Ветер пустыни

злобно зашуршали в гардеробе скелеты — зубы скалят вновь, тайну выдать грозя, и случайной страсти на глаза две монеты положу я, сон за собой унося.

♫ Канцлер Ги — Баллада о скелетах в шкафу

            Сразу отправиться спать Темари не могла. Она верила словам Гаары, но все равно сама хотела убедиться в том, что Канкуро действительно в порядке. Не зная, где его искать, песчаная принцесса решила наведаться в его покои, рассчитывая на то, что брат уже пошел спать. Канкуро было отчасти стыдно за свою выходку, которая напугала Темари, а отчасти он боялся за сестру — и неизменно злился на Гаару. Песчаный король так нахально смел заявить, что любит Темари, любит ее, как женщину, более того — хочет вступить с ней в брак и сделать ее своей королевой… Неслыханно. Неправильно. Если все будет продолжаться так же, Канкуро решил пойти к своей наставнице Чиё и все ей рассказать — тогда Гаару могут даже свергнуть с престола, ведь власть жрецов в стране Песка сейчас была даже обширнее, чем власть короля. Жрецы молятся богам, а люди боятся богов. А служат люди в основном тем, кого боятся. Конечно, они и Гаару боятся, но, в отличие от богов, Гаара — смертный человек, пусть и с демоном внутри. На шее Канкуро еще остались отпечатки цепких пальцев брата, и он как раз замазывал их гримом, нанося на кожу очередной узор, когда в его комнату без стука вошла Темари. В отличие от брата и сестры, кукловод не занимал в Песчаном замке много места. Ему было достаточно всего одной спальни, маленькой гостиной и еще более маленькой и самой простой ванной. И у его дверей не караулили слуги — незваных гостей проконтролировали бы специально созданные на такой случай марионетки. Канкуро сам хотел жить скромно — он не любил пышности. Темари сразу же увидела, что брат замазывает синяки, и пересекла его комнату, хватая Канкуро за руки и рассматривая то, что он еще не успел скрыть гримом. Он позволил ей это безропотно, думая — пусть видит, на что способен Гаара. — О Господи, — убито проговорила песчаная принцесса. — Тебе не стоило связываться с ним. Зачем ты вообще к нам полез? — раздраженно добавила Темари. — Кто тебя просил? — Я боялся за тебя! — признался Канкуро. — Гаара… — он хотел передать сестре его слова, но не решился. Вдруг Темари чувствует то же самое? Вдруг ее прельстит возможность стать королевой Песков? Нет, не стоит говорить ей — по крайней мере, пока что точно не стоит. — Я не просила за меня бояться, — все так же раздраженно сказала Темари. Она испытывала смешанные чувства: была рада, что брат жив и относительно невредим, но и злилась на его за попытку шпионажа и то, что он подверг себя опасности. Конечно, она понимала, что Канкуро не может за нее переживать, и неважно, просит она его об этом или нет — она его сестра, и это нормально, но все же ей ужасно хотелось пару раз его ударить или хотя бы нагрубить. — Я знаю, — кивнул кукловод. — Но не перестану тебя защищать. Я всегда буду на твоей стороне — твоей, а не Гаары. Он старался не думать, что Темари и Гаара могут оказаться на одной стороне. Темари присела рядом с ним на кровати и сочувственно посмотрела на следы на его шее. — Больно? — участливо спросила песчаная принцесса. — Совсем не больно, — с улыбкой ответил Канкуро. — Просто некрасиво. Но уже поздно. Иди спать, Темари, завтра нам послов принимать. Темари улыбнулась краем губ — он говорил, совсем как Гаара только что. И ей стоило послушаться братьев. Теперь, когда она убеждена, что Канкуро в безопасности, старшая сестра сможет заснуть спокойно. Она потянулась и поцеловала Канкуро в щеку. — Ты невыносимый идиот! — сказала Темари. — Но… спасибо тебе.

***

Послы должны были прибыть в полдень. Жара в пустыне стояла невыносимая: солнце палило немилосердно, и пески сверкали золотом в его лучах. Таким же золотом сверкали и волосы Темари, которые она собрала в свои обычные четыре косички по бокам головы. Гаара посматривал на нее, пока не смотрел Канкуро, исподтишка любуясь сестрой. По сути, присылая своих послов, Лист не давал Песку времени на размышления, готовы ли они к принятию чужаков, и на приготовление тоже времени не давал — сразу поставил перед фактом, что эти трое прибудут в Суну. Известие от королевы Цунаде пришло всего за день до появления послов, что значило — Коноха не спрашивала у королевства Песков, а действовала самостоятельно. Но не развязывать же войну из-за такой мелочи? Король, принц и принцесса стояли у ворот, ведущих в Суну, и ждали появления Шикамару, Ино и Чоджи. Гаара был мрачен. Он заранее не ожидал ничего хорошего от послов — кто знает, не шпионы ли они? Да и этот Шикамару Нара, которому, по словам Канкуро, нравится Темари, его настораживал. Наконец вдалеке показались три фигуры. По мере их приближения можно было угадать, что это двое мужчин и девушка. Один парень был действительно толстым, как и говорила Темари, и жевал на ходу какое-то печенье из пакетика, который, видимо, достал из заплечного мешка. Девушка была стройной блондинкой с волосами такими длинными, что доходили ей до колен. А второй парень собрал свои волосы в торчащий вверх пучок, и шел лениво, засунув руки в карманы. Он курил сигару, болтающуюся в уголках губ. Шикамару не слишком хотел отправляться в Суну. Ему было банально лень заниматься всей этой морокой, но королева Цунаде выбрала для этой миссии именно его и его команду. Ино была рада — все уши прожужжала про путешествие и то, что они увидят красоты пустыни. Шикамару пока не увидел в пустыне ничего красивого — только взмок на жаре да рисковал получить солнечный удар без головного убора. Но было в Суне и что-то действительно красивое. Что-то, ради чего Нара согласился отправиться в королевство Песков. Вернее, не что-то, а кто-то — Темари. Песчаная принцесса привлекла Шикамару с первого взгляда, а когда ему пришлось сразиться против нее в спарринге, повелительница ветров произвела на него впечатление, не только как красивая девушка, но и как на самом деле сильный и умный боец, в аналитических способностях не уступающий ему. И все же она проиграла, попавшись в искусно сотканную ловушку из теней, но Шикамару, не раздумывая, отдал победу ей, не желая быть победителем в битве с девушкой. Тем более, она и вправду его удивила. Однако, странная песчаная принцесса поступка Шикамару не оценила — по ее глазам и неосознанному движению руки он видел, что Темари готова его убить на месте. Что же, девушек Нара никогда не понимал и уже отчаялся понять, даже не пытаясь этого сделать. Сдался еще в детстве, когда пробовал разобраться в поступках родной матери и потерпел сокрушительное поражение. Темари здесь хозяйка, думал Шикамару, лениво вдыхая табачный дым. Если в королевстве Листа он, Шикамару, был всего лишь одним из многих шиноби, то в королевстве Песка Темари — принцесса, и здесь ей все подчиняются. Она и в Листе вела себя, как принцесса — не заносчиво, нет, но с достоинством. Шикамару часто любовался ее поистине королевской грацией. Даже прекрасная Ино не умела двигаться с таким непринужденным величием. Все в Темари выдавало в ней принцессу — и походка, и жесты, и взгляд, и манера речи. — Не терпится ее увидеть? — поддела друга Ино. — О чем ты? — не очень умело сделал непонимающий вид Шикамару. — О Темари, конечно же! — Яманака лукаво подмигнула. — Она ведь ждет тебя! «Да не ждет она меня», — подумал Шикамару. Он — просто рядовой шиноби Листа, на что он ей сдался? Хотя нет, так-то она его ждет — должна ждать, как и подобает принцессе. Но она ждет не конкретно его, а их всех — и Ино, и Чоджи. И не как друзей, а как послов из Конохи. — Чоджи, прекрати жевать! — забыв о Шикамару, Ино напустилась на другого товарища. Она даже попыталась отобрать у него печенье, но Чоджи с неожиданной для такого крупного парня скоростью увернулся в сторону и спас свою драгоценную еду. — Перестаньте, — поморщился Нара. — Давайте появимся перед королем, как нормальные люди. Мы должны вызывать уважение, а не смех. Ино совсем немного устыдилась, снова грациозно зашагав рядом с Шикамару. Даже Чоджи спрятал печенье обратно в подсумок. Шикамару выплюнул сигару и затушил ее, затоптав ногой в песок. Трое послов из королевства Листа подошли к встречающим их трем особам королевской крови из Суны. Темари и Канкуро сделали вид, что видят послов впервые — так полагалось по этикету. Гаара же и вправду видел их впервые, и притворяться ему не пришлось — разве что изобразить, будто безмерно рад встрече. Но у него получилось — он улыбался послам и уверял их в своем гостеприимстве, клялся песком, солнцем и небом, как принято в Суне, что здесь они в полной безопасности, им будет хорошо и они ни в чем не будут нуждаться. Верховная жрица Чиё и придворные министры были здесь же, именно поэтому песчаный король и разыгрывал этот спектакль. На самом деле он едва сдерживался, чтобы не похоронить этих троих в песчаных гробах прямо здесь и сейчас. Темари же была рада видеть своих товарищей из Конохи. Она действительно успела с ними подружиться, и, подобно Гааре, сдерживала себя, но не от того, чтобы убить гостей, а от того, чтобы не повиснуть на шее у Чоджи, обнять Ино и пожать руку Шикамару. На Шикамару Темари, впрочем, старалась смотреть пореже, боясь вызвать ревность и гнев брата. Сама-то песчаная принцесса от его гнева не пострадает, Гаара никогда не причинит вреда сестре, а вот Шикамару… Наконец, церемонии были закончены, приветствие состоялось, и жрица вместе с другими жрецами и присутствующими на приеме придворными удалилась по своим делам. Темари проводила взглядом покачивающуюся при ходьбе старуху и с радостной улыбкой обернулась к друзьям, тепло обнимая Ино. От куноичи Листа пахло полевыми цветами — ее духи заглушали малейший запах пота, что, несомненно, выступал на теле при такой жаре. Ино тоже крепко обняла Темари и восхищенно произнесла: — У тебя такое красивое платье! Ты настоящая принцесса! — Спасибо, Ино, ты тоже красивая, — ответила Темари, широко улыбаясь подруге. — Да, ваше высочество Темари, — вмешался Шикамару, не забывая об этикете, — Вы очень красивая! А вот это, пожалуй, он зря, подумала Темари, надеясь, что Гаара не набросится на соперника прямо сейчас. Чтобы уменьшить эффект от комплимента Нара в ее сторону, песчаная принцесса даже не глянула на парня, полностью его проигнорировав и успокоив этим короля — он решил, что сестра равнодушна к шиноби из Листа, и мысленно возликовал по этому поводу.

***

Трем послам отвели лучшие апартаменты в Песчаном Замке, и дали передохнуть с дороги, но Ино и Чоджи не собирались просто валяться на кроватях, пусть и самых мягких и удобных. Ино хотела обойти все здешние магазины одежды, а Чоджи стремился попробовать всю местную еду. Шикамару же не интересовало ни то, ни другое, и он как раз с удовольствием бы полежал после перехода через пустыню, но его интересовала Темари — в частности, то, почему она не удостоила его даже взглядом. Вдруг он чем-то умудрился ее обидеть? Девчонки такие сложные, а она еще и принцесса… Желая найти Темари, Нара пошел гулять по коридорам замка, не боясь заблудиться — его острый и наблюдательный ум превосходно запоминал дорогу, стоило лишь взглянуть на отличительные черты вроде лишней зарубки на стене или вазы, служащей украшением. Вскоре он увидел Темари — ее красное платье мелькнуло в стороне, и боковым зрением Шикамару уловил движение. Он повернул направо и вышел на один из балконов. Темари стояла, облокотившись на резные перила. Она ничем себя не выдавала, но по ее напряженной спине Нара понял, что песчаная принцесса его заметила. — Темари, — сказал он, подходя к ней, на этот раз не став использовать уважительное обращение и просто становясь рядом, так же опираясь локтями о перила. — Ты не рада меня видеть? Гаары не было рядом, и Темари могла ответить честно: — Конечно, рада! — Я тоже рад, — Шикамару неловко улыбнулся и почесал в затылке. На этом его любезности закончились. Ум Шикамару распространялся только на сражения, но никак не на флирт с девушками, особенно — с красивыми принцессами. — Тебе нравится Суна? — первой нарушила повисшую тишину Темари, спрашивая вовсе не из праздного любопытства и не ради поддержания разговора — она действительно хотела знать, что думает Нара о ее родине. Шикамару снова оказался в тупике. Суна ему не нравилась, но как он мог сказать это Темари, здешней принцессе? — Здесь… жарко, — уклончиво ответил Нара. — Я к такому не привык. Но пески весьма… живописные. Вот оно, подходящее определение, подумал Шикамару. Живописные. И вроде бы не похвала и не восторг, но и не ложь в полном значении этого слова. Пески и правда ведь живописные, и смотреть на них приятно, только ходить по ним в жару совсем не радостно. Темари улыбнулась, явно польщенная такой характеристикой, и у Нара отлегло от сердца. Он боялся, что реакция Темари может быть и агрессивной. — Нет ничего лучше пустыни, — произнесла песчаная принцесса. Шикамару мог поспорить, но предпочел воздержаться от этого. Все-таки Темари родилась здесь и выросла, это нормально и правильно, что она считает именно так. Ему, Шикамару, дороже леса королевства Листа, но, опять же, лишь потому, что он там родился и вырос. С детства он не знал ничего другого, кроме зеленых листьев и голубого неба — а Темари знала только пустыню, золотые пески до самого горизонта и адскую жару, которая для нее благодаря привычке была вполне сносной. — Хочешь, я покажу тебе город? — спросила Темари, намереваясь познакомить Шикамару со всеми прелестями королевства Песка и заставить его полюбить ее родину. Неизвестно почему, но для Темари это было важно. Шикамару не мог не согласиться. Он действительно хотел увидеть Суну глазами Темари, увидеть город и узнать его изнутри, но еще больше ему хотелось провести время с песчаной принцессой. Кивнув в знак согласия, Шикамару позволил обрадованной Темари потащить его за руку к выходу из замка.

***

— А здесь — сад! — тоном опытного экскурсовода произнесла Темари, указывая рукой на огороженный резной оградой парк, что поразил Шикамару своим фактом своего существования — он не думал, что здесь, в пустыне, что-то растет, помимо колючих кустарников да кактусов, и был приятно удивлен своей ошибкой. Деревьев за оградой и правда было много, пусть и меньше, чем в лесах Конохи. Темари завела Шикамару в парк, и тот с готовностью пошел следом за ней, любуясь зеленью, яркими тропическими цветами и причудливыми фонтанами. — Но откуда такое в пустыне? — спросил Нара. — Это оазис, — пояснила ему Темари. — Даже в пустыне есть вода — в подземных реках и водоемах. Иногда вода достигает до поверхности земли благодаря достаточному собственному давлению или же при помощи источников, что производятся человеком. Растительность же появляется у оазисов благодаря перелетным птицам, что оставляют семена после посещения водоема. Шикамару внимательно ее выслушал и принял эту информацию к сведению. Мало ли, где может пригодиться знание про оазисы. Они шли по аллеям парка — здесь жара была не такой мучительной и удушающей, как в других местах Суны. Темари купила лимонный шербет — здешний напиток, который очень понравился Нара, а еще — миндальное мороженое, что приятным сладким холодком таяло на языке, остужая изнутри разгоряченное тело. Шикамару шагал рядом с Темари, откусывая мороженое прямо кусками и думая, что они с принцессой меньше всего сейчас похожи на двух политиков из разных королевств. Скорее уж они напоминали друзей или влюбленную парочку на свидании. Темари шла так близко, что Шикамару мог взять ее за руку, и он серьезно задался этой мыслью, представляя себе, как сейчас сожмет ее пальцы в своих и ощутит тепло ее ладони. А может, у нее холодные руки — это тоже было бы неплохо, в таком-то пекле. Она же его за руку хватала — правда, не за кисть, а за запястье, но все-таки… Шикамару решился и протянул руку к руке песчаной принцессы, намереваясь ее схватить, но тут Темари радостно охнула и ускорила шаг, почти бегом устремляясь куда-то вперед, как будто она здесь была гостьей, а не шиноби Конохи. В очередной раз посетовав на переменчивость и загадочность девушек, Шикамару пошел за ней, и увидел, что Темари остановилась перед аттракционом, где можно было выиграть забавного плюшевого мишку, если попадешь кунаем в цель. Естественно, Шикамару тут же загорелся идеей выиграть этого дурацкого медвежонка с глазками-пуговицами и вручить его Темари — тогда он сразу же вырастет в глазах песчаной принцессы, если преподнесет ей подарок! Девушки ведь любят подарки. Ино так точно любила, так чем Темари от нее отличается? Такая же красивая и самоуверенная. Возможно, получение подарка сделает ее более нежной? А вдруг она поцелует его в щеку в знак благодарности? Драться она точно не будет, решил Шикамару. Но он не успел отсыпать хозяину аттракциона монет для участия — песчаная принцесса опередила его, сделав это сама и схватила кунай. Прицелившись за долю секунды, она метнула оружие, и Нара понял, что ее кунай попадет в самое яблочко мишени. Он видел, как она бросает, в частности, когда она бросала оружие в него, и увернуться от ее кунаев было очень сложно, Шикамару даже парочку пропустил тогда. Но… на удивление, кунай Темари пролетел мимо, едва царапнув край мишени. Песчаная принцесса разочарованно вскрикнула, и Шикамару насторожился, бросив подозрительный взгляд на хозяина аттракциона, что тут же сделал самое невинное на свете лицо. — Попробуй еще раз, — с серьезным видом сказал Нара. — У тебя же есть еще две попытки. Темари действительно могла бросить кунай еще два раза, и она сделала это, на сей раз прицеливаясь тщательнее. Оба раза Шикамару видел, что оружие летит точно в цель, и оба раза Темари мазала. Что-то здесь было не так. Определенно не так. — Ну что же, госпожа — не везет в игре, так повезет в любви! — подмигнул торговец, глядя на разочарованную песчаную принцессу и многозначительно покосился на ее спутника. Темари скрипнула зубами — она явно была уязвлена. Она уже однажды проиграла Шикамару, попавшись в его ловушку из теней, а теперь еще и трижды промазала мимо цели у него на глазах! Что он о ней подумает? Не как о девушке, а как о принцессе и воительнице? — Темари, стой, — она собиралась уйти, но Шикамару поймал ее за руку и остановил. — Давай ты попробуешь еще раз, но своим кунаем? — Нара глянул на побледневшего хозяина аттракциона и добавил: — Думаю, здешней принцессе позволено использовать собственное оружие. Не так ли, господин мошенник? — Я не мошенник! — возмущенно запротестовал торговец. — Все честно! Ваша девушка просто промахнулась! Может, попробуете вы? — Я тоже не смогу попасть в цель испорченным кунаем, — сказал Шикамару. — У него смещен центр тяжести. Хотя я смогу попасть этим кунаем в вас. Вы — гораздо более крупная цель, чем яблочко мишени, не находите? Хозяин аттракциона побледнел еще больше. А узнав в Темари принцессу, он и вовсе покрылся красными пятнами, рискуя схватить сердечный приступ. — Ва-ва-ваше высочество, — пробормотал он, хлопая губами, как выброшенная на берег рыба. — П-п-простите меня! К-конечно, вы выиграли! Он был готов отдать Темари весь свой ларек, лишь бы не подвергнуться гневу песчаной принцессы — или, что намного хуже, ее брата, песчаного короля-демона. — Я попробую еще раз, чтобы было честно, — сказала Темари. — Только один раз. И воспользуюсь вашим кунаем — все должно быть по правилам. Теоретически, попасть в мишень было возможно, если тщательно высчитать ракурс броска. Шикамару мог бы сделать это, но он сомневался, что такое получится у Темари. Однако Нара не стал спорить — он вообще предпочитал избегать споров с женщинами, которые априори всегда правы, и доказывать им обратное ему было слишком лень. Темари отошла в сторону от аттракциона, прикидывая расстояние до мишени. Занеся руку не так, как для обычного броска, песчаная принцесса метнула кунай, и… он пронзил самый центр мишени, не отклонившись ни на миллиметр. Шикамару не удержался и восхищенно присвистнул. Видимо, он недооценил свою спутницу. — А теперь я хочу получить свой выигрыш! — заявила Темари, и, радостный от того, что так легко отделался, торговец протянул ей огромного медвежонка. Песчаная принцесса прижала игрушку к своей груди, бережно, как если бы это был настоящий младенец. — Может… выпьем кофе? — предложил Шикамару, решившись продолжить прогулку в духе свидания. Насколько он был осведомлен, девушки любили сладкое, и Нара хотел заказать для Темари пирожное — раз уж подарок она выиграла сама. — Конечно! — просияла Темари. — В Суне варят самый лучший на свете кофе! Она тут же потащила Шикамару в свою любимую кофейню, где ей всегда делали скидки в обмен на своеобразную рекламу — не каждое заведение в королевстве Песка могло похвастаться, что его посещает сама принцесса. Темари всегда садилась у окна, чтобы прохожие ее видели. Но обычно она ходила туда одна или с Канкуро, так что, увидев в компании принцессы парня, который не являлся ее братом, хозяин кофейни подмигнул дорогой гостье: — Это — ваш кавалер, ваше высочество? — Нет, — беспечно отмахнулась Темари. — Просто хороший знакомый. Приготовьте нам, пожалуйста, две чашки вашего лучшего черного кофе с миндалем. — И тирамису, — добавил Шикамару, оплачивая заказ, прежде чем его спутница отреагировала. Он действовал вслепую, потому что не знал, любит ли Темари этот десерт — руководствовался тем, что тирамису — популярное и очень вкусное блюдо. К примеру, Ино его просто обожала, хотя и ела очень редко из-за своих вечных диет. Получив свой кофе и пирожное, молодые люди сели за столик у окна, к которому их проводил сам хозяин заведения, попутно поприветствовав Темари и поцеловав ей руку. — Тебе не стоило платить за меня, — немного сердито сказала Темари. — Я показываю тебе город, я и угощаю. К тому же, здесь мне все дают бесплатно. Все же я — принцесса. — Я не могу позволить девушке платить за меня, — ответил Шикамару. — Особенно, если она — принцесса. Кстати, это тебе, — он пододвинул к ней креманку с тирамису, которую изначально поставили перед ним. Темари почти всерьез испугалась — она совершенно не хотела, чтобы Нара начал за ней ухаживать. Если узнает Гаара — шиноби из Листа не сносить головы. И, хотя внимание Шикамару льстило ей, как льстило бы всякой девушке, песчаная принцесса все же не чувствовала к нему ничего, кроме дружеского расположения. Гаара вызывал в Темари совсем другие чувства. Но разве это правильно по отношению к младшему брату? Родному брату? Не лучше ли песчаной принцессе переключить свое внимание на Шикамару, чем сражаться с людскими предрассудками ради своего счастья и власти в Суне? Ей что, мало власти? Здесь и так все бросают к ее ногам, стоит ей лишь повести бровью! А Гаара не посмеет причинить вред послу, ведь он уже не ребенок и достаточно благоразумен… — Спасибо, Шикамару, — улыбнулась Темари, принимая свой любимый десерт и запуская в него тонкую резную ложку. — Ты очень милый. Мысленно Нара возликовал — способ со сладостями подействовал. Значит, эта штука и с Темари работает — он тут же это запомнил. Может, у него и получится завоевать сердце повелительницы ветров — во всяком случае, никто другой Нара не привлекал. Ни одна девушка Листа не вызывала в нем таких чувств, даже Ино, которую он считал скорее сестрой. Темари же была для него особенной, как только он увидел ее в первый раз.

***

С остальными послами пришлось разбираться Гааре и Канкуро. Канкуро взялся показывать Суну Акимичи Чоджи, решив, что младшему брату пойдет на пользу общение с красивой девушкой, а Яманака Ино была просто ослепительно красивой и ничем Темари не уступала — во всяком случае, так казалось Канкуро, который в своей сестре не видел девушку. К тому же, Ино явно заинтересовалась молодым королем Песка, Канкуро увидел это по ее лицу. Поэтому он поспешил увести Чоджи, оставив Гаару и Яманака наедине. — Ваше величество, — проворковала Ино, кокетливо заправляя прядь белокурых волос за ушко. — Вы же покажете мне красоты пустыни? Она уже успела мельком рассмотреть здешние магазины, а в один даже зашла и нарядилась по последнему писку моды Суны — в фиолетовую тунику летящего покроя с открытыми руками, а волосы заплела в косу, которую перебросила через плечо. Несколько непослушных прядей все же выбивались из прически и падали ей на лицо, что придавало Ино еще большего очарования. Ино была красива, и Гаара это видел, но при взгляде на куноичи Листа у него внутри ничего не ёкало. Темари была лучше во всем — песчаный король мысленно сравнивал сестру с Яманака, и Темари выигрывала в его глазах по всем параметрам. Да, у Ино длинные и очень красивые волосы цвета платины, но волосы Темари напоминают золото, и она прекрасна и со своей обычной прической в виде четырех косичек, и с распущенными волосами. Глаза у Ино тоже были красивыми, голубыми, как небо, но глаза Темари, зеленые, как молодая трава, казались Гааре несомненно прекраснее. Лицо Ино было нежным и чистым, но лицо Темари, опять же, нравилось Гааре больше, особенно то, что в сестре он видел свои черты. И фигура — у Ино было сексуальное тело, но не это тело песчаный король мог бы пожелать. Зря Яманака пытается с ним заигрывать. Все ее старания обречены на провал. Он, возможно, и рад бы полюбить другую, но любит только свою сестру и больше ни одна девушка его не заинтересует. Темари всегда занимала в жизни Гаары особое место и была для него важнее всех остальных. Ни одна красавица не заменит ему самую лучшую на свете девушку, которая лишь по злой прихоти судьбы является его сестрой. Но, разумеется, Ино мыслей Гаары прочитать не могла, а перспектива соблазнить молодого песчаного короля ей очень нравилась. Так что, пока они шли по улицам Суны, Яманака всячески пыталась обратить на себя внимание Гаары — весело болтала обо всем на свете, то и дело кокетливо поправляя волосы, и посылала в адрес своего спутника нежные и многообещающие улыбки. — Ваше величество, — прощебетала Ино, остановившись у лотка мороженщика. — Вам не хочется мороженого? В такую жару, я думаю, это просто идеально! Разумеется, это был только предлог, чтобы Гаара угостил ее мороженым. Диеты диетами, но попробовать здешние сладости Яманака ужасно хотелось. Гааре же не было жалко денег — уж в чем-чем, а в этом отказа у него не было. Так что он попробовал улыбнуться и предложил Ино выбрать мороженое себе по вкусу. Поколебавшись, Яманака выбрала мятное мороженое, которое раньше не пробовала ни разу, а Гаара купил себе лимонное, которое любил больше других, и они продолжили путь. Ино не замолкала ни на секунду, а песчаный король пропускал ее слова мимо ушей — говорила Яманака не о политике, а о сущей ерунде, недостойной его внимания. Но вдруг Ино остановилась и сказала: — Ваше величество, вы запачкались. И протянула руку, чтобы утереть несуществующую каплю мороженого с уголка губ Гаары. Этого песчаный король допустить не мог — инстинктивно перехватил руку Ино, сжав ее запястье, в последний момент спохватившись, чтобы не причинить ей боль. Ей не следовало его трогать. Ей это не позволено. — Не надо, госпожа Яманака, — произнес Гаара, отпуская ее и улыбаясь, чтобы сгладить обиду Ино. — Я сам в состоянии о себе позаботиться. — Но мне же совсем не трудно! — сияла Ино, ничуть не испугавшись того, что Гаара резко ее схватил. Вдруг песчаный король увидел проходящих мимо Темари и Шикамару. Они непринужденно о чем-то болтали, и в руках у его сестры был плюшевый мишка. Раньше у нее не было такой игрушки, да и с чего ей таскать игрушки с собой на прогулку, если она даже ребенком этого не делала? Значит, это — подарок Шикамару. Да что этот урод о себе возомнил? Решил, что имеет право дарить подарки песчаной принцессе? Его сестре? Какая дерзость! — Ваше величество, — окликнула Ино застывшего на месте короля. — Что-то случилось? — А? — рассеянно спросил Гаара, и тут же взял себя в руки — сейчас не время, сейчас он представляет свою страну и должен быть максимально собран. Нельзя показывать слабину даже перед этой красивой девушкой — прежде всего она — посол королевства Листа. — Нет, ничего, — ответил песчаный король. — Все нормально, госпожа Яманака. Пойдемте дальше? — Ах, вы увидели Шикамару и Темари? — беззаботно спросила проницательная Ино. — То есть, прошу прощения, ее высочество Темари! — поспешно исправилась куноичи Листа, вспомнив, что здесь Темари — не просто ее подруга, а принцесса, и называть ее стоит подобающе, особенно при ее младшем брате. — Знаете, ваше величество, — с таинственным видом поведала обожающая сплетни Ино, — Шикамару влюблен в ее высочество Темари! Наверное, у них сейчас настоящее свидание! — она мечтательно вздохнула, сожалея, что про них с Гаарой такого сказать нельзя. Гаара разжал пальцы и мороженое, которое он ел, с глухим чавканьем упало в песок. Свидание? У Темари и этого Шикамару? Но ведь… в самом деле, похоже именно на свидание! Темари так радостно и нежно улыбалась, да еще и этот дурацкий медвежонок в ее руках… — Что с вами, ваше величество? — всерьез обеспокоилась Ино, тронув руку песчаного короля. — Вам нехорошо? А! — осенило ее. — Вы переживаете за свою сестру! Не переживайте, ваше величество, Шикамару не причинит ей вреда. Он даже в спарринге с ней поддался, хотя мог победить и даже почти победил… Видимо, не смог ударить девушку, которая ему понравилась! Гаара сжал зубы до ноющей боли в челюсти. Демон внутри зашевелился, поднимая отвратительную голову и требуя крови врагов, скаля клыки и облизывая пасть огромным языком. Гаара вспомнил слова Темари о том, что он должен контролировать Шуукаку, а не наоборот, и представил себе две сферы — одну большую и другую, поменьше, внутри первой. Большой сферой была душа Гаары, маленькой — демон. Эти сферы должны были четко разграничиваться, даже соприкасаясь. Так его учили жрецы, так ему говорила делать старуха Чиё. Гаара сделал глубокий вдох и такой же глубокий выдох. Не хватало еще впасть в бешенство в присутствии послов Листа. Молодой песчаный король был не настолько безрассуден — он знал, что при любом удобном случае королева Цунаде готова развязать войну, а мир между их королевствами очень зыбок. Сначала Лист ведет себя доброжелательно, а потом может и напасть, как уже случалось в далеком прошлом, что осталось лишь на страницах учебников истории. Чем Цунаде отличается от своего деда Хаширамы? Все еще контролируя свое дыхание, Гаара мысленно указал демону на его место, как прогоняют нашкодившую собаку. Шуукаку недовольно заворчал, не желая подчиняться. — А Темари нравится Шикамару? — словно издалека услышал свой собственный голос песчаный король. — Она благосклонна к нему? Принимает его ухаживания? Как же он надеялся услышать: нет. Как же он хотел узнать, что Темари полностью холодна к Нара и все его попытки терпят фиаско! Ино, конечно же, ничего не подозревала — ей и в голову не могло прийти, что Гаара чувствует к сестре что-то больше родственной привязанности. Наоборот, Яманака радовалась, что Шикамару очаровал Темари — она любила сводить людей вместе даже больше, чем строить собственные отношения. — Да! — энергично закивала Ино. — Он явно нравится ее высочеству! В Листе они много времени проводили вместе… Ой, ваше величество, что с вами? Она увидела выражение лица Гаары и испугалась — его бирюзовые глаза пылали ненавистью и жаждой убийства, а рот оскалился почти так же, как у демона внутри него. Ино невольно отпрянула назад и принялась оправдываться, наконец испугавшись за друга: — Не подумайте ничего такого! Шикамару — хороший человек! Я уверена, что у него самые серьезные намерения и он не обидит вашу сестру… Но Ино невольно лишь усугубила ситуацию. Гаара круто развернулся и зашагал прочь, почти убегая, бросая Яманака одну — сбегая от нее, чтобы случайно не причинить ни в чем не повинной девушке боль. Темари нравится этот шиноби из Листа! Она приняла его подарок! Она и в Листе общалась с ним — кто знает, насколько близко? Стоило Гааре подумать об этом, как он представлял различные постыдные сцены с участием Шикамару и своей сестры, и его жажда убийства все усиливалась, учитывая то, что со времени последнего жертвоприношения Шуукаку прошел уже месяц, и вскоре демон снова возжелает крови. Гаара убегал туда, где обычно прятался перед ежемесячным ритуалом Кровавого Песка. Он проводил время в пещере, добровольно запирая себя в клетку, чтобы ненароком не убить никого из своей деревни. Это помогало — на совести Гаары была только кровь дяди Яшамару, но и то не по его вине. Прибавив скорости, песчаный король выбежал за ворота города и вскоре оказался в отдалении, где и находилась та самая пещера, выдолбленная невесть кем в невысокой каменной горе. Зайдя внутрь, он закрыл за собой тяжелую решетчатую дверь и опустился на пол, привалившись спиной к холодному камню. Ударившись затылком о камень, специально, чтобы привести себя в чувство, Гаара прикусил свою нижнюю губу, ощущая на языке металлический вкус крови, что так требовал Шуукаку. Демон внутри заворчал — ему было мало, это только его раззадоривало, и он жаждал крови врагов своего носителя, а не его собственной. Гаара закрыл глаза и стал ждать. Ему оставалось только это.

***

Темари не могла отрицать, что прекрасно провела время с Шикамару. Она возвращалась в замок, как на крыльях, прижимая к груди медвежонка. Рядом все еще шел Нара, поглядывая на песчаную принцессу и думая, что он может рискнуть и попробовать ее поцеловать. Что ему мешает? Политика? Где сказано, что нельзя целовать принцессу другой страны? Он же не убивать ее собирается, в самом деле. Это не покушение на жизнь и даже не насилие, тем более, Темари вольна дать ему пощечину или просто оттолкнуть, если ей не понравится. Но вдруг понравится? Иногда стоило идти на риск — ради такой девушки точно стоило. Шикамару решился, когда ворота Песчаного замка оказались невдалеке. Он осторожно тронул Темари за руку, и та остановилась, непонимающе на него глядя. Нара нервно облизнул губы и склонился, мягко прикасаясь к губам песчаной принцессы. Темари замерла, никак такого поворота событий не ожидавшая. Она должна была оттолкнуть Шикамару — ради его же блага, ведь их мог заметить Гаара! — но вместо этого Темари встала на цыпочки и сжала в пальцах воротник шиноби Листа, властно притягивая его к себе и углубляя поцелуй. Где-то высоко в небе полыхал кровавый закат.