Того захотели Мойры

      Северус сел на своё привычное место — по левую руку от Тёмного Лорда. Сам тёмный волшебник был максимально взвинченным и будто ещё более безумным. Красные глаза нервно метались, разглядывая лица пришедших, а длинные темные ногти стучали по поверхности дорого деревянного стола. Снейпу было страшно. Обычно на собраниях он даже внутренне сохранял глубочайшее спокойствие, а сейчас еле смог скрыть своё истинное состояние.       — Мой Лорд, зачем вы собрали нас? — с раболепной улыбкой спросила Белла, чуть подаваясь вперёд, стараясь лучше разглядеть Волдеморта.       — Мы начнём войну через три дня, — уверенно заявил Тёмный Лорд, скаля жёлтые акульи зубы. Все сидящие триумфально заулюлюкали, но некоторые всё же насторожились.       — Почему так скоро? — спросил Люциус, ошарашено смотря на Лорда.       — У нас же всё готово, да, Северус-с? — вопрос был риторическим, и ничего, кроме как «Да», Снейп сейчас ответить не мог.       — Да, мой Лорд.       — Тогда зачем ждать? Мы вынашивали план два года, и я не намерен тянуть, — это его заявление вызвало бурю эмоций у Пожирателей.       — Что прикажете делать? — с сумасшедшей улыбкой спросила Белла, намекая, что к нападению всё же стоит подготовиться.       — За это время вы должны с-собрать всю нашу армию, Северус-с приготовит необходимые зелья, Люциус, Белла и выбранные ими помощники должны будут с-составить четкий план нападения. Главная цель — Поттер и Дамблдор. Обоих я убью лично, — прошипел Волдеморт, от чего даже его змея взвилась кольцами и поползла к его руке.       Северус даже не дёрнулся, но взмолился всем богам, чтобы с Гарри всё было хорошо. Дамблдор уже отжил своё: разрушил десятки жизней, поставил под удар несчастных школьников, за ниточки дёргал (пока мог) всё Министерство. Но, конечно, уж лучше Альбус у власти, чем Тёмный Лорд, поэтому Северус был на стороне директора.       — Это всё, мой Лорд? — спросил Люциус. Было видно, что он тоже не рад такой спешке — банально мог не успеть предостеречь сына.       — Почти. Надеюсь, все тут понимают, что никто не должен быть в курсе нападения? Если я узнаю, — он начал угрожающе шипеть, и если бы Северус не сидел вне его поля зрения, то тоже бы вжался в спинку стула, как остальные, — а это непременно произойдёт, что кто-то кому-то рассказал о нашем плане, то лично с-скормлю Нагайне. Правда, моя девочка? — лелейно спросил он, отчего огромная змея утробно зашипела, почти полностью поднимаясь с пола. — Все свободны, но тебя, Северус-с, попрошу остаться.       — Да, мой Лорд?       — Поттер не вернулся?       — К сожалению, нет, — врал он просто великолепно. Иногда даже сам верил в собственные слова.       — Думаю, он вернётся, когда узнает, что началась война, — Волдеморт расслаблено откинулся на спинку стула. И если бы Гарри не вернулся днями ранее, то точно прибежал бы к Хогвартс, как только узнал бы о нападении на школу. — Сомневаюсь, что он оборвал связь со всеми своими дружками. Как Дамблдор?       — Он с каждым днём слабее и слабее, совсем скоро проклятье его полностью поглотит.       — Я знаю, но всё равно хочу убить его лично, — он хищно оскалился. — Даже хорошо, что не доверил это Драко. Мальчишка бы не справилс-ся.      — Ваши решения как всегда поразительно верны, мой Лорд, — раболепие безумно нравилось Тёмному Лорду, а потому оно было главным приёмом зельевара.       — Спасибо за лесть, Северус.       И в этот момент он вторгся в его сознание, но так как Снейп этого ожидал, то смог поставить барьеры, которые Волдеморт даже не заметил. Безумие и крестражи расщепили его здравомыслие, от чего он был просто не способен дойти до того, чтобы проверить сознание зельевара на некоторые типы щитов и защиты.       Он никогда не церемонился и обычно перерывал и переворачивал всю память своей жертвы, но Северус привык. Главное, чтобы не пострадали воспоминания, связанные с Гарри.       Вскоре он вышел из его сознания, а затем угрожающе приблизился к нему.       — Знаешь, Северус-с, иногда мне кажется, что не стоит доверять тебе, — Снейп никак не изменился в лице, смело глядя в глаза Тёмному Лорду. — И если мои подозрения оправдаются, то ты даже моргнуть не успеешь, как отправишься на тот свет вместе с Поттером и Дамблдором. Ты понял меня?       — Я никогда не предам вас, мой Лорд, — спокойно, но всё ещё раболепно ответил зельевар.       — Я уже увидел это. Но напомнил на всякий случай. Перечень необходимых зелий, — выдал он, протягивая ему свиток со списком, а затем махнул рукой в сторону двери. — Свободен.       Северус мигом покинул зал совещаний, а затем направился в сторону самого дальнего камина, которым начал пользоваться всего лишь год назад, когда понял, что Поттер стал безмерно дорог ему.       Гарри услышал всполохи апарационного огня и голос Северуса, который звал его. Ужасно переживал за него, потому что был уверен в том, что Волдеморт уже давно обо всём догадался. Он хоть и безумен, но не глуп. Он выбежал в гостиную встречаясь взглядом с серьёзным и явно загруженным Северусом.       — Ну, что? — взволновано спросил он, беря зельевара за руку.       — Мы сейчас же идём к Дамблдору, — решительно заявил Снейп. Гарри буквально током ударило: в глазах Северуса плескалось столько злости и напряжения, что даже не верилось, что совсем недавно этот же человек заботливо обнимал его, желая успокоить.       — Что случилось?       — Он нападёт через три дня.       — Как?! — ошарашено и испуганно спросил он. Вот и всё. Совсем скоро настанет тот день, которого он так боялся. Совсем не верилось. Гарри никак не мог предположить, что Волдеморт примет решение так скоро, что у него уже всё готово, а светлая сторона почти полностью безоружна.       — Вот так, Поттер, пошли, — Снейп схватил его за запястье и потащил к выходу в коридор. Из-за своего состояния он не заметил, как перестал контролировать силу и до боли сжал его руку, продолжая идти по коридору.       — Северус, — тихо позвал его Гарри, намереваясь призвать к благоразумию, но зельевар не обратил на это внимания. — Северус! Приди в себя, мне же больно, — потребовал он, стараясь выдернуть руку из цепкой хватки.       Снейп тут же остановился и обернулся. Всё напряжение тут же схлынуло с лица, уступая место лёгкому испугу, а в душе — чувству вины.       — Прости, Гарри, я… — начал Северус, уже мягко беря его ладонь, стараясь тем самым извиниться перед ним.       — Знаю, — с гулко бьющимся сердцем, но совершенно спокойно ответил Поттер. Он постарался улыбнуться, но, к сожалению, не вышло. — Просто успокойся, насколько это возможно.       — Пойдём, — кивнул Северус, отпустил его ладонь и двинулся дальше по коридору. На мгновение Гарри показалось, что все их чувства просто испарились сразу после решения Волдеморта о скором нападении.       А может, прав был Реддл в том, что зельевар бросит его сразу после победы? Конечно, такое его поведение можно было оправдать банальной напряжённостью, но толика сомнения все равно присутствовала, мешая мыслить рационально. Не заметил, как они остановились напротив горгульи, пропускающей в кабинет директора. Северус произнёс пароль, а затем потянул Гарри за собой.       Дамблдор выглядел, как обычно, просто чуть более уставший. Поражённую руку он продолжал держать под столом, а здоровой писал что-то на свитке, изредка поглядывая в лежащую рядом раскрытую книгу. Как только он услышал, что открылась дверь, то поднял голову. Гарри заметил, как удивлённо расширились его зрачки, а затем он вышел из-за стола, вставая напротив пришедших.       — Гарри… — прохрипел директор и импульсивным движением обнял его, прижимая к себе. В этот момент Поттер еле сдержался, чтобы не заплакать. Как бы Дамблдор не играл в политику, он всё равно оставался улыбчивым стариком-волшебником, который вызволил его из каморки под лестницей и показал удивительный и яркий мир магии. Можно было даже сказать, что он — символ его детства, который сейчас медленно умирал, но которого Гарри наконец-то вновь увидел.       Он действительно скучал по Дамблдору. И понял это только тогда, когда ошарашенный директор с тоской в глазах прижал его к себе. Может, конечно, он рад его возвращению, потому что наконец-то сможет осуществить свои планы, но это не отменяло того факта, что директор был дорог Поттеру.       — Мой мальчик, с тобой всё хорошо? Ты цел? — взволнованно спросил Дамблдор, обхватывая его за плечи.       — Да, профессор, я в порядке, — он улыбнулся, осознавая, насколько сильно переживал за него директор.       — Где ты всё это время был?       — Ну, скажем так, в бегах, — смущённо ответил он, потому что не знал, мог ли говорить правду. Пусть Северус решит. Он вообще доверяет зельевару всю свою жизнь.       — Но от чего?       — Я… испугался, — по сути, так и было. Он просто не рассказал всей правды.       — Ох, мой мальчик, я тебя понимаю, — с сожалением произнёс Дамблдор, по-отечески поглаживая его по плечу, а затем улыбнулся и сел за стол, указывая рукой на стоящие напротив мягкие стулья. — Ну, присаживайтесь, раз пришли. Чай? Шоколадные лягушки? Лимонные дольки?       — Нет, Альбус, мы по делу, — жёстко прервал его Северус, подталкивая Поттера в сторону стула и присаживаясь на соседний.       — Вы по делу? — он выделил голосом местоимение, а затем коротко усмехнулся. — Ну, что же, я слушаю.       — Тёмный Лорд нападёт на Хогвартс через три дня, — без запинки ответил Северус. Глаза Дамблдора тут же округлились, а сам он подался вперёд, будто не расслышал. Снейп коротко кивнул, подтверждая свои слова, после чего директор тяжело опустился в кресло.       — К сожалению, мы не смогли найти крестражи, Гарри, — начал он после тяжёлого вздоха. — Те вещи, которые, как мы предполагали, хранили осколок его души, оказались пустыми, и мы даже не можем представить, где их искать.       — Понимаете, тут такое дело… — аккуратно начал Поттер, пытаясь объяснить всю ситуацию, но был прерван Северусом.       — Я сам расскажу. До побега Поттер провёл ритуал воссоединения крестражей в его теле, из-за чего его душа смешалась с душой Реддла, которая могла влиять на него как морально, так и физически. Тогда Поттер решил сбежать, чтобы ненароком не навредить своим друзьям. Совсем недавно он вернулся, а пару часов назад мы провели ритуал по уничтожению крестражей.       — То есть, сейчас у Тома нет шансов на воскрешение? — ошарашено спросил Дамблдор. Гарри даже удивился, что это было единственным, что он спросил. Снейп только что рассказал, как обычный ученик Хогвартса несколько месяцев жил с двумя почти полноценными душами, а всё, что мог спросить директор — это возможное воскрешение Волдеморта.       — Нет. Именно поэтому он и решил напасть, — Гарри глянул на предельно серьёзного Северуса, который даже не смотрел в его сторону, от чего в его груди появилось какое-то неприятное тянущее чувство. Будто одиночество, преследующее его весь прошлый год.       — Гарри, почему ты не попросил помощи у нас?       — Я попросил её у профессора Снейпа, — было непривычно так называть Северуса, но он знал, что Дамблдор, может, и начал что-то подозревать об их отношениях, но точно не был в этом уверен. — Простите, не хотел вас беспокоить.       — А весь остальной Орден?       — У них семьи, у кого-то даже дети. Не хотел подвергать их опасности.       — Ты молодец, мой мальчик. Это правильное решение, — со слабой улыбкой ответил Дамблдор.       — Что мы будем делать? — требовательно спросил Северус. Гарри отметил про себя, что зельевар сейчас выглядел невероятно сильным. А ещё красивым.       — Всё равно мы никак не избежим дуэли Гарри и Тома. Она обязана быть по пророчеству, — произнёс Дамблдор, от чего Снейп даже привстал на стуле, а Поттера прошиб холодный пот.       Он, конечно, знал, что ему придётся выйти с Волдемортом один на один, но всё равно не переставал надеяться, что этого не случится. Что те самые взрослые найдут решение и спасут его. Но даже в случае их дуэли, благодаря усилиям Гермионы, Драко, Пэнси и Северуса жертва Гарри будет не напрасной.       — Нет, Альбус, — запротестовал Снейп. Он еле скрывал агрессию и злость, сочащиеся из его голоса. — Нельзя отправлять мальчишку на поединок с сильным и безумным магом.       — Но это необходимо.       — Мы найдём другой выход.       — Никакого другого выхода нет, Северус.       — Да я сам готов выйти один на один против Тёмного Лорда, лишь бы Поттер остался жив! — выкрикнул он, подрываясь со стула. Гарри испуганно взял его за руку, стараясь успокоить, а Снейп сжал его ладонь в ответ. Директор и так уже всё понял после такого его заявления, поэтому сдерживаться не было смысла.       — Спокойнее, Северус, — Дамблдор выставил здоровую руку вперёд и продолжил лишь тогда, когда зельевар сел обратно на стул, продолжая сжимать руку Гарри в своей. Директор улыбнулся. — Не знал, что у вас такие отношения.       — Удивлён, что ты не заметил, — устало произнёс Снейп, пока покрасневший Поттер смотрел в директорский стол, не решаясь поднять глаза.       — Не приглядывался. Ты же понимаешь, что мы не можем пойти против пророчества?       — Почему? — требовательно спросил Снейп, неосознанно поглаживая большим пальцем руку Гарри, успокаивая то ли его, то ли себя.       — Потому что оно предполагает только одну смерть — Гарри или Тома, тогда как путь, отличный от пророчества, нам неизвестен. Ты не можешь гарантировать, что все остальные смогут выжить, если не состоится этой дуэли.       — А если он погибнет? Тогда всё равно кому-то придётся начинать новый поединок с Тёмным Лордом.       — В таком случае не кому-то, а всем. Но дуэль между ними всё равно должна состояться.       — Ты понимаешь, что пытаешься поставить школьника один на один с могущественным магом? — Северус повысил голос и явно нервничал, тогда как Поттер в этом вопросе был на стороне директора.       — Понимаю, но тогда мы можем избежать жертв других людей. Тому нужен именно Гарри, а не кто-то другой.       — Но если он не сможет? — он из последних сил старался вразумить Дамблдора.       — Смогу. Я согласен, — безэмоционально произнёс Гарри, поднял глаза и встретившись с одобрительным взглядом Дамблдора. Судя по всему, он только и ждал этих слов. В этот момент Снейп дёрнул его за руку, обращая его внимание на себя.       — Нет! Ты не должен рисковать собой! — постарался вразумить его Снейп, но безуспешно.       — Должен. Если в пророчестве так сказано, значит, должен, — он уже давно это решил. Конечно, если бы был другой вариант, который бы хоть как-то гарантировал безопасность учеников и членов Ордена, то он, конечно же, выбрал бы его. Но никакого другого варианта не было, а потому Гарри готов пожертвовать собой, если понадобится.       — Гарри, ты не понимаешь…       — Не стоит, Северус, это его решение, — строго остановил его Дамблдор. Конечно, он не хотел, чтобы зельевар отговорил его. И Поттер прекрасно его понимал.       — Не его, а навязанное, — протестовал зельевар.       — Даже если и так, пророчество от этого не изменится. Гарри, ты точно уверен? — обратился он к нему, улыбаясь. Поттер ещё секунду подумал, хотя эта секунда бы ничего не изменила, а потом коротко кивнул.       — Да.       — Хорошо, — облегчённо произнёс Дамблдор. — Завтра проведём собрание Ордена и разработаем план защиты. Сейчас, думаю. Вы можете идти.       — Профессор, а когда я смогу показаться друзьям? — напоследок решил спросить Гарри. Он безмерно скучал по ним и знал, что некоторые из них буквально места себе не находили из-за неизвестности. Тем более, их надо было предупредить.       — Это опасно, — устало выдохнул Северус.       — Я хочу встретится со своими лучшими друзьями, — с нажимом ответил ему в лицо Гарри, отворачиваясь. Он не сможет запретить ему этого.       — Скажу так, — начал Дамблдор, — ты не должен появляться в кабинетах, в коридорах во время перерывов, в обеденном зале и в гостиной других факультетов. А так можешь пойти к ним прямо завтра, когда они будут свободны. И расскажи им о нападении. Остальным я расскажу за день, чтобы они успели уехать.       — Хорошо, спасибо, профессор Дамблдор. До свидания.       — До встречи Гарри. Северус, завтра сразу же после занятий приходи ко мне.       — Понял, — холодно бросил Снейп и открыл дверь, пропуская Поттера вперёд.       Уже в коридоре он обогнал его и быстрым шагом проследовал в комнаты, а Гарри старался поспеть за ним.       Он был рад, что наконец-то встретился с Дамблдором. Был рад, что завтра увидит своих друзей, которых почти каждую ночь, проведённую в лесу, видел во сне.       Гарри понимал, какое сейчас было состояние Северуса, а когда глянул на кольцо, то ещё и увидел — чёрное, как воронье крыло. И когда они вошли в гостиную декана Слизерина, то смог ещё и прочувствовать на себе: Снейп остановился, запер дверь заклинаниями, а затем схватил его за плечи.       — Зачем ты согласился?! Ты не понимаешь, что можешь погибнуть?! — кричал он.       — Понимаю. Но либо я, либо ты и остальные, — совершенно спокойно ответил Гарри, с нежностью кладя руку ему на щёку.       — Да лучше я выйду к нему, — в этот раз в его голосе смешались злость и отчаяние, от чего сердце Поттера болезненно заныло. Он мечтал о том, чтобы Снейп наконец-то смог жить спокойной жизнью, в которой бы не было места тоске и печали.       — Нет. Я родился уже для того, чтобы сразиться с ним, а тебя ждёт ещё долгая и свободная жизнь, которую ты сможешь сделать такой, какой захочешь, — с каждым его словом лицо Северуса становилось всё более спокойным, постепенно уступая место жалости. И к Поттеру, и к себе.       — Но… — начал он, но остановился и отвёл взгляд, смотря куда-то ему за спину.       — Но что?       — Но я хочу, чтобы в ней был ты, — тихо и хрипло признался Северус, от чего по телу Гарри прокатилась волна жара. Это было так удивительно. Так нежно. Так чувственно. И до боли в сердце тоскливо.       — Я тоже очень хочу этого, — с печальной улыбкой ответил Поттер, прижимаясь ближе.       Он так любил его. Безмерно. Бесконечно. Ему даже казалось, что для описания всей силы его чувств не хватило бы никаких слов. Он впервые в своей жизни почувствовал ту любовь, про которую писали в книгах, которой посвящали стихи и баллады. Ему было отвратно от мысли, что в прошлом они потеряли столько времени, топя друг друга в собственной ненависти и глупом непонимании. И нашли друг друга, к сожалению, аккурат перед настоящим, в котором одному из них придётся навсегда уйти из жизни. Гарри ещё никогда так остро и чётко не ощущал присутствие смерти за своей спиной. Раньше его от этого чувства оберегал Северус, а сейчас даже он понял, насколько всё было рискованно.       — Давай ты просто не пойдёшь? Я даже могу запереть тебя такими заклинаниями, что ты ни в жизнь их не снимешь. Только останься здесь, — в его голосе угадывались мольба и отчаяние. Снейп заботливо прижал Гарри к себе, обнимая за талию, пока тот положил руки ему на плечи.       — Нет, Сев. Я должен. И готов. Уже даже не страшно. Ну, почти, — он истерически усмехнулся, но затем вновь с нежностью провёл ладонью по острой скуле и щеке. Зельевар слегка потёрся о его руку.       — Прости меня, Гарри, я не смог тебя защитить, — хрипло произнёс он. Они будто прощались. Да, это было верным описанием.       — Ты и не обязан был. Ты подарил мне лучшие полгода в моей жизни, — ласково произнёс Гарри, улыбаясь.       — Я не хочу потерять ещё и тебя, — это был как крик души, терзаемой старыми воспоминаниями и новыми страхами.       — Я знаю. И я не хочу терять тебя, поэтому согласился исполнить пророчество.       — Ты стал другим… Мне жаль, что тебе пришлось так измениться, — с жалостью произнёс Северус, потому что на него смотрел не 16-летний наивный мальчишка, а уже взрослый парень, осознающий всё происходящее. Слишком серьёзный для такого возраста. Слишком ответственный.       — Поцелуй меня, — внезапно произнёс Гарри и дождался, когда через секунду тёплые губы прижались к его.       Чужой язык медленно и чувственно блуждал во рту, лаская нёбо и дёсны, а губы нежным натиском сминались под чужим.       Гарри хотел вложить все свои чувства в этот поцелуй, но они были настолько сильны, что это просто не получалось. Он готов был говорить о них вечно, но в реальности мог сказать только несколько слов.       Он мягко отстранил Северуса, прошептав:       — Я люблю тебя, — несмотря на то, что это было тепло и искренне, зельевар не ответил, но опустил взгляд, слегка сжав руки на его талии. — Ну же, ответь мне, — с нарастающей печалью умолял Гарри. Единственное, чего ему не хватало всё это время — открытого признания в чувствах.       Неужели они у Северуса не настолько сильны? Неужели он не любит его? Он так защищал Поттера, так сердечно извинялся, однако сказать три самых простых, но важных слова до сих пор не мог.       — Прошу…       — Гарри, я… Я не могу, — холодно ответил Снейп, после чего Поттеру стало всё понятно. Может, так будет даже легче. Легче прощаться.       — Да. Хорошо. Прости, — произнёс он и отстранился, теряя такое приятное тепло чужих рук. — Уже ночь, думаю, пора ложиться, — и ушёл в ванную, так и не посмотрев боле на Северуса.       Спать им всё равно пришлось в одной кровати, а потому Гарри лёг как можно ближе к краю, чтобы не соприкасаться с ним — было больно. Реддл был прав: Снейп начал отдаляться от него ещё даже до войны. Хотя, какая разница, если Поттер всё равно погибнет.       От размышлений его оторвал Северус, который перекинул руку через него и уже хотел прижать к себе, но Гарри тут же дёрнул плечом, выражая недовольство.       — Не трогай меня. Прошу, — холодно отозвался Поттер.       — Почему?       — Потому что я не заставляю тебя любить меня. Не хочешь — не надо, я пойму, просто не трогай, — он старался скрыть всё то отчаяние, которое получилось из смешения любви и безответности. Да, более слабые чувства он не считал ответными, ведь они, судя по всему, не отражали и части тех, какие испытывал он.       — Дело не в том, что я не хочу, а в том, что боюсь признаваться себе в этом, — внезапно произнёс Северус. По сути, он подтвердил, что любил его, но Поттеру не нужны были эти страх и неуверенность. Либо без них, либо никак вовсе. — Мне просто нужно немного времени.       — К сожалению, у нас его нету, Северус. Спокойной ночи, — безэмоционально ответил Гарри и накрылся одеялом, стараясь унять скопившиеся в уголках глаз слёзы.