Того захотели Мойры

      Гарри аккуратно шёл по разбитым каменным плитам, с силой сжимая в руке палочку. Не свою. Он уже не помнил, кто её владелец, как он её получил, но надеялся на неё. Полотна в тяжёлых рамах были пустые — все герои сбежали, колонны были разрушены и валялись по бокам коридора. Никто не кричал, не болтал, не шептался, не ходил. Было тихо, но тишина эта давила на плечи, будто хотела замедлить Поттера. Но он шёл дальше, хотя сам не знал, зачем.       Класс трансфигурации. Почти все парты были перевёрнуты, от некоторых остались лишь чёрные обугленные доски. Книжные шкафы опрокинуты, а страницы были раскиданы то тут, то там, тихо шурша под ногами. Было настолько тихо, что это самое шуршание отдавалось звоном в ушах. Пахло костром, горелым деревом и книжной пылью. А доска была абсолютно чистой, как после дежурства. Уже выходя из класса, Гарри заметил, что испачкал копотью рукав коричневого свитера. Ничего страшного. Он старался не вспоминать, как на входе увидел обугленные чёрные бугры, разбросанные в разных местах коридора.       Кабинет ЗоТИ больше напоминал свалку старых и поломанных вещей, даже не было сразу понятно, что когда-то по этому полу ходили ученики. Как Гарри и его курс защищался от боггарта. Как Люпин учил его вызывать Патронуса. Люпин…       Ноги сами понесли Гарри в подземелья. Была надежда найти хоть кого-то. Кого-то живого. Остального насмотрелся. Пожалуйста. Пусть он будет жив. Пусть он будет там. Пожалуйста.       Гарри ещё быстрей спускался по каменным ступеням. Много раз споткнулся об торчащие булыжники, но его это мало волновало. В голове набатом билось только одно слово — «пожалуйста».       Но почему-то заветную дверь не хотелось открывать. Пока ты стоишь тут, то человек внутри может быть жив или мёртв, может находиться там или нет. Пока ты стоишь тут, перед этой самой дверью, то все варианты возможны, но уже после открытия останется лишь один.       Дверь неприятно скрипнула. Кабинет был полностью разрушен. По щелям меж камней на полу тонкими струйками стекали зелья, которые ученики варили и оставляли в классе в подготовленных флаконах. В углу валялась куча чёрных тряпок. Гарри аккуратно поднял уголок, потом ещё выше, пока не увидел всю ткань полностью. Чёрная мантия с поднятым воротником. Его мантия. Страх всё усиливался. Гарри с силой открыл дверь в личную лабораторию, но там так же царили разруха и тишина. Поттер начал судорожно перебирать лежащие на рабочем столе бумаги. Может, он оставил какую-то записку? Поттер просмотрел каждый свиток, каждый листок, но никакого послания не находил. И ничего, намекающего на его присутствие в замке, тоже.       Уже выходя, он обратил внимание на доску. Рваным почерком была выведена лишь одна фраза. По спине Гарри пробежали мурашки, кончики пальцев неприятно закололо и даже свело. Он выбежал из класса, направляясь к главным дверям.       «Предателям здесь не место».       Он бежал по разрушенным этажам, коридорам и лестницам, кричал, звал хоть кого-нибудь. Он не отдавал себе отчёта, что прийти на его зов могут и Пожиратели, потому что всем сердцем хотел встретить хоть одно знакомое лицо.       Поттер резко сел на кровати. Будто чуть не задохнулся. С волос лилась холодная вода, капли скатывались по рукам. Рядом с кроватью стоял Малфой, держа в руке пустой стакан.       — Ты с ума сошёл, идиот?! — Гарри даже забыл, что сейчас, судя по лёгкому свету луны, ещё ночь. Отчаянно надеялся, что Северус не проснулся.       — А что ты кричишь, гриффиндурок?! Ты мне спать мешал, я решил зайти к тебе, а ты тут как в бреду мечешься. Что мне ещё было делать? Северуса будить? Вот только после этого уже и я бы от кошмаров кричать начал. Сделал первое, что в голову пришло, — с одной стороны Драко был прав, но всё-таки оставался полным придурком.       — Всегда знал, что в твою белобрысую башку никогда не приходили умные мысли.       — Заткнись. Я тебя из кошмара вытащил, — с усмешкой отвращения ответил Драко, а затем, после недолгого молчания, уже нейтрально продолжил. — И часто такое случается?       — Не твоё дело. Поживи с моё, — прозвучало даже как-то устало.       — Уверяю тебя, я пережил не меньше. Просто по другую сторону баррикад. И попроси у Снейпа зелье «Сна без сновидений». Нам всем будет легче.       Драко дождался несмелого кивка и вышел из комнаты. Стоило закрыть дверь на замок, но Гарри был настолько разбитым, что вставать не было никакого желания.       Он буквально увидел, как разрушилось его детство. Его самый главный и любимый дом. Во сне Хогвартс напоминал старый замок, в котором десятилетиями уже никто не жил, но стоило подумать, как ещё пару дней назад по нему бегали дети, то сразу же холодок пробегал по затылку. Тишина и пустота. Он никогда так их не боялся. Они царили буквально везде — в кабинетах, коридорах. И в сердце. Точнее до того момента, пока он не нашёл брошенную мантию Снейпа. Гарри даже не хотел думать, что могло случиться с зельеваром, но казалось, что любое предположение будет ложным. Ведь всё предсказать же невозможно.       Завтрак был крайне напряжённым. Поттер боялся, что Малфой ждал момента, чтобы всё рассказать Северусу. Зачем ему это? Гарри не знал, но был уверен, что белобрысый не упустит возможности выставить гриффиндорца тряпкой. Стоило признать, что он в действиях каждого слизеринца искал какой-то подвох. Каждого, но не Северуса.       — Гарри, ты когда в Косой переулок пойдёшь и с кем? — Поттер был даже благодарен Северусу, что тот решил нарушить молчание.       — Послезавтра я аппарирую в Нору и мы пойдем вместе. Список уже пришёл.       — А ты, Драко?       — Родители купят всё сами, в мэнор отправлюсь за день до отъезда, поеду со всеми на поезде.       — Отлично. Я будто с работы и не уходил. Опять контролирую учеников, — фыркнул Снейп.       Гарри сдавленно засмеялся, а Драко прыснул в кулак. Поттеру даже показалось, что Северус улыбнулся уголками губ, но тот сразу же встал и ушёл к себе в комнату.       Поттер на секунду подумал, что он один из немногих, кто хоть мельком видел улыбку зельевара. Ещё преступней было желание видеть эту улыбку чаще. Гарри покраснел и уставился на свою тарелку, надеясь, что Малфой не слишком наблюдательный.       — Поттер, а ты чего красный такой? Заболел? Или бекон острый?       — Может быть, уж точно острее твоих шуток, — встал и вышел, выслушивая какие-то подколки Малфоя в спину.       Да он будто смеётся! Гарри хотел применить на нём все проклятья, которые только знал. Почему Малфой так вёл себя? Хотя, Поттер и сам смеялся над хорьком и иногда даже унижал. Может, им нужно что-то изменить? Ну, например, хотя бы перестать смотреть друг на друга с такой ненавистью и неприязнью. Но не только в его проснувшейся совести дело. Гарри не хотел расстраивать своим поведением Северуса. Ему всяко будет неприятно, когда он увидит, что его крестник и… близкий ученик ссорятся. Близкий ученик. Гарри нервно засмеялся. А как ещё назвать их отношения? Он не знал, а потому его устроил и этот вариант.       Тренировку Снейп отменять не стал, а потому уже ждал их в зале. Именно их обоих. Северус настаивал, что Драко не помешало бы посмотреть на бой. Конечно, парни умолчали, что уже покалечили друг друга на дуэли. Малфой будет только зрителем, хотя Гарри не хотел и этого. Позже всяко пойдут разнообразные подколы. Они со Снейпом тренировались целое лето почти каждый день, но Поттер всё ещё не был уверен, что его уровень владения боевой магии выше, чем у Драко. Точно раза в три ниже уровня Северуса. Может и хотелось думать, что Малфой не был хорош в проклятьях и заклинаниях, но их прошлая дуэль показала, что Гарри мог чему-то и поучиться у хорька.       Надо будет подарить Северусу какую-нибудь маггловскую футболку или водолазку. Он постоянно приходит на тренировки в классической рубашке, а Гарри был уверен, что в ней неудобно, и что она сковывает движения. На секунду представил Северуса в обычной маггловской одежде: футболки с принтом, толстовки, спортивные штаны. Гарри улыбнулся, но тут же получил тычок в плечо от вполне реального Северуса в белой рубашке и узких чёрных брюках.       — Вставай в стойку, сейчас начнём. Драко будет только смотреть, если захотите, то можете сразиться, но под моим присмотром. Я не хочу потом отвечать за ваши побои перед одной из самых богатых семей магической Британии и перед самой Британией. Готов? Нападай!       Гарри ещё ни разу не начинал первым, но тут сам от себя не ожидал, что так быстро среагировал и начал бой. Нападать на Северуса было непривычно и даже чуть-чуть мерзко, будто совершал предательство. Гарри искренне надеялся, что он никогда не начнёт сражаться против него по-настоящему, а не в тренировочном зале.       Он боялся забыть заклинания, но ещё и боялся думать об этом, из-за чего иногда сбивался и замедлялся. Нужные слова сами вылетали, а рука, будто по памяти, выводила нужные движения. При этом он боялся драться в полную силу. Он уже один раз чуть не задел Северуса, и хоть сейчас понимал, что тот больше такого не допустит и себя в обиду не даст, но кусочек страха всё ещё сидел в его сердце.       — Поттер, в полную силу!       Гарри хотел бы последовать совету Северуса, но прилагал при этом огромные усилия. Он боялся, что будет как в прошлый раз. Никаких новых заклятий он не узнал, но вдруг что-то случилось бы? Так он не заметил, как со стороны Малфоя в него полетело простенькое ударное заклинание. В эту секунду он рефлекторно выставил вперёд локоть, не глядя в сторону нападающего. Заклинание ударилось о щит, разрушило его и исчезло, не достигая цели.       — Стоп! — взволнованный крик разнёсся по залу и ударился о каменные стены. — Драко, почему ты вступил в бой? А вдруг Поттер бы не смог поставить щит? — Северус был очень зол, но не повышал голоса.       — Да это самое простое ударное было. Он бы максимум в стену влетел.       — Он бы под мои заклинания тогда попал. Ты их хоть слышал? Ему бы потом не один день восстанавливаться пришлось!       — А чего ты такие заклинания используешь?       — Чтобы его действительно подготовить, чтобы он боялся этих заклинаний и работал в полную силу, видел пример их использования. Не смей больше нападать исподтишка.       — Защищает тут мальчика своего, — прошипел себе под нос Драко, но Снейп всё услышал, хоть виду и не предал.       — Ты как щит выставил, не помнишь? — и вот более мягкий тон в сторону Поттера.       — Неа. Я просто увидел краем глаза, что оно летит в меня, но бросить щит от твоих заклинаний я не мог, поэтому… как-то… захотел? Я подумал об этом, а он появился. Что это?       — Невербальная магия, Поттер. Ты смог сделать то, что в твоём возрасте могут единицы. Щит слабый, от заклинаний, изучаемых даже на втором курсе, не защитит, только от самых простых. Хотя начало уже положено, просто будем развивать твою новую способность, — Снейп не мог прямым текстом его похвалить, но Гарри заметил, как он немного двинулся в его сторону. На секунду парень захотел, чтобы Северус оказался ещё ближе. Глупо.       Дальше всё опять было тихо. Гарри не мог поверить, что теперь владеет невербальной магией. Ему всегда казалось, что этого достигали только уже опытные маги, которые всю свою жизнь посвятили теории и практике боевых заклинаний. И вновь Гарри какой-то особенный. Среди своих сверстников он не встречал ни одного, кто мог бы так же.       Он знал, что когда-то был ученик, который в его возрасте добился того же уровня. Именно из-за уровня навыков боя у этого уже подросшего ученика Гарри грозила опасность.       И вот ещё одна их схожесть. Поттер часто сам думал, да и Дамблдор намекал, что стоит быть осторожней, ведь никто не знал, как может повлиять на него связь с Волдемортом и нововыявленный крестраж.       А владел ли Северус невербальной? Да, мысль появилась резко, неожиданно, но Гарри очень хотел переключиться на что-то другое. Снейп был сильным магом, и, как помнил сам Гарри, с самого первого года в Хогвартсе учил сверх меры.       Гарри спустился вниз, постучался в комнату к Снейпу и вошёл после разрешения. Северус переписывал что-то на свиток с книги. Поттеру даже показалось, что в комнате никто и не жил — Северус никогда не оставлял каких-либо вещей вне шкафов и за пределами стола. Парень понимал, что зельевар просто очень любил чистоту и порядок, но иногда казалось, что Северус все вещи держал в чемодане и всегда готов был уехать. Хотя, может, так оно и было. Северус был Пожирателем, а потому всегда должен был быть готов к серьёзным переменам.       Поттер аккуратно сел на край кровати.       — Северус, а ты владеешь беспалочковой магией?       — Из места в карьер, да? — Снейп улыбнулся уголками губ и махнул рукой. В этот момент открылись дверцы рядом стоящего книжного шкафа, а затем оттуда вылетела коричневая книга, мягко приземляясь на стопку таких же на столе. Гарри восхищённо вздохнул.       — И когда ты научился?       — Уже точно не помню, но, вроде, где-то в твоём возрасте. Но это были совсем элементарные заклинания: люмос и призыв палочки.       — Волдеморт тоже.       — Что «тоже»?       — Тоже научился этому в моём возрасте.       — О, Мерлин! Гарри, это абсолютно глупая догадка. Некоторые люди, родившиеся со мной в одном году, например, уже погибли в среднем возрасте, но это не значит, что со мной будет то же самое. Мы тут, если ты не забыл, все стараемся не допустить того, о чём ты так настойчиво думаешь. Ты не второй Волдеморт, запомни это.       — Я просто боюсь.       — Да прекрати ты наконец-то бояться и пойми, что никто не допустит этого. У тебя сейчас новый учебный год, тебе нужно хорошо подготовиться к экзаменам, а потому больше внимания уделяй учёбе, — тон учителя резко сменился на несвойственный Северусу. — И кстати, спасибо за совет про вереск. Зелье получилось, — последние слова прозвучали тихо, но настолько искренне, что у Гарри невольно сжалось сердце.       — Я рад, что помог тебе. Не буду больше лезть в эту тему, обещаю, - после утвердительного кивка он быстро вышел из комнаты.       Гарри боялся себе признаться, что действительно ждал слов благодарности от Северуса. Всегда казалось, что в таких случаях он просто молчит, не желая признавать свою слабость или незнание чего-то. И хотелось не только ответить любезностью на любезность, но и прикоснуться к Снейпу, возможно, обнять или встать рядом.       От таких мыслей Гарри покраснел. Нет, так не бывает и быть не должно. Он решил, что лучше выйти из комнаты Северуса, пока тот не заметил пурпур на щеках.       Он влюблялся в Чжоу, в Джинни, даже целовался с ними, хотел проводить время рядом, но никогда ему не хотелось полностью занять всё их пространство собой. Он буквально чувствовал, как желание постоянно быть рядом с Северусом толкало его на абсолютно необдуманные и отчаянные поступки. На выходе из его покоев Гарри едва сдержался, чтобы не прикоснуться к чёрным гладким волосам. Страшно было представить, что бы было после этого.       Гарри понимал, что его чувства граничили с влюбленностью, если уже не пересекли эту самую границу. Наконец-то он признался. Хотя бы себе. Он никогда не видел пар, где у партнёров такая большая разница в возрасте. Это ненормально? Ему казалось, что да. Но что он мог с этим сделать? Не получилось бы просто так забыть и не замечать, как его сердце начинало биться быстрее, а кончики пальцев колоть при одном только брошенном в его сторону взгляде Северуса.       Эта ситуация была настолько отвратительной, что хотелось выть от боли. Именно от боли, Гарри даже подумал, что, сломав себе сейчас палец, страдал бы меньше.       Может, он ошибался? Может, это не влюбленность? Может, Гарри просто считал его за отца, которого у него никогда не было? Но как тогда объяснить лёгкую тяжесть в паху, при одном только взгляде на чуткий изгиб шеи и ключиц Северуса?       Гарри морально готовился к самым неожиданным и пугающим выводам.