить…  — О чём? — несколько настороженно спросила Дэш, мысленно пытаясь догадаться в чём будет заключаться просьба.  — Ну, понимаешь, Нора же всё равно рассказала тебе о том, что в особняк приезжают мои родители… и… я им было сказал, что у меня есть девушка, но… времени нет познакомиться им с ней, понимаешь? — слегка смущаясь, настолько путано начал Рин, что Дэш лишь хлопала глазами и морщила лобик, изображая мыслительный процесс. — То есть не было, а сейчас есть, но девушки уже нет…  — И? — никак не врубалась в смысл произнесённого Дэш.  — Ну время есть, а девушка… расстался, но как теперь? — тщетно пытался объяснить парень, покрасневший почему-то ещё сильнее, что он хочет от Дэш, а тем временем сама девушка думала, есть ли в гугл-переводчике марсианский, хотя, пожалуй, прилети на Землю жители этой планеты, Рэйнбоу было бы легче вести переговоры с ними, чем с темноволосым владельцем трёхэтажного особняка.  — И таким переводчиком буду я! — воскликнула Агата, появляясь из-за угла, благодаря чему, Рэйнбоу поняла, что произнесла заявление про переводчик с марсианского языка вслух. — Только в наши суровые времена хорошим переводчикам надо хорошо платить, предлагаю тебе, Рин, повысить мне зарплату на… шестьдесят процентов.  — Это наглость! Ни. За. Что, — сурово отчеканил брюнет.  — Хорошо, тогда сам объясняй Дэш, что ты от неё хочешь, если у тебя это, конечно, получится, — Агата демонстративно отвернулась и сделал несколько шагов в сторону лестницы.  — Он согласен на все твои условия, — выпалила Рэйнбоу уже порядком уставшая от бессвязной речи Соарина.  — На тридцать процентов.!  — На пятьдесят!  — На сорок!  — На сорок девять, на меньшее не согласна! — топнула ножкой рыжеволосая девочка.  — Идёт, — буркнул Рин, не слишком довольный таким поворотом событий.  — Отличненько! — потёрла ладоши Агата, хитро улыбнувшись. — Соарин говорит, что хочет, чтобы ты, Рэйнбоу, стала его девушкой… на время, пока тут будут его родители. Рэйнбоу, которая уже думала, как назвать их третьего ребёнка, не подумав ляпнула:  — А как же Рик? Я думала у него будут такие же зелёные глаза… а-а-а то есть почему бы тебе не попросить Элеонору?  — С ней ещё помириться надо, а это, поверь, ой как не просто! — посетовал Рин, так и не понявший, что Дэш имела ввиду, говоря про некого Рика, зато Агата, судя по выражению её лица, догадалась, о чём думала радужноволосая девушка.  — И почему ты сам об этом не мог нормально попросить? — недоуменно спросила Дэш.  — Рин просто у нас парень честный, ему только самые серьёзные и длительные отношения подавай, просто пофлиртовать он у нас стесняется, да и врать родителям не привык, — словно говоря о маленьком ребёнка, произнесла домработница и похлопала смущённого брюнета по плечу. — Но ты ведь не против подыграть ему, ведь так? — Агата вопросительно посмотрела на Дэш, на что получила утвердительный кивок. — Отлично! Если так, то пошли уже есть, вы не представляете, как я проголодалась, пока учила Скуталу шпионить! ***  — М-м-м! Обед был прекрасным! — Рэйнбоу потянулась на стуле, довольно жмурясь, словно кот, своровавший с хозяйского стола икру с осетриной. Неожиданно на стол, с которого совсем недавно убрали посуду, поставили штук двадцать различных бокалов и навалили кучу ложек и вилок.  — Это что, зачем? — слегка испуганно спросила Дэш, с недоумением оглядывая столовые приборы и бокалы.  — Понимаешь, мои родители, особенно мама, чуток помешаны на этикете. И на правильной речи. И ещё на то как ты одета, как сидишь, как стоишь…  — Короче, придираются ко всему, — перебила Соарина Агата, — из-за чего я при их приезде заказываю пиццу и не высовываю нос из комнаты.  — Ничего подобного, просто тебе, Дэши, нужно выучить, что чем есть и что из чего пить. Вот этот бокала для коньяка, для шампанского, для ликёра, для красного вина, для белого вина…  — А что, для красного и белого вина предназначены разные бокалы? — удивлённо спросила Дэш.  — Ну конечно! Для белого вина используют бокалы с сужающейся кверху чашей, а для красного округлый, с широким дном бокал. Как ты могла об этом не знать? — ошарашенно спросил Рин и посмотрел на Дэш с таким укором, будто та одела его в костюм своего радужнопузого медведя и заставила его танцевать.  — Я, в отличие от некоторых, воспитывалась в такой семье, где компот, какао и вино наливают в одну кружку, — пробурчала Рэйнбоу. Соарин вздохнул и сказал:  — Ладно, давай продолжим. Это бокал для хереса, это для… На бокале, предназначенном для коктейлей сауэр, у Рэйнбоу начала кружиться голова, даже если она всю жизнь будет зубрить в какой бокал, что наливать, она никогда этого не запомнит!  — И, наконец, бокал для киото, — радостно закончил Рин, и не менее радостная Рэйнбоу подумала, что будет пить только сок. — Теперь переходим к столовым приборам! — возвестил Рин, от чего вся радость Рэйнбоу Дэш испарилась. — Эта вилка для рыбы, эта для моллюсков, эта фруктовая… Когда хозяин трёхэтажного особняка добрался до ложек, Рэйнбоу уже дрыхла, положив голову на стол, а брюнет, увлёкшийся рассказом о истории происхождение столовых ложек, заметил, что Дэш спит, только когда та захрапела во всю громкость. Кое-как растолкав радужноволосую девушку, Соарин с улыбкой на лице объявил:  — А теперь тест!  — Какой ещё тест? — с трудом разлепив глаза, спросила Рэйнбоу.  — Насколько ты хорошо усвоила предназначение столовых приборов, — сообщил брюнет. — Покажи мне, например, кофейную ложку, — Дэш указала на первый попавшийся на глаза столовый прибор, — Дэши, это же десертная вилка!  — А это уже интересно, — Агата, до сих пор сидевшая в телефоне, взяла на себя роль комментатора. — И вот столовые приборы «нападают» на Дэш, но она «стоически держит оборону». Увы, вилка для рыбы «забивает гол», притворившись вилкой для моллюсков, о! теперь и десертная ложка… Итак, после получаса нашего напряжённого матча между столовыми приборами под командованием Соарина Харриса и Рэйнбоу Дэш под командованием самой себя, счёт 21:1 в пользу столовых приборов! Можете радоваться, ребята.  — Мда… тест по столовым приборам ты, Дэши, провалила! Ну, приступим к шагу номер два, — сказал Рин. *** Что это за такой шаг номер два Рэйнбоу узнала с костылями в обнимку, так как без них ходить на каблуках в вечернем платье у неё не получалось. А на шаге номер три девушка раз сто успела поссориться с Соарином, пока тот учил её правильному говору. Как, оказывается, сложно научить человека говорить не красивЕе, а красИвее и приучать его не «чё»кать, а произносить «что». Стоя перед дверью, домофон которой заливался трелью, Рэйнбоу, стараясь стоять на каблуках более менее устойчиво, понимала, что все правила этикета, которые они повторяли с Рином, выветрились из её головы.