Того захотели Мойры

      Гарри не знал, хотел ли Снейп над ним посмеяться или просто не помнил примерный список учебной литературы в школьной библиотеке. Книг по ментальным практикам здесь было всего лишь три штуки, а упоминаний в других фолиантах было только два. Хотя, может быть, Гарри просто слишком мало искал, но сидеть часами среди пыльных полок и звука шелестящих страниц ради определения понятия ментальных практик он не хотел. Зачем парню знать, когда засекли первое появление подобных волшебников, если даже имени этих самых волшебников указано не было? В учебниках же было больше воды, чем действительно чего-то важного. Несколько раз повторили, что этим занимаются только тёмные волшебники, хотя даже Поттер понимал, что это полнейшая чушь. Потом упомянули, что всё это очень серьёзно, что этим должны заниматься только взрослые и опытные маги. Основную суть Гарри и так уже понял, а вот методы развития навыков и их использования ему никто из авторов так и не объяснил. А казалось, что написавшие эти труды люди были действительно сильными волшебниками. Придётся признать поражение и попросить Снейпа объяснить хотя бы основы.       Поттер вышел из библиотеки и пошёл в сторону лестницы в подземелья. И всё бы было хорошо, если бы не Драко Малфой в компании с Забини и Паркинсон. Говорящая фамилия у девушки, однако.       — Что, Золотой мальчик оказался настолько тупым, что теперь вынужден каждый вечер ходить на отработки? А учебник по зельеварению почитать не мог? — Драко и Паркинсон залились громким смехом, а Забини встал за спину Гарри, отрезая ему путь к отступлению.       — Удивительно, что рядом с ним нет кого-то из Уизли и заучки Грейнджер. Они ведь твоя верная свита, Поттер, — смех Паркинсон резал уши, отдаваясь эхом в коридорах подземелий.       — Кто бы про роль свиты говорил, Паркинсон. От подколов и издёвок тебя защищает только авторитет папаши Малфоя, потому что у его сынишки есть уважение только среди первокурсников, — спасение утопающего является делом рук самого утопающего, а потому Поттер решил не ждать перехода конфликта из словесной формы в физическую и просто ответил оскорблением на оскорбление, хотя уже давно не обижался на такие выпады. Если Малфою просто хотелось его задеть, то пусть и дальше бы продолжал, пока это не выходило за рамки. А рамки у Гарри уже давно стали шире, чем пару лет назад.       Увернувшись от Забини, который пытался преградить ему путь, краем глаза Поттер уловил, как кулак одного из обидчиков целился ему в висок. Благодаря своей быстрой реакции Гарри резко отскочил и помчался в сторону кабинета Снейпа под дружный смех парней и смех-визг Паркинсон. Уже стоя около осточертевшей двери, парень постучал, затаив дыхание. Снейп никогда не заставлял ждать. В кабинете также стоял котёл в самом углу, только на этот раз там что-то мерно побулькивало, а по помещению витал омерзительный сладковатый запах. Будто смешали запах тухлой воды и имбиря. Происхождение услышанного аромата Гарри объяснить затруднялся, но и не очень-то и хотел. Пусть это навсегда останется тайной. А в профессоре ничего не изменилось: черные волосы были будто обмазаны смолой и слипались в сосульки, лицо не приобрело никаких оттенков кожи живых людей, а потому своей желтоватой бледностью Снейп всё ещё походил на вампира. Но при этом на нём была идеально выглаженная мантия, брюки и жилет с рубашкой. Ни единой складочки. Интересно, это профессор себя так любил, или надевать чистую и глаженную одежду его заставлял профессор Дамблдор, чтобы не портить имидж школы в глазах учеников и их родителей?       — И почему вы опоздали? — Снейп прошёл вглубь класса и начал что-то искать на книжных полках, беря фолианты и возвращая их через пару секунд на место.       — Меня ученики вашего факультета задержали. Драко, Паркинсон и Забини, — Гарри тут же захотелось добавить, чтобы Снейп присматривался к поведению учеников, но тут же понял, что это сродни жалобе.       — Действительно, чего я спрашиваю, ведь наш Золотой мальчик не может даже по школе ходить без направленных на него взглядов. Хотя не все они восхищённые, я вам об этом напомню, — колкое замечание пришлось опустить, чтобы не срывать занятие. — Я давал вам конкретное задание, не удивлюсь, если вы с ним не справились.       — В библиотеке нет достойных книг с хорошим материалом. В основном там просто говорится о том, что это всё черная магия, и что этим занимаются лишь отрицательные, скажем так, персонажи, — при упоминании словосочетания «чёрная магия» профессор невольно поморщился.       — Открою вам тайну Поттер — наш многоуважаемый директор тоже владеет легилименцией, а я уверен, что и окклюменция ему не чужда. Магия становится таковой лишь при неправильном использовании и наличии в голове мага злых помыслов. Даже самые опасные режущие заклинания можно использовать для шинковки овощей на кухне, а можно для нанесения вреда соперникам. А теперь подумайте, мистер Поттер, что из этого можно называть тёмной магией, а что лишь по предубеждению таковой являлось. Как вы думаете, я тёмный маг или светлый? — Снейп даже бровь приподнял. Будто издевался, еле сдерживал улыбку, сам ведь понимал, что именно Гарри ответит на такой выпад. Поттер ошарашено посмотрел на учителя, надеясь, что тот скажет, что это просто шутка, но Снейп в самом деле ждал ответа.       — Эм…мне кажется, что вы сами не знаете ответ на этот вопрос. Просто я сомневаюсь, что вы можете определить род вашей магии, или назваться светлым магом. Да?       — Святой Мерлин! Хоть на один мой вопрос вы ответили верно, в первый раз такое слышу! — в этот момент Снейп отвернулся, но Гарри показалось, что он даже улыбнулся. Наверное, действительно померещилось. — Хорошо, как я уже понял, ничего вы в библиотеке не нашли, хотя это и не удивительно, ведь в школьной библиотеке таких книг и не должно быть, ибо такого предмета просто нет. Я отправил вас туда для того, чтобы вы поняли, что там искать нечего, что это настолько непопулярные и сложные практики, что мало кто берётся за них. Вы должны себе мысленно представить, как прячете свои воспоминания, мысли, которые не хотите мне показывать. Вы можете представить себе стену, коробку, клетку, что угодно. Закройте глаза и вообразите, как скрываете от меня, допустим, воспоминание о сегодняшнем завтраке. Попробуйте.       Снейп был на удивление спокоен, говорил также, как и на уроках, но даже отвращения не вызывал. Гарри закрыл глаза и подумал о том, как начал выстраивать защиту, которую, как он надеялся, нельзя преодолеть. Парень ничего не видел, но услышал, как Снейп проговорил «Legillimens».       Северус появился в уже знакомой комнате со стеллажами, только на этот раз одна из книг была перевязана верёвкой, а на табличке значилась сегодняшняя дата. Отлично. И это защита от Тёмного Лорда. Снейп подошёл к полке и взял эту книгу, без труда порвал тонкую джутовую верёвку. На удивление, пару слов в книге были смазаны, какие-то строчки зачёркнуты, а какие-то просто отсутствовали. Всё-таки Поттер пытался поставить хоть какую-то защиту, а значит, он был не так безнадёжен.       Помимо этой книги на полке стояла ещё одна, появившаяся незадолго до начала их занятий. Парень что-то говорил про нападки Драко и его компании. Северус раскрыл книгу и положил на пол. Как он и предполагал, перед ним появилось недавнее воспоминание, которое не рассказало профессору ничего нового. Снейп всегда был в курсе отношений между этими двумя, а потому новые нападки Малфоя не стали для него чем-то удивительным, хотя поведение Забини его… разгневало? Нет, Северус скорее хотел назначить слизеринцу пару отработок, чтобы тот больше не зажимал по углам других учеников. Он не выносил издевательств над детьми и их жестокости друг к другу всю свою жизнь, а потому не удивился подобному желанию.       Пройдя чуть дальше по коридору, Северус заметил, что он довольно короткий. Это, в принципе, понятно, ведь Поттеру всего пятнадцать лет, хотя при этом на нём уже лежит ответственность за жизнь и дальнейшую судьбу целой Британии. Парню пытались помочь все, кто только мог, кто заинтересован в мире в Англии, а он сам даже не прилагал ни единого усилия. Учился спустя рукава, постоянно по своей глупости попадал в ситуации, из которых его надо было вытаскивать всем Орденом. Ничего нового или необычного. Северусу надоело бродить между кипами книг и оборванными свитками, а потому он просто вышел из сознания мальчишки.       Как и в первый раз, Поттер еле сидел на стуле и пытался отдышаться. И пусть он пытался хоть что-то сделать со своим сознанием, но там было так много работы, что казалось, будто Тёмный Лорд просто умрёт от старости, пока дождётся этого «героя».       — Вы пытались, Поттер. Я, конечно, сомневаюсь, что Волдеморта остановит тоненькая верёвочка, но это уже хоть что-то. Выпейте, это восстанавливающее, — Снейп протянул парню флакон, который тот, не задумываясь, выпил. Ожидать подлога от профессора сейчас было глупо, а потому он просто доверился. Национальный герой доверился Ужасу подземелий. А вот это уже что-то новенькое. Он же всё-таки учитель, Дамблдор ему доверяет, а потому нет резона ненавидеть его просто из-за предубеждения и отсутствия точек соприкосновения.       — На следующем занятии вы будете улучшать защиту, а я попытаюсь её разрушить, потому что Сами-Знаете-Кто не остановится перед кирпичной стеной. Это сотрудничество, Поттер, — Снейп говорил совершенно серьёзно, но Гарри не удержался от смешка, хотя ничего смешного в этом не было.       — Я могу идти? — ему было, мягко скажем, неуютно. Снейп лишь кивнул и махнул в сторону двери. — Кстати, профессор Снейп, когда вы говорили про режущие заклинания, то какие вы имели в виду или какие вообще знаете?       — Сектумсемпра, но это вам, Поттер, ни о чём не скажет. Идите.       Может, Снейп и считал мальчишку недалёким и глупым, но тот сразу всё понял и, распрощавшись, вышел из класса. Северус не понимал, почему назвал Поттеру именно это заклинание, ведь знал ещё несколько подобных. Оно просто первым пришло в голову именно в этот момент. Хотя Поттер вряд ли его слышал хоть когда-нибудь, да и вряд ли запомнил бы.       На следующий день после завтрака Гарри подошёл к Гермионе и решил узнать, знает ли она что-то о заклинании, которое назвал ему Снейп.       — Слушай, Герм, ты знакома с режущим заклинанием «Сектумсемпра»?       — Что? Да вроде нет… а откуда ты его вообще узнал? — Гермиона явно ждала объяснений, даже руки на груди сложила, чтобы выглядеть более угрожающей.       — Да просто где-то услышал, а сейчас вспомнил, и стало интересно. Вот и всё, — но Гермиона дружила с Поттером не первый год, а потому с недоверием посмотрела парню глаза. Того аж передёрнуло, всё-таки что-то в ней есть от учителя, любого. Особенно от Снейпа. — Честно.       — Мы уже проходили режущие, а потому я просто обязана знать это заклинание, если оно, конечно, действительно существует.       — Ладно, забудь. Пошли лучше за Роном, а потом на трансфигурацию. Не хотелось бы, чтобы МакГонагалл превратила меня в сахарницу или ещё чего, — Гермиона издала короткий смешок и кивнула.       Гарри даже не хотелось думать о том, что Снейп мог обмануть его. Он доверял зельевару, ведь профессор взялся ему помогать. В жизни Поттера мало людей, которые заслуживали бы его доверия, но появление оного в отношении саркастичного учителя его откровенно пугало. Всю свою жизнь в Хогвартсе Гарри просто ненавидел Снейпа и считал самым ужасным человеком после Тёмного Лорда, а буквально спустя пару занятий он понял, что профессору не плевать на мальчика. Если бы дела обстояли иначе, то он просто притащил бы какой-нибудь старый фолиант из своей библиотеки, ничего не объяснив. Или бросил бы эту идею после первой же неудачи Гарри защитить своё сознание. Во всяком случае, дальше будет интересней и сложней. Теперь в его жизни есть человек, который может напрямую помочь ему без загадок и недомолвок.