Годовщина.

В гостиной на коричневом кожаном диване сидел Максим, с интересом читая необходимую книгу для зачета по зарубежной литературе. Было не то что интересно, а нужно,и парень давно привык читать не особо увлекательные, но важные книги. Тем более все скрашивал фруктовый чай, которым Макс запивал страницы, иногда отвлекаясь и поглядывая на часы. Увидев, что уже без двадцати минут девять, он быстро вымыл чашку, закинул книгу в уже собранную сумку и пошел в университет. Почему так поздно? Да потому, что до универа ему добираться меньше пяти минут. Через дорогу перейти - и готово! Так что Максим часто доделывал или дочитывал нужный материал прямо на свежую голову, после завтрака. Да и не особо ему нужно было спешить на занятия, ведь он все равно почти ни с кем не общается. Есть пару парней, но с ними «Привет», «Пока» и задания, конспекты переписать, если пропустил или еще что. Уже, наверное, весь поток понял, что Максим не желает ни с кем сближаться, но при этом его недостатке многие девчонки и даже парни были бы не прочь поразвлечься с ним. Разумеется, ведь он был красавцем. Высокий, с чистой кожей, умеренно подкаченным телом, золотистыми волосами длиной до плеч, салатовыми глазами и нежной улыбкой, которую так редко удавалось увидеть - он был мечтой многих. Но ему-то какое дело до них? У него есть любимый, но, к сожалению, с которым он не вместе. Даня - его заветная мечта, но… несбыточная. Да, это больно, но Максим был не против такого расклада, так как за столько лет он уже привык быть просто другом, и пока Даня улыбался, он тоже был счастлив. Это было его единственным желанием, пусть и счастье ему дарит не он, а Леон. Хотя в некоторых случаях хотелось наплевать на эту «дружбу», рассказать все и остаться с ним, теперь уже навсегда! Потому что когда он видел страдания Дани, сердце болело так, будто его разрезали ножом. Но Макс каждый раз прикусывал себе язык и, как порядочный друг, выслушивал, готовил чай, успокаивал, стараясь не перейти грань. А потом в своей комнате позволял себе разозлиться и по-настоящему заревновать, выпустить все эти сжигающие изнутри чувства! Ведь так больно слышать, как в очередной раз Даня звонит ему и тихим слабым голосом говорит об их ссоре с Леоном, а Максим едет за ним, успокаивает, а затем… они мирятся, его друг снова улыбается, и через какое-то время все повторяется сначала. Макс часто задавался вопросом: Зачем ему Леон, если всякий раз он страдает? Почему Леон? Почему не он?! Но ответ на этот вопрос Макс получил еще на выпускном. Ха, он никогда не думал, что с такой горечью будет вспоминать такой важный по сути день. Зайдя в нужную аудиторию и сев за стол, Максим вынул из кармана телефон и посмотрел на дисплей. Заставкой была новая фотография Дани после парикмахерской, а часы показывали без десяти девять. Но блондина уже совсем не волновало время, он рассматривал Даню, который так прекрасно смотрелся с короткими немного вьющимися волосами, но главное для Максима было, то, что его друг улыбается. Его улыбка, счастливые искорки в глазах давали Максиму силы, и он тешил себя мыслью, что все не так уж плохо. Ведь что бы случилось, если бы Даня растолковал его признание правильно? Вряд ли он бы ответил взаимностью после того, как получил Леона, о котором так давно мечтал, да и дружба бы рассеялась. Она бы исчезла навсегда. Так что Макс даже был рад, что так все вышло. Нет, он врал. Он был совсем не рад. Он все еще жутко злился, проклиная свою медлительность! Все было бы хорошо, приди он раньше! Леон никогда бы не заполучил Даню, если бы он, Максим, поторопился! Но что уж говорить теперь? Все решено. Судьба распорядилась не так, как хотелось Максу, но, может, это к лучшему? Да, он всегда старался найти положительные моменты, но… В этой ситуации это было тяжело, слишком тяжело. И Макс уже очень давно начал задаваться вопросом: А когда все это началось? Когда он влюбился в этого мальчишку? Познакомились они в детском саду, затем сошлись их родители, став друзьями, а мальчиков отправили в одну школу. Они вместе гуляли, сидели за одной партой на физике, математике и географии, часто смеялись и ночевали друг у друга. Но когда дружбы для Максима стало мало? Когда он начал с каким-то волнением ожидать друга, с нетерпением мчаться в школу? Когда?! Он не знал, но осознание всей трагедии, произошло в девятом классе, когда Даня признался другу, что его привлекают не девушки, а парни. Макс был не особо шокирован, но потом… он понял, что это его влечение, волнение, чуткость по отношению к шатену были не из-за дружбы. А из-за любви. И через какое-то время Макс тоже открылся другу, но про чувства продолжал молчать, так как смысла говорить не было. Даня был влюблен, и предметом его увлечения был не он, а новый ученик Леонид. Первое время парню даже в школу ходить не хотелось. Было так противно и больно видеть с какой нежностью Даня смотрит не на него! А на кого? На это самовлюбленного Лео! Вот чем он лучше? Он красивее, умнее, состоятельнее, или что!? Чем он лучше него!? Но спросить Макс не мог, иначе его чувства друг смог бы прочесть, как раскрытую книгу. Вот он и молчал, стараясь выделиться и заинтересовать Даню, но тот… видел перед собой только Леона. Оставалось только мечтать и пытаться уловить удовольствие от статуса «друга». Но это было тогда… А сейчас хотелось другого… Другого отношения, взглядов, разговоров, касаний. Но это невозможно… этого никогда не будет. Должно произойти поистине чудо, чтобы это случилось. «А чудес не бывает», - Макс рассуждал именно так. Поскольку, если бы чудеса происходили, то люди не были бы такими черствыми, а многие - несчастными. Но Максим понимал, что у него не такая уж трагедия, как у некоторых. Однако разве от этого легче? Даня для Максима был всем… Он хотел быть с ним каждую секунду, видеть его улыбку, слышать смех. Защищать от всех ужасов этого мира и сделать его только своим. Но… может, хватит мечтать? Сколько можно? Сколько можно грезить об одном и том же? Не знал… Макс не знал. Даже будучи с другими, он представлял, мечтал только о Дане. Но… «Опять это чертово «но»! Пусть оно исчезнет!» - рявкнул в мыслях Макс, но на лице этого не отразилось. А буквально через минуту профессор начал лекцию. «Пойти что ли перекусить?» - шатаясь по коридору, думал Макс и, посмотрев на часы, убедился, что до следующей, последней пары оставалось пятнадцать минут. Времени вполне хватит, чтобы покушать в столовой. По дороге у Максима зазвонил телефон и он, посмотрев на дисплей, очень удивился. Звонила подруга Дани, Даша. Она звонила только один раз, очень давно, да и не дружили они. Так, два раза виделись, обменялись телефонами, но не более. Интересно, что сейчас? - Алло, привет, - ответил Макс. - Привет, как у тебя дела? – девушка словно начинала издалека и парню это сразу не понравилось. - Хорошо, как у тебя? - Нормально, а ты… - она прервалась, но, набрав побольше воздуха в легкие, спросила. - Ты не знаешь где Даня? - Что? – сердце остановилось, а зрачки вмиг расширились, и салатовые глаза превратились в испуганно-черные. - О чем ты? Что с ним? - Вот и я не знаю. Он уже два дня не проявляется в универе, на телефонные звонки вначале не отвечал, а теперь телефон и вовсе выключен, а дома его нет… - Даша с нотками волнения прерывалась, а Макс уже выходил из здания университета, вмиг забыв о последнем занятии. Руки слегка подрагивали, а ноги как будто сами несли его к автобусной остановке. – Ты с ним не говорил? - Нет, времени не было. Но два дня назад все было хорошо, - пытаясь понять, что произошло, судорожно перебирая мысли, говорил Макс. Что могло случиться? Где он? Почему? А что, если… Но нет. Обычно Даня сразу, сам звонил Максу. Значит, они с Леоном не поссорились. Но тогда что? – А ты с Леоном не говорила? – все же спросил Макс для подстраховки. - Не, я с этой самовлюбленной тварью не общаюсь, - эти слова девушка просто выплюнула. - Согласен, ладно, я попробую все выяснить. Позвоню, если что-то узнаю, - заходя в автобус, сказал Макс. - Хорошо, я тоже. Спасибо и пока, - грустно выдохнула она, а дальше слышались лишь короткие гудки. Блондин быстро набрал номер Дани, но ответил ему только монотонный голос девушки: - Абонент временно недоступен. Пожалуйста, перезвоните позже. «Черт, Даня, почему у тебя выключен телефон? Где ты? Что случилось!?» - набирая номер телефона еще несколько раз, размышлял Макс. Он уже надумал себе такого, что становилось еще страшнее. В вариантах были: авария, убийство, похищение, несчастные случаи. Но… все было не то. Сердце подсказывало, что дело в другом. Оно успокаивало, говоря, что все хорошо, но… все равно было безумно страшно. После очередной неудачной попытки дозвониться до Дани, Макс положил телефон сверху сумки и с презрением глянул на него. Не будет он ему звонить, только не Леону. Он не станет унижаться и звонить самому ненавистному человеку. Он забрал у него Даню! Но сейчас… Даня мог исчезнуть из этой жизни. Только от мысли, которая мелькала в сознании парня становилось смертельно больно, а в глазах темнело. Макс еще несколько минут сидел и тупо смотрел в окно, с раздражением поглядывая на телефон, но потом все же взял его. Нашел в списке номер Леона, который у него в телефоне, и жизни был записан как «Ублюдок», набрал номер. - Алло, - голос Лео был немного с веселыми нотками, от которых Максу стало плохо. Хотя почему только от них? Да просто от этого мерзкого голоса, от того, что он сам ему позвонил! Но блондин понимал, что это ради Дани. Нужно узнать, что произошло, а эта тварь - единственный, кто может дать вразумительный ответ! - Алло, это Максим. Что с Даней? Где он? Почему до него дозвониться невозможно? – ответами на эти важные вопросы был смех. - Ты, тварь, отвечай! - А мне-то откуда знать, что с ним? – Лео даже не пытался скрыть усмешку в голосе. - Ты его парень! – вспылил Леон. - Ты обязан знать, где он, что с ним! Говори! - Я никому ничего не обязан. Я ему не нянька. И мы расстались, а точнее будет сказать, я его бросил, - Макс ошарашенно замер, даже рука, которая тянулась к сумке, неподвижно зависла в воздухе. - Так что теперь мне на него плевать, хотя всегда так и было. Макс и слова не успел сказать, Леон отключился. Что он сказал? Расстались? Он бросил Даню? Совсем? Как ни странно Максим не чувствовал радости, хотя по сути должен, ведь… Его любимый теперь свободен, у него появился великолепный шанс. Он сможет его утешить, приласкать… Но Макс совершенно об этом не подумал. Его захватил страх, больше похожий на ужас, когда он вспомнил заплаканное лицо Дани. А ведь это было только из-за мелких ссор! Тогда что сейчас? Об этом Макс не хотел думать, было и без этого понятно… для Дани это катастрофа. Что он сейчас чувствует? Максим представить себе не мог, все же он знал, насколько тот любит Леона. И пережить такое предательство будет трудно… Но Максим приложит все усилия, чтобы помочь ему. Он все сделает лишь бы Даня очухался, лишь бы он смог начать свободно дышать. Любовь это яд. Если ей будет угодно, она может убить, или поиграть с человекам, а потом мгновенно распространиться, обжигая все тело, и убить. Но при этом этот яд может оказаться невероятно вкусным. И его захочется пить, пить, пить все до капли, но тебе все равно будет мало. Уж кому знать все это, как не Максиму. Но помимо ужаса за Даню, с которым не понятно, что сейчас происходит, Макс был жутко зол. Ему хотелось размазать этого ублюдка по стенке, да так, чтобы и следа не осталось! Этот гнев выдавали сжатые кулака. Как он мог так поступить с Даней? Он ведь знал, что тот к нему испытывает! Знал и пользовался! Пользовался, абсолютно не заботясь о чувствах Дани! И… как он мог такое сказать? Плевать!? Да как он только смеет? Вот бы выбить из него всю его дурь! Вышибить мозги этой твари, которых у нее и нет, изуродовать это самовлюбленное лицо! О, Боги, как это хотел сделать Макс! Но он понимал, что за это его по головке никто не погладит, а в особенности Даня. Он же люб… Да, блин, он любит эту скотину! Любит, любит, любит, и Макс ничего не может с этим поделать! Ничего. Он должен просто терпеть. И как лучший друг помогать Даниилу. Пусть и с не совсем дружескими чувствами. Но ведь это когда-нибудь пройдет? Пройдет эта сумасшедшая любовь, от которой уже хочется лезть на стену? Говорят, время лечит… Нет, оно либо калечит, либо укрепляет. А с Максимом любовь сыграла злую шутку, вначале покалечив, а затем укрепив эту привязанность. Он давно понял, что разлюбить Даню просто невозможно, хотя где-то очень глубоко в сердце он хранил мизерную надежду, что это произойдет. А где-то рядом с этой надежной покоилась под замком еще одна, такая же крохотная, как и та. Она грезила о взаимности… Всего лишь мечтала, иногда вырываясь из своей клетки и напоминая о своем существовании хозяину. Но тот безжалостно хватал ее и сажал обратно, снова запирая на замок. Ну, а что ему еще остается? Нельзя же думать об этом постоянно. Так и до психушки недалеко… Наконец, выйдя из автобуса напротив дома Дани, Максим глухо выдохнул и буквально побежал к заветной многоэтажке из светло-коричневого кирпича. Пока Максим шел по улице, заходил в подъезд, поднимался на лифте, у него билась одна просьба: «Пусть с ним все будет хорошо…. Пусть все будет хорошо…», - он так опасался, что зайдя в квартиру увидит то, чего пережить не сможет. Скажите, он слишком переживает? Может, но судя по тем истерикам и крикам Дани, когда он ругался с Леоном, сейчас он мог сделать с собой что угодно. Они расстались. Макс и не думал, что будет так бояться услышать это. Подойдя к входной двери парень, порывшись в сумке, нашел ключи от квартиры Дани. Откуда они у него? Он сам попросил у Дани их на всякий случай. Мало ли что… И вот это «мало ли» случилось. Открыв дверь, Макс быстро пролизнул в прихожую и прикрыв дверь, произнес: - Даня? – тон получился взволнованным. А через секунду блондин почувствовал достаточно сильный запах алкоголя. – Даня! – теперь это прозвучало громче, и Максим кинулся в гостиную, где просто остолбенел и потерял дар речи. На диване лежал пьяный в стельку Даня, с пустой бутылкой коньяка в руке, а рядом была разбита еще одна. И он пролежал так два дня? Он только и делал что пил? Боже, да что же это такое! С трудом пересилив себя Максим подошел ближе и посмотрел на бледное лицо Дани, при этом окрашенное нездоровым румянцем. Под глазами были синяки, на ногах были одеты кроссовки… Он не спал и даже не потрудился разуться. Но Максим вздохнул с небольшим облегчением, увидев, что он дышит, но, дотронувшись до его руки, сразу встрепенулся. Он весь горит! Температура, наверное, запредельная! Сколько он уже с ней? «Так, Максим, возьми себя в руки. Сначала душ, потом его в кровать, дать жаропонижающее и позвонить Юре», - попунктно все расписав, Максим не обращая внимания на стук своего сердца, забрал из рук Дани бутылку и начал развязывать шнурки, снимать кроссовки. Шатен неожиданно шевельнулся, немного напугав Макса и, приподнявшись на локтях, пьяным взглядом посмотрел на него. Стоило Максиму поднять глаза, как Даня неловко, чуть ли не падая с дивана, пополз к нему, шепча: - Леон, прости. Пожалуйста, не оставляй меня… Я.. я все сделаю.. Прости, пожалуйста, Леон… Я люблю тебя.. прости… - Даниил хватался за Максима, но пальцы соскальзывали, и он бы упал, если бы блондин его не подхватил на руки. Макс все же пересилив себя проглотил вставший ком в горле и, обняв его, прижал к себе, поглаживая по голове. Сейчас же можно? Потом он все равно ничего помнить не будет. Но насколько же больно было это слышать, а Даня все продолжал шептать, хватаясь за него. Его, Максима, он спутал с Леоном. Да, они оба светлые, они примерно одного роста, но… Но так нельзя! Макс полная противоположность Лео! Но оно и понятно… спутал он из-за высокой температуры, алкоголя и просто-напросто убийственного состояния. Так что Максим изо всех сил старался на него не злиться и, конечно же, возможность подержать вот так Даню сглаживала все острые углы этого происшествия. Наполнив ванную, Макс начал раздевать парня, но в один момент остановился. А ведь раздеть придется полностью. И.. и чего? Так, не время думать о всякой фигне! Нужно привести Даню в поряд… Ага, конечно, это фигня! Нужно просто раздеть любимого человека, выкупать и при этом хотя бы не наброситься на него! Про возбуждение, наверно, нужно промолчать… Но Дане помочь нужно, иначе он заболеет еще сильнее, да и немного прохладная ванна для пьяного человека будет хороша. «Нужно просто подумать о чем-то другом», - выдохнул Макс, снимая с Даниила последние вещи, отводя глаза в сторону, но когда он повернулся… Сперва был шок, потом он сменился на ревность… Отметины. Все тело Дани было усыпано болезненными метками и синяками, от которых Максу стало мерзко. Как он только посмел оставить все это? Но моментально ревность смягчилась, уступая место боли… Следы от зубов, грубые укусы, фиолетовые синяки… Это же больно. Укусы могут быть приятными, но не такие же… не до крови же… «Боже, Даня, что же ты с собой делаешь? Зачем ты это терпишь?» - Макс впервые видел все это, «значит, вот почему он почти всегда ходил в такой плотной одежде. И все эти водолазки…» - он бережно положил парня в воду. Вода немного отрезвила Даню, он даже приоткрыл затуманенные и такие несчастные глаза, но он не узнал Макса. Он все так же бредово шептал имя Леона и просил прощение. За что? За что он извиняется? Это Леон должен валяться у него в ногах и просить прощения! Одни эти синяки чего стоят! Но это уже не Максу решать, хотя как бы он хотел этого. Максим решил обойтись без мочалки и просто руками намылил Даню, постоянно отворачиваясь, но при этом, бесстыдно пытаясь запомнить каждую складочку, каждый изгиб тела. Ну, а когда, если не сейчас? Больше ведь такой возможности не будет? Макс отчаянно на это надеялся. Пускай он лучше не прикоснется так к Дане, но зато тот больше не будет в таком состоянии. Через минут пять, когда Макс уже смывал мыло теплой водой, Даня начал дрожать от холода и от повышающейся температуры. Нужно поторопиться, нельзя, чтобы ему стало еще хуже. Макс быстро выключил воду и, взяв на руки парня, укутал в полотенце и попробовал поставить на ноги. Но Даня не смог даже спокойно стоять, и Максим еле-еле успел его подхватить. - Что ж ты неугомонный-то такой? – по доброму спросил Макс, пока нес Даню в спальню, но тот все шептал и шептал, прижавшись сильнее к теплому телу: - Прости, Леон.. Я очень виноват. Я люблю тебя, поэтому.. не бросай меня, я люблю тебя… Лео… - и опять как ножом по сердцу. Может, уже хватит? Сколько еще Даня будет над ним издеваться? Сколько еще будет путать с Леоном? И ведь Макс был уверен, что Лео ни разу так с ним не обращался. Он просто не способен даже на грамм нежности и учтивости. Но тогда почему Даня его так любит? За что? За что можно полюбить такого подонка?! - Тише, - укрыв шатена одеялом, Макс отошел на кухню и, порывшись в коробке с лекарствами, нашел жаропонижающее и градусник. Затем налил в миску холодной воды и, взяв полотенце, вернулся в комнату, где дрожа лежал Даня, натягивая на себя одеяло по самую макушку. Смерив температуру, глаза Максима на лоб полезли от такой цифры, градусник показывал тридцать девять и семь. Налив в стакан воды, Макс присел на край кровати и мягко убрал одеяло с головы юноши. – Выпей, станет лучше, - Даня отмахнулся и предпринял попытку вернуть одеяло, но Макс подхватив его за талию, поднес к губам таблетку. - Выпей. С большим трудом, но все же Даниил выпил таблетку и, укутавшись в одеяло, продолжил дрожать. Максим же положив тому на лоб холодное полотенце, ушел в коридор и, взяв телефон из сумки, набрал номер Даши: - Алло, привет. Он у себя, но в отвратном состоянии. - Привет. Слава Богу, что он дома. Он там был все это время? Тогда почему мне не открыл? Что с ним? Что произошло? – девушка говорила взволнованным голосом. - Его бросил Леон. У меня был ключ от его квартиры, он сам бы не открыл. Напился, совершенно не в состоянии даже идти, и температура под сорок, - устало выговорил Максим, подойдя к двери в спальню. Заглянув туда, он увидел ту же картину, но лучше от этого не становилось. Было так больно смотреть на такого беспомощного и убитого Даню. И это сейчас, в бессознательном состоянии. А что будет, когда он придет в себя? Он же будет постоянно думать о Леоне, прокручивать в голове весь этот кошмар снова и снова… Лишь бы только он взял себя в руки, а не забил бы на жизнь. - А я знала, что он скотина! Сколько я говорила об этом Дане! А он меня не слушал, влюбленный идиот! – разозлившись, прикрикнула Даша, но потом все же успокоилась и добавила. - Что-то нужно? Ты останешься с ним? - А куда я денусь? – усмехнулся блондин, придерживая трубку плечом, а руками завязывая волосы в хвост. - Ты не могла бы вызвать Юру? Он бы его осмотрел, вколол бы чего… - Хорошо, примерно через полчаса он приедет, - отозвалась девушка, - спасибо тебе огромное. - Да, и тебе спасибо. Спасибо за звонок, пока, - поблагодарил Макс и, кинув телефон на стол, пошел в спальню. Температура была та же, Даню все еще знобило, он бредил и никак не мог окончательно провалиться в сон. Максим старался отключиться от реальности, что бы не слышать всего этого бреда с участием имени Леона. Он менял полотенце, вновь смачивая его ледяной водой, мерил температуру каждые десять минут, безумно желая увидеть, что она снизилась хоть на одну десятую градуса. От Дани несло алкоголем, и это было тоже не особо хорошо. Раздавшийся звонок в дверь был долгожданным. В квартиру вошел молодой человек лет двадцати пяти с большой сумкой в руках. У него были коротко стриженные каштановые волосы и темно-карие глаза, а черты лица смутно напоминали Дашины. Юра приветливо улыбнулся, но далее улыбка поменялась на поджатые губы. - Привет, Даша мне все рассказала. Для начала давай проветрим квартиру, - быстро проговаривал он, самостоятельно открывая окна, продувая помещение. - Где Даня? - Пошли, большое спасибо за помощь, - Максим проводил Юру в спальню. Тот, нахмурившись, начал осматривать брыкающегося парня, а Макс помогал ему его держать. Закончив, Юра достал из сумки капельницу. – А это зачем? - У него обезвоживание, простая капельница с физраствором лишней не будет. Ему самому так легче будет. Интоксикацию снимет, и с алкоголем поборется, - улыбнулся врач, ловко вводя катетер в вену и подвешивая капельницу за крючки лампы, - у нас с тобой есть два часа. Пойдем, поговорим, - настроение Юры моментально поменялось, и это не понравилось Максу. Лицо брата Даши озарила серьезность, которая была не свойственна ему. Пройдя на кухню, Макс заварил чай себе и Юре и присев за стол, внимательно посмотрел на шатена. - Ты хотел мне что-то серьезное сказать, да? – первым начал Макс. - Да, - тяжело выдохнул он. - Даня же расстался со своим парнем, правильно? – получив легкий кивок, продолжил. - Я могу сказать, что он здоров. - Но у него же температура! – вспылил блондин, но Юра только плавно покачал головой. - Да, но температура не из-за болезни. Хоть я и не профессиональный психолог, но могу сказать, что она скорее всего психосоматическая. И с ней намного сложнее справиться, нежели чем с обычной. Но это по большей части зависит от Дани. Если он будет постоянно думать о своей проблеме, замыкаться в себе, то она не пройдет. Нужно, чтобы он взял себя в руки. Пока я тебе больше говорить не буду. Нужно понять, как он будет чувствовать и вести себя завтра… Ну, и про алкоголь… - Макс тяжело кивнул, соглашаясь. - От него пускай помощи не ищет. - Хорошо, спасибо тебе большое… - отпив глоток чая, произнес Максим успокаиваясь. Нет, он понимал, что все только начинается, но присутствие врача и его вердикт утешали. Даня по крайней мере не заболел, а с психомиметикой… они справятся. Вместе. Максим ему поможет, и Даня встанет на ноги. И.. и… забудет Леона. Только бы все так и было. Только бы он очухался и перестал любить его… Только бы все вернулось во время, когда Леонида не было. - Пока не за что, нужно еще пару часов ждать пока закончиться капельница, - глянув на часы, изрек Юра. Они-то подождут… но в эту ночь Максу казалось, что время безжалостно и течет неимоверно медленно. Словно специально, продлевая мучения парней.