К чертям

Назима долго смотрела на телефон прежде, чем принять вызов. Светящееся «БОСС» на экране свидетельствовало о том, что предстоит очередной серьёзный разговор по поводу творчества и не только. Даже слепой смог бы заметить симпатию Тимати к своей артистке. А девушка в тысячный раз признавалась в любви к Терновому и была безумно благодарна за то, что он решил не тратить нервы на неоправданную ревность. Всё же при нём и ребятах с Тимуром разговаривать не хотелось, поэтому, жестами объяснив всё Олегу, вышла на улицу с телефоном. Пятнистая кошка прошмыгнула прямо перед ней, как только дверь захлопнулась. Мысленно отругав животное, двинулась чуть правее, заслонившись от солнца крышей соседнего дома. На последней секунде рингтона Назима успела снять трубку. -Здравствуй, Назимочка, - из динамика раздался вкрадчивый, но смягченный специально для неё басистый голос. -Доброе утро, Тимур, - проигнорировав лёгкий заряд тока по телу, она постаралась придать голосу твёрдости. Так всегда при разговорах с шефом. Вроде чувствуешь себя женщиной, которая фактически могла бы быть его женой, а вроде ты всё равно его подчинённая и тебя немного потряхивает, какая-то приставучая робость разливается внутри. -Где пропадаешь? Давно тебя не видел в офисе, - буквально чувствовалось, как он скривил губы в фирменной ухмылке. -Извините, нужно было срочно отъехать. -Где ты сейчас, Назима? – уже строже спросил, непроизвольно запугивая, как бы сделал ревнивый парень отец в разговоре с невестой дочкой. – Это очень важно. Ломалась, переминалась с ноги на ногу. Поглядывала в окна на втором этаже, как будто искала там помощь. Но ребят не было видно, а Тимур Ильдарович ждал. Боже мой, и что говорить? Прикусила губу, ладошку в кулак. -Я в Казахстане. Чёрт. Это конец. -Не ври мне, - сначала на другом конце было тихо, но голос ударил по ушам неожиданно резко. Он не кричал, нет. Он почти шептал. Но дело в том, что крик чаще всего поражает только внешнюю оболочку человека. От него можно отшатнуться, но на этом его эффект заканчивается. Шёпот же прокрадывается внутрь, в подсознание, лезет, будто червяк в нору, и нарезает там круги. Назима почувствовала, что краснеет. Она не любила врать. Особенно тем, кто ей доверяет. -Я тебя вижу, Нази. Все ощущения в миг обострились, когда девушка сконцентрировала внимание на поиски босса. Вдруг птицы запели с новой силой, ветер больно заколол замёрзшие без перчаток руки, а приставучий снег припал к ресницам. Она старалась максимально неприметно осматривать каждое окно в домах и машинах, пока не уткнулась взглядом в чёрный Гелентваген на парковке жилого дома на противоположной стороне улицы. Сквозь затонированные стекла очень сложно было разглядеть хоть что-то, не говоря уже о силуэте водителя. -Брось, Нази, - рассмеялся Тимур, - Ты думаешь, я настолько банален, чтобы вести слежку в машине? Обернись. Боже. Он что, внутри? Паника прокатилась волной по всем клеточкам мозга, когда она увидела босса на втором этаже «Воздуха» в их с Олегом комнате. Он непринуждённо помахал рукой и поманил к себе. Быстрыми, но размеренными шагами она добралась до места, минуя Серёжу и Бабича у барной стойки. Зайдя внутрь комнаты, прежде, чем успела что-то сказать, оказалась крепко, но относительно аккуратно прижата к стене. -Тихо. Не кричи, ладно? – отпустил руку, только когда она спокойно кивнула. Молодец девочка, выдрессировал её быть сильной, не дрогнула даже. -Что Вы ты здесь делаешь? – забив на все формальности, теперь уже Назима взяла на себя инициативу разговора. Из-за стены были слышны голоса друзей. Всем нутром её тянуло туда, за дверь, но грубыми наручниками уважения и трепета была прикована к боссу. -Я приехал за тобой, - неожиданно для неё он отошёл подальше, держа дистанцию. Пытался тем самым внушить доверие. Жестикулировал медленно, цепляя взгляд руками, чтобы не спугнуть. –Мужики, походу, совсем ослепли от алкоголя: я прошёл у них прямо перед носом, а они и не заметили. -Подожди, - она прервала его выставленной ладонью, покачала головой и даже зажмурилась. – Что значит, ты приехал за мной? -Ты не в безопасности с ними. Ты – одна из лучших артистов лейбла, эти люди тебя погубят. Здесь на каждого можно заводить уголовное дело, понимаешь? Тебе не место в Плохой компании, - выдержал паузу и коснулся её руки, опуская вниз. – Я волнуюсь за тебя, Нази. В его взгляде было столько заботы, что девушке стало неловко. Она ясно осознавала, что не может разделить его чувства. -Тимур, теперь ты послушай. Они – моя семья, а не просто люди, с которыми я общаюсь. Поэтому я принимаю их такими, какие они есть… -Ты меня не слышишь, - он вздохнул, поджимая губы, и пошатнулся. -Ты тоже моя семья, - с напором произнесла она, перебивая. Осмелилась, подошла ближе и коснулась рукой его груди. – Без тебя моя жизнь протекала бы совсем по-другому. И я говорю не только про лейбл. Ты подарил мне новые чувства, новые ощущения. Я никогда не испытывала такого прежде. Всё ведь было хорошо. А что теперь? Знаешь, как мне больно, когда я вижу, как семья делится на два лагеря и воюет друг против друга? Он накрыл её руку своей и поднёс к губам. -По моему приказу тебя могли убить, - делая остановки между словами, он выстреливал ими прямо в сердце, но пули отскакивали с каждым выдохом. -Я знаю, - хлёстко вырвалась эта фраза, как щит выставленный. -Кто из них? Терновой? Трущёв? -Сама догадалась. А вообще оба. Слишком много намеков парни оставляли как бы для моральной подготовки, а Назима слишком быстро сообразила, что к чему. Когда же Олег в горячке выдал ей содержание своего задания, она только уверилась в своей догадке. Но специально для него сделала вид, что напугана этим. -Я не держу на них обиду. И на тебя тоже. Но я не понимаю, зачем ты это делаешь. Ты же музыкант, Тимур. К тебе часто приходит вдохновение, у тебя отличный вкус, а ты тратишь энергию на криминальные планы… -Я…я так привык, - расправленные плечи немного опустились, поза его стала более расслабленной. - У меня уже не получается по-другому держать власть. Нази заметила изменение и в его глазах: их блеск приобрёл сомнительный, виноватый оттенок. Сократив одним шагом дистанцию между ними, она бережно взяла его лицо в руки. -Ты всё сможешь, Тим. Я в тебя верю. Да, сейчас не самое лёгкое время, но ты можешь построить свою империю заново…Ты не убийца, ты – творец, не забывай про это. -Как же ты прекрасна…- Назима почувствовала, как краснеет, когда он соприкоснулся своим лбом с её. –Жаль, что не моя. Она молча сомкнула руки у него за шеей, заключая в объятия. Теперь он не тронет Крис. И никого больше не тронет.

***

Максим не мог остановиться, стягивая с Кристины мокрую насквозь футболку. Да она вроде и не против. Продолжал нагло изучать ладонями её возбужденную грудь и целовать опухшие губы до потери кислорода. Она слегка постанывала, ощущая касания его пальцев в чувствительных местах. Мысли в голове мешались. Что я творю…

Я люблю его!

А как же Серёжа?!

Его тоже люблю…

Вот черта, дальше заходить нельзя!

Я хочу его, боже, так хочу…

Не давай ему раздеть себя!

Да где же ширинка?

Нет, убери руки от его ремня! Ну всё. Приехали

Ну всё! Поехали!

Кристина надеялась, что никому в ближайшие минут десять не взбредёт в голову сходить в душ. Только сейчас она осознала, как сильно её влекло к Максиму. Именно в эти мгновения поняла, что скрывалось за каждой из их переглядок. Это не похоть. Точнее, не только она. Это всепоглощающее чувство единства, которое они раньше настойчиво слали, откуда пришло. Оно удивительно обостряло своё влияние при отсутствии свидетелей: во время клубных ссор, на студии, теперь в душевой. Они сломались оба из-за нахлынувшего потока чувств. Но в то же время Максим понимал, что даже сейчас, когда она двигает бёдрами ему в такт, жадно целуя каждый сантиметр его лица и шеи, когда из одежды на ней только подвеска, он не может предложить ничего, кроме тайных встреч. Она не согласится. Нам нельзя палиться. Им пришлось быстро импровизировать, когда прямо за дверью послышался голос Трущёва. -Крис, ты здесь? Он услышал воду.

Всё. Хана.

Максим резко вышел из девушки и, подняв голову, встретился с таким же ошалевшим взглядом, как и у него самого. План созрел в секунду. -Нет, Серый, здесь я! – крикнул Макс в потолок. -А, сорри, друг. Ты не видел Крис? -Она шла к вам в комнату, когда я видел её в последний раз, - во избежание шухера, который Сергей мог бы поднять, узнай он, что его девочка просто исчезла, Анисимов решил соврать. Теперь у них есть немного времени. Кристина подошла сзади и упёрлась лбом в его спину. Уже полностью одетая. -Прости меня.

***

Терновой решил отправиться к себе в комнату, когда уже в пятый раз проиграл Дане в футбольном состязании. -Ну ещё один матч, ну пожалуйста, ну Олежка! – повис на нем, как обезьянка, не давая подняться. -Всё, отстань от меня, - одного красноречивого взгляда хватило, чтобы Данька, как маленький ребёнок, у которого забрали игрушку, нахмурил брови и отодвинулся в сторонку. –Ну я задолбался по штангам херачить! Когда Терновой покинул комнату, Бурцев пристал к другому Олегу, который, правда, согласился играть только в баскетбол. И то хорошо, - подумал Даня и снова расплылся в счастливой улыбке. Назима уже успела тихонько проводить Тимура Ильдаровича из клуба, когда её любимый мужчина вернулся к ней. -Милая, я хотел с тобой поговорить, - тяжело выдохнул и от волнения засунул руки в карманы. – Мне нужно кое-что тебе рассказать. Книжка перекочевала из рук девушки на прикроватную тумбочку, и Назима поднялась на ноги, подходя ближе к Олегу. Она ласково погладила его по щеке. -Я всё знаю. Парень замер, сосредоточенно вглядываясь в её лицо. -И про тебя, и про Серёжу. -И..? – Терновой всё никак не мог переварить тот факт, что Нази всё это время была в курсе. -Это всё в прошлом. Я тебе доверяю, вам обоим. И я знаю, что ты хотел уходить из лейбла, чтобы больше не получать таких заданий... Не нужно, Тимур уже не попросит. Не переживай, пожалуйста, всё хорошо. Не веря в собственное счастье, он улыбнулся во все зубы и радостно оторвал любимую женщину от пола. Затем, вспомнив про кое-что, внезапно поставил её обратно и заглянул в глаза. -Нази, отвернись, пожалуйста, на секунду. Она покорно выполнила просьбу под его лукавым взглядом. Даже пошатывалась, предвкушая что-то интересное. Услышав контрольное «Всё», медленно развернулась на носочках и обомлела. В одно мгновение будто бы весь мир замер. Олег стоял перед ней на одном колене с маленькой коробочкой в руке. -Назима Джанибекова, ты не представляешь, как сильно я люблю тебя. Я хочу прожить с тобой бок о бок всю оставшуюся жизнь. Прошу, пожалуйста, стань моей женой. Его басистый голос, как всегда немного гнусавый, казался Назиме самым прекрасным на свете. Его добрый, искренний взгляд заставлял верить в то, что будет греть её вечно. Его лёгкая, приятная улыбка не оставляла никаких сомнений в том, что будет появляться на лице каждый раз при виде её, при виде их будущих детей. Но всё это не так важно, если одно сердце просто рвётся навстречу другому. Назима, чувствуя это, не раздумывала ни секунды.

***

-Я искал тебя по всему зданию, - Кристина успела переодеться, одолжив сухие вещи у Алины, пока Сергей дошёл до их комнаты. Он аккуратно заправил ей прядку волос за ухо, а на уставшем лице появилась ухмылка. Девушка стыдливо смотрела в пол, не смея даже взгляд поднять. -Малыш, - разрезая тишину, коротко чмокнул её в висок. А её всю по-прежнему било дрожью, разрывало от агонии. Не отстраняясь от лица, спустился к щеке, а потом и к губам. Короткими поцелуями покрывал, как будто дразнил. -Чего волосы мокрые? – так тихо, легко отрываясь от кожи, ненавязчиво, но в точку. -Серёж, - она несмело увернулась от очередного поцелуя, отчаявшись контролировать своё состояние. – Я не могу. От неё пахнет Максом. Он мгновенно понял всё, и в глазах помутнело. -Ты же этого не сделала.., - покачивая головой из стороны в сторону, словно пытаясь выбить эту мысль из головы, бормотал Трущёв. – Прошу, скажи, что не сделала… -Я переспала с ним, - готовясь принять на себя весь удар, тихо проговорила. - В душе. А у Серёжи дежавю. Только реально такое было. Опять Друг и опять любимая. За спиной. Спасибо, хоть не в их постели. -Не ищи меня. Коротко и ясно. Не желал больше видеть, почти что вылетел из клуба. Оказавшись на улице, упал на колени и содрогнулся. Хотелось рыдать, но было просто нечем, как будто бы все слёзы иссохли два года назад, в тот раз. Теперь только кашель проклятый выворачивал наизнанку. На сверкающий белый снег тем вечером упала первая капля крови.