Дань уважения электронным партам и умным стеклам, книга первая, рассказ первый

— Ах, что за день! У меня было свидание с девушкой моей мечты, мы гуляли по Мыльной улице, разговаривали ни о чем, заходили в кафешки, и договорились завтра встретиться вновь. Уже ничто не сможет испортить сегодняшний день. — Сынок, папа умер. — Итак, этот день ничто не могло испортить, и его ничто не испортило. А от чего умер отец? — От того, что умер. — Понятно. Тело уже увезли? — Нет, он лежит в зале в гробу. — В гробу? Не в цинковом случайно? — Может и в цинковом, я не знаю, из чего сейчас гробы делают. — Так он не умер, он поехал в Екатеринбург! — Сынок, что ты говоришь такое! У тебя отец умер! Тебе же не может быть все равно! — Мама, я могу шутить такие шутки, потом что я аморал. — Аморал? Это еще что такое? — Это научный синоним слова «гомосексуал», мама. — Ах! Почему ты раньше мне не говорил? — Потому что я обсуждал такие вопросы с отцом, а теперь он умер, и вот. — Ясно… Что же, теперь мы с тобой остались одни, сынок. Есть еще что-то, чего я не знала про тебя? — Да, мама, я анимешник, и еще мне не очень нравится нынешняя власть. — Аниме? Я в этом немного понимаю. — Мама, не надо не делай вид, что шаришь… — «Ходячий замок» — это аниме? — Мама, посмотри ты хоть сотню аниме, ты из другого поколения, ты не шаришь за вайфу, ты не шаришь за… Не знаю, дакимакуру, ты ни за что не шаришь! — Сынок, я просто хотела стать ближе с тобой. Все же сейчас, когда папа умер… «Тяжелый вздох». — Прости, мам, я понимаю. Когда увезут тело? — Завтра. — Завтр… Ты хочешь сказать, что у нас в квартире всю ночь будет лежать трупак? — Даже больше, ты будешь спать с ним в одной комнате. — Чт… Чего? Я не буду с трупаком в одной комнате спать! — Сынок, я думаю, что каждый юноша должен провести ночь с трупом отца. Это входит в процедуру взросления. И сегодня ты будешь спать с трупом отца! — С каким отца! Я не некрофил! — Какой некрофил? Ты ляжешь рядом с трупом отца, и уснешь рядом с трупом отца, а когда проснешься, поймешь, что папа на самом деле никуда не ушел, что он всегда будет рядом, прямо как этот труп отца. — Нет, стоп! Никакого трупа отца! Если так… Если так, я буду ночевать в парадной! Вот! — Тогда я позову тетю Лиду, мы выволочем труп отца в парадную, и ты все равно будешь спать с ним! Пожалуйста, не заставляй нас с тетей Лидой надрывать наши спины! Иди в зал, посмотри на отца и поцелуй его в лоб. «Тяжелый вздох, протяжный скрип». — Ну что, ты видишь отца? — Да, я вижу… Подожди, мам, почему ты сказала, что он умер? Он жив. — Да, сынок, мертвые часто кажутся нам живыми. Но надо смириться с мыслью о том, что человека не вернуть, и отпустить его. — Он жив! Он дышит! — Он не может дышать, он мертвый. Мертвые не дышат. — Он пляшет! — Он не может плясать. — Подойди и посмотри сама, как он пляшет! — Не подойду. — Почему? — Не хочу. Помоги мне завесить все зеркала простынями. — Зачем? — Чтобы покойник не отразился в зеркале. — Да даже если бы он был мертвым, он бы не отразился! — Почему ты так говоришь, сынок? Потому что ты аморал? — Потому что доказано, что… Что мертвые не летают по дому после смерти, это бред! Мертвые после смерти возносятся на небеса, к Богу. — Я уверена, что все, что ты говоришь, сынок, — полная ерунда. — Давай поспорим! На сотку! Не завесим зеркала и посмотрим, отразится ли в них призрак. Если отразится — сотка твоя, не отразится — моя. — Хорошо, сынок. Нам с тобой надо хоть как-то стать ближе. — Самые легкие сто рублей в моей жизни.