Он помнит только руки...

Проклинать самого себя нормально? Тэхён думает что — нет. Однако, он продолжает корить себя самого. И природу, конечно, куда без нее. За его омежью сущность, потому что мозги горят конкретно. Особенно, когда ты сидишь дома в завалах учебников и исписанных тетрадей, а в конце недели тебя отправляют на волонтерскую работу за границу. Просто отлично и слов других нет. Но есть и плюс. Дин — заводила всего колледжа, любезно оповещает всех что будет тусовка, в честь отбытия «смелых». Тэхён не смелый, нет. И ему не нравится наблюдать за разрухой в городах, куда их закинут. Но ему нужна отметочка в дипломе, ему нужна идеальная характеристика. Он должен быть самым лучшим, чтобы потом попасть на работу в самую лучшую больницу. Чтобы потом, не быть второсортным интерном, которым все пренебрегают. Тэхён умный, но не смелый, и вообще, волонтерская работа не для него, но он самолично ставит подпись в контракте, где изъявляет своё желание быть волонтером. Все, подпись есть, Тэхён в списке смельчаков и пути назад нет. Но тусовка Дина, да, радует немного. Сумки собраны, необходимые знания восстановленный, смелость на закромах сознания плескается, а Тэхён достает из шкафа лучшие шмотки, подводит свои оленьи глазки и плетется в спальню Юнги, чтобы захватить и того с собой, пусть он и не едет. Тусовка — она же не только для группы волонтеров в двенадцать человек, верно? А идти на тусовку без Юнги, значит совершенно точно напиться с синие сопли, повесится на шею красивого альфы и успешно с ним переспать. Всё потому-что стервозная омега внутри Тэхёна очень хочет повзрослеть и получить необходимые витаминки от близости с альфой. Вытащить Юнги на шумную тусовку еще сложнее, чем выпросить его засосов на шее. Что кстати, так и не получилось. Сколько бы Тэхён не просил, сколько бы доводов не приводил, Юнги ответил ему просто и со вкусом: — Это всё ебань, придурок. Альфа всегда поймет настоящие отметины или нет. А судя по тому какой у тебя альфа, он еще и шею открутит тебе, да и мне заодно. Не занимайся хуйней. Или перепехнись с кем-нибудь по настоящему, или не пытайся наебать его. Но на этот раз, Юнги соглашается. От желания ли свалить из своей спальни, где он, кстати, не один, но Тэхёна это не ебет. Или же, от желания напиться, Тэхён так и не может понять. Но вопросы задавать не спешит, ибо Юнги может и передумать быстро, за секунду. Взрывной ублюдок, право слово. Дин своим привычкам не изменяет. Всё с шиком, как и обычно. Он запросто находит шикарный съемный дом, с шикарно обставленными комнатами. Музыку привозит самолично, таская в фургончике огромные колонки, усилители, микрофоны, диджейские пульты. Вроде вот на врача учится, а настоящая страсть — музыка. Стоит признать, он с музыкой действительно на «ты». Биты нереально красивые, ремиксы создает настолько сладкие, что после, слушать оригинал невозможно. Даже Юнги признает Дина монстром ремиксов, а вот создаваемые биты иногда всё-таки засирает. Но это Юнги, значит всё в норме. Ему легче сказать правду, какой-бы она не была. Правда, она всегда лучше, чем сладкая ложь. Эти двое — странные. На любой тусе, они вместе выскакивают около колонок, горячо спорят о музыке, о восходящих звездах, о лучших производителях техники, а в колледже даже не здороваются. Изредка могут свалить покурить за угол, но не более. Как и сейчас. Тэхён смотрит как выпивший Юнги липнет к колонкам, обнимает новую технику Дина и стонет, получая звуковые удары от черных красоток. Дин-же, стоит рядом и нажимая на кнопочки машинки, откровенно пиздит Юнги басами и ржет аки конь. Хорошо когда Юнги чувствует себя в своей тарелке. Лучше пусть он выглядит как идиот последний, чем будет с недовольным лицом сидеть в углу дома и попивать отвратительное пиво. У самого Тэхёна в руках какой-то сладкий ликер, возможно, разведенное соджу с газировкой. Он не разбирается в этом, но совершенно точно знает что эта дрянь убивает его печень, почки, нервные клетки и заставляет стареть кожу. Которая у омеги, кстати, очень даже ничего. Гладкая, бархатная и загорелая. Тэхён согласен на красное вино, но откуда оно у студентов медицинского? Сил то нет, удивительно что еще на пати умудряются собираться, а тут разговор о деньгах. Хотя, с семьей Дина всё проще в несколько раз. Сам Тэхён не страдает бедностью, у него достаточно денег чтобы не выглядеть как бомж и не питаться исключительно заварной лапшой. Брат снабжает его домашней едой, дает деньги на всякие «хочушки» и помогает с квартирой, которую они с Юнги платят напополам. Наверное, брат Тэхёна — великолепен. Не каждый станет носится с родным братом-омегой, помогать во всем и терпеть этот ужасный характер. Тэ не маленький, он мог бы и сам справится, но старший Ким так не считает. Окутывает омегу своим заботой и вниманием. Тэхён смотрит на Юнги, вспоминает своего брата и понимает, наверное, он всё-таки счастливчик, да? В груди разрастается приятное чувство влюбленности, чистой, и Тэхён улыбается широко, обещая самому себе позвонить завтра брату и сказать о том, как же он его всё-таки любит. И Юнги скажет, обязательно, ведь его он тоже любит как брата. — Еще? — Слышится над ухом и Тэхён даже дергается от неожиданности. В поле зрения попадается стакан с новой порцией выпивки, а еще белые лацканы рубашки, из-под которой кажется черная краска. Небольшой завиток рисунка выплывает на тыльную часть ладони. — Что это? — Всё таки, нужно же знать чем Тэхён стравится? — Дешевое пойло. Типа коктейль, но нормальные коктейли не продают в пластиковых литровых бутылках. Рядом с Тэхёном стоит альфа. Стоит сказать, довольно симпатичный. Черные глаза, которые заглядывают в саму душу, легкая ухмылка на полноватых губах, персиковые волосы. Запах его Тэ отгадать не может, особенно в помещении где всё пропахло разными людьми, алкоголем и сигаретами. Голос у парня тоже красивый. Вкрадчивый, слегка с хрипотцой. А еще, он, кажется, младше Тэхёна. — Шанс разрыва увеличен… — Цитирует Тэхён известную игрушку, в которую любил поиграть в свободное время и устало смотрит в свой стакан. — Броня не пробита. — Со смехом бросает незнакомец.- Брось, ты играешь в эту игру? Она же… — Что? Только для альф? Серьезно? Только не говори мне что ты тоже из тех людей, которые верят в то, что омеги созданы для кухни, вынашивания ребенка и секса. Это бесит. — Я не об этом. А о том что игрушка эта уже давно не в тренде. Даже разработчики прекратили выпускать обновления, да и в основном следить за игрой. Проблем с интернетом там всё больше. Поиграй лучше в овервотч. — Запомню. — Кстати. Чон Чонгук — тянет руку парень и лучезарно улыбается в сторону омеги. — Первый курс хирургии. — Ким Тэхён. Третий курс кардиохирургии. — И так, ты здесь просто или ты один из… Закончить Чонгук не успевает. Кричащий в микрофон Дин прерывает абсолютно всех, даже пьяного Юнги, что всё еще рядом с колонками. Он что-то весело говорит о сегодняшнем вечере, о том что он не в ответе за напившихся особ, так что, пить просит в меру, чтобы быть в состоянии упасть спать прямо на месте или утопать домой. Он проблем не желает, оно и ясно. А потом, этот чудик, неизвестно от куда, достает список с именами. Тех- кого назвали, просит встать сбоку от него. — Ким Тэхён! — Оповещает Дин. Омега сверкает глазами в своего недавнего собеседника и пожимает плечами, как бы отвечая на незаконченный вопрос. Да, он один из волонтеров. — И последний. Чон Чонгук! Чонгук машет рукой Дину, подходит к Тэхёну, у которого не закрывается рот. В удивлении, конечно. — Какого хрена? Ты же первокурсник! Первокурсников не берут в волонтеры. — Тэхён. Я альфа, отслужившийся в армии, где занимался не только волонтерством, но и спасением жизней под обстрелом пуль. Нет разницы на каком я курсе, согласен? — Ладно-ладно! Сладкие мои, сбоку от меня стоит группа волонтеров, отправляющиеся на горячую точку Южного Судана. Сейчас там не так радужно, как было когда-то. Не будем обманываться, пусть группа и будет под охраной наших войск и сидеть будут исключительно в мед-боксах, я всё ровно переживаю. Особенно за тебя, Тэхён-щи — Сладко поет Дин и приближается к омеге, обнимая за плечи. — Люблю тебя, ты же в курсе? Толпа смеется, а Тэхён бьет парня в ребра, игриво, но больно. Дин тоже смеется, треплет светлые волосы омеги и отходит, продолжая свой монолог. Вообще, слушать эту приторную херню Тэхёну не хочется. Он разглядывает свои белые кроссовки и треплет карман светлых джинс. Куртка норовит сползти с плеча, волосы лезут на лицо. Тэхёна бесит всё. И бесит пьяный Юнги, который пытается закруглить Дина и включить музыку. — Поиграем? — От Юнги в микрофон и Тэхён тут-же поднимает свои глаза. Мало того что Юнги не возмущался на счет долгого разговора, так еще и самолично предлагал поиграть. Нет, ну тут что-то не чисто. В толпе кто-то выкрикивает про бутылочку, карты и подобную, студенческую, ересь. Омега не слушает. Переключает свое внимание обратно на кроссовки и джинсы, теребит пальцами ткань, стараясь побыстрее пережить этот отвратительный момент. Хотелось-бы сбежать, но Дин обидится. Зато Чонгуку на обидки плевать. Он хватает Тэхёна за запястье и утягивает на второй этаж, послав Дина, когда тот решил остановить парочку. Омегу Чонгук выпихивает на балкон и протягивает бутылку соджу, играя бровями. — Что ты делаешь? — Стоять там тебе явно не нравилось. Считай, Дин обидится на меня, а не на тебя. Так что можешь спокойно выпить здесь, подумать немного и вернуться уже к самому интересному. Судан… Отбившийся от рук народ, страдания мирных людей, неимоверное количество пострадавших, болеющих людей. Повстанцы блокируют поступление еды и лекарств, расстреливают народ и совершенно точно отказываются идти на компромисс. Тот кто это всё начал — открыто признался что потерял власть над бушующим народом. Президент страны ничего сделать уже не может, кроме как прятаться в своей крепости и молить о помощи другие страны, которые присылают в помощь свои войска. И Корея тоже оказывается при делах. Мало того что армию выслали, так еще и со всех медицинских учреждений собирают волонтеров, готовых выехать на помощь мирным. Чертовы войны, рушащие мир на земле. Забирать жизни только из-за разных взглядом на политику и вообще, жизнь в целом — эгоистично. Как по Тэхёну, это самое последнее что можно сделать. Люди слабы просто, поэтому и используют террор и оружие. Сука! Там же дети, омеги и старики. О чем думают эти уроды. Будь в силах Тэхёна что-то исправить, он бы это сделал. Тэхён в курсе что пить ему нельзя. Как минимум из-за его маниакального желания обниматься. На трезвую голову легче бороться с этой выпирающей нежностью, но не на пьяную голову. Тэхён — омега, и кажется, один из самых нежных персон своего рода. Его постоянно желание обниматься — душит. Юнги сразу-же хочет убежать в другой угол, стоит ему зацепить взглядом пошатывающегося Тэхёна. И вроде, делает шаг в сторону, но Тэхёна жалко. Он так любит объятья, что Юнги отказать не может. Пусть и не нравится это ему всё. В конце концов, сделать Тэхёна счастливым — раз плюнуть. Провести рукой по волосам и омега сам упорхнет делать херню. Но… Пока Юнги боролся со своими демонами, Тэхён уже упал в объятья какого-то парня и выглядит он вполне счастливым. Какой-то альфа посягнул на его! Тэхёна. На Тэхёна, которого Юнги ото всех охраняет. Потому что использовать Тэхёна могут на раз-два. Потому что сексуальный он до одури, милый, сука, до покалывания в пальцах и желанный, до потемнения в глазах. Он не переживет если его на утро кинут. Не переживет, ведь хранит себя только для одного. Несколько шагов, Юнги нужно несколько шагов, чтобы отнять Тэхёна от альфы, но он продолжает стоять на месте, глядя на такого счастливого Тэхёна. Он улыбается, ластится подобно котенку, водит руками по широкой спине альфы, цепляется за плечи и вдруг встает на носочки, желая оставить поцелуй на щеке. Оставляет, но не на щеке, на губах. Не пугается, как произошло тогда с Юнги. Не убегает, как убежал от Юнги. Лишь зависает на мгновенье, вплетает свои длинные пальцы в персиковые волосы и целует. Пошло целует, откровенно, словно он тот — кто целуется лучше всех в мире. Видно как его реснички дрожат, как он сам дрожит. Видно как его прижимают крепче, как он от этого кайфует. Тэхёну не до Юнги и его демонов, Тэхёну сегодня платят по полной, с головой пополняя недостающей нежности и прикосновений. Тэхён тонет с головой в этом альфе, улыбается счастливо и утягивает того на середину комнаты, желая потанцевать. А Юнги лишь берет новую бутылку отвратительного пива, которое так любит Дин и считает что пора отпустить Тэхёна. Он для Юнги как семья, а Тэхёна омега, нежное создание, созданное для любви, которую Юнги ему дать не сможет. Его пора отпустить, пора дать попробовать жизнь с альфой. Пора дать Тэхёну возможность пронять каждую эмоцию настоящей тактильной любви. Его маниакальность на прикосновения — лишь недостаток любви. Он ее пополнить, понять от и до, может только с альфой, со воим альфой. — Ревнуешь? — Рядом падает Дин и отпивает из бутылки Юнги, щурясь от удовольствия. — Хуй знает. Переживаю больше. — Рожу ему если что набьем. Но, раньше времени не пори горячку. Он мне понравился, так что, думаю он нормальный малый. — Как хоть зовут его? — Юнги сжимает крепко зубы, видя как руки альфы заползают под футболку Тэхёна. — Чонгук. Первый курс хирургии. — Блять. Пошли лучше с музыкой разберемся, иначе я его убью. Дин смеется, кинув на последок взгляд в сторону Тэхёна. Тот вроде успокоился. Положил голову на плечо Чона, сам пробрался к задним карманам джинс альфы и преспокойно сложил туда свои руки. Чон ритмично покачивается из стороны в сторону, не обращая внимания на играющий драм. Ему пофигу что танцует он не в ритм, что танцует вообще медляк, когда барабанная перепонка норовит лопнуть от поступающий колебаний воздуха, а именно, жестокого драма с неимоверным количество низких и высоких частот. Единственное что волнует Чонгук — руки, которое он чувствует на своей пятой точке, горячее дыхание, которое он чувствует плечом и этот запах, по которому он так скучал.